Капитан Александр путешествовал со своими друзьями на очень большом корабле «Быстрые паруса», который специально был построен таким огромным, чтобы на нём вместе со всеми могли отправиться в плавание молодые великаны Доля и Зюля. Мальчишки быстро освоили матросскую службу и стали очень полезны команде корабля, особенно в тех случаях, когда требовались их рост или недюжинная сила. Например, если надо было быстро поставить или убрать паруса. Для этого они просто поднимались во весь свой исполинский рост и легко доставали до любой реи, даже до самой верхней реи грот-мачты. Также для них не составляло никакого труда без помощи всяких механизмов поднять якорь или спустить на воду шлюпку.

Когда одного из них назначали дежурным, никому из матросов уже не надо было карабкаться на смотровую площадку мачты. Стоя на палубе, великан днём и ночью пристально вглядывался в туман и мглу, чтобы заранее увидеть маяки, сигнальные огни, скалы, встречные корабли, больших морских животных или, не дай бог, человека за бортом.

Молодые великаны освоили много морских профессий. Они научились управлять парусами, лавировать при встречном ветре и при проходе узких мест. Могли передавать морские сигналы, предсказывать погоду, определять местоположение корабля по звёздам, вычислять пройденный путь. Знали, как готовить и сохранять пищу на корабле, как ремонтировать мачты и реи, овладели искусством вязания морских узлов, наведения орудий и стрельбы из пушек. Они умели теперь выполнять любую работу и, в случае необходимости, могли заменить боцмана, штурмана, кока и даже помощника капитана. Это была настоящая морская служба, и вскоре юные великаны забыли о своих прежних играх, о проказах и об игрушечных пистолетах, из которых они раньше любили пострелять камешками и песком.

Доля и Зюля повзрослели и возмужали. Они уже ничем не напоминали двух пухленьких подростков. Подтянулись, загорели, окрепли и превратились в двух стройных, красивых юношей. И звали их теперь уважительно – Дол и Зюл.

Раньше они бегали по мелководью вдоль берега. Теперь они хорошо понимали, что море – это море, что всё это – огромное безбрежное царство воды, с которым шутки плохи. Через море не переступишь, через океан пешком не перейдёшь. Понимали, что даже такие огромные парни, как они, должны уметь плавать и нырять, и этому они тоже прекрасно научились.

Дола больше всего интересовали морские животные и рыбы. Он с удовольствием наблюдал их жизнь, привычки и повадки, а капитан Александр научил его языку самых умных из этих животных – китов и дельфинов. Как же это было непросто – освоить их сложные трели, посвисты, скрипы и протяжное пение! А ещё он учился лечить людей. Ведь при штормах, при ударах о скалы, в других опасных ситуациях, в которые очень часто попадают странствующие по морям, у членов экипажа случались ушибы, ссадины, переломы, ранения. И тогда Дол под руководством капитана Александра делал перевязки и даже небольшие операции.

Зюлу больше нравилось заниматься морскими и астрономическими приборами, картами, читать научные книги, делать математические расчеты, позволяющие определить местоположение судна и расстояние до материка, острова или порта.

Однажды, путешествуя вдоль берегов Южной Америки, наши герои встретили Моби Дика. Обычно тот радостно приветствовал капитана Александра и его судно рёвом, скрежетом и щелчками. На этот раз белый кит, которому, как мы знаем, был неведом страх, впервые увидел молодых великанов Дола и Зюла. Он, конечно, не испугался, но размеры этих необычных людей настолько его поразили, что кит забыл даже поздороваться с капитаном и на всякий случай решил поскорее «лечь на дно». Александр успел остановить его.

– Постой, Моби Дик, – в рупор закричал он. – Не уходи. Это наши друзья Дол и Зюл, они не сделают тебе ничего плохого. Ты можешь доверять им так же, как мне и моей команде.

Моби Дик немного успокоился, но что-то в его поведении все равно показалось капитану странным.

– Не узнаю тебя, Моби Дик. Ты сам на себя не похож, отчего ты не ревёшь, не прыгаешь, не выбрасываешь фонтаны воды?

– У нас большое несчастье, капитан Александр. Это случилось несколько дней назад. Не знаю, в чём причина, но кашалоты и другие киты, дельфины, косатки, их малыши неожиданно, словно по чьей-то команде, все вместе, все до единого, развернулись и что было сил поплыли к берегу. А потом стали выбрасываться на пляж. Теперь они лежат на суше и не могут вернуться назад в воду. Они мучаются от жажды. Их кожа пересыхает на солнце. А у самых больших китов рёбра не выдерживают их собственного веса, они задыхаются, потому что у них не хватает сил, чтобы дышать.

– Что же случилось, почему это произошло?

– Могу только предполагать. Старые киты говорят, что в море иногда случается неслышный стон земли, когда земля на дне океана гудит и ревёт, но никто из животных и людей не слышит этого. Такой странный и жутковатый стон планеты. От него в ушах лопаются перепонки, сердце охватывает безотчётный страх, и обитатели моря в ужасе бросаются куда глаза глядят. Когда гудение и рёв заканчиваются, животные понимают, что они оказались на берегу, что надо вернуться в море, но сделать это уже невозможно. Они обречены на гибель.

– Отчего это происходит? – спросили члены команды.

Тут к борту подошёл Зюл.

– В древних морских книгах я прочёл о том, что когда континенты, такие как Америка, Африка, Азия, плавающие на расплавленной сердцевине земли, сталкиваются друг с другом, трутся и в местах их соприкосновения начинают подниматься горы, а в области разрывов образуются гигантские морские впадины, тогда в недрах земли и рождается этот неслышный рёв, причем такой сильный, что все внутренние органы животных и человека начинают вибрировать, и возникает ничем не объяснимый страх.

– Молодец, Зюл, не зря ты изучал научные книги. Теперь нам понятно, по какой причине это может происходить, – сказал капитан Александр, – но где теперь эти несчастные киты и дельфины?

– Они лежат на песчаных пляжах Бразилии. Надо спешить им на помощь, иначе будет поздно. А сам я ничем не могу им помочь, я ведь не умею передвигаться по суше.

– Друзья мои, – сказал капитан Александр, – сейчас не время для обсуждений, отправляемся в сторону Бразилии и постараемся поскорее достигнуть ее побережья. Веди нас, Моби Дик, плыви, не жалей сил, плыви так быстро, как только сможешь.

Корабль «Быстрые паруса» и белый кит неслись с такой скоростью, что скоро достигли места катастрофы. Их глазам предстало ужасное зрелище – на много километров роскошный песчаный пляж был устлан телами морских животных.

– Слава богу, они пока живы, – сказал капитан Александр, заметив, что животные ещё шевелятся, – шлюпки на воду!

Экипаж на шлюпках, Дол и Зюл пешком, прямо по воде, бросились к погибающим китам и дельфинам. Матросы притащили очень большую ручную помпу (водяной насос) и поливали несчастных водой, а Дол и Зюл, аккуратно подложив руки под китов, стаскивали их в воду. Моби Дик ничем не мог помочь им, но он плавал рядом, криками и щелчками подбадривая попавших в беду. Дельфинов поменьше моряки перетаскивали в воду без помощи Дола и Зюла.

Только с одним животным – огромным синим китом, синим полосатиком – не могли справиться ни моряки, ни великаны. Полосатик был гораздо крупнее всех остальных китов, почти таким же большим, как «Быстрые паруса», и даже Моби Дик выглядел рядом с ним, как юнга рядом с Поваром-Коком. А вес, каким мог быть его вес? Чтобы перевезти по суше такого кита в наше время, потребовалось бы никак не меньше тридцати грузовиков. Ты ведь знаешь, что такое тонна? Это тысяча килограммов. Так вот, вес этого кита, видимо, был значительно больше ста пятидесяти тонн.

Надо рассказать тебе немного об этом замечательном животном. Синий кит – самый большой из племени китов и, вероятно, крупнейшее животное, когда-либо жившее на Земле. У него очень красивое, превосходно обтекаемое, стройное тело, тонкий, серпообразный спинной плавник, узкие, изящные грудные плавники, и плавает он намного быстрее других китов. В нижней части головы заметны мелкие, многочисленные полосы, которые продолжаются на горле и брюхе, кожа ровная, гладкая, без шишек. Сверху кит – серо-синеватый, снизу – желтоватого цвета. Поэтому иногда его ещё называют желтобрюхим китом. На коже – множество светло-серых пятен и мраморный рисунок, которые остаются на месте многочисленных мелких язв, образующихся от воздействия микроорганизмов, паразитов и присосок миног. Синий кит питается планктоном – мелкими водорослями и крилем – крошечными рачками, реже – более крупными рачками, мелкой рыбой и головоногими – маленькими каракатицами и осьминогами, которых он отцеживает с помощью пластин китового уса. Знаменитый шведский натуралист Карл Линней дал синему киту название «Балаеноптера мускулюс». «Балаеноптера» означает «китокрылый», забавно – кит с крылышками, «мускулюс» – «мышонок». «Китокрылый мышонок» – вот так шутка великого естествоиспытателя, назвавшего мышонком самое крупное на земле животное!

Теперь ты понимаешь, почему даже такие большие парни, как Дол и Зюл, ничего не могли поделать с этим гигантским животным. А синему киту было очень плохо. Моби Дик криками из воды подбадривал товарища: «Потерпи, синий мышонок, эти ребята обязательно что-нибудь придумают!»

«Их глазам предстало ужасное зрелище –на много километров роскошный песчаный пляж был устлан телами морских животных»

Что сделали моряки? По предложению Штурмана они прокопали под китом несколько небольших тоннелей-проходов и протянули через них крепкие веревки. К веревкам прицепили огромный кусок парусины и, разгребая песок, протащили материю под брюхом кита. Дол и Зюл взялись с двух сторон за эту парусину, но все равно не могли сдвинуть с места полосатика. Тогда матросы привязали этот кусок материи прочными канатами к своему кораблю. Были подняты все паруса, канаты натянулись, парусина под китом вместе со своей ношей чуть-чуть сдвинулась с места и остановилась. Моряки подогнали шесть шлюпок. Их тоже привязали к парусине. И в каждую шлюпку сели по шесть гребцов. Гребцы упирались вёслами в воду и вместе с кораблем пытались переместить кита в сторону кромки воды. Боцман давал команду гребцам. «И – раз! И – раз! Наддай, ребятки! А ну наддай! И-и – ра-а-аз! И-и – ра-а-аз! Давай, давай, не жалей силёнок, братва! И – раз! И – раз! Разве мы не русские моряки? Поможем «синему мышонку»! И – раз! И – раз! Гребите, чёрт вас подери! Моряки вы или дохлые селёдки? И – раз! И – раз!» Дол и Зюл в такт движению вёсел старались в момент гребка хоть немного приподнять огромное тело кита. Канаты натянулись до предела, ноги Дола и Зюла по колено ушли в песок. Реи на «Быстрых парусах» гнулись под давлением ветра. «А ну ещё, наддай, братушки! И – раз! И – раз!» И парусина с полосатиком сдвинулась. «Наддай! Наддай! Пошла, пошла, не сбавляй! Давай, давай!» Вначале рывками, совсем медленно, потом быстрее и быстрее сдвигали моряки огромное животное, вот его хвост уже в воде… «Наддай, братушки, наддай…»

– Ура-а-а! – раздался торжествующий крик моряков. Кит оказался в полосе прибоя. Он почти не двигался. Не осознавал ещё, что случилось, не мог до конца понять, что спасён. Дол с Зюлом помогли ему развернуться головой в сторону моря. Дол гладил огромную голову кита, а Зюл поцеловал его в синеватый лоб – плыви, полосатик, ты свободен!

– Плыви, плыви, не робей, громила! – радостно кричал Повар-Кок. – Ты, небось, проголодался на суше. В море тебя ждут не дождутся миллионы вкуснейших свеженьких креветок! Они просто мечтают повторить подвиг святого Ионы и поскорее попасть в твоё бездонное брюхо!

Кит медленно шевелил плавниками и хвостом, осторожно продвигаясь по мелководью в сторону моря. Он не мог поверить в своё счастье.

Оказавшись в родной стихии, животные ликовали. Они били хвостами, выпрыгивали из воды, выбрасывали ноздрями фонтаны. Особенно усердствовали горбатые киты, горбачи, известные своей любовью к акробатическим прыжкам – огромные пятнадцатиметровые звери вылетали из воды и делали сальто, причем зачастую по несколько раз подряд. Звуки восторженного гула и щелчки спасённых морских великанов наполняли воздух на десятки километров побережья. Синий кит тоже «пел» вместе со всеми, и его «пение» напоминало длинные гудки паровоза.

Многие киты, косатки, дельфины, даже вернувшись в море, долгое время не могли прийти в себя и оставались в бесчувственном состоянии. Дол и Зюл вместе с экипажем делали им массаж до тех пор, пока к ним не возвращалось сознание; некоторым пришлось делать уколы. Долу пригодились его познания в медицине. Всё обошлось благополучно, и животные, даже те, что лежали без признаков жизни, были спасены.

Когда корабль «Быстрые паруса» уходил, обитатели морей устроили настоящий концерт. Голоса китов разносятся под водой очень далеко – в толще морской воды есть звуковые каналы, по которым звук может распространяться на тысячи километров! Киты прекрасно знают это и используют такие каналы для общения и передачи сигналов. Пусть по всем морям несётся радостная весть о спасении китов и дельфинов! Огромные горбатые киты нежно пели на разные голоса. Их пение было удивительно мелодичным и напоминало звуки самых разных музыкальных инструментов: гобоев, труб, валторн, кларнетов, волынки и даже органа. Временами эти животные издавали и совсем другие звуки – рёв, мышиный писк или даже скорбные всхлипы. Но вряд ли они при этом грустили. То, что людям казалось скорбным всхлипом, было для этих китов выражением крайней степени радостного волнения.

Настоящую свистопляску устроили белухи, небольшие, пухленькие, очень общительные киты, которых называют морскими канарейками. Они

свистели,    визжали;       хрюкали,          мяукали;            тикали,               клехтали,                  глухо стонали,                     словно на флейте играли;                        ревели;                           женскими голосами пели;                              пронзительно кричали,                                 будто в колокол ударяли,                                     трели певчих птиц перепевали;                                        будто по стёклам, звякали,                                            как ребёнок, плакали .

В их «пении» можно было услышать переливы птиц, струнный оркестр во время настройки, отдалённый шум детской толпы.

Моби Дик был счастлив. Киты благодарили не только капитана Александра, но и белого кита. Они знали, что именно Моби Дик привёл «Быстрые паруса» к месту, где все киты и дельфины могли погибнуть, но были спасены. После этой ужасной катастрофы и чудесного спасения китов история вражды кашалотов с белым китом была забыта, и Моби Дик, их спаситель, стал лучшим другом кашалотов и других китов и дельфинов.

На этом рассказ о том, как капитан Александр, его друзья, Дол, Зюл и Моби Дик спасли китов и дельфинов, заканчивается.