Уже выбрав несколько украшений, включая жемчужные серьги в комплект к ожерелью, я колебалась, разглядывая ещё одну золотую пару серёжек по заоблачной цене, сравнимой со стоимостью спортивной машины. Каждая серьга представляла собой крошечный ключик с замочком, которые были соединены цепочкой.

Пожилой ювелир полировал очки:

- Не торопитесь, моя дорогая.

Сегодня, занимаясь внесением последних корректировок в организацию системы безопасности на свадьбе (какое количество охраны нужно для одной свадьбы?), Севастьянов вызвал поставщиков прямо в отель.

- Я знаю, что шопинг ты ненавидишь, - сообщил он мне, - но придётся потерпеть. - Так сказал король.

Будучи вынужденной поехать на свадьбу, я провела анализ рисков и выгод. Выгоды: еще больше невообразимого секса, интересное путешествие, возможность впервые увидеть снег. Я смогу познакомиться с его родственниками и друзьями, чтобы узнать об этом человеке побольше. Интересно, как он меня представит, как будет вести себя на публике?

Риски: катастрофа. Но я убеждала себя, что не успею так быстро влюбиться. Чуть больше недели? Смешно даже думать. Ведь так? Поеду, повеселюсь на свадьбе, а сердце лишь немного поноет.

Как бы там ни было, выбора у меня нет, придётся ехать. При плохой игре...

Ювелир был последним из поставщиков. Свои изделия он выложил на длинном обеденном столе, застеленном чёрным бархатом. Чуть ранее Севастьянов бросил, проходя мимо нас в кабинет:

- Она это берёт, - и обвёл рукой всю коллекцию.

Я поспешно уверила ювелира:

- Он шутит!

- Конечно, моя дорогая, - ответил тот, но мы оба знали, что Севастьянов не шутил.

По настоянию Максима я заполнила два шкафа. Если магазины приходят к тебе, шопинг становится совершенно другим. Туфель у меня теперь было больше, чем я могла сосчитать, а так же появились чемоданы, сапоги, юбки, блузки, свитеры, тёплая верхняя одежда, сумки и невероятное длинное вечернее платье для свадебной церемонии - да, ещё ящики с бельём.

Примерять лифчики оказалось непростым испытанием из-за того, что он вчера со мной сделал. Утром соски по-прежнему были припухшими, а тело побаливало. Чтобы выдержать пробежку, пришлось выпить аспирин и заклеить соски пластырем. Севастьянов снова за мной наблюдал (ну точно лев за газелью). В конце он даже не стал дожидаться, пока я пройду мимо кровати, а просто стащил с дорожки, заставив обвить ногами талию. Оттянув майку, спросил:

- Что это?

- Пластырь. - Я ахнула, когда он отвёл в сторону шорты и резко в меня вошёл. - Они слишком чувствительные.

- Ах ты, бедняжка, - ответил он, но его глаза сияли.

В течение дня он увлекал меня в спальню, чтобы покрыть их поцелуями - сладкими, нежными поцелуями вокруг каждого соска. Что только усугубило ситуацию!

И будто бы физической боли было мало, он пытался меня уязвить, продолжая писать "зеркальные" подколки. Последняя запись была о двери, которая стукнет меня под зад. Его ответ?

"Далеко ли ты убежишь связанная?"

Чёртов дьявол! Я ответила: "Прямо в Небраску, малыш".

На огромном зеркале почти не осталось свободного места.

Сейчас он вышел из кабинета, на ходу завершая телефонный разговор.

- В чём загвоздка?- спросил он.

В деньгах, которые ты тратишь! Считать расходы было весьма затруднительно потому, что на товарах не было ценников и приходилось всякий раз спрашивать. Готова поклясться, что он уже потратил на меня - я сглотнула - полмиллиона долларов. Всякий раз, когда от этой цифры у меня дух захватывало, я представляла, что это лишь крохотная часть его состояния. Всё относительно, правда?

Севастьянов заметил серьги, и в его взгляде снова появился блеск. Он обратился к ювелиру:

- Эти она определённо возьмёт...

Как только мужчина удалился, Максим сказал:

- Я просмотрел твои сегодняшние покупки. Результат неутешительный.

- Por el amor de Dios. Серьёзно?

- Если ты не одета с иголочки, это бросает тень на меня. Завтра начнёшь по новой.

- Максим, мне столько не надо! И меня беспокоят твои траты. На плохом рынке с твоим миллиардом сегодня ты заработал меньше, чем потратил.

Тоном, которым я часто пользовалась в разговоре с ним, он произнёс:

- Ой, неужто моя малышка думает, что в моём распоряжении лишь официальный миллиард?

У меня челюсть отвисла. Незадекларированный нелегальный доход. Я расхохоталась.

- Люблю твоё чувство юмора.

- Оно у меня есть?

- Выше всяких похвал. - Я погладила его по груди. - Но завтра я всё равно не смогу делать покупки. У меня свидание с тем русским.

Его брови взлетели.

- О, неужели?

- Он очень богат, так что возьмёт отгул и проведёт его со мной.

Его взгляд оживился.

- И что вы будете делать?

- Днём будем валяться у бассейна, готовить барбекю. Потом он возьмёт меня на пляж на пробежку. И ещё туррон. Эта штука для него - словно мёд для медведя...

Максим подхватил меня на руки и устремился в спальню:

- Прекрасно. От шопинга ты освобождена. - Потом он шлёпал меня, а я визжала. - Больше ничего тебе не куплю - совершенно неблагодарное занятие.

Я изогнулась.

- Что намерен со мной сделать?

- От разговоров о турроне и мёде у меня уже слюнки потекли в предвкушении любимого десерта.

Пару часов спустя, когда я, улыбаясь, вытянулась на простынях, он бросил мне запакованный подарок.

- Что это? - я сорвала обёртку. Сглотнула.

Он подарил мне...

Красный шарф.

***

- Не могу поверить, что увижу снег! - воскликнула я, когда самолёт Максима находился над Флоридой на высоте в тысячу метров. Расправив юбку палевого цвета, я уселась рядом с ним в роскошное кожаное кресло - Ведь увижу?

Не поднимая взгляда от делового журнала, он ответил:

- Если бы я зарабатывал доллар всякий раз, когда ты проверяешь прогноз погоды... Я клянусь, что там будет достаточно снега. А если нет, я сделаю так, чтобы было.

- У меня просто кружится голова, когда я представляю, что из жары мы попадём прямиком в заснеженную Небраску.

Мы провели вчера восхитительный совместный день. Кувыркались в бассейне, он меня ловил, а я поддавалась в обмен на секс.

Потом, когда я на кухне готовила маринад для гриля и десерт, он оставался рядом со мной. Попросил, чтобы я больше говорила на испанском. А я была только рада выполнить его просьбу. Неужели он так быстро учил язык? Он уже читал на испанском информацию на упаковках.

Вечером он взял меня с собой на пляж на пробежку. Сначала мне было не по себе, но потом я вспомнила, кем является мой спутник.

Двухметровым железобетонным безжалостным русским.

Что могло возбудить меня сильнее бега? Совместный бег. К счастью, меня вознаградили очередным агрессивным потным сексом. На пляже. Под пальмой.

Жизнь могла быть прекрасна.

Но всё равно, то, что происходило между нами, сбивало меня с толку. Сколько ещё мы будем вместе? Быть подружкой на выходные - это одно. Вернуться с ним в Россию - за гранью реальности.

Зачем же он тратит на меня деньги?

Утренняя записка на зеркале смущала ещё больше. На саркастическую фразу о дороге в Небраску он загадочно ответил "Зачем останавливаться там?"

Максим опустил журнал.

- Очевидно, ты никогда не жила там, где снег. И я уже знаю, что ты выросла на побережье.

Я выдавила улыбку.

- Как так?

- Дети в штате Айова не угрожают матерям "уплыть и не возвращаться". - Поисковый движок получил две новые переменные. - Возможно, ты родом из Майями. Или с побережья Техаса. Из Южной Калифорнии?

Когда я пожала плечами, новый лифчик потёрся о соски, заставив меня вздрогнуть. С того дня, когда он нацепил мне зажимы, кожа в тех местах оставалась чувствительной. С того же дня они были постоянно напряжены, и просматривались даже теперь, несмотря на красный кашемировый свитер с V-образным вырезом.

Дьявол заметил мою реакцию и улыбнулся. Я ему сообщила на испанском, что моя месть будет сладкой и внезапной.

Он отложил журнал.

- К твоему сведению, я дал команду Василию прекратить в твоём отношении расследование. Он был крайне разочарован.

Максим это сделал?

- Теперь понятно, почему он так себя вёл.

Отвозя нас в аэропорт в принадлежащем Севастьянову "Бентли Мульсан" этот телохранитель/водитель/правая рука всё время на меня зыркал. Пока мы поднимались на борт, он бросил на меня очередной угрюмый взгляд перед тем, как удалиться в кабину для экипажа. Чрезмерная забота о "боссе".

- Что заставит этого мужчину улыбнуться? - спросила я Максима.

- Твоё настоящее имя и паспорт. Вот всё, что ему нужно в жизни. Ну, возможно, ещё миндальные конфетки.

Сейчас же Максим сообщил:

- Сначала Василий поставил всю Тампу с ног на голову. Ты ведь там никогда не жила?

- Я никогда не говорила, что жила. Почему ты его отозвал?

- Потому что ты мне сама доверишься. Скоро.

- Так уверенно говоришь. - Последние пару дней я думала, не попросить ли Максима помочь мне с Эдвардом? Утром в ванной я попыталась отрепетировать перед зеркалом, что я ему скажу: "Я замужем за психом, который хочет меня убить", но ни одно слово не сорвалось с моих губ. Лёгкие будто каменной плитой сдавило.

- Я уверен. Ты учишься мне доверять, - сказал Максим.

Что если... так? Требуемый уровень доверия... я не знала, могла ли моя атрофировавшаяся вера вернуться к этому уровню. Разве можно бегать со сломанной ногой?

Наши взгляды встретились.

- Я хочу для тебя самого лучшего. Ты можешь мне доверять.

Я отвела взгляд. Именно эти слова произнёс Эдвард, когда я пожаловалась: "Не понимаю, почему мне надо подписывать все эти документы".

Я так долго следовала лишь собственным правилам, не доверяя никому. Я была одна - и была жива. Я молчала - и не высовывалась. Помня об этом, разве я могу вот так открыться?

За прошедшие годы секретность для меня стала синонимом выживания. И мне казалось, что добровольно нарушить это правило значило бы призвать Эдварда за моей головой.

Я понимала, как это дико. Но избавиться от этого ощущения не могла. Может, у меня уже психика повредилась? Всё вполне могло обстоять именно так. Нельзя жить, постоянно представляя, каково это - получить удар ножом...

- Katya?

- Qué cosa? А? - Прочистив горло, я сменила тему. - Василий очень предан тебе. Как ты его нашёл?

Взгляд Максима сообщил мне, что на этот раз он позволил мне сорваться с крючка.

- Василия должны были приговорить к смертной казни за разбойное нападение, которого, как я знал, он не совершал.

- Por Dios. Как ты узнал?

- Я шантажировал заказчика этого нападения. И колебался, спасти Василия или нет. Это была моя первая глобальная схема шантажа, и в будущем иметь возможность пользоваться услугами такого могущественного человека казалось весьма заманчивым. В конце концов, я анонимно выслал все доказательства адвокату Василия. А потом Василий освободился - и каким-то образом меня выследил, обратив внимание на все уязвимые места системы безопасности. Со шляпой в руке он попросился ко мне на работу. Разве я мог отказать?

- Ну, это звучит не особенно бессердечно.

- Расчётливо, нет? Я однажды спас ему жизнь, и с того момента он охраняет мою. То, что я поступился тогда своей целью, оказалось самой лучшей инвестицией. - Его взгляд потеплел. - По крайней мере, пока не появилась ты.

- Ха. Qué cómico. Кстати, об инвестициях - что ты будешь дарить на свадьбу?

- Жеребца для их конюшни. Который не был предназначен для продажи.

Ну, конечно.

Открыв свой незаменимый портфель, он извлёк мой телефон.

- Возьми. - Он вручил его мне.

- Ты взломал пин-код или что?

- Телефоны, блокируемые кодом, невероятно сложно взломать. Я бы мог его вскрыть, но существовал риск потери данных. Скоро ты мне всё равно всё расскажешь.

Прикрыв экран, я ввела код и, уже не скрываясь, просмотрела смс. Я и понятия не имела, как много этот мужчина будет для меня значить. Так что его контакт я назвала "М. Севастьянов", а потом проверила голосовую почту. Миссис Эбернати напоминала, что тридцать первого я должна сделать у неё уборку.

И это сообщение я слушала, путешествуя на частном самолёте. Ирония судьбы, Эбернати.

Я спросила Максима:

- Телефон я заслужила за хорошее поведение?

- На случай, если на свадьбе мы разделимся, и тебе понадобится позвонить.

- А мы разделимся? Я думала, что все гости будут в одном месте. В гостинице рядом с каким-то историческим особняком, который выбрала мать Натали.

- Может, проедешься в соседний город с Натали и её лучшей подругой Джессикой. Они обе твоего возраста. Думаю, ты заведёшь новых друзей.

- Не из эскорта?

- Это ты сказала.

- Они чопорные? Высокомерные? А вдруг я им не понравлюсь?

- Натали очень милая. В прошлую поездку в Небраску я познакомился с Джессикой, и она очень... яркая. Они тебя полюбят.

- А Дмитрия не будет?

- Net.

- Мне показалось, что он обижен из-за свадьбы. - Парень, как обычно, названивал Максиму. Последние несколько дней, разговаривая с ним, Максим усаживал меня на колени и гладил по волосам, что, казалось, его успокаивало. С этого расстояния мне было слышно, что Дмитрий, будто в ярости, кричал что-то по-русски. Максим отвечал монотонно, пытаясь утихомирить взволнованного брата.

- Добра он Александру не желает, - сказал Максим. - Жениться на прекрасной дочери легендарного миллиардера - уже невероятный поворот событий в жизни нашего старшего брата. Я всё думаю, как бы загладить возникшую между Александром и Дмитрием трещину. Недавно кое-кто мне посоветовал послужить примером.

- Не знаю, кто тебе это сказал, но она явно гений.

- Я и сам начинаю так думать.

Я уселась поудобнее, засунув ноги под себя.

- Как Александр и Натали познакомились?

- Её отец, Павел Ковалёв, усыновил Александра в юном возрасте, став его обожаемым наставником.

- Александра усыновили, потому что вы разлучились?

Максим кивнул, но не стал ничего объяснять.

- Ковалёв не знал, что у него есть дочь, пока Натали не начала поиск своих биологических родителей. Узнав правду, Ковалёв отправил в Небраску Александра присмотреть за девушкой.

- Зачем надо было за ней присматривать?

- Ковалёв оказался втянут в бандитскую войну с другим мафиози - Травкиным. Который тоже узнал про Натали. Травкин объявил награду за голову Ковалёва - и за его дочь.

Куда я суюсь? Из огня да в полымя?

- Через две недели после приезда Натали в Россию дальний родственник решил подзаработать и приволок в дом Ковалёва автомат. Отчаянно желая защитить Александра и Натали, Ковалёв пытался уговорить этого человека уйти. Но оружие выдало очередь. Александр мог спасти либо Ковалёва, либо Натали.

- Ему пришлось выбирать? - Я знала, как быстро стреляет пистолет. И просто не могла себе представить скорость автомата.

Максим кивнул.

- Александр прижал к земле Натали. Ковалёв умер у неё на руках.

- Она видела, как он умирает? Зная его всего две недели? - Бедная девочка! И хотя об отце у меня были лишь смутные воспоминания, на протяжении двадцати лет я помнила, что он меня любил. - А награда за её голову? Натали до сих пор в опасности?

- Нет. Мой брат проник к Травкина в берлогу, прямо в самый центр его банды и вынес ему на хуй мозги.

- Ты хоть осознаёшь, что в твоём голосе звучит гордость?

- Я знаю это.

У Максима явно не будет никаких проблем с тем, что я сделала с Джулией.

- Любой человек, задумавший убить невинную девушку вроде Натали, заслуживает такой участи, или даже хуже.

Максим, знакомься, это - Эдвард.

- Что может быть хуже пули в голову? - Я пожалела о своих словах сразу же. Я знала ответ. Что хуже, чем быть застреленной? Быть зарезанной.

Максим замер, затем добавил ледяным тоном:

- Ты даже не представляешь.

Выражение его лица почти заставило меня вздрогнуть.

- После этого миллиардные активы Ковалёва оказались в полном хаосе, и Александр не знал, кому он может доверять. Поэтому он спрятал девушку и обратился ко мне за помощью, чтобы обезопасить собственность Ковалёва в России, - продолжал Максим. - Если бы не смерть старика, на этой свадьбе меня бы не было.

- Почему?

- В сложные времена я оказался полезен. Александр решил, что я могу быть союзником, что я не являюсь на самом деле его врагом.

- Не понимаю, почему ты мог бы им быть. Потому что он ушёл из дома?

- Это неприятная история. И не для этого момента. - Он смотрел на меня в упор. - Ты не передумала насчёт уик-энда?

- Помнится, когда я начала передумывать, то тут же попала под твоё "убеждение".

Его веки отяжелели, в штанах вдруг вырос бугор.

- Не напоминай. У меня стояк, как только я об этом подумаю. - Он выдохнул. - Уже поздно. Знаешь, каково это - трахаться в самолёте?

- Нет, - взволнованно прошептала я. - Но, наверное, сейчас узнаю...