Звучат позывные Клуба знаменитых Капитанов.

Ведущий:

В эфире Клуб знаменитых капитанов. Встреча под кодовым названием – «Координаты неизвестны»…

Продолжительный дребезжащий звонок,

Марья Петровна:

Катюша, пора закрывать библиотеку.

Катюша:

Сейчас, Марья Петровна, я только запакую в ящик книги.

Марья Петровна:

Какие книги ?

Катюша:

Ну те, которые просили ребята…

Марья Петровна:

Какие ребята ?

Катюша:

Юные моряки из нашей школы. Ведь завтра же старт шлюпочного похода… Они ждут передвижную библиотечку.

Марья Петровна:

Ах да… капитанские книги… Что тут у вас?. «Алые паруса» Александра Грина, «Во-круг света на «Коршуне» Станюковича, «Робинзон Крузо», «Приключения Гулливера», «Восемьдесят тысяч километров под водой»… Кажется, все?..

Катюша:

Нет, вот еще «Пятнадцатилетний капитаю›, «Тартарен из Тараскона»…

Марья Петровна:

И положите «Приключения Мюнхаузена», Катюша. Так… Заколачивайте ящик…

Стук молотка, забивающею гвозди.

Давайте напишем на ящике… Счастливого плавания… Попутного ветра…

Катюша:

И семь футов воды под килем!..

Марья Петровна (в недоумении):

А что означает это выражение – семь футов воды под килем?

Катюша:

Это старинная поговорка моряков – чтобы не сесть на мель.

Марья Петровна:

У вас готово?. Надпись сделана?. Ну, закрывайте дверь, Катюша.

Слышен тихий стук закрываемой двери. Поворот ключа. Часы медленно бьют семь ударов. Из ящика приглушенно звучит вступительная песенка капитанов:

В шорохе мышином,

В скрипе половиц

Медленно и чинно

Сходим со страниц…

Тартарен (приглушенно, из ящика):

Ах, медам и месье! Как мы можем сойти со страниц, когда мы заключены в этом трюме, как гребцы на галерах!

Дик Сенд:

Да, но гребцы на галерах куда-то плыли, дорогой Тартарен, а мы…

Капитан корвета «Коршун» (перебивает):

Не унывайте, Дик! Мы тоже на рассвете уйдем в шлюпочный поход…

Артур Грэй:

Капитан корвета «Коршун», это будет на рассвете, а впереди еще целая ночь…

Гулливер:

Достопочтенный Артур Грэй совершенно прав. Ведь сегодня назначена наша традиционная встреча…

Дик Сенд:

Тем более что у меня есть чрезвычайно важное, я бы сказал, экстренное сообщение!..

Мюнхаузен:

У меня есть более важное и экстренное сообщение: вы все во главе с Мюнхаузеном сидите на мели, хотя на ящике красуется лживое пожелание: семь футов воды под килем…

Робинзон Крузо:

Клянусь нашей общей работой с Пятницей, мы бы с ним мигом прорубили борт этого ящика… Но все мои топоры зажать на сорок первой странице… В издании Детгиза.

Капитан Немо:

Да… положение безвыходное!.. Что же делать, друзья?.. Мы в тисках деревянного спрута…

И в этот момент раздается лязг клещей, вытаскивающих гвозди, и треск досок.

Гриффин:

Безвыходных положений не бывает! Особенно в фантастических историях… Фарватер свободен! Приглашаю вас занять кресла в кают-компании!

Дик Сенд (приближаясь):

Капитаны, я никого здесь не вижу…

Робинзон Крузо:

Но клянусь безлюдием океана, я ясно слышал человеческий голос…

Тартарен (приближаясь, звеня оружием):

Ужасно, медам и месье, ужасно! Неужели это было привидение? Нет, не может быть…

Артур Грэй:

Привидение слишком ловко орудовало клещами и молоком! Небывалый случай…

Веселый хохот Гриффина.

Мюнхаузен (шепотом):

Оно еще смеется над нами !

Робинзон Крузо:

Проходите, сударь, будьте любезны.. кто бы вы ни были… Я уже достал топор…

Гриффин (иронически):

И это в благодарность за то, что я освободил вас из плена Робинзон!

Гулливер:

Достопочтенное привидение, если вы не хотите предстать перед нами в виде призрака или тени, то хотя бы назовите себя…

Гриффин:

Я всегда ценил вежливость, мистер Гулливер. Разрешите отрекомендоваться!..

Звучит музыка песенки.

Гриффин (поет):

Кто вдруг из вас не загорелся,

Завидев словно в смутной дымке,

В романе Герберта Уэллса

Путь человека-невидимки!

Всегда и везде одинокий,

Был сломан, как школьником грифель,

И близкий и странно далекий

Неистовый Гриффин!

Незримый образ мой ужасен,

Никто не знал трагичней доли…

Но для друзей я не опасен,

А для читателей тем боле!

Всегда и везде одинокий,

Был сломан, как школьником грифель,

И близкий и странно далекий

Невидимый Гриффин!

Дик Сенд:

Физик Гриффин? Мы будем рады, если герой романа «Человек-Невидимка» примет участие в нашей встрече…

Гриффин:

С удовольствием… Когда я буду свободен от своих дел, навязанных мне моим автором Гербертом Уэллсом…

Легкий свист… Тишина.

Мюнхаузен:

Ложь!.. Я не верю ни одному слову… Где доказательства, что это физик Гриффин?. А может быть, это самое обыкновенное привидение или призрак… тень… мираж?.

Артур Грэй:

Мираж в библиотеке?. Не смешите детей, Мюнхаузен. Мираж – это оптическое явление в атмосфере… Для этого нужна пустыня… или океанский простор… во всяком случае, далекая линия горизонта, на которой появляются мнимые изображения.

Тартарен:

Ах, мои дорогие, медам и месье!.. Я вспоминаю чарующие миражи в Сахаре… Зеленые кроны пальм… зеркальная гладь воды… цветущие оазисы… купола мечетей и дворцов… Но караван бредет по пескам… видения не исчезают и не приближаются… Ужасно! Ужасно!..

Капитан Немо:

Совершенно верно… Дело в том, что при так называемом верхнем мираже могут стать видимыми предметы, скрытые на много миль за линией горизонта. А вообще говоря, мираж не более, чем отражение световых лучей на границах слоев воздуха различной плотности.

Тартарен:

Мерси! Мерси! Ваше сообщение весьма облегчит мои путешествия по Сахаре. Весьма… Но куда все-таки исчез мсье Гриффин?

Дик Сенд:

Об этом лучше спросить Герберта Уэллса.

Робинзон Крузо:

Клянусь морскими туманами, меня больше волнует загадочная история… Если мне не изменяет память, любезный Дик, вы же обещали ее рассказать.

Дик Сенд:

Но сначала надо, по традиции, выбрать председателя сегодняшней встречи.

Артур Грэй:

Возьмите председательский молоток. Сегодня ваш день. Во время школьных каникул Пятнадцатилетний капитан у руля – самое подходящее дело!

Стук председательского молотка.

Дик Сенд:

Благодарю за честь, капитаны…

Тартарен:

Благодарить надо песней, юноша! Такова традиция нашего Клуба!

Дик Сенд:

Мне хочется сегодня вам напомнить одну нашу старую песенку… Однажды мы получили письмо от очень маленькой девочки… Она писала, что твердо решила стать капитаном, но мама запрещает, потому что боится, что дочка утонет.

Гулливер:

Если не ошибаюсь, достоуважаемая девочка подписалась «Оксана-капитан… Пяти лет…»

Дик Сенд:

Да… Но с тех пор прошло лет двадцать… Пусть Оксана снова услышит песенку своего детства, которой Клуб знаменитых капитанов ответил на ее письмо…

Песенка «Оксана-капитан»

Дик Сенд(поет):

Скамейка стала кораблем,

Лоскутный парус сшит…

Стоит Оксана за рулем,

В далекий путь спешит!

Там у стены большой диван -

Чудесная страна!

Туда добраться сквозь туман

Она скорей должна.

Все громче, все злее

Грохочет океан…

Смелее, смелее,

Оксана-капитан!

На небе звездочки зажглись,

В углу сверчок трещит…

«Пора, Оксана, спать ложись!» -

Ей мама говорит.

Но презирает капитан

Удобную кровать, -

И мама дочку на диван

Укладывает спать..

Послушно и смирно

Ей шепчет океан:

«Спи тихо, спи мирно,

Оксана-капитан!»

Мюнхаузен:

Брависсимо, молодой человек!.. (Хлопает в ладоши.) Конечно, при современном развитии корабельной техники на капитанском мостике может появиться не только пятнадцатилетний, но и пятилетний капитан!.. Это вполне вероятно… Но где ваше экстренное и чрезвычайное сообщение, сударь?.. Не является ли оно чем-то средним между миражом и призраком?..

Стук председательского молотка.

Дик Сенд:

Судите сами, капитаны… На прошлой неделе я случайно попал на занятия кружка юных моряков в районе станции метро «Речной вокзал»…

Артур Грэй:

Каким попутным ветром вас туда занесло ?

Дик Сенд:

Мой ровесник Женя Кудрявцев перечитывал историю моих приключений… Мы с ним не расставались… Вот я и очутился среди юных моряков в школьном портфеле старосты кружка.

Гулливер:

Это большая честь для книжного героя, любезный Дик… Но о чем необыкновенном или чудесном вы могли там узнать?.. Ведь на занятиях кружка, надеюсь, не было ни летающего острова Лапуты, ни говорящих лошадей- гуингнимов!..

Дик Сенд:

Но зато там открылся след к сокровищам капитана дальнего плавания Ермакова!..

Капитан Немо:

За все время моих бесконечных скитаний по морям и океанам я ничего не слышал о капитане Ермакове…

Дик Сенд:

А юные моряки слышали…

Капитан корвета «Коршун»:

А вы, Дик?.

Дик Сенд:

Я узнал достаточно много, но вместе с тем, к нашему общему сожалению, слишком мало…

Робинзон Крузо:

Клянусь козлиной шкурой, весь запас терпения я израсходовал на моем острове… Двадцать восемь лет, три месяца и шесть дней ожидания!.. Вы скажете, наконец, где эти сокровища?..

Дик Сенд:

Еще минута терпения, капитан Крузо… Оказывается, юные следопыты; собирая реликвии морской славы, обратились к родным покойного капитана Ермакова, к его сестре и племяннику… Мой читатель Женя Кудрявцев участвовал в разборе бумаг прославленного капитана… Он и обнаружил неотправленное письмо… Когда ребята его читали, я кое-что успел записать на манжете… (Читает.) «Дорогой Алеша, я решил завещать свои сокровища, собранные во всех моих путешествиях и походах… »

Робиизои Крузо (в нетерпении):

Почему же такое важное письмо не было отправлено по адресу? Ведь дело происходило не на необитаемом острове.

Дик Сенд:

Думается, что старый моряк не успел его закончить перед смертью!..

Тартарен:

Дорогой Дик, постарайтесь припомнить – кому было адресовано письмо?

Дик Сенд:

Его племяннику. Молодому биологу Алеше Ермакову…

Робинзон Крузо:

Может быть, родственники что-нибудь говорили о местонахождении клада? .

Дик Сенд:

Вот что сказала тетя Аглая, родная сестра покойного капитана… К сожалению, я услышал далеко не все…. «Дар может храниться только в одном месте – в городе, где мыс братом родились… Пушкинская, двадцать… Во дворе дома был каменный сарайчик у векового дуба… и в этом сарайчике валялись какие-то видавшие виды матросские сундуки…»:

Тартарен (возбужденно):

Какие же сокровища хранятся на Пушкинской, двадцать?. Золото в слитках?.. Старинные монеты?.. Коллекция древностей?.. А может быть, дорогое оружие, не говоря уж о драгоценных камнях!

Артур Грэй:

Какие сокровища?. Откровенно говоря, меня больше волнует, кому завещан клад?.. Экипажу корабля, которым командовал капитан?.. Родным?.. Друзьям на суше и на море?..

Гулливер:

Это все не имеет большого значения, любезные друзья. Я в этом убежден. Несомненно другое: юные следопыты отправились на поиски сокровищ…

Дик Сенд:

Ошибаетесь, капитан Гулливер. Старая тетка с огорчением воскликнула: «Поздно, ребята, поздно!» А Женя Кудрявцев с огорчением добавил: «Мы прекращаем поиски..»

Мюнхаузен:

Я понимаю, почему он так сказал. Видимо, в самом деле поздно. Все ясно: сокровища похищены, и сарай на Пушкинской, двадцать – пуст!

Артур Грэй:

Вам все ясно?' А по-моему – сплошной туман. С редкими просветами. Видно только одно: без нас дело не обойдется!.. Они говорили – поздно и невозможно. Но мы, знаменитые капитаны, – создание дерзкой мысли и фантазии. И не раз обгоняли ветры и ураганы, пространство и время!..

Робинзон Крузо:

Клянусь тайфунами и цунами, мы можем успеть. Но к чему?. Зачем нам эти неведомые богатства, когда страницы наших романов переполнены драгоценными грузами погибших кораблей, сундуками с дублонами, бочонками с пиастрами…

Капитан корвета «Коршун»:

Вы правы, капитан Крузо… Знаменитым капитанам не нужны ни деньги, ни драгоценности… Но наш долг – немедленно отправиться на поиски и передать сокровища капитана Ермакова законным владельцам!..

Мюнхаузен (смеясь):

Да-а… надо прежде всего отыскать клад, а наследники всегда найдутся!..

Тартарен:

Медам и месье, скорее в путь!.. Самым экстренным образом! Ни минуты не медля!.. За мной!..

Дик Сенд:

А куда?. Почти в каждом городе найдется Пушкинская, двадцать…

Тартарен:

Превосходно… Превосходно… Но в каком городе родился капитан Ермаков?

Дик Сенд:

К сожалению, город не упоминался… А возможно, я не расслышал…

Тартарен:

Но, может быть, мсье Ермаков-младший, то есть Алеша, еще гостит у мадам Аглаи?. Дайте мне его на пять минут, и я узнаю все! Все!..

Дик Сенд:

Это было бы замечательно, но, к моему глубокому сожалению, молодой биолог, прихватив заветное письмо, утренним самолетом вылетел в порт Лагос… Там стояло на рейде научно-исследовательское судно «Восход»… Он спешил, чтобы успеть уйти в плавание…

Капитан корвета «Коршун»:

Каким курсом, Дик?

Дик Сенд:

Прямым курсом на экватор. Он еще говорил, что готовится к первой встрече с Нептуном!..

Мюнхаузен:

Остается одно – вылететь и нам в Лагос. На турбовинтовом ядре!.. Надо найти Алешу Ермакова – это раз! Завещание дяди – это два!.. И несметные сокровища – это три!

Неожиданно раздается удивленный свист на мелодию Гриффина.

Артур Грэй (тихо):

Мне кажется… это свистел человек-невидимка…

Гулливер (смеясь):

Вам померещилось, любезный Грэй, Ведь у него столько дел в романе Уэллса…

Артур Грэй:

Но каких дел! Позвольте напомнить… когда Гриффину понадобились деньги, он ограбил родного отца. Деньги были чужие, и старик застрелился.

Капитан корвета «Коршун» (с тревогой):

А вдруг человек-невидимка слышал наш разговор о кладе старого моряка?. .

Робинзон Крузо:

Где мой мушкет?. Человек, который погубил отца, не задумываясь, прирежет любимца Тараскона…

Тартарен:

Почему меня, мсье Робинзон?. Какие основания? (В сомнении.} Пожалуй, на всякий случай я достану из саквояжа парочку пистолетов…

Мюнхаузен:

Ба!.. Зачем вы тратите драгоценное время на разные миражи и привидения? Давайте-ка лучше поспешим на поиски клада, пока его не нашли другие.

Капитан Немо:

Мой «Наутилус» много раз плавал в Гвинейском заливе и проходил на траверзе Лагоса.

Дик Сенд:

Капитаны! Прошу проследовать на страницы романа Жюля Верна «Восемьдесят тысяч километров под водой»! За мной, друзья.

Шелест страниц. Звучит музыка путешествий.

Капитан Немо:

Лагос!.. Я вспоминаю берег лагуны и острова. Мосты над заливом… от островов к материку… Старинный город… известный под этим названием еще с пятнадцатого века. Когда-то это был один из крупных центров торговли «черным деревом» – так работорговцы называли свой живой товар. Но как изменились времена!.. Ныне Лагос – столица свободной и независимой Нигерии. Лишь недавно эта страна славилась пальмовыми орехами и какао, а теперь это один из крупных центров добычи «черного золота» – нефти на африканском континенте…

Тихо звучит африканская мелодия.

Гулливер:

Достопочтенные капитаны, мы уже в Гвинейском заливе… Если я не ошибаюсь…

Капитан Немо:

Включить подводные прожекторы!..

Тартарен:

Ах. медам и месье!.. Какие причудливые колонии кораллов… Мне кажется, что мы плывем через сказочные леса…

Артур Грэй:

Лиловые… зеленые… красные… синие созвездия коралловых цветов…

Гулливер:

Любезный Артур Грэй, я вас должен разочаровать… это вовсе не цветы, а полипы. Действительно, эти коралловые существа по форме напоминают цветы с шестью или восемью лепестками. Но это не благоухающие лепестки, а щупальца, с помощью которых полипы добывают себе пищу.

Мюнхаузен:

Вам известно, Гулливер, меню этих хищных цветов?

Гулливер:

Известно. У кораллов меню такое же, как у китов. Те и другие питаются планктоном – микроскопическими инфузориями, рачками, бактериями и тому подобными мельчайшими живыми организмами.

Капитан Немо:

Кораллы!.. Класс морских беспозвоночных животных. Науке известно около шести тысяч видов кораллов… Они создают гигантские рифы, представляющие опасность для кораблей, особенно в тех местах, где рифы скрыты под водой.

Капитан корвета «Коршун»:

Мне хотелось бы добавить… Иногда коралловые сооружения вырастали на основаниях, залегающих на глубине более тысячи метров…

Капитан Немо:

А-а, вы имеете в виду Маршалловы острова?

Артур Грэй:

Но как ни сильны коралловые колонии, образовавшие даже архипелаги, – им угрожает опасность. В аварийном положении находятся Гавайские острова, Каролинские, Марианские…

Робинзон Крузо:

Клянусь коралловыми бусами, я не могу понять, что же угрожает этим архипелагам?. Землетрясения? Извержения подводных вулканов?.

Артур Грэй:

Морские звезды!.. Да, да, не удивляйтесь! Эти прожорливые хищники размножаются в тропических морях в неисчислимом, количестве. Морские звезды пожирают кораллы, разрушая банки, рифы и целые острова…

Дик Сенд:

А почему же этого не было раньше?

Артур Грэй:

Есть разные точки зрения. Одни ученые это приписывают атомным взрывам в теплых морях, начиная с кораллового атола Бикини… Другие валят все на рыбаков, которые глушат рыбу динамитом в коралловых бухтах… ну а третьи безуспешно взывают к совести промышленников, добывающих раковины…

Дик Сенд (в изумлении):

Атомные взрывы, динамит, промышленники? Не ясно!..

Артур Грэй:

Видите ли, по тем или иным причинам почти уничтожен «пожиратель морских звезд» – моллюск. Я думаю, что больше всего тут повинны хозяева морских промыслов. Ведь на спине моллюска красуется драгоценная раковина. Так нарушен природный баланс животного мира теплых морей. Раковины грузятся в трюмы… Морские звезды продолжают свое пиршество.. А жители коралловых островов шлют сигналы бедствия!..

Гулливер:

Достопочтенный капитан Немо, судя по приборам, мы подходим к линии экватора – строго на юг -. от порта Лагос…

Капитан Немо (командует):

Все по местам ! Прожекторы гасить! Готовиться к всплытию! Продуть цистерны!

Гул продуваемых цистерн. Всплеск воды.

Капитан Немо:

Капитаны! Прошу подняться на верхнюю палубу…

Стук башмаков по металлическому трапу.

Артур Грэй:

Итак, мы в Гвинейском заливе в указанной точке. И ни одного судна в зоне видимости.

Гулливер:

Любезные друзья, возьмем наши подзорные трубы…

Робинзон Крузо:

Они служили нам верой и правдой сотни лет!..

Мюнхаузен (со смехом): .

Не поможет, Робинзон! Мы стали жертвой обмана или в лучшем случае – мистификации! Никакого «Восхода» здесь нет, захода тоже!.. И вообще я начинаю сильно сомневаться в существовании завещания, а тем более сокровищ и наследников. Единственная реальность – это экватор, который тоже есть воображаемая линия… и не больше.

Капитан Немо:

Нет, значительно больше. Но прежде всего я хотел бы выяснить, дорогой Мюнхаузен… Знаете ли вы, сколько существует экваторов?

Мюнхаузен:

Разве это вопрос для Мюнхаузена! Каждый школьник может ответить на этот простейший вопрос!..

Артур Грэй:

Не думаю. Ведь науке известны четыре экватора: географический земной, экватор галактический, экватор магнитный и экватор небесный.

Мюнхаузен:

А нельзя ли поближе к земле, Грэй?

Артур Грэй:

Если вам угодно, пожалуйста… Земной экватор находится на равном расстоянии от полюсов и делит земной шар на два полушария. К северу и югу от экватора отсчитываются географические широты. Мы сейчас на линии экватора, следовательно, на нулевом градусе широты.

Капитан корвета «Коршун»:

Я считаю необходимым сообщить, что под руководством советского ученого-геодезиста Федора Николаевича Красовского была точно измерена длина экватора. Это – сорок миллионов семьдесят пять тысяч шестьсот девяносто шесть метров. В точности можете не сомневаться!

Дик Сенд:

По правому борту судно под советским флагом. Ясно вижу надпись на носу: «Восход»!

Быстро приближаясь, звучит музыка матросской песни «Праздник Нептуна»

Запевала:

Кольцо экватора идет вокруг седой земли,

Его на память знает тот, кто водит корабли.

Велит здесь каждому скорей обычай моряка

Почтить хозяина морей Нептуна-старика.

Хор матросов:

От зноя пустыни муссоны летят,

Дорога морей широка…

Но нас окрыляет попутный пассат -

Стремительный друг моряка.

Запевала:

Нептун обижен: без него экватор перейден.

Не хочет слышать ничего, грозит трезубцем он.

Трясет лохматой бородой сердито старина:

Людская песня над водой

Царю морей слышна.

Хор матросов:

От знойной пустыни муссоны летят,

Дорога морей широка…

Но нас окрыляет попутный пассат -

Стремительный друг моряка.

Запевала:

Нептун, не ссорься с моряком, не умножай обид.

Морской обычай нам знаком и вовсе не забыт.

Мы в честь свою нальем вина и сядем за обед…

Поет волна, шумит волна, несется песня вслед!

Хор матросов:

От знойной пустыни муссоны летят,

Дорога морей широка…

Но нас окрыляет попутный пассат -

Стремительный друг моряка.

Капитан корвета «Коршун»:

Славно поют моряки на «Восходе»…

Тартарен:

Неужели все это в честь… гмм… одного из нас? О-о, я вспоминаю мое возвращение в Тараскон из Сахары! Ах, медам и месье, я растроган…

Мюнхаузен;

Весьма возможно, дорогой Тартарен, но только при одном условии – если вас считать морским царем Нептуном… тогда в вашу честь сейчас на «Восходе» идет традиционный морской праздник по случаю пересечения экватора!.. Но, к сожалению, я не вижу на вашей голове короны, а в руке – трезубца.

Доносится музыка праздника – звучат баяны, гитары, музыкальные тарелки,трещотки, барабаны и раздаются трели боцманских дудок.

Дик Сенд:

Капитаны, ключ к завещанию Ермакова в двух кабельтовых с подветренной стороны!..

Робинзон Крузо:

Но как же нам незаметно пробраться на борт корабля? Праздник – праздником, а вахта – вахтой!.. Дозорные «Восхода» – на местах!..

Мюнхаузен (с важностью):

Все ясно! Как всегда, спасительная идея осенила голову Карла Фридриха Иеронима Мюнхаузена. (Постепенно зажигаясь.} Вы выбрасываете меня за борт, привязанного к обломку реи… Меня подбирают на «Восходе»… Я выпаливаю целую обойму правдивых историй о кораблекрушениях, в которые попадал и не попадал… Пользуясь всеобщим изумлением, я нахожу каюту Алеши Ермакова, хватаю документы… координаты… бегу к ближайшей пушке!.. Выстрел!.. И я верхом на ядре возвращаюсь сюда, на верхнюю палубу…

Капитан Немо:

Прекрасный план… Но, к сожалению, на моем «Наутилусе» нет обломка реи, а на «Восходе» – нет пушек. Это мирное научное судно.

Дик Сенд:

Как жаль, что мы не можем стать невидимками, как физик Гриффин, который сегодня нас освободил из плена…

Доносится легкий музыкальный свист на мелодию песенки Гриффина.

Артур Грэй:

Гриффин!.. Привидение, которое возвращается!

Гриффин:

А я вовсе с вами не расставался. Я слышал все ваши разговоры, капитаны. Но вряд ли я могу быть вам полезен. Моя аппаратура частично разбита, частично сгорела во время пожара в главе двадцатой моего романа под названием «В доме на Грейт-Портлендстрит». И я не могу вас сделать невидимками, к большому сожалению.

Гулливер:

В этом нет никакой надобности, достопочтенный Гриффин. Что вам стоит доплыть до «Восхода»? Подняться по якорной цепи на борт… И, наконец, проникнуть в каюту Алеши Ермакова и узнать координаты клада его достойного дяди?

Гриффин:

Чудесно!.. Я в принципе согласен. Но я не слышу деловых предложений. Какую долю клада получу я?

Артур Грэй:

Как вам не стыдно, мистер Гриффин!.. Какое вы имеете отношение к наследству старого капитана? .

Гриффин (сухо):

Джентльмены! В моем распоряжении осталось всего двадцать фунтов стерлингов! А планы мои требуют крупных сумм… Я должен создать новую аппаратуру… Мой невиданный эксперимент должен быть завершен с блеском…

Дик Сенд:

А за чей счет, человек-невидимка?

Гриффин (жестко):

Для меня это не имеет никакого значения. В конце концов, обыкновенные люди представляют для меня объекты для экспериментов! И – только!

Гулливер:

Это чудовищно!

Капитан корвета «Коршун»:

Мне стыдно, Гриффин. Вы же наш постоянный сосед по книжным полкам!..

Гриффин:

Переговоры считаю законченными… Гуд бай!

Удаляющийся музыкальный свист Гриффина.

Дик Сенд:

Раэрешите мне, капитаны, как председателю сегодня встречи, самому отправиться на борт «Восхода». Я все продумал. Мне нужна только простыня и какая-нибудь дудка.

Тартарен:

Пожалуйста, мой мальчик… Будьте любезны!.. В моем саквояже найдется простыня из лучшего лионского полотна и тростниковая свирель – подарок африканских друзей.

Звук свирели. Плеск воды.

Дик Сенд (издали):

Слушайте мои позывные…

Артур Грэй:

А не лучше ли нам уйти под воду?.. Нас могут заметить «Восхода»..

Капитан Немо:

Всем спуститься в салон. Задраить люки… Подготовить «Наутилус» к погружению!..

Лязг люка. Шум воды в цистернах.

Капитан Немо:

Включить гидрофоны! Тише, друзья! Давайте послушаем голоса морских глубин.

Шумы, похожие на шипение масла на сковород и треск горящих сучьев.

Тартарен:

Медам и месье, о, какой запах… неужели на камбузе что-то жарят? Может быть, креветок? О, это такая вкусная еда… Особенно в масле.

Капитан Немо:

Вы угадали. Это креветки. Только они далеки от сковородки, Тартарен… Известно ли вам, что креветки очень скандальные особы?. Когда они поднимают шум, вы не слышите гудения винтов и двигателей. Не раз подводные лодки меняли курс, испугавшись скопищ звучащих креветок.

Гулливер:

Да, науке уже известны несколько десятков видов звучащих рыб и морских животных…

Артур Грэй:

Безмолвие подводных глубин… Романтическое, но устарелое понятие…

Мюнхаузен:

Да вы взгляните в смотровое стекло… Гигантский угорь!.. Пожалуй, метра три длиной!..

Капитан Немо:

Нет, дорогой Мюнхаузен, это пятнистая мурена. Обратите внимание на раскрытую пасть. Она никогда не закрывается. Слишком много у этого хищника зубов… И кроме того, укус мурены – опасен.

Гулливер:

Могу добавить: известно много случаев, когда мурена стаскивала людей со шлюпок и нападала на водолазов.

Дик Сенд:

Выходит, мурена опаснее акул?

Робинзон Крузо:

Те и другие хороши. Не позавидую тому, кто повстречается с белой акулой, метров двенадцати длиной, так называемой акулой-людоедом… Пред ставьте себе, у нее несколько сот зубов по четыре сантиметра каждый!

Тартарен (самонадеянно):

Меня акула не пробовала. Но я ее ел!.. Суп из акульих плавников! Пальчики оближешь! А мясо? Если не знать, что это кусок акулы, можно подумать – какая прекрасная осетрина!.. Но скажу честно – акульей икрой никогда не лакомился.

Капитан корвета «Коршун»:

И никто не лакомился, дорогой Тартарен… Акула икры не мечет. У нее родятся живые акулята…

Тартарен (вздыхая):

А что происходит с нашим акуленком Диком? Я так волнуюсь;.. Я просто вне себя…

Капитан Немо (командует):

Включить гидрофоны!..

Знакомая мелодия матросской песни «Яблочко», исполняемая на баянах, звучит где-то вдали…

Капитан корвета «Коршун»:

Вы слышите… Это играют на «Восходе».

И совсем близко раздаются позывные Клуба знаменитых капитанов на свирели: «В шорохе мышином, в скрипе половиц… »

Тартарен (пылко):

Это Дик!..

Капитан Немо (командует):

Открыть входную камеру!.. Принять пятнадцатилетнего капитана на борт!..

Лязг люков. Шипение сжатого воздуха.

Дик Сенд:

Капитаны!..

Артур Грэй:

Мы полны внимания…

Дик Сенд (устало):

Чаю с лимоном. И покрепче!.. Я несколько продрог…

Робинзон Крузо:

Я вас укрою своей лучшей шкурой…

Гулливер:

Любезный Дик, вы нашли достопочтенного Алешу?.

Дик Сенд:

Одну минуточку… Я только положу сахар…

Звяканье чайной ложечки в стакане.

Мюнхаузен (взволнованно):

Вся эта история с завещанием и сокровищами – ложь или правда?

Дик Сенд:

Не спешите… Все по порядку… Как было… Я выбираюсь на палубу «Восхода», закутавшись в простыню… Наигрывая на свирели, присоединяюсь к диковинной процессии ряженых… А впереди шествует «Нептун» с длинной мочальной бородой… С трезубцем в руке!.. За ним следуют его «приближенные» в причудливых одеждах из морских водорослей. Ну, а меня приняли за «нимфу Амфитриту»… (Смеется.) «Нептун» потряс трезубцем, и в купель бросили одного «новорожденного» научного работника, впервые побывавшего на экваторе…

Робинзон Крузо (нервно):

Клянусь экватором, мы сотни раз участвовали в празднике Нептуна… К делу, Дик! К делу!..

Дик Сенд:

А дело как раз в том, что «Нептун» с чувством прочитал грамоту… И я узнаю, капитан, что промокший до нитки новичок – не кто иной, как кандидат биологических наук….

Мюнхаузен (не выдержав, вскрикивает):

Алексей Ермаков?

Дик Сенд:

Он!.. Алеша!..

Капитан Немо:

Вам удалось с ним поговорить? .

Дик Сенд:

Нет. Но, воспользовавшись суматохой, я пробрался к его каюте… И вдруг слышу за дверью какой-то странный шум… Заглянув в замочную скважину, я увидел невероятное зрелище… По воздуху летели бумаги, все было перевернуто… шкафы раскрыты настежь… вещи валялись на полу…

Артур Грэй:

Там орудовал человек-невидимка?..

Дик Сенд:

Да, это был он – мистер Гриффин. Неожиданно повернулась дверная ручка. Я еле успел отскочить в сторону и притаиться за вентиляционной трубой… Тихо отворилась дверь, и я услышал шлепанье босых ног… Мимо меня… по воздуху медленно проплыла фотография какой-то дамы… Видимо, Гриффин рассматривал ее на ходу. Затем невидимка бросил фотографию в угол и, насвистывая, исчез..

Тартарен:

Это была фотография дамы ?

Дик Сенд:

Вы угадали, капитан Тартарен. Да, по правде говоря, я никогда не сомневался в вашей проницательности. Я поднял фотографию пожилой женщины с добрым. лицом в пуховом оренбургском платке… Вот она.. Драгоценная находка…

Мюнхаузен:

Вы что, смеетесь над нами, юноша?..

Стук председательского молотка.

Дик Сенд (холодно):

Капитан Гулливер, не откажите в любезности занести в судовой журнал точные координаты клада: «Дорогому Алешеньке от тети Аглаи. Город Братск, Пушкинская, двадцать. Восьмого июля тысяча девятьсот шестьдесят девятого года…» Это надпись на фотографии.

Капитан корвета «Коршун»:

Город Братск Очевидно,там и родился капитан дальнего плавания Ермаков .

Дик Сенд:

Да, он писал: «В моем родном городе – Пушкинская, двадцать, каменный сарай во дворе, возле старого дуба… » Адрес довольно точный.

Мюнхаузен:

И неведомые сокровища в сундуке. Нечего ждать. Полный вперед!.. Едем!

Гриффин:

Счасливого пути, капитаны. К сожалению, человек-невидимка не сможет быть вам ничем полезен более… Ваша взяла!.. Гуд бай!

Музыкальный свист на тему песенки Гриффина затихает вдали.

Тартарен (вдогонку):

Адью… адью… адью…

Капитан Немо (задумчиво):

Я полагаю, что появление «Наутилуса» на Ангаре может привлечь излишнее внимание…

Робинзон Крузо:

Клянусь корабельными соснами – нужен плот… Мало ли их плавает на Ангаре…

Артур Грэй:

Я предлагаю спустить с книжных страниц самый известный нашим юным друзьям плот. Из романа Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна»…

Мюнхаузен:

Такой тихоходный транспорт не для Карла Фридриха Иеронима Мюнхаузена. Я улетаю вперед – на запряжке из скоростных гусей!.. Жду вас с букетом ромашек в Братске! На Пушкинской, двадцать!

Гогот гусей. И, постепенно затихая, звучит мелодия песенки Мюнхаузена.

Робинзон Крузо (вдогонку):

Не загадывайте! Мы еще посмотрим, Мюнхаузен, кто кого встретит! И кому будут вручены ромашки.

Капитан Немо:

Прихватим этот ящик с аквалангами и спустим плот со страниц книги Марка Твена.

Шелест страниц.

Тартарен:

Осторожно, медам и месье!.. Не заденьте бревном мой саквояж и рюкзак…

Капитан Немо:

Теперь раскроем атлас… Вот карта Сибири… Держим путь на Ангару!.. Плот на воду!..

Доносится сильный всплеск. Вступает музыка путешествий. Она звучит довольно громко, постепенно стихая вдали.

Дик Сенд:

Заседание Клуба знаменитых капитанов продолжается… Прошу записать в судовой журнал… Плывем по Ангаре. Курс – на город Братск. Цель – поиски клада. Ветер попутный. Скорость – пять узлов в час. Происшествий нет.

С берега доносятся позывные, местного радиоузла – такты мелодии песни о Братском море.

Ангара (звонкий женский голос, записанный с помощью ревербератора):

Говорит Ангара!.. Говорит Ангара!.. Друзья!.. Будем знакомы!.. Я вытекаю из крупнейшего озера в мире -.Байкала! В него несут свои воды триста тридцать сибирских рек, но из озера вытекает только одна река. Это я – Ангара! Я прохожу тысячу восемьсот пятьдесят три километра и сбрасываю свои воды в Енисей. Меня зовут жемчужиной энергетики! На моем пути уже встали мощные гидростанции, образуя ангарский каскад… Иркутская ГЭС, Суховская, Тельминская и самая крупная – Братская ГЭС… Ее энергия может заменить мускульную силу ста сорока миллионов человек!

Дик Сенд:

Не может быть…

Капитан корвета «Коршун»:

Это уже сделано!..

Ангара:

Я вспоминаю недавнее прошлое, когда зажигали тайгу, взрывали скалы, переносили города и села, подготавливая ложе для Братского моря…

Звучит музыка песни «Братское море».

Мужской хор:

Тебя мы не знали

На карте вчерашней.

Судьба твоя, море, людьми решена!

И там, где лежали .

Покосы да пашни,

Сегодня играет морская волна!

Где были недавно

Таежные избы…

Да к ним подступала глухая тайга…

Теперь на просторе чудесное море

Гуляет да ищет свои берега…

Не в сонном покое,

А с бурями споря,

Легло ты на карте сибирских морей.

Эх, Братское море,

Так вот ты какое…

Желанное море советских людей!

Дик Сенд:

По-моему, замечательная песня… Я только никак не возьму в толк, кто ее пел?

Гулливер:

Может быть, это достопочтенные плотовщики у лесной пристани?

Артур Грэй:

Нет. Ясно вижу в морской бинокль… Вывеска конторы лесосплава… А над ней возвышаются два мощных репродуктора… Не подлежит ни малейшему сомнению: это была передача местного радиоузла.

Капитан корвета «Коршун»:

Судя по карте, мы проходим мимо последних островков. Ангары.. Впереди – Братское море! Его воспевали поэты, рисовали мастера кисти, но создавали новое море дерзкие планы инженеров и золотые руки рабочих.

Где-то вблизи звучит музыкальный свист мелодии Гриффина.

Артур Грэй:

Тише… Мне послышался свист человека-невидимки…

Гулливер:

Любезный Артур Грэй, вам это почудилось… Просто перекликаются таежные птицы…

Робинзон Крузо:

Клянусь жемчужиной энергетики!.. По левому борту необитаемый остров… На прибрежной отмели дымится костер. Какой-то человек в лохмотьях взывает о помощи…

Дик Сенд (командует):

Пристать к острову ! Навались на рулевое весло!..

Тартарен:

Мсье Карл Фридрих Иероним… Какими судьбами? Где ваш букет из ромашек?..

Мюихаузеи (высокомерно):

Самая обыкновенная история… Гуси несколько сбили курса… Вместо Братска я приземлился на этом необитаемом островке… Не завидуйте мне, Робинзон. Вся территория моего острова – это десять на двадцать метров! Ни сантиметра более!.. Ни козы, ни попугая, ни Пятницы… Я был бы рад увидеть здесь хотя бы пиратов! Но увы, джентльменов удачи сюда, конечно, не заманишь…

Робинзон Крузо:

И что же – остров действительно необитаемый?

Мюнхаузен:

Как сказать. По точным подсчетам, правда без применения электронно-счетных машин, население острова составляют двадцать миллиардов восемьсот тридцать шесть миллионов четыреста двадцать пять тысяч и шестьдесят две… мошки!

Тартарен:

А дичи на острове нет ?

Мюнхаузен:

Есть! Один-единственный экземпляр. Это я, ваш Мюнхаузен… В битве с мошкарой я разорвал платье. Бил их ботфортами. Глушил париком. И все напрасно. Меня спасли только дым костра плюс присутствие духа!

Тартарен:

Ай!.. Мошки взялись за меня….

Дик Сенд:

Отваливай!

Робинзон Крузо:

Я прикрываю отступление дымом из трубки!..

Плеск волн. Ветер. Крики чаек.

Гулливер:

Достопочтенные друзья, уже не видно берегов. Мы в Братском море… В одном из крупнейших водохранилищ, созданном человеческими руками.

Капитан корвета «Коршун»:

Поистине так… Вы только вдумайтесь!.. Зеркало Братского моря – это пять тысяч четыреста девяносто четыре квадратных километра. А средняя глубина более тридцати двух метров. К этому остается добавить, что ширина Братского моря достигает двадцати километров…

Тартарен:

Воображаю, сколько здесь рыбы.

Артур Грэй:

И самой разной: омуль байкальский, щука, лещ, сазан амурский, язь, хариус…

Дик Сенд:

Довольно гастрономии. Капитан Немо, попрошу вас проверить наши координаты…

Капитан Немо:

Это уже сделано. Мы находимся на месте города Братска с точностью до одной секунды.

Мюнхаузен:

Собственно, кто из нас Мюнхаузен? Вы или я? Вокруг только море!.. .

Дик Сенд:

Но по карте город Братск находится именно здесь!..

Капитан корвета «Коршун»:

А когда издана эта карта ?

Дик Сенд:

Сейчас взгляну… Вот, пожалуйста, внизу напечатано… В тысяча девятьсот пятьдесят девятом году.

Тартарен:

Медам и месье, это просто невероятно! Разве могла географическая карта устареть за какой-нибудь десяток лет? Никто в Тарасконе этому не поверит…

Артур Грэй:

Могла устареть. По сибирской тайге время шагает очень быстро.. Почти как в сказке: Город Братск, куда мы держали путь, находится здесь!..

Робинзон Крузо:

Клянусь морскими миражами, у вас галлюцинация.. Где, собственно,здесь? .

Артур Грэй:

На дне моря!..

Капитан корвета «Коршун»:

Я не новичок в этих местах… Я путешествовал здесь с одной передвижной библиотекой, когда тут 'еще не было моря. Берега Ангары соединял огромный железнодорожный мост с ажурными пролетами.

Гулливер:

Но я не вижу никакого моста! Ни железнодорожного, ни какого-либо еще… Вот так, достопочтенный капитан корвета.

Капитан корвета «Коршун»:

Вот так же вы не увидите старинный город Братск. В начале строительства моря его н-азывали Братск-первый. А потом эти Братски росли как грибы вместе со стройкой. Всего их насчитывалось пять. Три Братска пошли под затопление. Братск-четвертый находился на скале Журавлиная Грудь, что на правом берегу Ангары. Они остался на суше… А на левом берегу великой реки, на мысе Пурсей, был создан Братск-пятый, или Постоянный… Между скалой Журавлиная Грудь и мысом Пурсей выросла гигантская плотина высотой в сто двадцать метров… То, что было полетом фантазии, мечтой, стало действительностью Естественно, все письма, посылки, денежные переводы и телеграммы, адресованные в Братск, отправляются прямо в пятый, Постоянный.

Мюнхаузен:

Но, увы, то, что было действительностью, – сокровища капитана Ермакова – становится полетом фантазии…

Капитан Немо:

Не спешите, Тартарен… Сколько сокровищ было поднято с морского дна!.. Но вот вопрос: в каком Братске покоется клад?.. В первом, во втором? В пятом? Где?..

Артур Грэй:

Видимо, в старом Братске, заложенном казаками еще в тысяча шестьсот тридцать первом году… Ни в каком другом Братске не мог родиться капитан дальнего плавания Ермаков. Потому что самые старые уроженцы второго, третьего, четвертого и пятого Братска еще учатся…

Капитан Немо:

Остается опуститься на дно Братского моря…

Робинзон Крузо:

Клянусь сокровищами, навеки погребенными на дне морей и океанов! А если этого мало – всеми хронометрами на свете. Боюсь, мы упустили время. Сдается мне, что перед затоплением… тетушка Аглая увезла из дома все ценные вещи и, уж конечно, сундук своего брата.

Капитан Немо:

Эту тайну можно раскрыть только на морском дне…

Дик Сенд:

Надеть акваланги!..

Робинзон Крузо:

С вашего позволения, я останусь на вахте… С моей бородой неудобно нырять…

Дик Сенд:

Пожалуйста, капитан Крузо. Остальные за мной!

Всплеск воды. Еще несколько всплесков.

Робинзон Крузо:

Если не выйдет – начнем сначала, как поется в моей старинной песенке…

Звучит мелодичная музыка припева песенки Робинзона Крузо.

Робинзон Крузо (напевает):

Надейся и не забывай

Все, что бывало!

Мой юный друг, не унывай,

Не вышло, рук не опускай – начни сначала!..

Неожиданно на плоту раздается музыкальный свист на мелодию Гриффина.

Гриффин:

Да, придется начинать сначала!..

Робинзон Крузо (в изумлении):

Гриффин!.. Как вы сюда попали?

Гриффин:

А я с вами и не расставался… Здесь, на плоту, под кучей соломы, любезно описанной мистером Марком Твеном… Мне было тепло и удобно… .

Робинзон Крузо:

Хотите прийти на готовое?

Гриффин:

А почему бы и нет?. Слушайте… знаменитый отшельник… Вы на своем необитаемом острове за долгие годы не видели настоящей жизни… Я вам предлагаю честную игру. Клад – пополам! Фифти-Фифти!.. И вы будете купаться в роскоши!

Робинзон Крузо (уклончиво):

А что вы сделаете с вашей половиной?

Гриффин:

Я собираюсь ехать во Францию, Испанию, в Алжир там можно круглый год оставаться невидимкой и не мерзнуть… Но прежде всего мне нужен человек, который помог бы мне, спрятал меня, мне нужно место, где я мог бы спокойно, не возбуждая ничьих подозрений, есть, спать и отдыхать. Словом, мне нужен сообщник. Тогда возможно все! И это все мне дадут сокровища, которые сейчас добывают ваши друзья на морском дне.

Робинзон Крузо:

Клянусь морскими туманами, я не понимаю ваших целей, мистер Гриффин!

Гриффин:

Мы должны заняться убийством, мистер Робинзон Крузо… Не бессмысленно убивать, а разумно отнимать жизнь… Невидимка должен установить царство террора… и подчинить своей воле всех и каждого. Он издает свои приказы… и кто дерзнет ослушаться, будет убит так же, как будут убиты и его заступники…

Робинзон Крузо:

И вы предлагаете мне стать вашим сообщником?

Гриффин:

А за что же я отдаю вам половину клада?.

Робинзон Крузо:

Вы распоряжаетесь не своим имуществом. Сейчас мои друзья капитаны…'

Гриффин (перебивает со смехом):

Ах, вот что: острый приступ сентиментальных чувств… Но мы с вами не кисейные барышни. Не беспокойтесь, коллега, с капитанами я разделаюсь сам, как и с вами, впрочем, если вы будете тянуть с ответом.

Робинзон Крузо (после паузы):

По рукам, Гриффин!

Сильное хлопанье ладоней. Шум борьбы.

Гриффин (кричит):

Отпусти меня… Даю слово… Я исчезну…

Робинзон Крузо:

Но нет… Ты привидение, которое возвращается.

Гриффин (стонет):

Не выкручивай мне руки…

Робинзон Крузо:

А ты не вырывайся… Это бесполезно… Я привык от зари до зари без устали играть с тремя игрушками – с топором, заступом и лопатой..

Шум борьбы стихает.

Робинзон Крузо:

А теперь, приятель, я тебя уложу в этот не слишком удобный ящик из-под аквалангов и для верности заколочу гвоздями… Любезность за любезность!

Стук заколачиваемых гвоздей.

Гриффин (глухо, из ящика):

Я буду жаловаться самому Герберту Уэллсу…

Робинзон Крузо:

Напрасный труд. Уэллс тебя и выдумал для того, чтобы показать – что может случиться, когда великие научные открытия оказываются в руках безумцев и фанатиков!

Всплеск воды.

Дик Сенд:

Капитан Крузо… Смотрите, что я добыл на морском дне… Вывеска с надписью «Чайная»…

Робнизон Крузо (с иронией):

Нашли тоже сокровище…

Всплеск воды.

Тартарен:

Дайте pyкy, Дик.. Так… осторожнее… Она разбита…

Робинзон Крузо:

Кто это – она?

Тартарен (восторженно):

Граммофонная пластинка!.. (Напевает.) «Бутылка с сургучом»… Любимая песня юных моряков!.

Всплеск воды.

Гулливер:

Достопочтенные капитаны, я бы принял это за модель корабля, если бы это не было оцинкованное корыто…

Еще один бурный всплеск воды.

Мюнхаузен (отфыркиваясь):

Только я – Карл Фридрих Иероним – мог напасть на верный след!.. Вот!.. Смотрите!.. Номерной знак дома- «Пушкинская, двадцать»… Сейчас я нырну опять…

Слабый всплеск воды.

Артур Грэй:

Сушите акваланг, дорогой Мюнхаузен…

Капитан корвета «Коршун»:

Принимайте на борт сундук капитана Ермакова!

Шум втаскиваемого на плот сундука.

Артур Грэй:

Мы откопали его из -под густого слоя ила…

Капитан корвета «Коршун»:

Среди развалин каменного сарайчика возле полусгнившего дубового пня… .

Тартарен (восторженно):

Медам и месье ! Наконец-то сокровища в наших руках!..

Робинзон Крузо:

Клянусь законными наследниками, а так же всей родней капитана Ермакова! Сундук должен открывать я!..

Мюнхаузен (в запальчивости):

Собственно, на каких основаниях, Робинзон?

Робинзон Крузо:

По крайней мере – на трех: во-первых, я самый старший из вас. Во-вторых, у меня есть острейший топор. А в третьих, я уже вскрыл сундук…

Треск дерева и звон разбитого замка.

Дик Сенд:

Вы только посмотрите, весь сундук занимает старая, позеленевшая под. морскими ветрами зюйдвестка..

Капитан Немо:

Да нет, дорогой Дик. В нее завернут клад, чтобы сберечь сокровище от воды…

Дик Сенд:

Вот мой кортик…

Звук распарываемой материи.

Артур Грэй:

Очень странно… Шкатулка с рисунками палехских мастеров… Ладья в студеном море…

Тартарен:

Алмазы всегда прячут в дорогие шкатулки… Внимание! Я открываю замок…

Музыкальная шкатулка играет первые такты мелодии песни «Бутылка с сургучом».

Мюнхаузен:

Ну-с, где же брильянты, рубины, сапфиры, изумруды… или хотя бы золотые талеры, Тартарен? Шкатулка пуста!

Артур Грэй:

Нет!.. На дне лежит письмо…

Робинзон Крузо:

Ясно!.. Это карта места, где спрятан клад!..

Артур Грэй:

Слушайте, друзья… «Я, капитан дальнего плавания, Иван Петрович Ермаков, находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю моим законным наследникам все свои богатства. Когда я был еще юнгой, я, как и все ребята моего возраста, зачитывался романами о поисках несметных кладов. Это были драгоценные грузы погибших кораблей и богатства, закопанные пиратами, купцами и алчными корыстолюбцами, начиная от фараонов и кончая рыцарями большой дороги. Когда я стал капитаном, я слышал во многих портах мира рассказы о поисках сокровищ то ли «Черного Принца» или «Титаника», то ли пирата Барбера или капитана Флинта!.. Многие искатели кладов кончали свою жизнь в сумасшедшем доме или на паперти с протянутой рукой. Иное дело богатства, которые человек создает своим трудом, своими руками… Я оставил это завещание на дне Братского моря в надежде, что мои наследники придут сюда, чтобы увидеть своими глазами электрические сокровища сибирских рек – Ангары, Енисея, Иртыша – и узнать мою последнюю волю: я завещаю им всем поровну – любовь к морю и путешествиям, любовь к труду и созиданию, любовь к книге и учению». И подпись.. «Капитан дальнего плавания Ермаков».

Робинзон Крузо:

Большой чудак !

Артур Грэй:

Возможно… Но чудаки украшают мир, как сказал Максим Горький!..

Гулливер:

Любезные друзья! Достопочтенный капитан был настоящим человеком!.. Ведь каждый, кто мечтает о легкой наживе, вольно или невольно становится лилипутом! Я имел немало случаев в этом убедиться во время моих бесконечных скитаний.

Тартарен:

Медам и месье!.. Какой замечательный урок преподал капитан Ермаков всем охотникам за сокровищами!..

В отдалении слышится крик петуха.

Дик Сенд:

Тревога!.. Немедленно ложимся на курс в кают-компанию нашего Клуба..

Из заколоченного ящика доносится приглушенный свист Гриффина.

Гриффин (из ящика, умоляюще):

Неужели вы имеете намерение бросить меня здесь… посреди Братского моря?

Общее изумление. Возгласы: «Гриффин?.. Гриффин! Человек-невидимка!!» .

Робинзон Крузо:

Я вам все доложу в пути о событиях моей необыкновенной вахты.

Артур Грэй:

При всех обстоятельствах мы обязаны отправить человека-невидимку на страницы романа его автора Герберта Уэллса… Отправить совершенно независимо от того, нравится нам этот персонаж или нет.

Шелест страниц.

Капитан Немо:

Время летит!.. Поспешим в библиотеку!.. Нам надо успеть до последних петухов!..

Звучит музыка путешествий.

Мюнхаузен:

Мы в весьма трудном положении, капитаны!.. При всей моей безграничной фантазии, я не могу себе представить, как мы сможем сами себя упаковать в ящик с книгами для передвижной библиотеки…

Тартарен:

Увы, медам и месье!.. Юные моряки уйдут в шлюпочный поход без нас…

Артур Грэй:

Вы можете не беспокоиться, любимец Тараскона. У нас на книжных полках найдется много настоящих друзей, проверенных в деле, на море и на суше!

Боцманская дудка.

Командир похода (в мегафон):

Слушай мою команду! Объявляется готовность номер раз шлюпочного похода юных моряков по маршруту «Москва-Ульяновск»!..

Слышен быстро приближающийся звонкий цокот конских копыт.

Мальчик (в изумлении):

Кто этот всадник?

Девочка:

А как одет! Расшитый камзол, ботфорты со шпорами, шляпа с плюмажем.

Д' Артаньян:

Честь имею!.. Капитан мушкетеров и ваш стародавний сосед по книжным полкам Д' Артаньян, неустрашимый мастер шпаги, по свидетельству самого Александра Дюма!

Мальчик:

А-а, вы из самодеятельности?!

Д' Артаньян:

Нет, я из романа Александра Дюма «Три мушкетера»… Надеюсь, все читали…

Звонкий смех юных моряков,

Д'Артаньян (запальчиво):

К сожалению, вы слишком молоды, чтобы померяться со мной на шпагах!..

Вскрики: «Браво, браво!» Аплодисменты.

Девочка:

Дорогой артист, вы пойдете с нами в поход?

Д' Артаньян:

О нет! С вами поплывут капитанские книги из библиотеки – по вашему заказу… Принимайте ящик! И желаю вам побольше приключений!..

Лошадиное ржание… Цокот копыт постепенно замирает вдали.

Командир похода (в мегафон):

Внимание!.. На старт!

Раздается выстрел ракетницы… Шум весел, плеск воды. И звучит веселый марш шлюпочного похода… А на берегу перекликаются между собой петухи…

Капитан корвета «Коршун» (приглушенно, из ящика):

Итак, мы снова уходим в плавание…

Артур Грэй:

И, как говорится в романах, «продолжение следует»

Капитаны (негромко поют):

За окошком снова

Прокричал петух.

Фитилек пеньковый

Дрогнул и потух.

Синим флагом машет

Утренний туман.

До свиданья, вашу

Руку, капитан!

Снова мы недвижно

Станем там и тут.

Вновь на полке книжной

Корешки блеснут.

Но клянемся честью

Всем, кто слушал нас,

Будем с вами вместе

Мы еще не раз!

Задорно, весело кричит петух.