Большой Высокий совет бурлил и волновался. Почтенные мужи и молодые дворяне были на взводе и тщетно пытался успокоить их распорядитель , повелев разносить пирожные и прохладительные напитки. В баронской ложе уже затребовали конъяка, и отсутствие оного грозило перерасти в погром.

   Старички в орденах и в лентах обсуждали что-то громкими ломкими голосами, не замечая внимательно наблюдавшего за ними первого министра.

   - Это надолго, - сказал он министру обороны тоном человека, знающего, что в кабинете ждет его непаханый край работы, но смирившегося с вынужденной проволочкой.

   Министр обороны согласно кивнул, наблюдая из министерской ложей за стремительно заполняющейся чашей Большого Совета.

   Прозвучал звонок, привлекая внимание к трибуне.

   Почтенные владетельные лорды создавали ворчливый гул, тем самым живо напоминая министру Минкену гул нерадивых студиосов в студенческих аудиториях.

   Спикер еще раз прокашлялся и наклонился к микрофону. Сам он был похож на бульдога, говорил медленно, с остановками, иногда словно забывая, что он хотел сказать. Впрочем, выбрали его на занимаемую должность не за красноречие и педагогические таланты (потому что только блестящий педагог, по мнению первого министра, мог бы справляться с ныне неуправляемой толпой самодовольных лордов), а по причине глупости.

   После переворота и последующих событий дворянство не стремилось занимать видные должности, так как останки предшественников просто вопияли о том, что дело это опасное и, прямо сказать, расстрельное. Вот он, Эдуард Минкен, вполне осознанно согласился на пост председателя кабинета министров, понимая, что второго шанса не будет, а кто не рискует, тот до конца жизни останется дворянином третьего сорта и исполнительным чиновником, чьи светлые идеи и плоды круглосуточной работы с удовольствием выдавали за свои начальники разных мастей. А спикер Слевин - просто потому, что по глупости своей не понимал опасности.

   - Господа и дамы, в связи с чрезвычайным происшествием на юге страны, о котором в той или иной степени вы все осведомлены, ээээммм, да-да, осведомлены, кхе, кхе,... ээээ... сейчас на трибуну поднимется достопочтенный ректор Университета Магии и Магических наук, Профессор, эээммм, Свидерский.

   В зале внезапно стало тихо-тихо, так, что было слышно, как бурчит в животе у кого-то в третьем ряду. Давненько профессор Свидерский не показывался на глаза публике.

   Лорда Свидерского ввели под руки двое его учеников. Он выглядел очень старым, гораздо старше, чем любой в этом зале. Старик с прямой, как спица, спиной, с чисто выбритым лицом, изборождённым глубокими морщинами. Его подвели к трибуне, он оперся об нее и кивком отпустил телохранителей. Глаза его, глаза молодого человека на лице старика, внимательно обвели зал, отмечая знакомых. Многие отводили взгляд. Алекс Свидерский в последние годы нечасто выходил из своего кабинета. Часть присутствующих помнила его еще крепким, активным мужчиной, выглядевшим максимум на 45 лет. Стремительно стареть Свидерский стал семь лет назад. Впрочем, тогда многое поменялось.

   - Приветствую уважаемое собрание, - голос у старика остался мощным, его было слышно во всех уголках Чаши Совета без усиления. - Прежде чем я начну говорить, вы обязаны подписать заговоренные копии соглашения о неразглашении информации, которые сейчас появятся перед вами.

   Стоящий за ним ученик махнул рукой, и на столики перед парламентариями и министрами опустился "вампирий набор", как ехидно называл его Минкен - лист с соглашением, упаковка со стерильной иголкой и кровеостанавливающий пластырь. В зале недовольно заворчали.

   - Информация настолько серьезна, что мы не можем допустить ее разглашения, - пояснил Свидерский.

   - Но мы можем поклясться, дворянское слово! - выкрикнул хвастун и забияка Ампилогов с последнего ряда. Минкен поморщился, а сидевший с мягкой улыбкой Тандаджи сделал себе мысленную пометку занести дурачка в список под наблюдение. Сидевшие вокруг крикуна провинциальные дворянчики одобрительно загудели, страрожилы же смотрели искоса и качали головами. - Зачем это позорное кровопускание?

   - Юноша, -произнес профессор наставительно и с некоей снисходительностью, показывающей, что он вынужден тратить драгоценное время на идиота, - дворянское слово не убережет вас от воздействия алкоголя, наркотиков или красивой бабы-шпионки (в зале тихонько захихикали), и тем более не убережет от хорошего менталиста или духовника. А соглашение, закрепленное вашей кровью и зачарованное на исполнение, заставит вас молчать даже при магическом воздействии.

   Ампилогов покраснел от осознания собственной дурости, дернул иголку из упаковки, быстро проколол себе палец и показательно приложил его поверх надписи "расписываться кровью здесь". В зале тут и там раздавались ойканье и шипение, когда почтенные лорды дырявили себе пальцы. Леди Маришку Бжежек, боящуюся вида крови, пришлось откачивать от обморока нюхательными солями. Наконец суета закончилась, документы по взмаху ученика аккуратно поднялись в воздух, потрепетали, просыхая, и с разных сторон, как косяки уток по весне, потянулись в руки помощника Свидерского, оформляясь в аккуратную папочку. Профессор кивнул ученику и тот эффектно исчез, унося с собой заветные листочки. Лорд Свидерский снова тяжело оперся на трибуну.

   - Продолжим. Как вам всем известно, около двух месяцев назад произошла катастрофа - обрушился Драконий Пик. По свидетельствам очевидцев, над обрушенной горой видели драконов, которые потом улетели в южном направлении.

   В зале зашумели, послышались выкрики "Так это правда?", но голос волшебника перебил шум, зазвенев так, что задребезжали витражи в окнах Зала Собраний.

   - Наши менталисты работали там две недели, в плотном сотрудничестве с агентами господина Тандаджи, - кивок в сторону начальника Тайной Службы и ответный подтверждающий кивок от Майло. - Послушали и прощупали свидетелей, изучили скол горы. В памяти свидетелей есть четкие картины кружащихся и пролетающих над головой драконов. На образовавшейся террасе найдены останки трех драконов, а также углубления, напоминающие формой спящего в позе эмбриона дракона.

   Он прокашлялся, выдержал паузу и тихо добавил.

   - Судя по собранным уликам, слухи имеют под собой реальную почву. Большое количество драконов было каким-то образом заключено в гору на долгое время. Такое долгое, что мы не помнили, когда и как это произошло. И по какой-то причине их тюрьма потеряла прочность. Уцелевшие и сумевшие выбраться ящеры улетели в Пески. Туда, где, по легендам, была их родина

   Почтенные лорды начали спрашивать одновременно, перекрикивая друг друга. В зале царила ужасная какафония. В целом все вопросы и выкрики сводились к трем основным темам "Чем это нам грозит", "Откуда они там взялись" и "Хватит орать, дайте профессору сказать!". Минкен по привычке морщился, хотя уже много лет наблюдал этот зоопарк, мог бы и привыкнуть. Спикер отчаянно звонил в колокольчик и кричал "Прошу тишины!", но на него, как и всегда, никто не обращал внимания.

   - Позвольте мне продолжить, -профессор отставил стакан с водой, из которого, воспользовавшись паузой, попил. Голос его снова зазвучал с прежней силой. Аристократы затихли, напряженно ожидая, что же дальше скажет лектор.

   - Помимо работы с отправленными на место катастрофы следопытами, я дал задачу своим ученикам перерыть архивы, чтобы найти всю информацию, касающуюся драконов. Ведь мы привыкли считать их существование легендой. К сожалению, около 400 лет назад в главной рудлогской библиотеке случился пожар, уничтоживший, как мы понимаем теперь, бесценные сведения. И ,тем не менее, мы сумели найти кое-какие упоминания в различных свитках и даже художественных произведениях. Возможно, нашим соседям известно более , чем нам, но в связи с политической обстановкой я не счел возможным интересоваться у них информацией.

   В зале снова поднялся гул, немного раздраженный и в целом выражающий общее мнение "Ну не томите уже!"

   Свидерский выпил воды, не обращая внимания на гул голосов. Годы работы со студентами закалили его волю получше, чем военная служба у иного генерала .

   - Потерпите, господа и дамы, мы уже подобрались к самому важному. Итак, легенды и записи гласят, что более 500 лет назад случилась большая война между драконами и тогдашним королем, Седриком Иоганном Рудлогом, в ходе которой Седрик сумел заключить всех существовавших на тот момент драконов в гору. Конкретно из-за чего война произшла - наши источники умалчивают, указывается лишь, что причиной был какой-то мощный магический артефакт. Как известно, представители королевской семьи Рудлог обладают, точнее, обладали, гхм, своеобразной родовой магией. В том числе они служили защитой для своей страны и уникальным магическим аккумулятором и усилителем. Проще говоря, те необычные вещи, свойственные членам королевской семьи, которые мы все помним , связаны именно с этой особенностью королевской семьи.

   Среди зседающих ощутимо повеяло тревогой, лица их словно окаменели, а господин Тандаджи даже наклонился вперед, с нехорошим интересом разглядывая профессора. А тот снова помолчал и продолжил развивать негласно-запретную тему.

   - Видите ли, полезно время от времени читать старые свитки. Оказалось, что даже то, что мы воспринимали как ничего не значащую традицию, было основой безопасности нашей страны. Часть из вас наверняка помнят, как королева Ирина-Иоанна раз в пять лет со всем двором выезжала к Милокардерам и там проводила особый ритуал, который заключался в , гм, напитывании алтарного камня королевской кровью.

   Лица почти всех присутствующих в чаще совета при упоминании королевы и допереворотных времен выразили гамму чувств: от виноватого до испуганного. И только молодежь, недавно получившая титул и место в сенате, слушала старого волшебника с искрящимся любопытством. Еще бы, запретная тема, о которой при дворе говорить просто неприлично, а на расспрашивающего о старых временах смотрят как на полоумного! А тут информация от живого свидетеля тех дней!

   И этот ритуал, если говорить примитивно, питал силой Стену. Феномен Стены изучен достаточно хорошо, хотя природа ее от нас ускользает. Стена эта, как нам всем известно, благополучно и долгое время защищала нас от любых внешних интервенций. К сожалению, она не уберегла от интервенций внутренних. И теперь, в отсутствие королевской крови, она слабеет. Как слабеет и магия в стране. Уже стали недоступны нам сложные заклинания, перестали действовать часть артефактов. Я сам - живой пример ослабления магического фона в стране. В допереворотное время я легко поддерживал метаболизм и регенерацию....эээ...чтобы проще, мне было легко оставаться молодым и здоровым. После смерти королевы магия стала убывать - сначала медленно, потом быстрее и быстрее. И последствия отсутствия крови Рудлог , гх, гхм, на троне мы видим каждый день. Все больше место простых бытовых артефактов занимает механика и электроника, которые дороже и менее долговечны, требуют больше ресурсов, загрязняют воздух. Ранее прогресс шел в одну ногу с магическим развитием, и негативное воздействие науки удавалось нивелировать магией. Сейчас же наука доминирует. Да вы сами это видите.

   Он снова выпил воды, отдышался:

   Однако ни пушки, ни бомбы не спасут нас от драконов, которые сами по себе являются источниками магии и живыми магическими артефактами. Стена ослабевает и скоро истончится до предела. И никто не гарантирует, что закованные в гору нашими предками ящеры, для которых все произошло вчера, не захотят отомстить.

   И еще. По всей видимости, Стена служила чем-то типа стабилизатора нашей земли. Мы находимся в ложе между двумя цепями высочайших гор и потухших вулканов, и по всем законам физики геоактивность в нашей стране должна быть катастрофической, сравнимой с заокеанской. Гномы, с которыми мы начали работать в тесном сотрудничестве, утверждают, что кое-где магма подходит так близко к поверхности, что именно ее влияние является причиной температурной аномалии, когда у нас зимой в среднем на 7-10 градусов теплее, чем у наших соседей.

   Однако, вопреки расчётам, исследованиям, результатам глубоких бурений и наблюдений за вулканической активностью - земля у нас под ногами стабильна. Точнее, была стабильна. Обрушение драконьего пика было лишь началом. По докладам баронов Севера, началось обмеление озера Верхнее Оленье, которое не может быть объяснено циклическими причинами. Прямо под Столицей, в каких-то двухстах километрах целый пастбищенский луг превратился в грязевой вулкан, глубина которого, достигает, по нашим прикидкам, до двух километров. Кстати, дамы и господа, возьмите на заметку, что грязь там целебная. Опробовано на моей спине.

   Господа и дамы, оживились.

   - А на юге, в Виноградной долине, открылась долина гейзеров. Нет больше Виноградной долины. И это, поверьте, только начало. Стабилизатор наш трещит по швам.

   Зал наполнился криками, спорами. Старички повскакивали со своих мест, подбежав к трибуне, стали взволнованно о чем-то спрашивать.

   Первый министр, уже предварительно выслушавший в составе кабинета по безопасности эту информацию, внимательно следил за присутствующими. Понимают ли они, к чему клонит профессор и что уже было решено на совете безопасности? Судя по лицам некоторых - понимали. А вот спикер Слевин не понимал, что надо наводить порядок, пока не наткнулся на ледяной взгляд лорда Минкена с вопросительно приподнятой бровью. Он тут же зазвонил в колокол и начал призывать собравшихся сесть на места и задавать вопросы по одному. Неохотно возбужденные лорды стали расходиться по местам. Слово взял граф Милонов, наверное, ровесник профессора - такой же старый и сморщенный.

   - Достопочтенный коллега (граф одно время преподавал в Университете Естественных Наук и очень гордился этим), - проскрежетал он старческим фальцетом, - мы правильно вас поняли, что для восстановления магического фона и защитной стены нам нужна королева ?

   - Королева, король, - неважно, - ответил Свидерский. - Нам нужна королевская кровь первого наследования, прошедшая инициацию браком. Другими словами, чтобы защитить страну и вернуть в нее магию, нам нужно найти старшую дочь Ирины-Иоанны, женить ее и возвести на трон древним ритуалом коронации. Если ее признает Круг, то она сможет питать силой и алтарные камни, и проводить прочие ритуалы.

   - Но мы уже пытались найти членов королевской семьи! - крикнул кто-то из старших лордов, не дождавшись своей очереди. - Они как сквозь землю провалились! Возможно, они уже мертвы!

   - Позвольте, я отвечу, - первый министр встал и оперся на перила своей ложи, наклонившись к микрофону.

   Ректор согласно махнул рукой, взял стакан и стал мелкими глотками пить воду, уступая лорду Минкену слово

   - Господа, нам придется постараться и поискать еще лучше. Времени, как вы понимаете, почти не осталось. Уже завтра на месте столицы может вырасти вулкан, а послезавтра - прилететь стая пылающих жаждой мести драконов. Я утрирую, конечно, но время работает против нас.

   -У вас в ближайший месяц есть задача - проверить свои владения, узнать, не появлялась ли лет шесть-семь назад в ваших городах и деревнях новая большая семья, состоящая из шести сестер. Раз магия стала убывать, сама королева, скорее всего, мертва. И со своей стороны мы, с помощью ведомств господина Тандаджи и уважаемого лорда Свидерского сделаем все, чтобы найти королевскую кровь. Главное-объединить усилия. Это все, слушаем ваши вопросы.

   Первым взял слово старый граф, маршал Хофей Бельведерский, чье колебание и временное бездействие, как злорадно вспомнил Минкен, стало одной из причин падения трона Рудлога.

   - Допустим, девочки живы, - он явно прилагал усилия, чтобы не показывать свое волнение. - Каким образом мы уговорим наследницу взойти на трон и вступить в брак? Ведь именно из-за нас... ээээ....полагаю, у них нет причин верить нам, помогать нам или возвращаться на трон.

   В зале стало тихо, старики слушали маршала и кивали, и все взгляды в конце концов обратились на первого министра.

   - Верно, маршал Бельведерский, - чуть поклонился Минкен. - Причин возвращаться у них нет. Более того, скорее всего они постараются спрятаться или уехать за границу. Именно поэтому мы и подписывали соглашение о неразглашении, чтобы ранними слухами не спугнуть наследницу раньше времени. Нам нужно только встретиться, а уговорить ее - дело техники.

   - Вы ведь не будете применять силу? - проскрежетал маршал, волнуясь уже очевидно.

   - Нет, ни в коем случае. Никакого насилия. Только убеждение.

   К микрофону пробился князь Василевский.

   - А что касается женитьбы, на ком женить будем будущую королеву? - спросил он. - Я понимаю, что рано еще думать (это он добавил, расслышав сзади смешки), но ведь это тоже важно.

   - Ограничения таковы, - подал голос профессор. - Это должен быть мужчина древнего рода, ведь только у них сохранилась родовая магия, пусть гораздо слабее, чем у королевской семьи. Он должен быть достаточно здоровым и быть в том возрасте, чтобы суметь, гм, гхм, инициировать королеву и дать ей детей. И чем меньше будет пересечений в их родах, тем лучше, тем сильнее потомство.

   Князь расстроено удалился - его бабушка приходилась бывшей королеве тетей, а, значит, сделать одного из своих наследников принцем-консортом не удалось бы.

   - Поэтому, господа, ищите, - в спину ему повторил Свидерский. - Помните, нам нужна королевская кровь. И чем скорее, тем лучше.