День близился к вечеру. Темные силуэты домов запестрели квадратами освещенных окон. Скоро родители должны были вернуться с работы. Денис ушел, и в квартире воцарилась атмосфера неловкости и полу обмана. Так бывает в доме, где лежит тяжелобольной, и все старательно разыгрывают беспечность и притворяются, что не думают о болезни.

Сославшись на то, что скоро заканчивается четверть, Артем удалился в свою комнату, якобы готовиться к контрольным. Вика тоже уселась за учебники, но в голову лезли мысли далекие от теорем. Она не сомневалась, что Артем снова отправится в виртуальность, и ей было страшно, что однажды она найдет его без дыхания, с остекленевшими глазами, и уже никак не сможет помочь ему. Рано или поздно это случится, если он будет вести себя так же безрассудно. Наконец она не выдержала и заглянула к нему.

– Ты занят?

– А что?

– Хотела поговорить.

Артем ждал чего-то подобного. Он мог заранее предсказать весь разговор. Она опять станет отговаривать его продолжать игру. Ну почему, никто не понимает его? Что толку, что он поделился своей тайной и опасениями? Только лишние проблемы. Теперь придется скрываться, изворачиваться, отправляться в виртуальность по ночам, когда Вика спит и не может помешать. По сути, он остался таким же одиноким. Даже Денис не понял его, что говорить о Вике.

Упредив её монолог, Артем сказал:

– Вы все правы, я должен прыгать от радости, что стал вундеркиндом. Но такой уж я шизик, что до меня это не доходит. Знаешь пословицу: "Дуракам счастье"? Это как раз про меня.

– Дурак, – покачала головой Вика.

– Вот и я о том же. Так что не трать время, чтобы доказать мне, какой я везунчик, я все равно не пойму. Умом слабоват.

– Кончай строить из себя шута горохового. Что ты всех разгоняешь? Так останешься один. Тоже мне супермен. По-моему, глупо рассчитывать, что ты со всем справишься сам.

– Что же мне создать партию по борьбе с виртуальными маньяками? огрызнулся Артем.

– Не умничай, я серьезно. Почему бы тебе не посоветоваться с родителями? Все-таки они больше нашего понимают. К тому же они инженеры и работают в конструкторском бюро.

– Насмешила. Что они могут сделать? Тут же совсем другое. Теория ломаного пространства – это тебе не дважды два, чтобы её все знали, возразил Артем.

– Я не про технику, а вообще. У них опыта побольше нашего. Может быть, они знают, куда надо обратиться, чтобы остановить этих, кто опыты проводит. Да мало ли что они могут посоветовать! Ты думаешь, ты самый умный?

В Викиных словах был резон. Когда-то давно, в прежней жизни, Артем всегда советовался с отцом, но с тех пор многое изменилось. Артем слишком запутался во всей этой истории. Пришлось бы рассказывать про Службу Виртуальной Реальности все сначала, а ему не хотелось будить призраков прошлого.

– Ну, и как ты себе это представляешь. Рассказать всю правду? Отец меня за уши повесит, если узнает, каким образом я получил этот компьютер.

– Ну и что? Родители даже когда ругают, все равно нас любят. А ты предпочитаешь, чтобы тебя повесил за уши кто-нибудь другой? – спросила Вика.

– Нет, вы посмотрите, что делается! Наши изобретают, их переманивают, а потом мы же эти изобретения покупаем за бешеные деньги! – бушевал Виктор Юрьевич после просмотра новостей.

– Но если у нас нет денег, чтобы самим внедрять, – мягко возразила Софья Петровна.

– И не будет с таким подходом. У нас в стране мозги не нужны.

"Сейчас или никогда", – подумал Артем. Он весь вечер обдумывал слова Вики и колебался, стоит ли рассказать обо всем отцу. И вот разговор, как нарочно, зашел об изобретениях и интеллекте. Это было хорошее знамение, и Артем решился.

– Кстати, о мозгах, – как бы невзначай бросил он: – Тут одна интересная статейка про искусственный интеллект. Прочитай.

Он принес из своей комнаты журнал и с деланным безразличием вручил отцу. Виктор Юрьевич пробежал страницу глазами и вынес приговор:

– Бред. Чего только не выдумают ради сенсации.

– А если не бред? – возразил Артем.

Отец посмотрел на обложку журнала и с сомнением покачал головой:

– Я о таком журнале не слышал. Кто его издает?

Если бы Артем знал ответ на этот вопрос! Прочитав статью, они с Денисом сразу же позвонили в редакцию. Но оказалось, что по этому телефону сидит уже другая организация, а журнал куда-то съехал, а потом и вовсе закрылся.

– Не знаю, он больше не выходит, – пожал плечами Артем.

– Это ещё раз доказывает, что их информации верить нельзя. Если бы это было правдой, вокруг этого открытия поднялась бы шумиха. О нем напечатали бы в солидных изданиях, типа "Наука и жизнь". А эти однодневные журнальчики ловят легковерных, придумывают всякую чушь: третий глаз, у собаки пятая нога, биологический робот. Можно писать всякую чушь, они ни за что не отвечают, а потом благополучно закрываются.

– Не все ведь ложь, – стоял на своем Артем.

– Ну и как ты себе представляешь создание биоробота? Человеческий организм настолько сложен, что его не воспроизвести, – сказал Виктор Юрьевич.

– А и не надо воспроизводить. Они берут настоящего человека и переделывают его постепенно. Сначала вживляют в него чип, и у него появляются какие-то особенные способности, как у компьютера.

– Зачем же постепенно? Пускай бы сразу вставляли, – усмехнулся Виктор Юрьевич и благодушно уставился на сына.

Артем был слишком поглощен своей проблемой, чтобы уловить насмешку в голосе отца.

– Наверное, сразу организм не выдержит. А может, пока только отрабатывают технологию.

– И кто же разрешит эксперименты над живыми людьми? – скептически произнес Виктор Юрьевич.

– А они не спрашивают разрешения. Просто переделывают людей, чтобы полностью подчинить их своей воле и заставить их жить в единой сети. Как матрица, – объяснил Артем, вспомнив о виртуальном городе и его зомбированых жителях.

– Теперь все понятно. Фильмов насмотрелся, – рассмеялся отец.

Артем осознавал, что со стороны его объяснения звучат смешно и более чем неубедительно. Нужны были доказательства и он выпалил:

– Кино тут не при чем. Зря смеешься. Вот, к примеру, как бы отнесся к тому, если бы я вдруг стал гениальным математиком?

– Положительно, – улыбнулся отец.

– Нет, я серьезно. Скажем, я считаю, как калькулятор, но при этом потерял какое-то человеческое качество?

– Какое?

– Способность фантазировать.

– К сожалению, тебе это не грозит, и подтверждение этому – нынешний разговор, – вздохнул Виктор Юрьевич.

– Па, я кроме шуток.

– Какие уж тут шутки. Если бы кто-то вставил в тебя подобный чип, я был бы его вечным должником. Ей Богу, с зарплаты бы ежемесячно отстегивал и приплачивал. Два таких достоинства сразу: математический дар и отсутствие чрезмерного воображения.

– Опять смеешься? – обиделся Артем.

– Нисколько. Если бы кто-то придумал, как пробудить в тебе хоть какие-то математические способности, я бы первый проголосовал за такое изобретение.

Все слова были сказаны. Артему расхотелось признаваться в своих способностях. Ему больше вообще ни о чем не хотелось говорить. И тут ему на помощь пришла Вика:

– У Пушкина, между прочим, тоже двойка по математике была, – бойко вставила она.

– Так вот откуда ветер дует, – сказал Виктор Юрьевич. – А я то думаю, что тут за разговоры про гениальность, математику и сочинительство. Признавайся, сочинитель, достукался? По математике будет "неуд"?

– Получу я твою тройку, – потупившись, буркнул Артем.

– Не мою. У меня в свое время по математике пятерки были. Ты не для меня учишься, а для себя. И вместо того, чтобы забивать себе голову всякой фантастикой, лучше бы уроки учил. Тоже мне, Пушкин с матрицей.

Артем стоял, прильнув носом к оконному стеклу. Впереди, за сказочными дебрями заиндевелого леса на морозном окне, перемигивался окнами призрак города. За спиной зиял темный провал комнаты.

Шелест Викиных шагов.

– Прости, я хотела как лучше, – пошептала она.

– Да ладно, чего там. Скрипач не нужен. Главное уметь считать. Пускай при этом будешь зомби, зато гениальным, – с горечью сказал Артем.

– Знаешь, если бы мне предложили стать великим математиком или придумывать истории, я бы выбрала второе.

– Можешь меня не успокаивать. Я же гений, супермен, о котором все только мечтают. Этакий царевич лягух. Это у меня шкурка такая убогая, как будто я пустобрех, а на самом деле я ого-го.

Хорошо, что лампа не горела. Потемки были гуманнее. В темноте можно было не делать "выражение лица". Тьма прощала слабость и разрешала выплеснуть всю накопившуюся обиду и горечь непонимания.

– Нет, правда. Завидую тем, кто умеет сочинять. Я тоже пробовала писать стихи, – призналась Вика.

– Да ну? А чего никогда об этом не говорила? – заинтересовался Артем.

– Они плохие, – смутилась Вика и добавила: – Я хочу, чтобы ты знал, я с тобой. Только, пожалуйста, ничего не скрывай от меня.

– Мне придется снова отправиться в виртуальность, – напомнил ей Артем.

– Знаю. Обещай, что ты не будешь делать этого один. Я хочу быть рядом, – попросила Вика.

– А ты не боишься?

– Боюсь. Но ведь другого выхода нет.

День выдался тяжелый и на редкость насыщенный: послание из СВР, путешествие в виртуальность, происшествие с выключением компьютера, когда он чуть не распрощался с жизнью, разговор с отцом и неожиданная поддержка Вики. Событий с лихвой хватило бы на целую неделю. К вечеру Артем чувствовал, как на него навалилась усталость.

Разбирая софу, он вспомнил, что завтра его должны были спросить по биологии, чтобы исправить спорную оценку, а он не удосужился даже заглянуть в учебник. Как назло появление Службы Виртуальной Реальности совпало с концом второй четверти, и сразу же начались проблемы. Артем открыл было учебник, чтобы прочитать параграф на ночь, но глаза слипались. Толку от такого ночного бдения было чуть. Лучше встать пораньше и утром с новыми силами приняться за домашнее задание. С этой мыслью Артем завел будильник и стал раздеваться.

Стянув джинсы, он кинул их на спинку стула. Из кармана что-то выпало. Артем нагнулся. На полу лежала пластиковая интернет карта. Он с минуту смотрел на нее, как будто надеялся, что она ему мерещится, и лишь потом решился поднять. Это было не видение и не мираж. Жесткий пластик холодил пальцы. Но как она здесь оказалась? Прежде атрибуты виртуального мира не попадали в реальность. Взять к примеру, лазерный пистолет. Артем был уверен, что как только вернется в виртуальность, пистолет вновь появится. Но это случится там, а не здесь.

В последнее время два мира все больше переплетались, сливаясь воедино, ведь полученные в базе данных способности тоже никуда не исчезли после возвращения в реальность. Может быть, он уже подключен к сети? От этой мысли Артема прошиб холодный пот. Между лопатками зябкими мурашками пробежал страх.

Артем лежал, смежив веки, но сон ускользал от него, отгоняемый роем непрошеных мыслей.

– Я человек. Роботы делают то, что заложено у них в программе, а я решаю сам, как поступить, – сказал он, чтобы успокоиться.

– Так ли? Посмотри правде в глаза. Тобой двигают, как пешкой. Это не ты играешь, а тобой играют. Тебе только кажется, что ты решаешь, – услышал он.

– Кто здесь? – в испуге спросил Артем и приподнялся на локте.

– Твой предшественник.

Из темноты возникла странная фигура. Она тускло отсвечивала во мраке металлическим блеском. Это был не человек, хотя и сделан по подобию человека. Он как будто состоял из жидкого металла, похожего на ртуть и все же его движения были угловато-механическими.

– Неправда. Я не робот, и я стану таким же, как раньше, – заявил Артем. Его не удивило и не испугало появление необычного посетителя, как будто это было обыденным делом.

– Ты даже не знаешь, в чем суть игры, – возразил ночной гость.

– Суть в том, чтобы победить.

– Кого? Как? И, главное, зачем? Ты ведь считаешь, что ты не робот. Или ты сомневаешься?

– Нет. Роботу все равно, что он робот, а мне нет. Я человек.

– Но насколько ты человек? – спросил робот и расхохотался.

Его литое металлическое лицо оставалось бесстрастным, и только нижняя челюсть во время смеха ходила ходуном, как у марионеток в кукольном театре. Теперь Артема охватил запоздалый страх. Будто почуяв его испуг, робот параличной механической походкой двинулся на парня. Холодные металлические пальцы потянулись к его голове. Артем отдавал себе отчет, что нужно бежать, но тело было будто налито свинцом, и он не мог даже пошевелиться. Собрав все свои силы, он отчаянно рванулся и… проснулся.

"Дожил. Уже глюки мерещатся", – подумал Артем, встал и прошелся по комнате, пытаясь сбросить с себя остатки тяжелого сна.

Было светло, как бывает только в зимнюю ночь во время снегопада. С белесого неба щедро падали снежные хлопья. Они роились и кружились и придавали спящему городу сказочный вид.

Ложиться спать не хотелось. Артем боялся, что кошмар все ещё поджидает его в закоулках сновидений. Он подошел к компьютеру. Может, продолжить игру? Отправиться к Эпи и узнать-таки, в чем суть игры? Он уже готов был включить компьютер, когда в памяти всплыли слова из недавнего сновидения: "Это не ты играешь, а тобой играют".

Это было похоже на правду. Взгляд Артема упал на пластиковую карту, и ему в голову пришла неожиданная мысль. Прежде чем возобновлять игру, нужно поискать в интернете сведения об открытиях в области кибернетики и искусственного интеллекта. Может быть, удастся выйти на след СВР и узнать, для чего они затеяли эту игру.

Он включил компьютер и мгновенно почувствовал, что где-то в просчетах допустил ошибку. Его стремительно затягивало в виртуальность. Он вспомнил данное Вике обещание. Нужно было вернуться. Но как? Он не мог этого сделать, а главное, не хотел. "Это не ты играешь, а тобой играют", молнией пронеслось в голове, и тотчас забылось. Страстное желание попасть в виртуальный мир, затмило все страхи и опасения. Кто ты, Артем Тарасов?