— Вы же первый раз в Софии? — спросила у меня глава Радомировых, к которой мы прибыли на званный ужин, организованный в нашу честь.

— Да, — коротко ответил я.

— И как вам город?

— Думаю, что летом он гораздо прекраснее.

— О да, вам обязательно нужно побывать у нас ещё раз, когда установится хорошая погода, — закивала головой Ванда. — К сожалению, в этих широтах зима не самое впечатляющее время года. Редкие морозы и частые дожди, увы, не могут добавить позитивного настроения, и если бы вы, княгиня, любезно не решили бы разогнать поднадоевшие тучи, было бы совсем грустно.

— Ну, как понимаете, я руководствовалась прежде всего соображением об удобстве своей семьи, — улыбнулась Ольга на этот словесный реверанс.

— Я не спорю, просто в моём возрасте дополнительные солнечные лучи только в радость, за что вам отдельное спасибо.

Я мысленно хмыкнул, на этот пассаж о возрасте. Стереотипы, конечно, жуткая вещь, и для меня имя Ванда в первую очередь связанно с известной предсказательницей, имя которой знают, наверное, все, кто хоть раз слышал хотя бы о том же Нострадамусе. Фотографии этой очень пожилой женщины я неоднократно видел в своём мире, в качестве рекламного баннера на каком-нибудь сайте как ссылки на важную информацию о предсказаниях этой бабули. И конечно, до встречи с главой Радомировых подсознательно ожидал морщинистую и сгорбленную старуху, что, учитывая возраст в восемьдесят три года, было вполне оправданно по меркам моей старой Земли. Здесь же нас встретила великолепная женщина, на вид максимум сорока пяти лет, с очень приятными, на мой глаз, формами и стройным телом, как, в принципе, у всех местных представительниц прекрасного пола.

В нашем расследовании загадок возникла небольшая пауза, так как мы ожидали результат работы от местной воровской гильдии, которую привлекли к похищению из монастырского склепа нужных нам вещей. Встречу с посредницей проводила Агния, при поддержке пары хранительниц, и в течение нескольких дней мы вправе ожидать ответа. В связи с этим, решили потратить один вечер и уважить доброжелательный и родовитый болгарский клан совместным ужином. София уже отделилась от этого семейного стола, убежав с несколькими детками разных возрастов знакомиться с фамильным дворцом весьма приличных размеров. А Яна вместе с Радой изначально ожидавшие за дверью, составили компанию этому шумному забегу наравне с несколькими хранительницами Радомировых и теперь за столом осталась небольшая компания из восьми человек.

Помимо нас с Ольгой присутствовали глава клана, её старшая дочь Лидия, родная сестра Ванды с немного странным именем Дельфина, знакомая уже нам по встрече в аэропорту Богдана, а также двое мужчин, являющихся мужьями Ванды и Лидии. Если муж Ванды, представленный Филиппом, пока совершенно не участвовал в застольных разговорах, сидя с чопорным выражением лица, то Андрей — муж Лидии — мне понравился. Оказалось, что он весьма активно увлекается роботехникой и при этом полноценно помогает своей жене в управлении делами клана, отвечая за финансовую составляющую. Я даже поймал себя на стыдливой мысли, что я-то в делах своего клана участвую весьма посредственно, хотя бесполезными мои усилия назвать нельзя и кое-какую пользу я уже принёс — это я так скромненько приписал себе спасение мира, ведь если бы Регина пришла к власти, последствия ощутили бы не только в России.

Малый обеденный зал, где нас приняли, выглядел роскошно и невольно притягивал взгляды рядами декоративных колонн, выстроенных вдоль стен нежно-голубого цвета, и красивыми хрустальными люстрами. Огромные, от пола до потолка, окна также смотрелись очень внушительно, маня своей загадочной темнотой ввиду позднего времени суток. Позолоченные шторы ещё больше подчёркивали общую помпезность этого места. Во главе большого прямоугольного стола сидела Ванда с мужем, по правую руку от неё расположились мы с Ольгой, а рядом со мной уселась Богдана. Напротив нас находились соответственно остальные члены семейства. Причём мы с Андреем заняли позиции строго друг против друга, что позволяло нам время от времени вставлять свои фразы во время возникающих иногда пауз в разговоре присутствующих дам. Вот и сейчас этот юморист, немного старше меня, обладатель роскошной блондинистой шевелюры и явно имеющий собственный взгляд на придворный этикет, решил пройтись по теме роботов.

— Скажите честно, Сергей, ваша великая супруга также мешает вам познавать мир роботов? — с улыбкой спросил Андрей.

— К сожалению, мне не с чем сравнить, не приведёте пример? — отфутболил я каверзный вопрос.

— О, без проблем. Лидия каждый раз переживает, что я могу в любой момент прищемить себе пальчик, — хмыкнул собеседник.

— Ваша переживает всего лишь за пальчик, а вот моя жена думает, что меня раздавит целиком. Хотя вы не уточнили, про какой именно палец идёт речь — возможно, он очень важен, — закончил я немного плоской шуткой, желая посмотреть, кто, помимо Филиппа, страдает излишней строгостью взглядов.

Андрей откровенно заржал, моя Ольга только хмыкнула, а вот Лидия и Ванда с сестрой Дельфиной широко улыбнулись. Про истукана Филиппа промолчим, а Богдана весело проговорила:

— Как интересно, оказывается, умеют сочинять мужчины.

— Кстати, Андрей пишет очень красивые стихи, не желаете послушать? — выдала вдруг Лидия.

— О господи, — вырвалось у меня.

— Не поможет, — грустно проговорил Андрей

— Возможно, побег спасёт твою душу? — участливо предложил я. — Могу посодействовать.

— М-м-м, две охранницы на входе, боюсь, затея обречена на провал.

— Андрей, ну прочти, пожалуйста, я знаю, что княгиня Ольга любит поэзию, — проговорила Лидия с улыбкой.

— Увы, но это правда, — печально подтвердил я, за что получил шутливый толчок локтем от улыбающейся Ольги.

— Как ты вообще мог так пасть? — продолжил я прикалываться над темой.

— Это не я, это муза, — вздохнул Андрей, поднимаясь из-за стола, явно собираясь продекламировать какое-то своё творение.

— Пристрелить не пробовал?

— Да там фиг попадёшь, — хмыкнул мужчина, — больно вертлявая.

— Ну ладно тогда, давай жги глаголом наши сердца. Если что, я обожаю короткие четверостишия, — постарался я направить ход его мыслей в нужную сторону. — У меня аллергия на оды с поэмами, — сделав извиняющиеся выражение лица, пояснил я, чем вызвал дополнительный шквал улыбок.

— Вам так не нравится поэзия? — спросила Ванда.

— Нравится, — опередила меня Ольга и до кучи прихвастнула: — Сергей очень хорошо играет на гитаре и поёт.

— О-о, — произнёс Андрей, садясь обратно за стол, — Стихи не конкуренты хорошей песне, сейчас скажу, чтобы принесли инструмент.

Предложение вызвало нездоровый ажиотаж, а я, посмотрев на этого стрелочника и сделав печальное лицо, заявил:

— И ты, Брут?

— Могу посодействовать в побеге, — хмыкнул мужчина, возвращая мне ранее брошенный «мяч».

— Но я всё-таки надеюсь познакомиться с вашим творчеством, — неожиданно проговорила Ольга, — Заинтриговали, знаете ли.

— О да, что-нибудь из раннего и не изданного, — довольно скалясь, поддержал я идею. — Кажется, я созрел на поэму, причём эпическую.

На этот раз рассмеялись все, а после довольно улыбающаяся Лидия проговорила:

— Судя по тому, как наши мужчины спелись, стоит усилить охрану винного погреба.

— Зачем, дорогая? — возмутился Андрей, — Я абсолютно уверен, что мы с Сергеем справимся с этой задачей самостоятельно. Ни одна мышь не проскочит.

— А там есть что охранять? — поинтересовался я.

— О да, там хранятся настоящие сокровища, — и, воздев палец к потолку, патетически воскликнул. — Коллекция со времён Византии!

— Пожалуй, Богдана права, — хмыкнула Ольга, — когда мужчина в ударе, он врёт необычайно красиво. Никогда не видела, чтобы так восторгались уксусом или во что там превратилось вино после столь долгого хранения.

— Ну, возможно, я немного преувеличил, — улыбнулся Андрей.

— Действительно, подумаешь, какая мелочь — ошибся на пару тысячелетий, — поддержал я его.

В общем, вечер удался, а Радомировы оказались весьма радушными и гостеприимными хозяевами, причём с полным отсутствием снобизма, что весьма мне импонировало. Видно, Андрей с Лидией давно создали в семье соответствующую атмосферу, только один Филипп просидел весь вечер с постным выражением на лице, но я довольно быстро перестал на него реагировать. Мы даже поменяли с Ольгой планы и решили не уезжать вечером, как планировали изначально, а остались ночевать у них во дворце. Так что вернулись домой только после хорошего завтрака, который снова провели в компании радушных болгар.

Вовремя мы, конечно, нанесли визит местной хозяйке города, так как буквально после приезда на арендованную виллу Ольге поступил звонок от Вяземской Кати. Однако, я фигею с этого марлезонского балета. Оказалось, что Вяземским пришёл вызов на поединок сразу от четырёх Сильнейших кланов. Выяснилось, что земли в Приамурье, подаренные Евой и ранее принадлежавшие Антонине Романовой, бывшей главе СИБа, оказались с одним существенным подвохом. В своё время Антонина, пользуясь своим высочайшим положением, отжала спорные территории в свою пользу, а то, что при этом пострадали интересы сразу четырёх кланов, её совершенно не смущало и уж тем более не волновало.

Зато теперь, когда эти владения вышли из-под руки императорского рода, обиженная четвёрка спокойно выкатила свои претензии новым владелицам. Самое печальное, что после подачи в императорскую канцелярию соответствующих документов, оспаривающих законное нахождение некоторых частей данного надела в руках Вяземских, Сильнейшим ответили, чтобы разбирались самостоятельно. При таком ответе события могут развиваться только по одному сценарию — и кланы бросили Вяземским вызов на поединок.

Получается, что сотрудницы Евы не смогли юридически прикрыть Вяземских, а документы на земли Антонина оформила как-то криво, и теперь разгребать последствия приходится нашим союзникам. Вариант, что Ева специально подбросила такого «кота в мешке», на мой взгляд, маловероятен. Зачем ей заранее портить отношения с кланом, показавшим свою надёжность? Так что наша молодая императрица, скорее всего, была просто не в курсе таких нюансов. Ну а Вяземским теперь придётся поднимать брошенную перчатку и отстаивать свои интересы на поле боя.

Кто-то, наверное, возмутился бы неравенству сил и поспешил бы обвинить Сильнейших в трусости и подлости, но это не совсем так. Вызовы на поединок строго регламентированы, минимальная заявка в количестве используемой в сражении технике также чётко прописана, а значит, Вяземские спокойно могут выставить на каждый из поединков по двадцать пять роботов определённых категорий и десять тяжёлых МПД. Из-за того, что все четыре претензии касаются одного и того же вопроса, наши союзники также вправе объединить все поединки в один решающий бой, но для этого, конечно, придётся увеличить в четыре раза количество выставляемых сил.

То есть по существу-то ничего страшного не случилось, однако есть одно большое НО. Даже если Вяземские выиграют все четыре поединка или одно большое сражение — а это уже сам по себе вопрос, смогут ли их пилоты выступить на должном уровне — остается проблема касаемо сроков владения спорными территориями. Ведь Сильнейшие указали в заявке, что спорная земля переходит победителю на срок в три года и только после истечения этого периода можно снова оспорить право на владение. В результате этого пассажа мы получаем следующий расклад. Если Вяземские выигрывают, то через три года Сильнейшие снова бросают им вызов, а если наши союзницы проиграют, допустим, два из четырёх поединка, то через три года получают очередные проблемы. Ведь они наверняка попытаются отбить обратно потерянные участки, но так как Сильнейшие безусловно подписали союзный договор и согласовали свои действия именно по этому вопросу, то Вяземские получат отпор сразу от всех четырёх, и им придётся снова выставлять минимум сотню роботов и сорок МПД опять-таки при условии, что противостоящие кланы не выставят больше, ведь теперь они, как вызываемая сторона, будут вправе увеличить количество техники. А потом Вяземские получат ответный вызов от тех Сильнейших, что в прошлый раз проиграли, и также захотят реванша.

В общем, чем дальше, тем хуже будет развиваться ситуация, а потому надо решать эту проблему с первого раза и, желательно, малой кровью. И в этом случае на помощь могут прийти союзники, привлечение которых правилами не возбраняется, а в заявке на поединок надо сделать одно существенное исправление. Вяземские вправе потребовать изменить пункт, где прописаны сроки владения в случае победы, и четыре Сильнейших клана обязаны будут принять это изменение, иначе их заявка на поединок практически аннулируется, а точнее, сроки генерального сражения начнут переноситься до тех пор, пока не будет достигнуто полное согласие всех сторон. А такой процесс может занять бесконечно долгий период времени. И значит, наши союзницы при поддержке Гордеевых могут рискнуть и сыграть ва-банк, прописав новые условия. То есть: удалить пункт о возможности через три года повторно оспорить право собственности на вышеуказанные участки земли, заменив его положением о бессрочном владении в случае победы в поединке. И до кучи выставить на поединок не сотню роботов, а все двести или триста, причём уже максимально тяжёлых категорий. Вот такой расклад будет однозначно не в пользу Сильнейших, и им придётся хорошенько подумать, где набрать столько серьёзной техники и, главное, опытных пилотов.

Клановые союзы, как и Восток, вообще очень тонкая штука. Практически у каждого рода или клана есть хотя бы один долгосрочный и давний военный союз, но количество союзников редко бывает более двух. Во-первых, очень трудно не пересечься в различных сферах, не перейдя тем самым дорогу друг другу, а договариваться не всегда удобно или интересно. Во-вторых, иметь больше двух друзей — весьма тяжкая задача в плане обязательного обеспечения их необходимой поддержкой, когда им потребуется ваша помощь. Бывает и наоборот — когда надёжные партнёрские отношения в каком-нибудь совместном деле могут быть сразу с несколькими кланами или родами, и именно такие реализованные успешно отношения чаще всего приводит к полноценному военному союзу, хотя это происходит далеко не всегда. Например, у Гордеевых сразу три надёжных союзника: Демидовы, Вяземские и японский клан Мията. Также есть парочка давних партнёров, с несколькими общими проектами и дружески настроенных по отношении к нашему клану — это Вараничи из Югославии и российские Сильнейшие Мосальские, которые правда немного облажались во время недавних событий, зато теперь стараются по максимуму реабилитироваться. В общем, даже временные союзы с ограниченным сроком действия между несколькими кланами не самое частое явление и четыре Сильнейших выступают единым фронтом только из-за совпадающих в данный момент интересов.

Как бы то ни было, но, к сожалению, из-за всех этих событий в России наши с Ольгой планы накрываются медным тазом, так как ей придётся вернуться в империю. Безусловно, что-то можно согласовать по телефону, и большую часть работы для подготовки к сражению возьмут на себя Ярослава и Мирослава, но моя жена как глава союзного клана обязана присутствовать на встрече всех заинтересованных сторон, где произойдёт окончательное утверждение количества используемых сил, а также обсуждение условий по срокам владения. Обычно запись таких переговоров транслируется по телевидению перед самым началом поединка, дабы потом никто не мог отвертеться и сказать что-то типа «она этого не говорила или вообще её не так поняли». И после того, как согласуют все нюансы, главы всех противостоящих сторон также должны присутствовать наряду с наблюдателями от Романовых, следящих за соблюдением всех установленных правил в ходе сражения.

— Нам нужно возвращаться, — прервала Ольга мои размышления, озвучив вслух гуляющие в голове мысли.

Сидели мы в полюбившейся нам обоим гостиной, заняв два кресла в углу этой комнаты.

— Нам? — скептически переспросил я, — Тебе — да, а что мне там делать? Сидеть в усадьбе и плести кружева? Или ты доверишь мне робота, чтобы я мог поучаствовать в конфликте?

— Серёжа, ну что ты опять начинаешь? — голос Ольги зазвенел. — Сначала тебя едва не убили в Маньчжурии, потом во время переворота отличился, а теперь чего ты хочешь?

— Э-э, притормози, родная, — замахал я руками. — Переворот-то точно не моих рук дело, чего приплетаешь? Да и Маньчжурия тоже стечение обстоятельств, я вообще-то уже домой на самолёте летел, если ты забыла.

— Я к тому, что тебе в последнее время везёт вляпываться в различные ситуации, и ты постоянно рискуешь жизнью.

— А ты у нас, значит, бессмертная и ничем не рискуешь?

— Я не бессмертная, но чтобы меня убить, надо приложить более существенные усилия.

— Позволь напомнить, дорогая, что если бы не я, то в последний раз такие усилия увенчались бы успехом.

— Я помню, но и ты, похоже, забыл, дорогой, что тебе тогда сказочно повезло остаться в живых, — скрипнула белоснежными зубками моя княгиня.

— Это говорит о том, что вместе мы — сила, — пафосно заявил я.

— Господи! Ну когда ты перестанешь трепать мне нервы? — воззвала супруга к высшей инстанции, для усиления посыла закатив глаза в потолок.

— Никогда, — категорично заявил я, — это официальная позиция Господа, я у него лично спрашивал, а ты бы могла уже привыкнуть. А потому слушай мой гениальный план. Ты с Софией летишь в Россию, а я с Агнией и хранительницами продолжаю поиск.

— Плохой план, — недовольно сказала Ольга.

— Ну-у, второй вариант, это я выхожу на роботе рядом с тобой, если дойдёт до явных боёв, хотя я понимаю, что такой вариант маловероятен. Зато поучаствовать в намечающемся поединке мне вполне по силам, если вспомнишь, Алёна авторитетно заявляла, что я хороший пилот. Смею надеяться, что она всё-таки не льстила.

— Ты — артефактор, и мы вроде уже определились с тобой, что твоё предназначение именно этот путь.

— Это ты определилась, а я просто признал твои доводы разумными, но это не значит, что я буду всё время сидеть дома, пока моя жена воюет.

— Но на Кавказ ты же меня отпустил?

— Так там столько Валькирий с тобой шли, я почти не волновался.

— Ты невыносим в своём вечном желании доказать мне, чего стоишь как воин.

— А ты невыносима в твоём желании спрятать меня глубже под собственную юбку, чтобы, не дай бог, не простудился.

— Это не я такая, это реалии моего мира, который тоже стал твоим, — уже натурально закричала Ольга. — Мужчины не воюют, а сидят дома, потому что их мало, и они слабы.

— Хреновые реалии, что я ещё могу сказать, — хмыкнул я, напрочь игнорируя женский гнев, ибо уже тысячный по счёту предмет разговора выработал во мне определённый иммунитет. — Но прошу отметить, ваша честь, что специально на рожон не лезу, понимая, что в одиночку пока слаб. Вынужденно пользуюсь вашей защитой и поддержкой, что, несмотря на всю вашу прелесть, временами бесит. И ты, по-моему, упустила суть моего предложения: я как бы не воевать собираюсь, а просто продолжить поиски ответов, под надёжной охраной.

— Бесит, значит? — прищурилась Ольга, пропустив мимо ушей мои последние слова.

— Ты прямо так удивилась, — развёл я руками, — как будто открыл тебе страшную тайну.

— Нет, тайну ты не открыл, — напряжённым голосом ответила супруга. — Но осознавать, что тебя настолько раздражает моя помощь, весьма неприятно.

— Я имел в виду, что меня бесит собственная слабость, но отнюдь не ты и твоя поддержка, — торопливо проговорил я, чувствуя, что Ольга обиделась.

— Ну да, конечно.

— Оль прекращай, — я встал с кресла и, подойдя к жене, рывком поднял её за руки из кресла. — Я безмерно благодарен судьбе, что в моей жизни есть ты. И я, правда, не знаю, что бы делал, если бы не встретил тебя. Любовь такой женщины нужно заслужить потом и кровью, а мне, я считаю, подфартило незаслуженно. Этот аванс я честно стараюсь отработать, но у меня не всегда получается. Ты же знаешь, откуда я родом. Когда ты идёшь на какие-нибудь разборки, мне каждый раз приходится ломать себя об колено. Мне до сих пор нереально тяжело подстраиваться под местные реалии, и единственное, что меня обнадёживает — это возможность достигнуть такого ранга, когда ты перестанешь настолько сильно переживать за меня, ну а я смогу действительно встать рядом со своей Валькирией в одном строю против общего врага.

Говоря всё это, я смотрел в глаза своей любимой, как всегда восхищаясь синевой её глаз, и мне казалось, что ими можно любоваться бесконечно долгое время, с каждой секундой погружаясь всё глубже в этот прекрасный омут.

— Я всегда буду переживать за тебя, — прошептала Ольга, или это я прочитал в выражении её глаз.

Я обнял свою женщину за талию, крепко прижав к себе, зарылся лицом в её золотые волосы и, вдыхая будоражащий аромат своей княгини, проговорил:

— Я тоже навряд ли когда-нибудь смогу оставаться спокойным.

Её руки обхватили меня за шею, и когда она подняла голову, наши губы встретились, чтобы насладиться долгим поцелуем. А в процессе жарких объятий я не удержался, чтобы немного не опошлить светлое чувство незамутнённой любви, в результате чего Ольга слегка отстранилась и, подняв на меня озорно сверкнувшие глазки, спросила:

— Чего это ты задумал в двенадцать часов дня?

Мои руки в порыве вспыхнувшей страсти уже пристроились на самых привлекательных для меня местах её тела. Левая рука вовсю орудовала под короткой плиссированной юбкой, исследуя обе половинки сексуальных ягодиц, а вот правая, вволю натискав сквозь материю блузки роскошную грудь, уже начала борьбу с первыми непокорными пуговицами, дабы получить полный доступ к спрятанным сокровищам. Там по ходу движения нужно будет преодолеть ещё одно препятствие в виде бюстгальтера, но это уже мелочи, а вот пуговицы почему-то сдаваться без боя не желали.

— Тороплюсь выполнить супружеский долг, — озвучил я вполне очевидную вещь, пыхтя над неуступчивой конструкцией блузки и не выдержав пожаловался: — Слушай, они у тебя магией, что ли, запечатаны?

— Нет, — улыбнулась Ольга, — просто нужно использовать обе руки.

— Я не могу, у меня вторая сильно занята, — хмыкнул я и, переведя правую руку под юбку на помощь к левой, добавил: — Давай-ка ты сама, а я посмотрю, поучусь.

Притиснутой ко мне Ольге осталось, конечно, маловато свободного пространства, но я был уверен, что она справится.

— Тебе быстро или медленно? — дразнящим голосом спросила эта хулиганка, слегка выгнув назад спину и неторопливо расстёгивая первую пуговку.

— У тебя пара секунд или я сейчас порву твою эксклюзивную модель, — прояснил я ситуацию.

— Оу, такие угрозы, я прямо растерялась, — коварно улыбнулась Ольга, нарочито неспешно продолжая процесс избавления от лишних, на мой взгляд, предметов одежды.

Я с трудом дотерпел до финала, жадным взглядом встречая каждую новую часть постепенно обнажающегося тела. Силы воли хватило, чтобы удовлетворённо проследить за падением соскользнувшей с плеч жены хитро сделанной блузки. Сорвался уже, когда более покладистый бюстгальтер одним ловким движением отлетел куда-то в сторону, отброшенный рукой Ольги. Вот после этого терпеть уже не было никаких сил и, подхватив свою женщину на руки, я на сверхзвуковой скорости полетел в сторону нашей спальни. Накипело так, что пар из ушей валил, словно у паровоза на полном ходу. А восторженное предвкушение нарисовало столько эротических поз, сулящих удовольствие, что от нетерпения умудрился порвать штаны, пока лихорадочно стаскивал их с себя с помощью своих рук и стройных ног моей богини, которая не осталась безучастной и активно помогала в этом нелёгком процессе.

Экстаз и эйфория в одном флаконе и такая дикая смесь из непередаваемых эмоций и ощущений, что всегда должны связывать двух любящих и жаждущих друг друга людей. Связывать в едином порыве безграничной любви таким образом, когда с вершины этого пика страсти кажется, что весь остальной мир исчез, а во вселенной остались только вы вдвоем. Последние из оставшихся по-настоящему живых, чьи сердца — это пульс галактики, а сдвоенный крик удовольствия это взрыв сверхновой звезды и рождение новых миров, олицетворяющих кусочки ваших душ. И где-то там далеко на самом краю сознания, родится очередная мысль — «Господи, как хорошо, что она (или он) есть у меня»!

* * *

Аэропорт столицы Болгарии прощался с моей женой, сопровождая её хорошей погодой и ясным безоблачным небом. Причём на этот раз Ольга в этот процесс совершенно не вмешивалась, и природные силы самостоятельно проявили характер, разогнав все тучи. Дело происходило на следующее утро после нашего разговора, и, помимо яркого солнца, среди провожатых неожиданно нарисовались Радомировы, а точнее, Ванда с дочерью Лидией и её мужем Андреем. Правда, для них стало сюрпризом, что самолёт увозит только мою жену, а я с маленькой Софией остаюсь на некоторое время.

Но болгарский правящий род вполне удовлетворился полученным объяснением, что у княгини в империи нашлись срочные дела, требующие её безотлагательного присутствия. А дочку мы, посовещавшись, всё-таки решили оставить со мной, к тому же во время «допроса с пристрастием» Софи раскололась, что хочет остаться с папой. Ну, про допрос я естественно приукрасил, но на вопрос, поедет ли она с мамой обратно в Москву или желает ещё попутешествовать с папой, ребёнок, не колеблясь, ответил, что остаётся путешествовать. Не люблю долгие проводы, а потому, поцеловав по очереди с Софией нашу улетающую маму и в сотый раз пообещав не совершать глупостей, поехали обратно в сторону съёмного дома.

Каюсь, торопился, так как Агния уже получила сообщение от посредницы о том, что заказ выполнен и та готова передать найденные в гробнице Раи, интересующие нас предметы. Встреча была назначена на час дня, и мне не терпелось узнать, что же именно воровки смогли достать. Сама же Агния в сопровождении нескольких хранительниц уже выехала в нужное место, а я, чтобы в процессе ожидания время пролетело быстрее, завернул по пути в детский кружок по рисованию. Благодаря Яне, мы ещё вчера знали, что среди деток сегодня будет проводиться конкурс рисунков, а строгое жюри из трёх улыбчивых девушек собирались выбрать особо красивые работы и отметить юных художников поощрительными призами. В общем, всё прошло нормально, и София успешно нарисовала летающего дракона! Или крокодила? Короче, это было что-то зелёное с крыльями, после чего ребёнок, с гордым видом сдав свой шедевр, с детской непосредственностью поинтересовалась, когда ей завтра приходить за наградой. Жюри, что ли, подкупить, дабы обязательно выдали утешительный приз, ибо очень сомневаюсь, что дракончик займёт призовое место. Или нафиг? Пусть София знает, что помимо побед бывают и поражения, которые должны также стимулировать, если хочешь чего-то добиться. Дилемма, однако!

Дома я, отправив дочь на обед, нетерпеливо поднялся наверх и заходил из угла в угол, меряя шагами помещение. Желание позвонить Агнии душил несколько раз, но в итоге плюхнулся в кресло и постарался помедитировать. Вроде получилось, так как очнулся от шума в коридоре, а спустя секунду в дверь вошла наш «штатный артефактор по вызову». Судя по широкой улыбке на её лице, всё прошло успешно и что-то нужное мы всё-таки получили. Девушка выложила на стол одну деревянную коробочку, уже знакомую по прошлому опыту, и довольно проговорила:

— Как и ожидали, один амулет и одна загадка.

— Что скажешь по амулету? — сразу спросил я, абсолютно уверенный, что Агния по дороге уже посмотрела всё, что нужно.

— Особо рассказывать не о чём, кроме того, что это «Антилекарь», только очень высокого класса, — задумчиво сказала девушка, в то время как я уже открыл шкатулку, чтобы внимательно осмотреть магическое устройство.

— А разве в то время они уже были? — удивлённо вопросил я.

— В том-то и дело, что нет.

— Однако, похоже, что Славица реально была гением.

— Да, не спорю. Ты уже знаешь, что такие амулеты очень сложны в изготовлении. Сделать рабочий экземпляр с первого раза не всегда получается даже у признанной мастерицы. А первые упоминания о таких изделиях зарегистрированы около ста пятидесяти лет назад.

— Дела-а, — протянул я, разглядывая лежащую на ладони древность.

Он действительно был странен, начиная от своей сути, фантастической для того времени, откуда был родом, и заканчивая необычным видом. На данный момент в ходу амулеты в форме круга. То есть берётся основа идеальной окружности из какого-нибудь металла и уже на неё крепятся остальные компоненты в основном из драгоценных камней. Иногда встречаются овальные амулеты и совсем уже редко похожие на звёзды с пятью или более лучами. Но на моей ладони сейчас лежал классический Мальтийский крест, выполненный явно из серебра с одним голубоватым камнем строго по центру. Что касается сути то «Антилекарь» в отличие от «Целителя», призван защищать от воздействия лекарской магии. Грубо говоря, если вы не одарённый и вдруг решили грохнуть лекарку, то идти на дело без такого амулета чревато большими для вас проблемами. Короче, без такой защиты вы труп, без вариантов. Если у вас есть хотя бы минимальный ранг Дельта, то задача немного упрощается и тут главное не дать целительнице приблизиться ближе, чем на пять метров, а лучше на десять, чтобы наверняка не попасть под воздействие лекарской магии, которая легко может и убить за пару ударов сердца. Учитывая, что у лекарок доспех духа «дырявый» и держится на честном слове, то та же Дельта сможет завалить такую слабозащищённую одарённую максимум с пятого удара.

Сама история создания «Антилекаря» проста и банальна, кто-то когда-то недооценил силу лекарской магии, и после мгновенной гибели нескольких сильных одарённых артефакторы получили заказ на разработку такого девайса. Но большого распространения они не получили ввиду их сложности в изготовлении, а также невозможности носить оба амулета вместе. Нет, они не высасывали друг из друга силу, ибо относились к разному типу магических устройств, но работа исцеляющего амулета при этом просто блокировалась. Получалось, что при получении серьёзного ранения возникала вероятность совершенно по-глупому истечь кровью.

— Сапфир? — попытался угадать я принадлежность единственного камня.

— Он самый.

Покрутив ещё немного крест и не обнаружив на нём никаких надписей или символов, отложил в сторону. Пришла очередь второй вещицы лежавшей на дне шкатулки, которая принесла очередную загадку на шёлковой бумаге. В этот раз, в отсутствие Ольги, пришлось вслух зачитать мне:

— Я слёзы вложила в надёжный металл,

— Лишь тот всё получит, кто долго искал.

— Я помню их всех, кто свой путь восхвалял,

— Остался последний, что меня проклинал.

Пока я пытался осознать и уловить хоть какой-то смысл, паузу нарушила Агния:

— Я прочла, пока ехала сюда, но, если честно, никаких идей не возникло.

— Тут одной идеей не поможешь, — пробормотал я. — Подсказка по традиции в двух последних строчках, но, чтобы их расшифровать, придётся поработать. Давай открывай свой планшет и начинаем искать всё, что связано с проклятиями королевы. Кто? Когда? Почему? И что стало с теми, кто её ненавидел, а такие наверняка будут.

Агния, кивнув головой, уселась за работу, а я пошёл отдать распоряжение Яне, чтобы пока справлялась с дочкой самостоятельно. Ну и Софии объяснить, что у папы появилась срочная работа, которую незамедлительно нужно сделать. Надеюсь, она не сильно расстроится.

* * *

Мельком глянув на часы, отметил, что время уже четыре ночи, но это было не важно, так мы с Агнией всё-таки докопались до истины. Вроде бы! Н-да, стоит всё же отметить, что археологи и искатели различных сокровищ, успешно отыскав в далёком прошлом различные ценные находки, заслуживают гораздо больше уважения, чем современные охотники за антиквариатом, реликвиями и другими подобными вещами. Просто представьте объём работы без доступа к интернету. Раньше, чтобы получить необходимую информацию, нужно было ехать за тридевять земель, надеясь, что там предоставят доступ к архивам и другим нужным документам. Это хорошо, если могли выслать копии почтой, но и то, сколько суток она добиралась до адресата или правильнее спросить — недель, месяцев? А если возникала надобность что-нибудь уточнить, то на выходе имеем просто катастрофическую потерю по времени. Отсюда и вывод, народ раньше был более терпелив, усерден и намного твёрже в своих желаниях получить требуемое. Без этих качеств любое начинание было обречено на провал, как и в наше время, в принципе, но люди прошлого всё-равно были крепче духом ибо невзгод на их долю выпадало гораздо больше.

Сейчас абсолютно каждый человек может найти в сети всё что угодно и за кратчайшее время, причём не выходя из дома. Конечно, до сих пор существует особо засекреченная информация, которую простому смертному не получить, но если очень постараться, то возможно всё. Ну и обязательно не забываем фильтровать полученные ответы или тем более советы. А то некоторые, послушав врачебные рекомендации из интернета, на радостях бегут лечить все болячки, запихивая себе огурец в одно тёмное место, и почему-то потом искренне недоумевают, и гадают, из-за чего же лекарство не подействовало. А потому что, млять, в полнолуние надо было обряд проводить, когда, мать его, трижды Козерог в зените находится. Только не спрашивайте, что он там делает, в этом зените. Пасётся, наверное.

В нашем с Агнией случае просматриваемые документы не имели никакой степени засекреченности и находились в свободном доступе в виде слухов, легенд и даже документальных писем, давно отсканированных и выложенных в сеть. Даже если у нынешней Югославской правительницы и были какие-то секреты из прошлого, то, судя по выставленным на всеобщее обозрение четверостишиям Радмилы, все тайны того времени уже потеряли свою значимость в связи с истёкшим сроком давности. Если кратко, то наша следующая цель — это Белградский королевский музей. А если развёрнуто, то «проклятие» из письма Радмилы — это не что иное, как послание одной сербской дворянки с весьма древней родословной. Хотя родовитость этой особы ставилась под сомнение даже её современниками, что уж говорить об историках XXI века. Эта мамзель утверждала, что является прямой наследницей славных и великих Неманичей — первых королей Сербии. И упирая на своё, безусловно очень крутое, генеалогическое древо дамочка написала обращение Радмиле, указав открытым текстом, что фамилия Войнович совершенно не катит против Неманичей. И если возрождать объединённое Балканское королевство, то только под флагом более древней и достойной династии. До кучи к этому замысловатому посылу приплетались обещания всевозможных небесных кар и проклятие на всех Войновичей вплоть до седьмого колена.

Мы с Агнией, наверное, отложили бы это письмо к куче других уже просмотренных, а было их действительно немало. Так как перед дворянским собором, где состоялись выборы королевы, все поливали грязью всех и желали видеть на престоле только себя любимых. Но конкретно именно это послание после избрания себя королевой Радмила приказала поместить в металлическую рамку со стеклом и повесить в только что открытом королевском музее как один из экспонатов человеческой глупости, жадности и неадекватности. Все строчки из четверостишия прямо кричали, что это оно, и мы с напарницей согласились, что все другие варианты однозначно не дотягивают. Так что собираем манатки и едем в Белград, благо, что Ольга обещала по прибытию в Москву отправить нам второй резервный самолёт, дабы мы не ограничивали себя в манёврах.

— Ладно, с загадкой вроде разобрались, завтра, а точнее уже сегодня звонишь посреднице и обговариваешь новое дело, — озвучил я девушке план действий. — Обговори, что «посылку» заберём в Белграде.

— А есть ли смысл туда вообще лететь? Они вполне могут передать нам заказ в Софии.

— Если честно, то хотел заглянуть на могилу Радмилы.

— Думаешь увидеть что-то, чего нет на фотографиях?

— Не знаю, — неуверенно ответил я, — вроде ракурсы вполне подробные, но чем чёрт не шутит, вдруг рассмотрю что-то новое.

— Предлагаю дождаться посылки из Белграда, а уж после лететь в столицу Югославии, если вообще придётся. Может, найдём ещё одну подсказку.

— Пожалуй, ты права, — согласился я с доводами Агнии. — Поспешать будем медленно. Интересно, за сколько гильдия провернёт это дело?

— Если ты про деньги, то уверена, что выйдет гораздо дороже. А вот по времени не знаю, — улыбнулась девушка.

— Да по деньгам даже не сомневался, — отмахнулся я от озвученной истины. — После кражи жезла, охрана музея наверняка вздрючена по полной, что естественно повлияет и на цену, и на сроки. Давай лучше обсудим найденный амулет. Судя по его предназначению, а также по структуре той «слезы», которую уже нашли, можно теперь уверенно сделать вывод, что боевой жезл убивал, используя лекарскую силу смерти. Правильно я говорю?

— Пока всё верно.

— Возникает вопрос, а стоит ли заморачиваться с дальнейшими поисками, если по факту защита от такого воздействия уже давно известна, хотя и не применяется повсеместно?

— Стоит, — уверенно ответила Агния, — сейчас объясню почему. Даже лекарка первого ранга для негативного воздействия на организм ограничена максимально возможным расстоянием в десять метров. Судя по легенде, жезл охватил территорию радиусом более пятисот метров. Одномоментно погибли не только все люди, попавшие в зону охвата, но даже животные и отрядная целительница. То есть свыше тысячи живых существ погибли мгновенно. Представляешь силу оружия?

Агния сделала паузу, чтобы я мог наглядно представить такую трагедию. Было сложно, но я постарался проникнуться и осознать.

— Теперь что касаемо амулета — он неимоверно сложен и на порядок превосходит современные схемы защиты. В узловых точках также расположены охранные узоры, а значит на то, чтобы скопировать, уйдут годы исследований. Причём проверить работу будет, как понимаешь, весьма сложно, ввиду возможной гибели всех подопытных, разве что набирать «добровольцев» из приговорённых к смерти и обязательно держать под рукой лекарку высокого класса, чтобы могла реанимировать пострадавших. Я абсолютно точно уверена, что все известные «Антилекари» не смогут остановить силу такого оружия. Все «слёзы» также защищены от копирования, но тот, у кого есть жезл, вполне может, потратив энное количество времени, воссоздать новые образцы этого оружия.

— Сама сказала, что современные уровни защиты не справятся. А значит, без нашего амулета они все погибнут.

— Когда есть образец действующего оружия, то придумать защиту гораздо проще.

— Ты забыла одно существенное но — артефактор, активирующий оружие, обречён умирать с каждым проведённым опытом. И кстати, далеко не факт, что находящаяся поблизости лекарка сможет воскресить незадачливого испытателя. Возможно жезл убивает настолько хорошо, что даже Бог не даст второго шанса. Никто не сможет провести полноценное исследование, не обладая всеми необходимыми частями.

— Да, это существенный нюанс. Но хорошая мастерица, получив рабочий образец, может попытаться внести необходимые изменения, чтобы жезл могла активировать не только артефактор, но и обычная одарённая. Это сложно, но вполне возможно при должном умении, главное, увидеть всю схему целиком в полностью снаряжённом состоянии, это позволит рассмотреть общую суть и самостоятельно додумать узловые точки, которые скрыты защитными узорами.

— Получается, что те, кто украли жезл, ничего не смогут скопировать без наших «слёз», а работа без древнего «Антилекаря» — чистейшей воды самоубийство, — подвёл я предварительный итог нашей дискуссии.

— Получается так, но мы примерно в таких же условиях, даже немного хуже, так как в принципе не можем воссоздать схему оружия. Одного камня и амулета недостаточно для нормальных исследований.

— Почему-то мне думалось, что иногда достаточно одной идеи для того, чтобы хороший мастер смог со временем воплотить её в реальность, — разочарованно вздохнул я.

— Работать с силами смерти не самое привлекательное занятие, — хмыкнула Агния. — Попытки были, и лично я знаю о трёх случаях, когда артефакторы пытались сделать что-то похожее. И все они погибли, так что Славица, может, и гений, но с обязательной приставкой — сумасшедшая.

— Что ж, мне всё ясно, найдём, что ещё можно найти, а потом будем думать, как отыскать жезл или тех, кто его украл.

— Да, больше вариантов нет.

На том наш разговор и закончился, и пожелав друг другу спокойной ночи, мы отправились по кроватям. Первоначально я подумал заснуть в спальне дочери, но там уже обустроилась Яна, а потому был вынужден вернуться в нашу с Ольгой комнату и почивать в одиночестве. Впереди нас ждёт неопределённое по времени ожидание, и возможно, всё же стоит потратить его на поездку в Белград? В общем, решу на свежую голову завтра, или, правильнее сказать, уже сегодня, через несколько часов.

* * *

Москва.

Кремлёвские куранты только что пробили полдень, и Ольга, изгнав из головы лишние мысли, приготовилась войти в Зал Вызова. Две воительницы из кремлёвской стражи уже замерли возле дверей, готовые по сигналу распахнуть их перед очередными посетительницами. Само помещение находилось в восточном крыле Екатерининского дворца и пользовалось стабильным спросом у всех желающих доказать свое право на честь, достоинство и справедливость через поединок. Давненько Ольге не приходилось вступать в этот зал, и последний раз это было пять или даже шесть лет назад. Великие кланы редко переходят друг другу дорогу, стараясь уладить любые вопросы ещё на ранней стадии, не доводя до серьёзного конфликта. На их фоне те же Сильнейшие выглядят настоящими задирами, постоянно что-то доказывая, требуя и сталкиваясь лбами по любому поводу. Про остальные более мелкие роды и клановые союзы и вовсе не стоит говорить. Складывается ощущение, что чем меньше род, тем больше он гордится собственной значимостью, пытаясь донести до каждого сомневающегося свой грандиозный статус. И в своём кругу они никому не дают спуска, вызывая на поединок по малейшему поводу. Правда это касается только тех, кто может позволить себе выставить на бой хотя бы двадцать пять роботов, а остальные будут смотреть и охать, восторгаясь более богатыми соперницами. Ну и конечно завидовать, куда уж без этого, ибо для таких неимущих остаётся только один способ выяснить отношения — с помощью магической дуэли.

Ольга тронула рукой висящую за спиной рукоять катаны и немного ослабила ворот тёмно-синего комбинезона, в который была облачена согласно традиции. Стоящая рядом Владислава была одета схожим образом, только комбинезон был чёрного цвета, а из оружия на боку висела сабля. В былые времена сюда приходили, одетые в брючный костюм, вооружённые шпагой и пистолетом. А в правление императрицы Екатерины — любительницы старины и рыцарских романов, придумавшей столь неординарный способ переговоров и решение спорных вопросов — в ходу были кольчуги и тяжёлые кирасы. Теперь же достаточно было надеть комбинезон пилота робота или МПД и, конечно, не забыть холодное оружие.

— Что-то задерживают сегодня, — вдруг проговорила Вяземская.

Ольга не успела ответить главе давнего союзного клана, как стражницы на дверях встрепенулись и одновременно потянули обе створки дверей. Делая первый шаг, она поймала себя на возникшем в душе предвкушении. Чего именно? Объяснить это человеку, не владеющему магией, сложно. Дело в самом помещении, куда одновременно шагнули обе женщины. Зал Вызова имел идеальную круглую форму, без окон, с куполообразным потолком, и у него были только два входа, расположенных строго напротив друг друга. Соперницы в предстоящем поединке входили в зал с двух противоположных сторон, соблюдая определённый ритуал. Именно перед его прохождением у неё и встрепыхнулось в душе предвкушение от встречи сразу с шестью стихиями.

На первом же шаге вокруг неё вспыхнуло жаркое пламя, а жадный огонь стремительно окутал её с головой, пытаясь найти лазейку в защите. Ольга улыбнулась этой попытке стихии встать у неё на пути и, максимально уплотнив доспех духа, шагнула к следующему испытанию. Её встретил могильный холод, и если бы не активная защита, риск превратиться в ледяную статую был очень высок. Затем была земля, которая постоянно цеплялась за ноги, и каждый очередной шаг давался с большим трудом. Потом её встретило пространство безграничной белизны, в котором было абсолютно невозможно определить его размеры и понять, где находится верх или низ. Мощный воздушный кулак ударил её в грудь, и Ольга даже на секунду замерла. Тут же ответив равнозначным магическим импульсом и тем самым обозначив, что она повелительница воздуха, спокойно прошла дальше, а лёгкий ветерок, словно заигрывая, принялся кружить вокруг неё.

Переход к другой стихии происходил всегда внезапно, без обозначения каких-либо границ, вот и водная стихия встретила реальностью полного погружения на морское дно резко и неожиданно. Было темно, и дальше вытянутой руки не было видно ничего, и Ольга почувствовала, как затрещала её защита, стараясь сдержать созданное водой давление. Преодолев в два шага толщу воды, она мгновенно оказалась в кубе, чьи стены, пол и потолок представляли собой перекрученные сгустки молний. Разряды электрической энергии бессистемно пронизывали весь внутренний объём, постоянно сталкиваясь и шипя, словно рассерженные змеи. Сразу два десятка таких «змей» попытались пробить её внешнюю защиту, но были мгновенно поглощены и наоборот — усилили её. Стихия молнии не могла причинить вред одной из сильнейших своих адептов и раз за разом бессильно бились об её щит, лишь увеличивая его мощь. Возникшая перед глазами серая дымка обозначила конец пути, и последний шаг наконец-то привёл её к конечной цели — к одинокой фигуре женщины в алой мантии, окружённой со всех сторон клубящимся серым туманом, за которым не было видно ни дверей, ни стен. «Похоже, я первая справилась со всеми стихиями», — удовлетворённо отметила Ольга, подходя к главной распорядительнице всех предваряющих поединок церемоний, происходящих в Зале Вызова.

Возраст этой женщины уже перевалил за сто десять лет, и будь с ней сейчас Сергей, он наверняка присвистнул бы и сказал, что в его мире до такого срока доживают единицы из всего многомиллиардного населения планеты. А чтобы ещё и сохраниться настолько хорошо — это вообще невероятно и невозможно. Но даже здесь такое — большая редкость, и средняя продолжительность жизни редко переваливает за девяностолетний рубеж. И если человек начал стремительно седеть и обильно покрываться морщинами, это означало, что конец совсем близко. Бабушка Ольги ушла спустя месяц после начала этого печального процесса, и она хорошо помнила тот вечер, когда, неожиданно прервав ужин, Власта поднялась из-за стола и, расцеловав всех своих близких, отправилась в покои. Утром её не стало, а уже позже Ольга узнала, что после того, как гаснет источник, жить остаётся лишь несколько часов. Иногда бывает, что процесс старения протекает медленно, растягиваясь на несколько лет, но такое происходит достаточно редко. По сравнению с миром Сергея, где большинство пожилых людей из-за множества болячек, «нажитых» уже к семидесятилетнему возрасту, и общей изношенности организма с большим трудом передвигаются до магазина и обратно домой, княгине можно сделать вывод, что на её планете жить намного лучше, сохраняя до самого последнего дня твёрдый разум в крепком теле.

— Приветствую тебя, блюстительница порядка, — проговорила Ольга, останавливаясь в трех шагах от этой женщины из рода Небольсиных, входящего в клан Романовых.

Данный род контролировал в империи судебные процессы и осуществлял надзор за исполнением закона. Все высшие судебные должности огромной державы, за исключением клановых родовых земель занимали выходцы только из этого рода. Бажена Небольсина — стоящая сейчас перед Ольгой, на протяжении последних шестидесяти лет была бессменной хозяйкой Зала Вызова, облечённая обязанностями священнослужителя, судьи, хранительницы традиций и ещё многих других постов.

— И я тебя приветствую, княгиня Гордеева, — степенно прозвучало в ответ, и резной посох в руках соглашающе слегка качнулся. — Чисты ли твои помыслы?

— Да.

— Зачем ты пришла сюда?

— Выполнить свои обязательства согласно союзному договору.

— Ты уверена, что правда на стороне твоей союзницы?

— Да.

— Хорошо, если не будет иных предложений, вас рассудит поединок.

Ольга кивнула головой, подтверждая услышанное, и в этот момент за её спиной раздались шаги. Обернувшись, она увидела Владу, вышедшую из серого тумана, который полностью скрывал буйство магических сил, прячущихся за ним. Несмотря на то, что они с Вяземской вступили в зал одновременно, у каждой из них был свой маршрут и своя очередность противостоящих им стихий. Каждая из гранитных плит, покрывающих пол, по сути была отдельным артефактом, отвечающим только за свой участок. Само ритуальное прохождение через шесть стихий символизировало чистоту помыслов и решительность идти до конца. Правилами не возбранялось остановиться и вернуться обратно, но это означало бы, что поступившая так глава клана или рода неожиданно осознала перспективность мирных переговоров и готова сделать компромиссное предложение своей сопернице, при конфиденциальном разговоре тет-а-тет. Был ещё один существенный нюанс — пройти испытание могла одарённая только с минимальным рангом Бета, причём предельного уровня. Сделано было для того, чтобы слишком юные главы своих родов не имели возможности принимать скоропалительных решений и не бегали по любому поводу в Зал Вызова горя желанием доказать свою правду посредством поединка. Тем временем Владислава, пройдя десяток шагов, остановилась рядом с Ольгой и точь-в-точь повторила ритуальное приветствие. Список вопросов и ответов также был практически одинаковым за одним единственным исключением.

— Зачем ты пришла сюда?

— Отстоять то, что принадлежит мне по праву, — ответила Вяземская.

— Ты уверена, что правда на твоей стороне?

— Да.

— Хорошо, если не будет иных предложений, вас рассудит поединок, — вновь прозвучала стандартная для такой ситуации фраза.

Едва затих голос распорядительницы, как стали подтягиваться остальные участницы предстоящих переговоров. На вопрос, зачем они пожаловали, каждая из вновь подошедших, выдавала ответ, явно заученный заранее:

— У меня претензии к клану Вяземских касаемо прав на владение землями в Приамурской губернии. Соответствующие документы, оспаривающие их право собственности на часть вышеуказанной территории, были предоставлены в императорскую канцелярию.

— Подтверждаю. Претензия получена и завизирована, — проговорила распорядительница и обратилась к Владе, спросив. — Не желаете решить этот вопрос мирно без пролития лишней крови?

— Не желаю.

— Я напоминаю, что, как вызываемая сторона, вы вправе указать количество и характеристики используемой техники, объединить все вызовы в один поединок либо провести их поочерёдно с выбранными вами временными интервалами, а также внести своё предложение по срокам владения спорными землями в случае победы.

— Мы готовы провести один решающий поединок, но срок владения в три года меня не устраивает. Мое предложение — в случае победы право на земли становится бессрочным. Поправка к соглашению окончательна и не обсуждаема, — твёрдо проговорила Владислава.

— Вам необходимо время на раздумье? — прозвучал вопрос уже в сторону четвёрки Сильнейших.

— Нет, — усмехнулась Иви Карпелан, глава клана родом из Финской губернии. — Раз обсуждать нечего, мы согласны на внесение данного изменения в окончательный документ.

Вслед за ней три остальных главы также подтвердили своё согласие. А блюстительница порядка продолжила уточнять у Вяземской необходимые вопросы:

— Озвучьте свою заявку на поединок.

— По сотне роботов в средней, тяжёлой и сверхтяжёлой категории. Лёгких — всего тридцать штук и плюс три сотни тяжёлых МПД.

— Мне кажется, ваш вопрос можно решить гораздо меньшими силами, — мягко проговорила распорядительница, в чьи обязанности также входила задача не доводить до массовых поединков, где высока вероятность больших жертв. — Зачем простое превращать в сложное и устраивать столь грандиозное сражение? Иные страны во время межгосударственных конфликтов обходятся гораздо меньшим количеством техники.

— Пилоты давно не сражались, пришла пора проверить уровень их подготовки. И я забыла упомянуть про три десятка Альф, — невозмутимо ответила Владислава.

Ольга внутренне усмехнулась, внимательно наблюдая за оппонентками: Карпелан, Рокоссовской, Воротынской и Еремеевой. Внешне все сохраняли подчёркнутое спокойствие, хотя пару стиснутых явно в нервном напряжении кулаков она всё же отметила, и ей не требовалась гадать, из-за чего так взволновались главы своих кланов. Если поединки происходят не между давними врагами, то никто особо не старается значительно превышать необходимое количество техники в заявке и не добивает упавшего робота, стараясь уничтожить пилота. Такое негласное, но строго соблюдаемое правило, дабы не разжигать чувства мести от бессмысленно пролитой крови. Но если кто-то на порядок увеличил количество техники, то это ничто иное, как прямой намёк на то, что сражаться намерены по-настоящему. А по-настоящему — это значит до смерти. И тот, кто пошёл на сознательное превышение минимального лимита, тем самым честно заявил, что пощады не будет никому, а бой будет вестись до последнего живого пилота.

— Что ж, я, к сожалению, не могу повлиять на ваше решение, — недовольно проговорила распорядительница. — Однако для сражения столь крупными силами у нас есть только две подходящие арены, это Северная — расположенная за полярным кругом и Южная — в пустыне Гоби. Выбор за вами.

— Южная, — озвучила Влада заранее согласованное с Ольгой решение, обусловленное в первую очередь удобством логистики. Ведь большая часть сил двух союзных кланов находилась в Маньчжурии, и оттуда перебросить технику в Монголию на Южную арену было гораздо ближе.

— Хорошо. Выбор сделан, и ваша заявка принята. Готовы ли Сильнейшие поддержать озвученную заявку или всё-таки попытаетесь решить вопрос миром и сесть за стол переговоров?

— Стол уже был, — криво улыбнулась Карпелан. — Пришло время разговаривать пушкам. Я подтверждаю заявку.

Вслед за временно выбранной старшей от всего квартета Сильнейших своё согласие без колебаний дали ещё главы двух кланов. И только молодая глава Еремеевых ответила с небольшой заминкой и хмурым выражением лица.

После этого блюстительница подвела итог и напомнила санкции, установленные за неявку без уважительных причин одной из сторон на место поединка:

— Что ж, заявка на поединок принята и согласована. Ровно через десять дней ваш спор разрешится на Южной арене. Клан, чья техника не выйдет на поле боя или его глава не явится на поединок, будет дисквалифицирован и на пятьдесят лет лишен права обращаться в Зал Вызова. А его претензия аннулирована либо удовлетворена в зависимости от того, чья сторона нарушит данное правило. Да пребудет сила на стороне правды!

Удар посоха о пол ознаменовал окончание переговоров, а окружающая дымка стала быстро рассеиваться, явив взору стены и двустворчатые двери на противоположных сторонах зала. Небрежно кивнув своим соперницам и вежливо попрощавшись с распорядительницей, Ольга с Владой развернулись на выход, причём стороны конфликта направились каждая к своей двери. Союзницы неспешно и молчаливо шли по коридору, погружённые в собственные мысли. «Жаль, конечно, что Ева не смогла поддержать Вяземских, было бы гораздо удобнее обойтись без лишних сражений», — думала Ольга, всегда считающая, что при малейшей возможности необходимо стараться решить вопрос мирно. И только исчерпав все шансы бескровной договоренности, прибегать к поединку, как очень редкому исключению. У неё был секундный порыв — встретиться со своей высокопоставленной любовницей и замолвить слово за Вяземских, но немного поразмыслив, поняла, что Ева связана по рукам несколькими важными ограничениями. И главное из них — она совсем недавно заняла престол Российской империи и её позиции пока ещё недостаточно сильны. А своим вмешательством накалять обстановку среди кланов, тем более после недавнего переворота — весьма глупая затея. Ведь среди четырёх Сильнейших кланов, что предъявили свою претензию Вяземским, лишь Еремеевы участвовали в попытке посадить на трон Регину, а остальные трое в итоге поддержали Еву. И если молодая императрица допустит произвол, встав на сторону своих обласканных фаворитов, то многие могут возмутиться, а это сейчас совершенно ненужная и опасная вещь. Еве необходимо планомерно зарабатывать дополнительные очки, повышая свой престиж, а не наоборот — терять позиции в рейтинге по любому поводу. Отсюда и вывод, что Гордеевым с Вяземскими нужно разбираться с соперницами самостоятельно.

— Похоже, ты оказалась права, говоря про Еремеевых, — сказала Владислава, когда они вышли из дворца и остановились возле своих автомобилей, допущенных на территорию Кремля. — Они согласились участвовать не иначе как под давлением остальных, хотя претендуют на самый незначительный участок земли, который проще было выкупить, ибо его большую часть занимает болото, и лично мне он совершенно не нужен.

— Это лежало на поверхности, — слегка отстранённо ответила Ольга, — на всех бывших участников переворота обижены очень многие роды. Так что у Еремеевых было всего два пути: или остаться в одиночку сразу против трёх кланов, или наладить с ними отношения, вступив во временный союз против тебя. Не удивлюсь, если по договору они обязаны выставить наибольшее число техники и людей.

— Скорее всего, так и есть, но меня смущает то, насколько легко остальная троица приняла поправки к соглашению и практически невозмутимо отреагировала на нашу заявку. У меня складывается ощущение, что мы что-то не учли и можем очень крупно просчитаться.

— Если тебе станет спокойнее, то у меня схожие ощущения. Финка вела себя необычайно нагло.

— Нет. Спокойнее не стало, — улыбнулась Влада.

— Возможно, всему виной их уверенность в собственных силах, — вернула улыбку Ольга. — Четыре клана, выступающих одним фронтом, уже большая редкость, и это внушает им определённые надежды. Либо они опираются на кого-то ещё, кто, не афишируя своего участия, может предоставить своих опытных пилотов и заодно помочь с техникой. И такой вариант вполне возможен, ведь стремительный взлёт твоего клана не всем пришёлся по душе, а значит, пока ты окончательно не окрепла, нужно попытаться хорошенько проредить твои силы и финансы чередой поединков. Заодно и меня задеть, как твою союзницу.

— Возможно, не стоило настолько превышать заявку, — задумчиво проговорила Влада, — а ограничиться минимальным количеством?

— А как бы мы тогда узнали, кто может стоять за всем этим аттракционом? — развела Ольга руками. — Предъявленные к тебе требования на фоне такого поединка выглядят смехотворно, особенно от Еремеевой и Рокоссовской, а значит, им помогли направить мысли в нужную сторону. И одной Иви Каперлан маловато для сколачивания такого квартета.

— Да, Рокоссовская расстроила меня больше всего, — вздохнула Влада, — ведь у нас планировался один совместный проект, и я не ожидала, что Ирина вдруг выкинет такой фортель.

— Зависть — ужасный возбудитель, и исключать её пагубное влияние на человеческие отношения, конечно, не стоит, но повторюсь, этого маловато для такого шага. Хотеть что-то сделать и иметь для этого силы и средства — две большие разницы. Зато теперь четыре Сильнейших клана, по сути, бросили вызов двум Великим и в случае победы будут пользоваться повышенным уважением.

— Ну-у, я-то Великая пока лишь на бумаге, — с горькой иронией проговорила Вяземская.

— А это не важно, — жёстко ответила Ольга, — никто не вспомнит, что свой новый статус ты получила совсем недавно. Зато поражение больно ударит по нашему общему имиджу, а значит, нам нужна только… Что?

— Победа, — ответила Владислава на резкий вопрос княгини Гордеевой, невольно вытягиваясь перед союзницей.

— Громкая и убедительная победа! Так что действуем по плану и собираем всех лучших пилотов, как и планировали.

На этой решительной ноте обе главы закончили разговор и, тепло попрощавшись, разошлись по своим машинам. «Прорвёмся, — думала Ольга по пути к поместью. — Не в первый раз игра идёт вразрез основному сценарию». Достав телефон, она набрала номер Сергея, чтобы узнать, как прошла новая встреча с посредницей, имеющей контакты с воровской гильдией в Югославии. У него с Софией и Агнией пока всё хорошо, что безусловно не может не радовать. «Главное, чтобы поиски ответов не столкнули их с чем-то действительно угрожающим жизни», — мелькнула у неё опасливая мысль, и слушая короткие гудки, она параллельно решила усилить охрану своих близких и направить им ещё людей, чтобы не переживать на столько сильно, и быть уверенной в их безопасности.