Этой ночью мне не спалось — стоило закрыть глаза и перед внутренним взором снова возникали те незнакомцы и перепуганное лицо Аннет, когда ее схватили. Им нужна была кровь чистокровного сверха-женщины? Но зачем? На вампиров они похожи не были, хоть моя кровь и пришлась по вкусу тому блондину. Что тогда?

В который раз перевернувшись на другой бок, уставилась отстраненным взглядом в окно, за которым уже начинал брезжить рассвет.

Вздохнула и встала с кровати — если уж не спится, то хоть телик посмотрю. Взяла пульт и, усевшись обратно на постель, начала бесцельно переключать с канала на канал.

Безумно хотелось с кем-то поговорить — с Микаэлой, Джимми, отцом… хоть с кем-то из прошлой, нормальной жизни. Просто чтобы удостовериться, что я — это все еще я, а не какая-то ненормальная неврастеничка, которой мне непременно предстоит стать, случись со мной еще нечто в этом роде. Все навалилось слишком резко, слишком быстро привычные устои рушились вокруг меня, являя новый, более жестокий и дикий мир, для которого обычные человеческие законы — постой звук, не более. И в этом мире нет места женской самостоятельности, потому что слишком желанными для себе подобных они были. Слишком настойчивыми были сверхи, когда дело касалось того, чего они действительно хотят. Во всяком случае, это говорила Аннет, а причин не верить ей у меня не было. Ее, в отличие от меня, готовили к этой жизни, готовили к тому, что свое счастье она и ее семья будут выдирать зубами и когтями. Но у меня нет семьи в этом новом мире, чтобы она могла защитить меня. У меня теперь даже подруги нет!

За невеселыми мыслями я и сама не заметила, как уснула под мерный шум работающего телевизора.

Я боялась. Действительно боялась выходить из номера. Даже когда приносили заказанную мною еду, было страшно открывать дверь. Чего боялась? Да всего! Случайно наткнуться на таких же незнакомцев, как те, что были на заправке. А вдруг кому-то и моя кровь подойдет.

Что тогда со мной будет? Боялась наткнуться на кого-то из сверхов. Инцидент с блондинами заставил сомневаться в словах Аннет относительно того, что сейчас мой запах не выдает во мне суккуба.

За прошедшие два дня я очень часто звонила Микаэле и Джимми, игнорируя голос разума, что это глупо. И каждый вечер звонила отцу. Я пыталась делать вид, что ничего неординарного в моей жизни не случилось и что у меня еще есть шанс вернуть все на круги своя. Самообман… беспочвенная надежда… но мне была так необходима эта иллюзия.

В конце третьего дня добровольного заточения я, наконец, решилась выйти из своей тюрьмы и спуститься в расположенный на первом этаже отеля небольшой бар. Мне было просто жизненно необходимо оказаться среди людей, расслабиться. Моя шизофрения — а по-другому я назвать это не могла — перешла на новый уровень и теперь я страшилась одиночества в своем номере. Особенно когда становилось темно и в каждом темном углу мне казались либо светящиеся зеленые, либо желтые или сине-фиолетовые глаза.

И если раньше я не особо хотела общества брата Аннет, то теперь не могла дождаться, когда он приедет и… не знаю… защитит? Успокоит? А смогу ли я чувствовать себя защищенной и спокойной в его присутствии? Суккуба не раз говорила о том, как сильно ее брат мечтает о женщине, с которой мог бы завести нормальные отношения. Мне оставалось только надеяться, что он сочтет меня не достаточно подходящей для этого. Не хотела, чтобы кто-то интересовался мной только от безысходности.

В баре я совершено случайно познакомилась с компанией милых ребят, приехавших в городок на стажировку. Как и советовала Аннет, прежде чем принять приглашение и присесть за их столик я внимательно изучила внешность каждого.

«Высоких мужчин с яркой внешностью, спортивного телосложения или с необычным цветом глаз лучше обходить стороной — есть вероятность, что он окажется сверхом», — звучали в ушах слова суккубы.

А тут была компания обычных студентов — кто-то носил очки, кто-то был слишком худ или имел небольшое пивное брюшко. Нет, они не походили на идеально красивых и притягательных сверхов, но зато отлично скрашивали мое одиночество, сглаживали затаившийся внутри страх и настороженность. Впервые за последние дни я смогла по-настоящему расслабиться и смеяться. Совсем ненадолго, но все же…

Сегодня вечером я снова договорилась встретиться с парнями и уже бежала по холлу в сторону бара, когда споткнулась и чуть не растянулась на полу. От «грациозного» полета спасли чьи-то руки, схватившие меня за талию уже практически у самого пола.

— Фу-ух… это было очень близко, — чувствуя, как сердце все еще бьется где-то в районе горла, выдохнула я. — Спасибо, — немного повернув голову, подняла взгляд на своего спасителя и все дальнейшие слова благодарности застряли где-то на полпути.

На меня смотрели пронзительно голубые глаза из-под растрепанной черной челки. Мой спаситель обладал мужественным лицом с легкой щетиной на щеках и подбородке, прямым носом, чуть полноватыми губами и бронзовой от загара кожей.

— Не стоит гонять по коридорам очертя голову, — выдал мягким голосом красавец.

— Д-да, конечно, — сглотнув, согласилась я, выпутываясь из его объятий, что все еще удерживали меня в непосредственной близости от сильного тела.

Я внимательно всматривалась в мужественное лицо, пробежалась взглядом по широким плечам, спортивной фигуре. Снова впилась взглядом в лицо — вроде не принюхивается и цвет глаз самый обычный. Но фигура… я снова сглотнула, чувствуя, как начинает пересыхать во рту от вида обтянутых тонкой футболкой бицепсов, четко обрисовывающихся пластин груди, сильных рук с выступающими венами… моя слабость. Готова поспорить — на животе у него имеется полный набор кубиков.

— Нравится то, что видишь? — отвлек меня от поедания глазами мужского совершенства насмешливый голос.

Вскинула глаза и наткнулась на веселый взгляд.

— Эм… хм… да. Довольно неплохо, — попыталась выдавить из себя беззаботную улыбку.

— Довольно неплохо? — черная бровь взлетела вверх и спряталась под свисающей «рваной» челкой, а притягивающие мой взгляд губы изогнулись в легкой игривой улыбке. — Может, нам стоит подняться в мой номер, чтобы ты смогла рассмотреть все получше?

Наглость незнакомца окончательно вывела меня из ступора.

— Спасибо, не заинтересована, — ехидно оскалилась я и, развернувшись, медленно продолжила путь.

При этом мне приходилось прилагать немалые усилия, чтобы подавить вспыхнувшее желание развернуться, прижаться грудью к этому сильному самцу и мурлыкать от удовольствия, подобно кошке, ощущая вокруг себя его сильные руки. Что называется, приплыли!

Мой спаситель меня не окликнул и догнать не пытался, что меня несказанно радовало. Это означало, чтоб либо он не сверх, либо от меня действительно пахнет только человеком. И тот, и тот вариант меня вполне устраивал — менять отель, а уж тем более город, не хотелось.

Блин, это же что получается — я теперь от всех шикарных мужчин шарахаться буду?

Этот вечер был странным. В предыдущие разы, когда я спускалась в бар, мне нравилась веселая компания таких же, как и я, студентов. А сегодня… все было не то, не так и не туда.

Сегодня я впервые рассматривала этих мальчиков, как женщина потенциальных претендентов на ее постель. Даже не так, я чувствовала себя самкой, оценивающей силу сидящих перед ней мужчин. И стоит признать — впечатления не произвел ни один из студентов. Поэтому мой взгляд против воли то и дело скользил по залу, время от времени выделяя в толпе наиболее привлекательные особи противоположного пола, и что-то во мне заставляло глаза вспыхивать интересом, а тело напрягаться… от азарта охоты.

Хотелось подойти, окрутить, покорить, заставить поклоняться…

Испугавшись происходящих со мной странностей, я, не просидев с парнями и часа, вылетела из бара, поспешив в свой номер.

В лифте сжала пальцами виски, пытаясь дать всему рациональное объяснение, не впасть в панику. Я не готова! У меня в запасе еще должна быть целая неделя!

— Ох, малышка, смотрю падать в мои объятия входит у тебя в привычку, — знакомым голосом насмешливо произнесла теплая стена, на которую я налетела, едва выйдя из лифта на своем этаже.

Мои ноздри затрепетали, когда в меня ударил свежий запах леса, и я отшатнулась от мужчины, игнорируя желание чего-то внутри меня сделать прямо противоположное.

— Тш-ш-ш, ты чего? — метнувшись ко мне и подставляя ладонь под затылок, обеспокоено вскрикнул незнакомец.

Черт! Я чуть со всей дури не долбанулась о стену.

— Ничего, мне нужно идти, — в панике мечась взглядом по безлюдному коридору, пролепетала я и поднырнула под его руку, которой он опирался о стену около моей головы.

— Да постой же ты! — почувствовала на своей талии сильные руки и меня резко развернули, заставив встретиться с внимательными голубыми глазами. — Тебя обидели?

Вопрос ввел в ступор и на время даже приглушил внутренний конфликт. Ему-то какое дело до меня?

— Нет-нет, все хорошо, — затараторила я, придя в себя. — Просто спешу, — и снова дернулась в сторону своего номера.

— Да отпусти же ты меня! Чего вцепился, как клещ?! — раздражено воскликнула, когда руки на талии снова не дали сбежать.

— Ты ведешь себя неадекватно, — о, это он еще не представляет, насколько неадекватно мне сейчас хочется себя вести. — Может…

— Не может, — вздохнула я, пытаясь успокоиться и отделаться от этого мужчины. — Просто поссорилась только что со своим парнем…

— Ты тут со своим мужчиной? — спокойно спросили меня, хоть я и почувствовала, как напряглось мощное тело и закаменели мышцы под моими ладонями.

— По телефону поссорилась, — уточнила я. — И не настроена сейчас на общение с кем-либо и уж тем более со всякими приставучими незнакомцами.

— Меня зовут Хантер.

Моргнула. Я что спрашивала его имя?

— Да мне сейчас фиолетово! Отпусти!

На этот раз меня действительно отпустили, и я опрометью бросилась в свой номер. Закрыв дверь изнутри, привалилась к ней спиной и выровняла дыхание. Нечто внутри меня недовольно заворочалось, все еще требуя вернуться к шикарному мужчине и погреться в его объятиях… Моя суккуба?

Хотелось взвыть, — ведь я так надеялась, что эксперимент профессора Грэма провалится и вся моя жизнь вновь вернется в прежнее русло. Видимо, не судьба.

Взяв себя в руки, поплелась в душ, где долго стояла под холодными струями, пытаясь привести в норму свой разум. На удивление нечто внутри меня успокоилось, и сейчас я не ощущала в груди и в голове присутствия чего-то постороннего.

Закутавшись в полотенце, вышла из ванной комнаты и села на край кровати, гипнотизируя взглядом лежащий на прикроватной тумбочке телефон.

Позвонить Алеку или нет?

Последние дни он созванивался со мной три раза в день — утром, днем и вечером. Инкуб сейчас находился в Европе и вместе с остальными своими сородичами пытался истребить группу воинов из другого мира, охотящихся за сверхами. Алек уже объяснил мне, кем могли оказаться те двое на заправке — магами-пришельцами из другого мира. Но вот зачем им нужны сверхи, за эти годы никому так и не удалось выяснить. Все воины-охотники были связаны какой-то ужасной клятвой и при малейшем согласии открыть карты магов, моментально умирали в конвульсиях. Вообще Алек много чего рассказывал мне об этих пришлых и кое-где восполнял мои пробелы в знаниях о самих сверхах. Мы с ним неплохо общались, но… нет, не буду звонить. Во-первых, он все равно не поможет мне на расстоянии, а во-вторых, на карту поставлена моя свобода. Так что разберусь я с этой похотливой суч… суккубой сама.

На следующее утро, я пересчитывала оставшуюся наличность. Еще на выезде с Вайоминга мы с Аннет решили перестраховаться и сняли со своих карточек некоторую сумму денег, которой нам должно было хватить хотя бы на месяц. Просто если карточку суккубы теоретически и нельзя было отследить, то мою при желании и определенных связях, можно с легкостью.

Сегодня я планировала выйти и пройтись по магазинам — прикупленных в спешке нескольких комплектов белья и пары джинсов с футболками — первыми, что попались под руку — явно было недостаточно. Просто катастрофически недостаточно. Благо все необходимое можно было найти в расположенных поблизости от отеля магазинах и далеко уходить не пришлось, пусть и хотелось хоть немного прогуляться.

— Малышка, это судьба, не иначе! — раздался рядом со мной до боли знакомый голос. Я как раз расплачивалась на кассе за покупку — два летних сарафанчика и юбку с футболкой. Все предельно скромно и неброско. Ибо нефиг!

Оглянувшись обнаружила рядом с собой того самого незнакомца из отеля, от которого я вчера так постыдно сбежала. На щеках вмиг вспыхнул румянец — он, наверняка, думает, что я какая-то неадекватная психопатка. Иначе даже я сама о вчерашней себе подумать не могла.

Незнакомец в белой футболке и «потертых» джинсах стоял около кассы и улыбался ослепительной белозубой улыбкой. Голубые глаза тоже смотрели на меня весело и немного заинтересовано. Вот только он ошибся — такие великолепные мужчины теперь не моя судьба.

Во всяком случае, до инициации так точно, а после… и после, наверное, тоже. Стало горько.

Так что я просто насмешливо фыркнула и отвернулась, забирая свой товар и уходя из магазина.

— У меня сегодня вечером встреча в этом городе, а до этого я абсолютно свободен.

Составишь мне компанию? В конце концов, ты мне должна, — заставил меня вздрогнуть все тот же приятный голос.

— И с чего это я тебе должна? — останавливаясь и насмешливо глядя на мужчину, поинтересовалась я.

— Ну, я тебя спас от падения. Это раз…

— Если мне память не изменяет, я тебе уже сказала за это «спасибо», — улыбнулась я.

— Я приму твое «спасибо», если согласишься хотя бы пообедать со мной, — пошел на компромисс мужчина.

— Зачем? — уже подозрительно сощурила глаза, хотя не передать словами, как мне хотелось согласиться.

— Мне скучно… тебе скучно. И не отпирайся — я наблюдал за тобой вчера в баре. Почему бы нам чисто дружески не помочь друг другу скрасить сегодняшний день? — пожал плечами мужчина и опять улыбнулся на все зубы. — И потом, ты мне с настойчивой регулярностью попадаешься на пути. Вдруг это судьба?

Насмешливо фыркнула, а потом подумала и…

— Я согласна, — выпалила я и тут же была готова надавать себе по губам. Ну что это такое?!

— Вот и отлично! — еще ослепительней засиял улыбкой незнакомец. — Тогда встречаемся через полчаса в холле, Эвангелина.

Я споткнулась на ровном месте — откуда он знает, как меня зовут?

— Твои друзья очень громко кричали это имя, приветствуя тебя в баре вчера вечером, — словно прочитав мои мысли, объяснил мужчина.

— А ты его так сразу и запомнил, — не смогла сдержаться от скептического замечания.

— Разве не могу я запомнить имя спасенной мной девушки, которая к тому же так откровенно рассматривала меня? — подмигнул он.

Щеки вспыхнули красным, и мозг посетила умная мысль — а не зря ли я все это затеяла? Это ж надо было взять и согласиться, даже не подумав толком. Эх, ну и ладно. Будем считать сегодняшний день прощальной вечеринкой с моей нормальной человеческой жизнью, потому что, судя по вчерашним симптомам, осталось мне быть человеком совсем недолго.

А потому, откинув все сомнения, спустя полчаса я спускалась в просторный холл отеля, где меня уже ожидал Хантер. Пока собиралась долго и упорно вспоминала имя этого шикарного, но чрезмерно приставучего незнакомца.

— Тебе идет, — констатировал мужчина, с явным восхищением осмотрев мою фигуру в легком летнем сарафане на тонких бретельках с обтягивающим верхом и летящей юбкой.

— Ты тоже вполне нечего, — подмигнула я, хотя стоило признать — он был просто великолепен в легкой черной рубашке, расстегнутой у ворота и черных брюках.

— Общаться с тобой смертельно опасно для хрупкого мужского эго, — буркнул Хантер, пытаясь обнять меня.

— Хантер, руки, — недовольно проворчала я, стряхивая уже успевшую обосноваться у меня талии конечность.

— Ты помнишь мое имя, — делано изумился он, снова возвращая свою руку, но уже на плечи.

Остановилась и недовольно посмотрела на мужчину. Картинно вздохнув, он таки опустил свою руку и повел на улицу — к припаркованному недалеко автомобилю. Ох, обожаю мужчин, которые любят настоящие машины. Новенькая модель Гранд Чероки призывно блестела хромированными покрышками и отполированным черным кузовом.

На прежнем месте жительства я дружила с компанией старших мальчишек, увлекающихся аэрографией. Да еще и встречалась какое-то время с любящим погонять на своем спорткаре парнем. Вот и заразили они меня своей нездоровой любовь к железным коням…

— Куда поедем? — открывая мне дверь пассажирского сидения, поинтересовался Хантер.

— Не знаю, — пожала плечами, когда мы уже сидели в машине. — На твое усмотрение — я этот город знать не знаю.

— Я тут тоже не часто бываю, — признался мужчина. — Тогда, если ты не против, начнем с пиццерии?

Если честно, то последние дни я не особо хорошо питалась — постоянное нервное напряжение сжигало аппетит, а вчерашний инцидент и вовсе выбил меня из колеи, так что сегодня утром я старалась занимать свою голову любыми мыслями и заставляла ноги нести меня прочь из номера. Мне надоело думать обо всем этом. И я решила сделать единственное, что могла в данной ситуации — пустила все на самотек. От меня и моих желаний все равно уже не зависит ровным счетом ничего. Так зачем себя накручивать? В общем, прислушавшись к себе, поняла, что мой желудок более чем не против заглянуть в пиццерию.

— Очень даже «за», — улыбнулась я, и уже через пятнадцать минут мы сидели за столиком и изучали меню.

— Так… может, расскажешь что-то о себе? — Хантер откинулся на спинку стула и устремил задумчивый взгляд голубых глаз на меня.

— Да, рассказывать особо и нечего, — пожала я плечами. — Родилась во Флориде, но несколько месяцев тому назад была вынуждена поменять место жительства. Учусь…

— А тут что делаешь?

— Отдыхаю… от всех, — немного нервно обронила я. — А сам?

Мужчина загадочно улыбнулся, но ответил так же просто, как и я:

— Я родом из Мичигана, а тут по делам.

В это время официантка принесла наш заказ, и мы принялись молча поглощать пищу. Хоть изначально разговор у нас и не заладился, уже буквально через полчаса мы вовсю хохотали над шутками друг друга, чем привлекали внимание остальных посетителей пиццерии. Это был именно тот разговор, который не открывает ничего значимого о собеседнике, но в то же время позволяет расслабиться, поднять настроение. Как раз то, что мне необходимо.

Откровенно говоря, мне не понравилось, когда он попытался узнать что-то обо мне. Это было знакомство на один день, чтобы скрасить одиночество и не дать своим мыслям вновь принять опасное для спокойствия направление.

Моя просыпающаяся суккуба тоже вела себя примерно — Хантер был все так же неотразим, и я действительно испытывала к нему немалый интерес, как к мужчине. Но сейчас не было того дикого желания укутаться в его сильное тело и мурлыкать подобно сытой кошке.

Когда мы разделались с обедом, от Хантера поступило предложение, которого я никак не ожидала услышать с уст взрослого мужчины — убить время в Сидер Поинт. Сказать по правде, последний раз я была в парке развлечений лет в… четырнадцать, и сейчас предложение съездить в один из самых экстремальных парков мира выглядело очень соблазнительным.

На мою попытку подколоть Хантера по поводу выбора места отдыха, он лишь отмахнулся выдав, что поскольку был неосторожен пригласить на прогулку ребенка — и чем ему не нравится возраст двадцать лет? — то и развлечение вынужден выбирать соответствующее. На мое возмущение последовали слова, от которых в смущении запылали не только щеки и уши, но и, такое впечатление, все тело.

Это был поистине волшебный день. Так много я не смеялась уже очень давно, даже не вспомнить, когда мне в последний раз было так же хорошо и легко. А потом Хантер взял и испортил все.

Когда мы подымались на лифте, он прижал меня к стене, впившись немигающим взглядом в мои глаза. Я не могла понять такой резкой смены настроения — вот он шел рядом и раздражал меня своими подколками, материалов для коих за день в парке у него накопилось огромное множество, а теперь заставляет мучительно краснеть под его нечитаемым взглядом.

В нем словно шла какая-то внутренняя борьба, и я не знала, чем для меня она закончится.

— Хантер, — растеряно и насторожено прошептала его имя, легонько отталкивая от себя.

Мои глаза расширились, когда мужчина с нечеловеческим рыком впечатал мое тело в стенку кабинки, резко впиваясь своими губами в мой рот и одновременно нажимая кнопку «Стоп».

Я замычала, пытаясь оттолкнуть его. Каким бы привлекательным я его не считала и как бы он мне ни нравился, после проведенного с ним времени, но все во мне было против подобной грубости. Он словно наказывал меня за что-то, едва не кусая губы, принося своим поцелуем больше неприятных ощущений, нежели удовольствия. Хотя нет, не все во мне противилось его грубости — сущность внутри проснулась и словно лениво потягивалась, оценивающе присматриваясь к прижимающемуся к нам мужчине. Одобрительно мурлыкнула и потянула свои цепкие коготки к нему.

Моментально вспыхнувшая паника придала нечеловеческие силы и я вырвалась из плена тела Хантера, лихорадочно вслепую застучала по кнопкам лифта, а когда тот тронулся, забилась в противоположный от мужчины угол. Мне было абсолютно до лампочки, что он сейчас думает о девушке, что забилась в угол кабинки и, трясясь, что осиновый лист, смотрит на него глазами затравленного зверька. Все это не имело значения — только напирающая на кожу суккуба и прорезающиеся на ровном месте первые ростки желания.

Лифт остановился, и с тихим звоном его дверцы разъехались, выпуская нас в длинный коридор.

Сглотнув, посмотрела в чуть прищуренные глаза Хантера и, пробормотав что-то о том, что было приятно познакомиться, удачи на встрече и прощай, удрала в свой номер.

На этот раз суккуба не желала так быстро успокаиваться и промучила меня почти до самого утра.

Сколько у меня еще осталось времени до того, как призрачная иллюзия нормальной жизни рассыплется в пух и прах?

* * *

Хантер Вуд

Чертова девчонка! Несовершеннолетняя малявка! Слабая человечка! Как же она бесила его сейчас! И главным образом из-за того, что ему так сложно было покидать ее, осознавая, что с каждым километром он теряет ее, теряет те волшебные ощущения, что дарили ему ее близость и неповторимый запах.

Его взгляд упал на бледно-голубой шелковый шарфик, что был повязан на шейке Эви.

Протянув руку, он прижал его к своему носу и глубоко вдохнул манящий запах. Даже от этого его член окаменел, а из груди вырвался тихий рык.

Резко свернув на обочину, он нажал на тормоза и, с силой сдавив руль, уставился на дорогу перед собой.

При другом раскладе, Хантер с удовольствием приложил бы некоторые усилия, чтобы затащить понравившуюся малышку в постель. Но с Эви все было слишком остро, на пределе его контроля и он откровенно опасался, что за несколько ночей и дней с ней он заплатит своим сердцем. А это было неприемлемо — она простая человечка, а они слишком быстро увядают и уходят из этого мира.

Впервые он столкнулся с Эви в Вайоминге, когда возвращался из штата Мэн, где помогал в поисках исчезнувшей целой семьи вампиров. Уже тогда Хантера поразил невероятно притягательный для него и зверя аромат незнакомки, но это случайное столкновение на выходе из кафе так и осталось бы ничего не значащим эпизодом в его долгой жизни, если бы судьба не свела их снова, на этот раз в Мидлтауне. И при каждом столкновении он не узнавал сам себя, начиная вести себя, как желторотый юнец, сохнущий по самой красивой девчонке в классе. Она посылала его, а он только и думал, как бы стать к ней ближе, полной грудью вдохнуть притягательный запах, в идеале — ощутить на языке вкус ее кожи.

Идиотизм!

Он скоро разменяет первую сотню, а она… просто ребенок по сравнению с ним. То чертово глупое предложение съездить в парк развлечений… он сам не понял, как оно вылетело из его рта. Он хотел лишних доказательств, что она всего лишь восторженный, не знающий жизни и от того не подходящий для его мира, ребенок? Или просто хотел весь день наслаждаться ее смехом и сияющими шоколадными глазами?

По дороге назад он едва сдерживал себя, чтобы не накинуться на нее — задрать тот чертов сарафан и насадить на болезненно пульсирующую плоть. А в лифте сорвался и напугал ее.

Еще одно доказательство того, что она не для него, что его страсть и страсть живущей в нем сущности не по силам вынести обычной человечке. И все же ему безумно хотелось развернуть машину…

Тишину салона прорезала трель мобильного. На экране отобразилось имя его хорошего друга и беты.

— Да! — рявкнул Хантер.

— Оу, я смотрю, кто-то не в духе, — констатировал очевидное Руди.

— Извини, — глубоко вдохнув, пробормотал мужчина. — Ты что-то хотел?

— Только узнать, как прошла встреча с Вилсонами, — послышался ответ.

— Все прошло так, как мы с тобой и предполагали, — Хантер откинулся на спинку сидения и устало потер переносицу. — Для них этот контракт был выгоден, так что со следующего года начнем потихоньку объединять наши производственные мощности. Обе компании будут обладать равными правами, но самое главное даже не это — мы пришли к соглашению объединить наши научные лаборатории…

— Погоди! — перебил мужчину его помощник. — У меня на эту тему тоже есть кое-что для тебя — Норвуд слышал, что якобы этим сексуально озабоченным пиявкам удалось обратить какую-то девчонку. Говорит, они там, в Нью-Йорке, ходят теперь все и что стоваттные лампочки сияют от открывающих перспектив. Может, стоит…

— Да я скорее сдохну, чем заговорю хоть с кем-то из этих шлюх, — зло выплюнул он.

Как один из членов Малого Совета оборотней Американского альянса сверхов, под чьим ведением находится десять штатов, он всегда был противником общих дел с их извечными врагами — вампирами, а еще инкубами. Правда, недавние события внесли некоторые коррективы во взаимоотношения сверхов внутри альянса, но дальше необходимого Хантер заходить не собирался. Хватит и того, что они решили объединиться в плане защиты от вновь активировавшихся магов, которые теперь каким-то образом могут выскакивать из своих порталов в любой части света, что долбанные черти из табакерки.

— Ох, да ладно, не такие уж они и…

— Руди!

— Хорошо, хорошо, но ты сам говорил, что пора бы нам всем уже объединить свои лаборатории и учиться делиться результатами, — вздохнул его бета. — На прошлой неделе вампиры почти сумели сделать из ягуара кровососущее бессмертное существо, но что-то пошло не так и он начала меняться — теперь это и не животное и не человек. Показывали по телику — страшное зрелище. Возможно, нам удалось бы выяснить, где у них произошел сбой и немного переделать его, обратив процесс.

— На счету каждой лаборатории имеется куча таких вот полу успехов, — фыркнул Хантер. — И вообще не они сейчас на первом месте. Меня не на шутку начинают беспокоить эти исчезновения, и я почти уверен — это не пришлые и не их воины. За последний год на территории Американского альянса высших бесследно пропало пять семей, двадцать самцов и три самки разных видов и я начинаю задумываться над ужесточением некоторых правил.

— Ты не сможешь обнести территорию стаи колючей проволокой и запретить всем выходить за ее пределы, — уже понимая, к чему клонит альфа, возразил Руди.

— Могу и в случае необходимости сделаю это. Вилсоны интересовались ходом расследований этих загадочных исчезновений и… у них тоже пропала демоница. Вся Семья в бешенстве — ты же в курсе у них с женщинами дела обстоят еще плачевней, чем у остальных рас. И это слишком близко к нам, Руди.

— Вот черт! Какого хрена вообще происходит?! — послышался звук, который свидетельствовал о том, что какая-то из стен в доме беты будет нуждаться в ремонте.

— Не знаю, но с уверенность могу сказать лишь одно — помимо магов за нами открыл охоту еще кто-то. И этот кто-то не так прост, даже магам еще ни разу не удавалось добраться до наших самок.

— Намекаешь, что у похитителей есть кто-то среди наших? — подозрительно спросил Руди.

— Сегодня мне в голову пришла такая мысль. Согласись, мы зря скидывали со счетов своих.

— Но похищения происходят в самых разных уголках материка, — возразил его собеседник.

— Знаю, но по-другому не могу объяснить того, что уже четыре, включая демоницу, самок сверхов выкрадены. Мужчины ладно — каждый их шаг никто не контролирует, но женщины, за спинами которых при выходе за пределы территории всегда находится дюжина телохранителей, а рядом — либо отец и брат, либо супруг… согласись, это навевает на некоторые мысли. Похитители знали, когда и где можно их подловить, чтобы столкнуться с минимальным сопротивлением.

— Знаешь, я все никак не могу понять — зачем? Требований с выкупом не поступает. Версия об убийствах тоже под вопросом — до сих пор не удалось найти ни одно из тел пропавших.

Жертвы между собой никак не связаны.

— Для меня самый большой вопрос состоит в том, как эти гребанные твари умудряются маскировать свой запах? Даже не маскировать, а вообще напрочь отбивать его. На месте каждого похищения пахнет только похищенным, и даже эта ниточка обрывается через некоторое время. Это все равно, что гоняться за фантомом — ни единой зацепки, ни единой улики.

— Стоит рассмотреть версию с пришельцами? — усмехнулись по ту сторону провода.

— Очень смешно, — буркнул Хантер.

У него был прекрасный нюх и он по праву считался одним из лучших, когда дело доходило до охоты за кем бы то ни было. От этого его бессилие бесило еще больше.

— Ладно, дружище. Надеюсь, ты уже на обратном пути? Ты же знаешь, я не особо люблю, когда ты сваливаешь на мне все, особенно свою Ханну. Она мне плешь уже проела, выспрашивая о тебе, — в голосе друга звучал упрек. Да, эта сука может быть очень настырной и надоедливой, но было у нее и одно достоинство — она была послушной и умелой любовницей, готовой в любое время дня и ночи удовлетворить его потребности. — Неужели так тяжело позвонить своей девушке и успокоить ее?

— Ты же знаешь, я не люблю всех этих бабских соплей во время работы, — поморщился Хантер. — Дай я ей свой рабочий номер, и она трезвонила бы мне каждый час по сто раз. И не из беспокойства, прошу заметить…

— Ее нельзя в этом винить — она рано осталась без родных и, так как привыкла ни в чем себе не отказывать, вполне закономерно, что она вцепилась в тебя, что клещ.

— Кстати, об этом, — Хантер нетерпеливо постучал пальцами по рулю. — Скажи ей, что у меня возникли кое-какие неотложные дела и я задержусь еще на некоторое время. И можешь мягко ей намекнуть, что я не против, чтобы она переключила свое внимание на Пирса — вроде бы он ей нравится.

— Эй, что ты задумал?! Какие еще, на хрен, дела?!

Руди еще что-то возмущенно рычал в трубку, но Хантер уже отключил телефон и отбросил его в сторону. Послышался визг шин и черных джип, стремительно набирая скорость, понес мужчину назад в Мидлтаун.