— Я Императрица, а ты — мой пленник.

Когда я подошла ближе, свет, излучаемый глазами Сола, стал другим. На меня он не оказывает ровно никакого влияния. Но все остальные, кто оказался рядом, вдруг закричали. Несколько человек свернулись клубком и начали качаться в окровавленной траве. Один рухнул на колени и начал отчаянно молотить себя кулаками по голове. Солнечный удар? Сол довёл их до умопомешательства? Сила номер три.

Я затянула удавки на шеях у Бэгменов, и они завопили, дёргаясь в воздухе.

— Выкинешь еще что-нибудь подобное, и эти двое останутся без голов.

— Подожди! — выставив вперёд ладони, Сол погасил светящийся взгляд и сказал с сильным акцентом. — Всё, я ничего больше не делаю. Только не причиняй им вреда, por favor.

— С ними всё будет в порядке, пока ты будешь делать то, что я скажу.

В его взгляде застыла настоящая паника.

— Всё что угодно!

Я поманила пальцем, подзывая Сола к себе. И он, как был, с петлёй из стебля розы на шее, спустился со сцены на поле и пошёл навстречу, чавкая биркенштоками в крови и слизи Бэгменов.

Вблизи я ощутила тепло, исходящее от его тела.

А этот парень даже выше и крепче, чем сразу показалось. Поэтому ещё одним стеблем я опутала ему запястья и потуже затянула петлю на шее. По смуглой груди побежали струйки крови.

Воспользовавшись приёмом Любовников, я сказала:

— Удавка на твоей шее, как и у твоих питомцев, находится под давлением. Если я умру, сойду с ума или каким-либо образом потеряю над собой контроль, они тут же затянутся, обезглавив вас троих.

Сол свёл брови.

— Что тебе от меня нужно?

— Мне нужен грузовик и столько топлива, сколько он сможет вместить. А также ты и твои Бэгмены в качестве заложников. И если я целой и невредимой доберусь до места назначения, то, быть может, даже оставлю вас в живых.

— И куда ты нас повезешь?

Как ни крути, но нужно сказать им, куда я направляюсь; иначе мне никак туда не добраться.

— В место под названием Форт Арканов. Я хочу, чтобы ты расспросил у своих людей, может, кто-нибудь о нём слышал.

— Я слышал.

Я смерила его взглядом.

— Продолжай.

— От захваченных солдат АЮВ. Это Армия Юго-востока…

— Я знаю, что значит АЮВ.

Джек вёл солдат этой армии в Луизиану, чтобы основать на месте Хэйвена новое поселение. Безопасное убежище.

— Их войско расположилось через реку от этого форта, — ведь, правда, так и было!

— Мы даже подумываем как-то к ним наведаться.

Ну, удачи вам.

— И где сейчас эти солдаты?

— Не выжили.

Хреново.

— Как далеко отсюда до форта?

— Два дня пути.

Два дня! Так много минут!

— А карта у тебя есть?

Он помотал головой.

— Но я знаю дорогу.

Возможно, всё-таки стоило бы заставить его начертить карту, но на это нет времени. К тому же ориентация на местности явно не мой конёк.

— С чего я должна тебе верить?

Он пожал плечами и поморщился от укола острых шипов.

— Если я не доставлю тебя туда в течение двух дней, не учитывая непредвиденных задержек, тогда можешь меня убить.

Я закатила глаза.

— Ну, спасибо за разрешение, — вообще-то, у меня к нему ещё тысяча вопросов, но их я успею задать и по пути.

Сол бросил на меня какой-то странный взгляд и сказал:

— Даже будь у меня карта, я всё равно был бы рад оказаться тебе полезным.

— Прекрасно. Можешь сесть за руль.

***

Что получится, если собрать в одной машине двух Бэгменов, парня в тоге, питающего страсть к кровопролитиям, и полусумасшедшую Императрицу?

Поездка в стиле П. В.

Как в одном из анекдотов Финна…

Перед отъездом я освободила всех Одетых, и Попса с внуком в том числе. Теперь они заняли места почитателей Сола на трибунах.

А также освободила нескольких Раздетых, чтобы помогли нам собраться в путь. О, если бы взглядом можно было убить… Ещё бы, я ведь посмела угрожать их божеству.

Чтобы напомнить о своей силе, я сотворила корону из роз — вьющийся венец, окаймляющий покрасневшие волосы. А затем раздала указания.

Единственным транспортом у Сола в наличии оказались те военные грузовики, которые я видела снаружи стадиона. Я распорядилась, чтобы его люди полностью заправили один из них и загрузили под завязку цистернами с топливом и водой. Нескольких отправила за продуктами, чтобы пополнить походный рюкзак, и дала задание выяснить, какой сегодня день.

Ответ меня просто ошеломил: 389-ый день после Вспышки. Я потеряла целую неделю. Плюс еще два дня, чтобы добраться до форта Арканов.

Тик-так.

В ожидании загрузки машины я заговорила с Солом:

— Раз уж мы собрались покинуть тёплый и уютный колизей, тебе не помешало бы приодеться и обуться.

Ведь у него на ногах летние, мать его, шлёпанцы. А тело обёрнуто простынёй. Завершают ансамбль бесполезные наручные часы.

— Беспокоишься обо мне, querida? — он впервые улыбнулся.

Готова поспорить, он умеет быть весьма обаятельным, если б только не эта одержимость убийствами.

Хотя кто бы говорил…

— Если ты окоченеешь на холоде или отморозишь что-нибудь, это сильно меня задержит.

Я достала из рюкзака вторую перчатку. И, надевая её, заметила, что Сол обратил внимание на мои знаки, хотя виду не подал.

— Ни от того, ни от другого я не пострадаю, — ответил он, — моё тело всегда горячее.

Здорово, наверное. Я вспомнила, как недавно стучала зубами на вышке сотовой связи.

— Гуляя босиком, легко напороться на что-нибудь острое.

Он опустил глаза.

— Я не босиком.

— Один шаг на землю, и твои шлёпанцы тут же засосёт вязкая грязь, — я окинула его взглядом, — что насчёт джинсов? Как-никак, плотная ткань защитит ноги при падении. Кроме того, хоть я и не знаю, как распространяется костоломная лихорадка, но уж точно не хотела бы оказаться без трусов, проезжая через колонию зараженных чумой.

Он сглотнул и едва заметно поёжился.

— И ещё ты, наверное, захочешь взять с собой тревожный рюкзак?

— Тревожный рюкзак? — Сол захлопал глазами.

Неужели я тоже вот так раздражала Джека своей невежественностью?

— Рюкзак. Со спасательным снаряжением. Со всем необходимым для выживания.

Он беспечно пожал плечами.

— Наверное, подготовиться к суровым условиям мне всё-таки не повредит. Не желаешь ли пройти в мои покои и помочь мне переодеться?

Он бросил на меня такой пылкий взгляд, что я чуть не прыснула со смеху. Тоже мне, нашёл к кому подкатывать.

— За одеждой и обувью отправь кого-то из своих. Но учти, если он не вернётся к тому времени, как в машину загрузят все цистерны, будешь раздевать трупов, как делают остальные.

Сол махнул одному из Раздетых и дал ему указания. Затем повернулся ко мне.

— Что ты сделаешь с моими почитателями?

Серьёзно?

— Все они убивали лишь ради того, чтобы разгуливать без майки.

Большинство из них до сих пор барахтаются в моих живых сетях.

— Ты слышала, как они кричали «victi vincimus»? В переводе с латыни это значит: когда нас покоряют, мы покоряем. Некоторые из них, возможно, убивали, защищаясь.

Я и не сомневаюсь, что среди них есть хорошие люди; но есть и не очень.

— Кто-то, может быть, вырвется на волю, а кто-то нет, — это всё равно не имеет никакого значения! — сейчас мне не до них, мы торопимся.

Один из раздетых подал знак, что грузовик загружен, и я повернулась к Солу.

— Запихивай своих питомцев в кузов и садись.

По взмаху его руки зомби поднялись по погрузочному трапу. Я кивнула одному из Раздетых, чтобы он закрыл за ними дверцу, и мы с Солом забрались в кабину.

Он сел за руль.

— Раз уж нам предстоит вместе отправиться в путешествие, может, назовёшь свое имя?

— Нет.

Уголки его губ опустились.

— Мой почитатель еще не принёс одежду. Неужели, собственнолично указав на все мои просчёты, ты всё же хочешь отправить меня в путь без штанов?

— Ну что ты, по пути нам обязательно попадется парочка-другая покойников.

— Но тебе и самой будет некомфортно в этой мокрой грязной одежде, — отметил он, — а я мог бы организовать сухие джинсы и свитер. А также пару тёплых носков. К чему такая спешка?

Добраться до Тэсс. Добраться до Тэсс. Добраться до Тэсс. Одиннадцать минут против девяти дней. Против тысяч и тысяч минут.

Повернув под моим натиском время вспять, Тэсс едва выжила. Я боялась, что она возненавидит меня навсегда. Но Джоуль сказал: «Она обрадуется, что смогла оказать помощь. Девочка любит быть полезной».

Эта милая девочка была рада.

А значит, она будет готова поработать.

Вместе мы сможем сделать это! И я не хочу усложнять задачу, прибавляя лишние минуты.

— Не твое дело.

С помощью стеблей, опутывающих запястья, я привязала одну руку Сола к рулю, а вторую к рычагу коробки передач.

Он вздохнул.

— Я, конечно, люблю все эти штучки со связываниями, но сейчас мне правда больно.

— Ой, мамочки. Да что ты говоришь? — я затянула лозы ещё туже. — Поехали.

Стиснув зубы, Сол неумело завёл грузовик. Неужели из него водитель ещё отстойнее, чем из меня? Я-то даже прав не получила, потому что всё лето перед шестнадцатилетием проторчала в психушке. А после Вспышки за рулём обычно был Джек.

— Могла бы просто попросить, — серьёзным тоном сказал Сол, — и я бы поехал с тобой без всех этих угроз и выкручивания рук.

— А у пленников своих ты спрашивал, хотят ли они биться за жизнь? Рули давай.

Он пожал плечами и дал по газам. Мы свернули к шоссе. В зеркало заднего вида я заметила полураздетого «почитателя», бегущего за нами с большой брезентовой сумкой в руках. Он попробовал закинуть её в кузов, но мы отъехали уже слишком далеко…

Прости, Сол, сегодня не твой день.