С ухнувшим куда-то вниз сердцем я последовала за ним.

Он копался в остатках праздничной трапезы.

- Неужели миндальные конфеты уже кончились? Кто их съел? - Он вынырнул из холодильника с мрачным выражением лица. - Василий, ах ты пройдоха. - Затем повернулся ко мне. - Это ты виновата, что прикормила его. Теперь он как домашний пёс, будет приходить за подачкой.

- Севастьянов, давай рассуждать логически. Естественно, на свадьбу я поехать не могу. - Или он думал, что я буду сидеть в номере взаперти?

- Можешь и поедешь. - Он вытащил креветки, слизнув с большого пальца розовый соус. - Если уж моя кошечка выскочила из коробки, не вижу причин, почему бы тебе не составить мне компанию в качестве пары.

Пары? Это будоражило. Но потом я вернулась в реальность.

- Это же не просто свадьба. Женится твой брат. Если хоть кто-то узнает, кто я такая - prostitutka - все посчитают это оскорблением.

Как мне вообще вести себя на свадьбе, ведь я не была ни на одной, кроме собственной злосчастной гражданской регистрации?

Он поставил на стол две тарелки.

- Кто ты такая? Ты красивая образованная молодая женщина.

Неужели он, наконец, разглядел во мне что-то ещё, помимо работы в эскорте?

Как только у меня возникла эта мысль, он добавил:

- Я предчувствую жаркие переговоры. - Обхватив за талию, он приподнял меня и усадил на кухонный стол. - Что ты хочешь взамен? Наличные и драгоценности? Тебе потребуется одежда. - Он втиснулся между моих бёдер.

Это сбивало с толку.

- Что происходит, Ruso? С чего вдруг такой разворот? Я же твоя, в кавычках, пленница, не забыл?

- Ты по-прежнему можешь быть моей, в кавычках, пленницей и в Небраске.

- Ты ведь меня терпеть не можешь, кроме тех случаев, когда мы занимаемся сексом?

- Ну, ладно, когда мы работали над предложениями, ты мне нравилась. И когда готовила и напевала - тоже.

- Ты меня дразнишь? - Единственная причина, по которой я могла продержаться с ним весь срок - наличие конечной даты! Ещё чуть-чуть поберечь сердце - и я буду свободна. Смогу избежать неминуемой катастрофы. А теперь он предлагал увеличить этот срок, чтобы мы сблизились сильнее.

Он и вправду хотел познакомить меня со своей семьёй?

Нет, это всё неважно! Возможно, его тянет ко мне, и, возможно, я остаюсь для него загадкой, но всё это пройдёт. В глубине души он игрок, который может заполучить любую женщину в мире. Скоро ему всё равно уезжать.

Я скрестила руки на груди.

- Я не поеду. Когда уедешь ты - уеду и я. Такой была наша негласная договорённость.

Он усмехнулся.

- Неужели?

- Двадцать восьмого числа я еду домой. А ты - на север. Это моё последнее слово.

- Хм. Я могу быть весьма настойчив, Katya.

- Ни словом, ни делом ты никак не сможешь изменить моё решение.

Его взгляд как бы говорил: "вызов брошен - вызов, твою мать, принят"

***

- Севастьянов, что ты делаешь, чёрт возьми?

- А разве не очевидно, lapochka? - Негодяй связывал меня на кровати.

Когда мы поужинали, он сообщил:

- Сегодня ты переезжаешь в хозяйскую спальню.

- Зачем?

- Я так хочу.

Он уже говорил об этом раньше, так что я ничего не заподозрила. А стоило бы. Потому что, полчаса спустя, я оказалась в его постели со связанными над головой руками.

Он начал с поцелуев, раздел меня и сделал так, что я позабыла обо всём на свете. К тому времени, когда он отстранился, а я, моргая, приоткрыла глаза, вокруг моей правой руки обвился чёрный кожаный браслет с блестящим замком и металлическим кольцом. Я замахнулась на него второй рукой, но эта попытка лишь его позабавила, он с лёгкостью защёлкнул такую же штуку и на втором запястье. Потом соединил кольцо с привязанной к изголовью лентой, заведя за голову и левую руку.

Я понадобилась ему именно в этой комнате, потому что в ней всё было готово для бондажа. Хозяйская спальня. Я и понятия не имела.

Теперь он собирался заняться лодыжкой. К задней спинке кровати оказались привязаны ещё две ленты.

Я извивалась и пиналась.

- Я на это не подписывалась! Зачем ты это делаешь?

Он ухватил мою лодыжку и, несмотря на сопротивление, ловко застегнул на ней замок.

- Собираюсь убедить тебя поехать со мной на свадьбу. - Прижав ногу, он притянул её к приготовленной ленте.

Вырываясь, я оглядывалась по сторонам, с ужасом ища глазами плётку. Этот дьявол, возможно, сделает так, чтобы мне понравилось, но я не желала, чтобы он обращался со мной так же, как и с другими эскорт-девушками.

- Развяжи меня! Чёрт, я не хочу, чтобы ты меня высек, как других.

Он схватил другую лодыжку.

- То, что делаем мы - это совершенно другое. Ты можешь думать о них, но для меня всё в прошлом. - Он закрепил, застегнув, последний замок. - В любом случае, сейчас будет что-то новенькое.

Я оказалась растянута, словно морская звезда, лодышки и запястья оплетала чёрная кожа. Двигаться я не могла.

- Ты только посмотри на себя. - Он приподнял с подушки прядь волос. - Связанная и такая прекрасная - вся для меня.

Я не верила, что это происходило на самом деле! Да, я хотела исследовать собственную сексуальность, но это уже было una locura! Безумие!

- Если ты не собираешься меня бить, то что тогда?

Может, я вытерплю, если он обойдётся без плётки.

- Был у меня знакомый, который именно так и мучил своих Нижних. Я не понимал, чем его это так привлекает. - Он окинул меня взглядом. - Теперь понимаю.

Мучил?

- Привлекает что?

- Вынужденный оргазм.

- О ч-чём ты говоришь?

- О сексуальной пытке. Мой член твердеет уже от одной мысли об этом. - Под брюками проступила жёсткая линия.

- Я на это не соглашалась!

- Разве я хоть раз сделал что-то не так? - Он быстро разделся. Пока он перебирался к изголовью кровати, его член раскачивался, вызывая ответное желание во мне.

Я закусила губу.

- Тебе понравится. - Он сверкнул белозубой улыбкой. - В конечном счёте.

Я вся покрылась мурашками.

Он наклонился и поцеловал меня в лоб.

- Я сейчас вернусь. - Он вышел из комнаты и возвратился, держа в руках небольшой мешочек и «волшебную палочку» - работающий от розетки вибратор. Я видела такой у Иванны. По её словам от вибрации этого прибора порой зубы клацали.

Вынужденный оргазм. От «волшебной палочки». Я поёжилась.

- У тебя что, всегда при себе такие штуки?

- Заказав его, я прикупил для тебя ещё много чего интересного. Пояс занял меня на несколько дней, но теперь я вижу, что пришла очередь чего-нибудь помощнее.

- Д-давай это обсудим, Ruso.

- Ты в любой момент можешь меня остановить. Надо всего лишь согласиться поехать на свадьбу. Всё просто.

- Ты дьявол! Ты не можешь так поступить! Ты лишаешь меня свободного выбора - опять!

- Я могу вообще не спрашивать. Теперь ты принадлежишь мне. И я заставил бы тебя поехать и по-другому, но хочу, чтобы ты ответила "да".

- Чтобы ответила? Ты не заткнёшь меня кляпом? Как других?

- Нет. Никогда. Ты моя - а значит, я хочу слышать любой твой всхлип, вздох, стон или вскрик. - Он вставил вилку от устройства в розетку, включив и выключив его - одновременно приподнимая брови. - Мощно. Здесь есть одна особенность - настройки можно менять в широком диапазоне.

Я вздёрнула подбородок.

- Вытерплю всё, что бы ты ни задумал, но на свадьбу всё равно не поеду, chulo!

От нового вызова его член дёрнулся, а на головке выступила блестящая капля.

- Посмотрим.

Из мешка он достал что-то типа изоленты, а волшебную палочку расположил вдоль моего бедра - широкой, похожей на грушу, головкой вверх.

До меня вдруг дошло.

- Ты собираешься примотать эту штуку ко мне?

- Угу.

Я изо всех сил дёргала ногой.

- Нет, нет!

Несмотря на все мои усилия, он несколько раз обернул липкую ленту вокруг ноги, прижав грушу прямо к губкам. Я вытаращилась на эту угрожающую штуковину.

Из мешка он достал длинную чёрную верёвку.

- А это зачем? Ты уже привязал всё, что мог!

- Чтобы закрепить эту игрушку. - Я дёрнула бёдрами, но он успешно обмотал верёвкой сначала вибратор, потом – талию и туго затянул. Груша плотно прижималась к моей киске, самой верхушкой касаясь клитора. - Не хочу, чтобы она отвалилась, если будешь сильно брыкаться.

- Брыкаться? - Несмотря на страх в голосе, соски уже напряглись, сжавшись в две тугие верхушки.

Конечно, он это заметил.

- Они так и ждут, чтобы я их пососал. - Наклонившись, он сомкнул губы вокруг одного из них, скользя языком по поверхности, в то время как я пыталась сдержать стон. Потом он занялся вторым соском. Вернулся к первому. Он лизал и сосал, касаясь кожи щетиной и краешками зубов.

Когда он отпустил меня, я всхлипнула.

- Твёрже они просто и быть не могут. Ты полностью готова.

- К чему?

Из этого проклятого мешка он вытащил серебряную цепочку - с зажимами на концах.

- К этому.

- Нет-нет! - когда он потянулся ко мне, я попыталась увернуться, но своей рукой он удержал меня на месте.

- Если станет слишком, просто скажи "да". Это будет твоё стоп-слово.

Я прищурилась.

- Так я и думал. Вернулась моя боевая Кэт - готовая ко всему, что бы я ни предложил. - Он осторожно приставил зажим к соску, близко к самой ареоле. Я дрожала от страха, но он не отпустил зажим сразу. Он делал это медленно, понемногу усиливая его давление. - Вот так. Расслабься.

Я поклялась, что завизжу, если не смогу терпеть, но вот он полностью отпустил зажим, а я всё ещё молчала. Только со свистом втянула воздух.

- Ой. - Пальцы на ногах подвернулись, кулаки сжались. - Слишком туго! Боль пылающей точкой сфокусировалась прямо в соске.

Но... я терпела?

- Боль утихнет, милая. Дыши сквозь неё.

Я судорожно выдохнула, и вскоре боль действительно стала более терпимой. Я наблюдала, как он готовил для зажима второй сосок

Que intrigante. Как интригующе. Блеск металла в его руке - завораживал. А то, с чем могло справиться моё тело - просто поражало. Я возбуждалась от позвякивания тонкой цепочки.

Что же со мной творится?

Когда он начал пристраивать второй зажим, я стиснула зубы.

- Ой-ой-ой! - Снова втянула воздух, сжала кулаки.

- Хочешь, чтобы я прекратил? - Он начал отпускать зажим.

Хочу ли? Эта концентрированная боль слегка... сводила с ума. Но всё равно оставалась болью.

- Тебе надо всего лишь сказать "да".

- Pendejo!

Я с досадой дёрнула ногой.

Он отпустил руку.

- ОЙ! Больно, Максим!

Он заправил мне за ухо прядь волос.

- Болят оба соска?

Первый уже как будто онемел. А, значит, скоро онемеет и второй.

- Только взгляни на себя, - самодовольно произнёс он. - Как тебе разнообразие, querida?

Я опустила взгляд вниз. Чёрт, это не должно было так возбуждать. Вид зажатых сосков просто воспламенял! Чтобы вернуть инициативу в свои руки - и стереть это самодовольное выражение с его лица - я потрясла своей подрагивающей грудью.

Он ошарашенно застонал.

- Сделай так ещё раз. Покажи мне свою новую цепочку, kotyonok. - В его глазах был восторг.

Я опять потрясла грудью, словно демонстрируя новое украшение.

- Гордишься, правда? Ты должна неимоверно собой гордиться.

- Я тебе нравлюсь, когда лежу в твоей кровати связанная с зажимами на сосках?

- Сейчас ты мне очень даже нравишься.

Он провёл по телу костяшками пальцев по направлению к «волшебной палочке».

Ох, нет, зажимы отвлекли меня от этого угрожающего устройства, как и от того, что я участвую в сеансе бондажа.

- Помни, одно слово - и всё прекратится.

Он поцеловал моё бедро, а потом... включил вибратор.

Никогда раньше я ничего подобного не испытывала! Эта штука просто невероятна!

Ощущения нахлынули со всех сторон: вибрация, давление кусачих зажимов, скрип кожи, если я шевелилась в своих путах. Я благоговейно затрепетала.

- Что ты со мной делаешь?

В его голосе слышались дьявольские нотки:

- Тебе ведь нравится эта игрушка, не так ли?

Я не смогла удержаться и яростно закивала головой.

- Обожаю.

- Но скоро ты её возненавидишь.

Вспомнив о его намерениях, я решила сдерживаться как можно дольше. От внутренних усилий на коже выступила испарина. Желание всё накапливалось, нарастало... нарастало...

- О, Боже, Боже!

Он выглядел заворожённым, обрадованным.

- Ты кончишь в этих путах и зажимах - для меня. Здорово, правда?

Нарастало... нарастало...

- Да!

Голова запрокинулась, волосы разметались по сторонам.

- Я доставляю тебе удовольствие. Ты готова кричать - из-за меня. Помни об этом.

Нарастало...

Негодяй дёрнул за цепочку...

Меня затрясло. Я воспарила.

- Максим!

Глубокий, влажный, всепоглощающий оргазм выгнул моё тело. Путы натянулись, грудь затряслась, цепочка зазвенела.

Я едва улавливала его хриплые слова: необузданная... похоть... раба...

Обретя способность снова мыслить, я выдавила:

- Я убью тебя, как только окажусь на свободе!

Он действительно сказал "раба"?

Максим тяжело дышал:

- Я не совсем это надеялся услышать.

Протянув руку к вибратору, он на одно деление увеличил мощность.

- Нет! П-пожалуйста, дай мне минутку. - Только отойдя от первого оргазма, я уже приближалась ко второму, ещё более мощному. Тело покрывал пот, увлажнивший волосы на висках. - Всего секундочку, Ruso! - Клитор был словно в огне. Давление собиралось где-то внизу живота. - Я не могу… не могу... не так быстро...

Дьявол безжалостно произнёс:

- Можешь.

Следующий оргазм накрыл меня слепящими волнами такой силы, что я не смогла сдержать крик. Киска вновь и вновь сжимала пустоту. С каждым рывком зажимы опять кусали соски.

Постепенно тело немного расслабилось.

- Por favor, зачем ты это делаешь? - вскричала я.

- Чтобы ты захотела меня так же, как хочу я тебя, - мрачно выдавил он с яростью в глазах. Их цвет больше не напоминал океан. В тот момент они были голубыми, как самое горячее пламя. - Я украду тебя у него. Соблазню.

- Я.. я не понимаю.

Он вновь включил устройство. Вибрации были и пыткой, и экстазом одновременно. Я никогда ещё так не чувствовала свою киску, набухшие губки, пульсирующий клитор. Если я двигала бёдрами, головка вибратора задевала внутренний край самого входа. Смогу ли я кончить опять? Застонав, я сдалась.

- Вот так, lapochka.

Наши взгляды встретились, когда я принялась насаживаться на скользкую головку, бесстыдно извиваясь.

- Тебе приятно, малышка?

- Моей киске очень приятно, Максим, - произнесла я.

- Твою мать. Тебе нравится всё, что я с тобой делаю.

Я серьёзно закивала.

- Ага.

- Я ублажаю твоё тело лучше, чем любой другой.

- Да! - Я чуть двинула головкой игрушки.

- И поэтому ты позволишь мне это делать.

Я закрыла глаза, кивая.

- Посмотри на меня, Katya.

Когда я подчинилась, этот безумный блеск в его взгляде меня просто взорвал...

- А-а-а! - я кончила с отчаянным воплем. Цепочка звякала, извивалось покрытое потом тело. Я бесстыдно завернула, насколько это было возможно, колени внутрь, бёдрами толкаясь в игрушку.

- Blyad'! - Его полуприкрытые глаза широко раскрылись.

Когда спазмы утихли до уровня лёгкого возбуждения, я оскалилась:

- Чего ты от меня ХОЧЕШЬ?

Он склонился надо мной, обхватив ладонями моё лицо.

- Всего. - Его язык скользнул по моим губам. - И я всё получу. Тридцать один год мучений - позади. Я владею тобой!

- Ч-что это значит? - Не могу думать. Не могу сосредоточиться. - Пожалуйста, отпусти меня!

- Некоторые Верхние бросили бы своих Нижних прямо так, равнодушно отнёсшись к их мукам.

Что? Равнодушно отнёсшись ко мне? Ни границ, ни стен - лишь обнажённая беззащитная киска - прямо на блюдечке.

- Но я так не могу. - Его огромное обнажённое тело устроилось рядом, головка члена размазала по моему бедру смазку. - Я не могу тебя покинуть. - Он гладил мои влажные волосы, убирая их со лба, мягко целовал губы. - Я буду страдать вместе с тобой.

- О, Максим, gracias. - Я сказала спасибо? За то, что он сделал меня беззащитной? Что заставляет пройти через такие мучения?

Но он тоже мучился. Член набух, ствол оплетали выступившие вены. Я чувствовала, что он едва сдерживается, чтобы не выбросить этот вибратор и не войти в меня самому, чтобы с этим покончить.

Я умоляюще на него смотрела.

- Д-давай кончим оба, Максим. Я буду умницей. Por favor, mi amor?

В ответ он прохрипел:

- Само очарование, не правда ли? - Коснувшись вибратора там, где он был покрыт моей смазкой, он поднёс палец к моему рту.

Не отводя взгляда, я нежно принялась сосать.

- Само, блядь, очарование. - Он опять коснулся сначала вибратора, потом - моих губ. Одновременно он меня целовал, и наши языки переплетались вокруг его пальца - влажный, развратный поцелуй, разделяющий между нами мой сок.

Меня накрыло очередным оргазмом.

- Ммммм! - простонала я в его губы. Конвульсии заставили прервать поцелуй, руки и ноги в путах беспорядочно дёргались.

- Ошеломляюще. - Его дыхание участилось, пот струился по телу. - Ну и что ты должна сказать, детка?

- Я не могу!

- Объясни, почему. Или скажи "да".

- Нет! Нет! Нет!

- Очень хорошо. - Встав на колени, он потянулся к зажимам.

- Стой! Стой! – Я попыталась увернуться, но он вновь меня удержал. Я бешено замотала головой.

- Будет больно. - Он медленно разжал один зажим.

В соске восстанавливалось кровообращение. По телу вверх и вниз забегали волны боли. Голова сделалась лёгкой, и я практически потеряла сознание.

- Будь со мной, Katya.

Сосок налился кровью и стал чувствительнее, чем когда-либо.

- Ой, только не второй! Я не вытерплю, ты, дьявол!

Он беспощадно занёс руку над вторым зажимом.

- Скажи то, что я хочу услышать. Нет? - Он ослабил давление металла.

- Нет... оставь... не надо! - Слишком поздно; он снял зажим. Соски будто железом прижгли. Я что-то лепетала на двух языках. Выгнув спину, подставила к нему ноющие соски в поисках облегчения, любой помощи! - Пожалуйста, ПОЖАЛУЙСТА!

- Тебе чего-то от меня нужно, lapochka? Понимаю твои чувства. А мне нужно, чтобы ты сказала "да".

И пока я не оклемалась достаточно, чтобы начать осыпать его проклятьями, он увеличил мощность устройства. Потом наклонился и подул на соски.

Я взвизгнула, почувствовала, как закатываются глаза... и я кончаю, кончаю, кончаю...

Когда удалось сфокусировать взгляд, я обнаружила, что Максим навис надо мной. Мышцы груди и шеи напряжены, кожа блестит от пота.

Разведя колени, он принялся мастурбировать.

- Любишь наблюдать, не правда ли?

Эта картинка лишь усилила агонию, и он прекрасно об этом знал.

- Не могу - больше - por favor.

Он дёргал ногами, трахая свой кулак. Другой рукой он обхватил и яростно массировал тяжёлую мошонку.

- Будь умницей и скажи то, что я хочу услышать. - Отпустив яйца, он потянулся к вибратору. - Детка, не заставляй меня это делать.

- Н-нет, por favor!

- Тогда скажи! Почему ты так сильно упрямишься?

- Максим, зачем ты меня принуждаешь?

- Женщина, отвечай, почему!

- Потому!

- Почему потому? Чёрт возьми, ответь!

- Когда всё кончится, я хочу остаться невредимой! - Вот. Я это сказала.

- С невредимым сердцем? - Взгляд стал нечеловеческим, в голубых глазах бушевал огонь. - Так уже охуенно поздно. Придётся сполна насладиться и падением. - Катастрофа. Он установил мощность на самый высокий уровень.

Мгновенный оргазм.

Бесконечный.

Всепоглощающий.

Спина резко выгнулась, и я прокричала:

- ДА! Я-я пойду! Я ПОЙДУ С ТОБОЙ!

Мои слова заглушил его звериный рёв. Он кончал, разбрызгивая на меня сперму.

Мой крик усилился, когда на живот ударами хлыста пролились горячие струи. Они падали всюду: на грудь, на мою игрушку, на опухшие губки. На измученные соски. Я извивалась под ним, и семя собиралось лужицей во впадинке около ключицы, смешиваясь с потом.

- Пощади!

Он вырвал из розетки шнур питания и рухнул на меня сверху.

Тяжело дыша, сообщил:

- Мы отбываем утром двадцать восьмого, Katya. Тебе надо будет сделать кое-какие покупки.