1

Сузи придирчиво перебирала яблоки, откладывая те, что, на ее взгляд, не годились для варенья. Яблоки были очень мелкие, и работа больше напоминала переборку фасоли.

— Охота тебе время тратить на такую мелкоту? — спросила Магда. Она только что вошла в сад, и эти слова послужили заменой приветствию. — У тебя есть яблоки и покрупнее.

Сузи подняла взгляд от таза с яблоками.

— Это сорт «Регина де Корис», — сказала она. — Наилучший сорт для наилучшего яблочного варенья.

Магда с сомнением посмотрела на мелкие, размером с небольшую сливу, плоды.

— Ну, не знаю…

— А что тут знать? — проговорила Сузи, встряхивая таз. — Сорт старинный, давно известный, мне все соседки завидуют. Да и просто поесть — они очень вкусные. — Она зачерпнула пригоршню яблок и всыпала Магде в карман куртки.

Магда с сомнением взяла одно яблоко и неуверенно укусила. Против ожидания оно оказалось ничуть не жестким; медового вкуса.

— Но кажется мне, — продолжала Сузи, — что ты похвастаться пришла. Глаза-то горят. Ну говори, говори, как съездила, как отдохнула?

Магда заторопилась, выкладывая новости. Отпуск был сказочным, погода — волшебной, вода — чудесной; Магда накупалась и назагоралась на целый год вперед.

— Я тоже на недельку в Грецию собралась, — заметила Сузи. — Уже начинаю упаковывать чемоданы. Много чемоданов — целые горы!

Магда прекрасно знала, что Сузи обычно ездила к морю с одной-единственной сумкой, куда умещались и ее одежки, и одежки ее дочки.

— Лучше посмотри, что я в море нашла!

Она сдвинула рукав куртки и показала запястье, перехваченное золотым с виду браслетом, инкрустированным камнями.

Сузи выпрямилась, медленно вытерла руки о передник и дотронулась до браслета.

Магда сняла браслет и протянула Сузи.

— Он, наверное, жуть какой древний? Лежал там, в море, со времен, может быть, Александра или Клеопатры…

— Глупости, — пробормотала Сузи, вертя браслет в руках. — Ты не представляешь, как выглядит золото, когда веками лежит в воде. Хотя работа, верно, несовременная. И сардониксы на диво хороши.

— Ты думаешь, это золото? — усомнилась Магда. — Разве бывает такое золото?

— Какой-то сплав на основе золота, — сказала Сузи, поднося браслет к носу. — Я в этом плохо разбираюсь, но золота в этом браслете много.

— Да? — удивилась Магда. — Зачем ты его нюхаешь?

— Это талисман, — сказала Сузи. — Действительно очень древний и, мне кажется, довольно сильный.

— А ты можешь прочитать, что здесь написано? — Магда ткнула пальцем в один из камней, где было вырезано какое-то слово.

— Язык совершенно незнаком, — качнула головой Сузи. — Даже алфавит такой впервые вижу. Если хочешь, поищу как-нибудь на досуге.

— Поищи, пожалуйста, — попросила Магда. — А как ты думаешь, для чего этот талисман?

— Вероятно, оберег от болезней, — пожала плечами Сузи. — Сардоникс обычно для здоровья носили.

Она перерисовала на клочок бумаги загадочные письмена и сунула записку в свою толстенную тетрадь с кулинарными рецептами.

Магда вернула браслет на запястье и полюбовалась, вертя руку так и этак.

— А пусть и для здоровья, — проговорила она. — Все равно носить буду.

Правда, она была немного разочарована. Ей бы больше понравилось, чтобы талисман приносил удачу или счастливую любовь, или, на худой конец, богатство. Но выбирать не приходилось, пусть будет для здоровья, и Магда, пообещав заглянуть как-нибудь на «наилучшее варенье из наилучших яблок», ушла.

2

Дел у нее в этот день хватало. Работа курьера ей в общем-то нравилась, но уж очень много приходилось бегать по городу; и когда к вечеру, устав от этой беготни, она наткнулась на вывеску какого-то кафе, то, спустившись в полуподвальчик, решила не трогаться с места, пока не отдохнут ноги. Сев в уютном уголке, Магда расстегнула пряжки босоножек и с наслаждением поставила босые ноги на подстеленную газету. Прохлада каменного пола чувствовалась сквозь бумагу, и это было очень приятно, идти никуда не хотелось, и Магда заказала себе к кофе пирожные, чего давно не делала, сберегая фигуру.

Кафе было тихое, немноголюдное и казалось каким-то пыльным и придымленным, однако кофе подали отличный, а пирожные вообще были выше всяких похвал.

Отдохнув, она направилась к выходу и, распахнув дверь, недоуменно замерла.

— Вы не выходите, мадемуазель? Забыли что-то? — вежливо обратился к Магде мужской голос.

Вздрогнув от неожиданности, она обернулась и посторонилась. От говорившего резко пахло пивом, но пьяным он не выглядел — и, казалось, не видел, что перед ним не улица, а зловещего вида пустырь, покрытый дикой, чуть фосфоресцирующей растительностью.

Магда в ужасе замотала головой, пытаясь отогнать видение: может быть, все это ей только мерещится от усталости?

Человек не понял, что с ней, спросил озадаченно:

— Вам плохо?

Магда, продолжая мотать головой, отступила назад, пропуская своего собеседника. Он еще раз посмотрел на нее с удивлением и, выйдя «на улицу», пошел по пустырю, посвистывая, как будто не видел ни призрачного сияния изломанных голых веток в темноте, ни невесть откуда появившихся теней, крадущихся и сгущающихся вокруг него, — теней, которые все приближались к нему.

Магда хотела крикнуть, предупредить, но одна из теней мгновенным выпадом коснулась беспечного прохожего — он вскрикнул, упал — и несколько человекоподобных, но совершенно не человеческих фигур поволокли его, глумливо хохоча.

Магда, пятясь, отступила вниз по лестнице, остановилась на нижних ступеньках, невидящим взглядом обвела помещение. Люди за столиками, казалось, ничего не подозревали — и это были обычные люди. Зато официанты… Официанты — и как она этого не замечала раньше?! — людьми не были! Они вдруг превратились в настоящих чудовищ: лица их карикатурно погрубели, на них выделились тонкие крючковатые носы, костлявые пальцы с длинными хищными когтями ловко ставили перед посетителями заказанные чашки, стаканы, тарелочки… И никто не замечал, как ухмыляются при этом их хищные рожи.

Чудовище-бармен за стойкой было страшнее прочих, и Магда, едва взглянув на него, торопливо отвела глаза.

Ее взгляд уперся в телефонную будку. «Позвонить! — мелькнула спасительная мысль. — Если это только возможно отсюда — позвонить!»

Она прошла показавшийся ужасно длинным десяток шагов до будки и плотно притворила дверь. Долгий гудок убедил ее в том, что телефон работает.

Магда пошарила в сумке, отыскивая записную книжку и жетоны для таксофона. Жетонов у нее не оказалось. Она нетерпеливо вытащила из кошелька бумажку в пять крон, вышла из будки и, стараясь смотреть не на чудовище за стойкой, а на его галстук (безукоризненный, к слову сказать, галстук), попросила десяток жетонов. Когтистая лапа пододвинула к ней жетоны и сдачу. Магда сгребла все в карман и торопливо вернулась за спасительную стеклянную перегородку.

Сузи долго не отзывалась, и Магда чуть было не решила, что телефон ни с кем ее уже никогда не соединит. Но вот в трубке что-то стукнуло, и будничный голос Сузи произнес:

— Сузи Героно слушает.

У Магды перехватило дыхание.

— Э-эй, говорите, — послышалось в трубке.

— Сузи, это я, — хрипло, чужим голосом проговорила Магда.

— Кто «я»? — не узнала Сузи.

— Это я, Магда.

— Что? — встревожилась Сузи. — С тобой что-то случилось?

Магда помолчала, трясущейся рукой автоматически кидая в монетоприемник таксофона жетоны.

— Магда! — выкрикнула Сузи. — Да что происходит, черт возьми!

Окрик подействовал.

— Сузи, я сошла с ума, — произнесла Магда, и эти слова придали ей спокойствия. — Я сошла с ума, слышишь, Сузи?

— Ну-ка, рассказывай!

И Магда, оглядываясь на зал, по которому шло чудовище с подносом, рассказала о кафе, в котором чудовища притворяются официантами, в которое можно войти, но выйти из которого невозможно.

— Где это? — спросила Сузи, уяснив суть и нисколько не удивившись.

— Господи, Сузи! Как я могу знать, что это за пустырь!

— Я не это имею в виду, — терпеливо объяснила Сузи. — С какой улицы ты туда попала?

— Ох, я не знаю. Я здесь впервые, я даже объяснить не могу, как дойти! — в отчаянии чуть не заплакала Магда. — Это где-то в старом городе. Я доехала до Старой ратуши, зашла в контору «Рипатрит Северингет», отдала пакет и решила прогуляться просто так, отдохнуть. Улицы тут какие-то незнакомые… Зашла в кафе и… — она замолчала.

— Ну, бестолковщина! — выругалась Сузи. — Ладно, сиди там и не выходи. Пей кофе до посинения, жди меня. Слышишь?

— Сузи! — обреченно вскрикнула Магда.

Бесполезно — Сузи уже бросила трубку и, конечно же, немедленно приступила к решительным действиям. Магде же оставалось только сесть за свой столик и заказать кошмарному чудовищу, оскалившемуся в услужливой дежурной улыбке, коньяк.

Коньяк, несмотря на присутствие чудовища, был хорош и сразу же оказал на нее нужное действие. Магда успокоилась и, заказав еще рюмочку, объявила чудовищу, что ждет подругу, и попросила еще кофе и пирожных.

3

Положив трубку, Сузи метнулась к картотеке. Первым делом она разыскала фотокарточку подруги. Точнее — общий снимок выпускного класса гимназии, где Магда, еще совсем девчонка, со смешными хвостиками и в школьном костюмчике, стояла рядом с ней, точно так же одетой и точно так же глуповато улыбающейся в объектив, — другого снимка Магды у нее не было. Разыскав на испещренной какими-то одной ей понятными значками и надписями карте города район, в котором оказалась подруга, Сузи провела пальцем примерный маршрут и, держа над картой фотографию, стала пристально вглядываться в улыбающееся лицо юной Магды.

Место, на котором дрогнула фотоулыбка подруги, было заштриховано красным и помечено карандашной надписью: «Здесь могут водиться мурги» с тремя вопросительными знаками в скобочках и пометкой «см. ЭММ, т. 12, с. 385».

Потом, приставив к книжному шкафу стремянку, она достала с верхней полки пухлый том в старинном кожаном переплете с замочком, открыла, полистала и вздохнула с некоторым облегчением.

Выписав на листочек все необходимое, Сузи пробормотала сквозь зубы: «Ничего, справимся!» В телефонном справочнике нашла зоомагазин. Там ее знали, но просьба вызвала недоумение:

— Где ж я на ночь глядя белого петуха достану?

— Я же достала правую руку висельника, когда было надо, — возразила Сузи. — Неужели труднее найти белого петуха?

— Хорошо, — ответила трубка после колебания, — к утру…

— Через час! — оборвала Сузи. — Я заеду! — и кинула трубку на рычаг.

Сложила сумку, подхватила небольшую пластиковую канистру и быстро вышла за калитку. Такси. Как кстати! Открыла дверцу и бросила вещи на заднее сиденье.

— Церковь святой Моники, два квартала вперед и направо.

Таксист, однако, не торопился.

— Такси, мадемуазель, заказано, выходите!

— Кем заказано? — строптиво спросила Сузи, не трогаясь с места.

Таксист повторил упрямо:

— Никуда я вас не повезу.

Вылез из машины, подошел к калитке и нажал звонок.

— Никого там нет! — злорадно прокричала Сузи. — Возвращайтесь и везите меня в церковь святой Моники.

— Но вы же у кого-то были? — возразил таксист. — Значит, хозяйка должна быть дома!

— Это я и есть! — объявила Сузи. — И у меня срочное дело!

Таксист вернулся к машине.

— Так это вы — Сузи Героно?

— Показать документы?

— Хотелось бы.

Сузи сунула ему под нос свои водительские права.

— Или ты едешь, или я угоняю машину… Ну?

Таксист шлепнулся на свое место, и машина тронулась.

— Церковь святой Моники, — повторила Сузи.

Таксист кивнул.

— Сразу надо было говорить! Меня за вами дед послал.

— Завтра, — сказала Сузи. — Сейчас не могу. Неотложное дело.

Таксист пожал плечами.

— Дед тоже говорил, что вопрос жизни и смерти.

Он остановил машину.

— Прибыли.

Сузи схватила канистру и выскочила из такси.

— Ждите! — кинула она водителю.

Накинула на голову шарф, у входа в церковь перекрестилась.

Неприлично ходить в церковь с канистрой, но что поделать, если нужно? У чаши со святой водой Сузи остановилась, отвинтила крышку, вставила в горлышко воронку и, зачерпывая кружкой, наполнила канистру. Наблюдавшая за этим пожилая дама в старомодной шали из черных кружев молча прошла мимо Сузи.

— Зоомагазин на площади Августа-Максимилиана.

Таксист кивнул и погнал машину вперед.

— Мой старик очень беспокоится, — напомнил он нерешительно.

Сузи качнула головой.

— Не сейчас, — снова сказала Сузи. — Завтра — наверняка.

Про себя она добавила: «Если завтра я буду жива».

Петух поджидал ее в зоомагазине. Огромный, белоснежный, важный, он сидел в большой корзине и осуждающе посматривал на Сузи круглым темным глазом.

— Это рекордсмен, — гордо объявил хозяин зоомагазина. — Сумасшедших денег стоит. Я поклялся, что утром его верну.

— Может быть, — кивнула Сузи.

— Ты что?! — взвился хозяин.

Сузи без лишних слов подхватила корзину и пошла к дверям. Встревоженный хозяин проводил ее до самой машины.

— Ты уж там… — неопределенно предупредил он на прощание.

— Постараюсь… Старая ратуша! — скомандовала Сузи водителю, устроив корзину с петухом на заднем сиденье.

— Мой дед живет неподалеку! — с надеждой сообщил парень.

— Заткнись! — отрезала Сузи.

Она достала из сумки яркую шапочку, которую прошлой зимой связала для нее Магда, и ореховую рогульку. Шапочкой она протерла руки и взяла ореховый прутик. Когда такси остановилось у Старой ратуши, Сузи медленно повела прутиком вокруг себя. Прутик качнулся.

— Туда!

Водитель тронул машину. Сузи следила за лозой, указывала направление, машина блуждала по старым узким полупустым и каким-то заброшенным улочкам. — И как мне туда проехать? — спросил таксист, выслушав очередное указание. — Улица-то вон куда поворачивает.

— Езжай прямо, а через двести метров остановись.

— Стоянка запрещена, — предупредил таксист.

— На полминуты, — прошипела Сузи. — Направо!

— Одностороннее движение! — возмутился таксист.

— Придумай что-нибудь!

Таксист свернул во двор — выехал в узенький переулочек.

— Тупик? — спросила Сузи.

— Нет, — самодовольно усмехнулся таксист. — Проехать можно. Я в этом районе вырос. Куда дальше-то?

Сузи ткнула пальцем. Таксист кивнул. Машина выехала на очередную улицу, и прутик в руке Сузи закружился как бешеный.

— Чего это он? — опасливо покосился таксист.

— Теперь медленно! — сказала Сузи.

— Можно было и быстрее доехать, — сообщил таксист. — Сюда-то я и должен был вас привезти. К деду.

Сузи пропустила его слова мимо ушей. Машина катила по улице еле-еле.

— Стой! — скомандовала Сузи.

Она вышла из машины и внимательно осмотрела здание, на которое теперь настойчиво указывал ореховый прутик. Хотя уже порядком стемнело, но ни одно из окон дома не светилось; и вид у него был нежилой, заброшенный и даже мрачный.

— А напротив живет мой дед, — объявился рядом таксист. Говорил он, однако, как-то не так бодро, как раньше. — Вон его окна на втором этаже.

Сузи обернулась и посмотрела. Дом был старинной постройки и выглядел хоть несколько обшарпанным, но вполне прилично.

Сузи опять повернулась к дому напротив.

Магда была там — говорил ей ореховый прутик; во всяком случае, она — живая или мертвая — отсюда не выходила.

Сузи взошла на крыльцо и потянула на себя массивную дверь.

— Пусто там, — неуверенно сказал за спиной таксист. — Заколотили, когда я еще мальчишкой был. Мы лазили через подвал. Вон там.

Сузи скользнула взглядом по фасаду и сбоку увидела низкую дверь. К ней от тротуара спускались две ступеньки, а дальше, в доме, судя по расположению окон, было еще ступенек пять-шесть.

Сузи пошла к двери. Дверь была со стеклянными вставками, но за пропыленным стеклом не было ничего, кроме темноты и грязной поцарапанной и выцветшей таблички «Закрыто». На ступеньках были видны следы. Довольно свежие следы.

Таксист и тут оказался рядом и уже собрался было толкнуть дверь; Сузи едва успела поймать его за руку.

— Не лезь! — приказала она. — Пойдем к твоему деду.

Старик сидел в потемках; так лучше было наблюдать за улицей и за домом напротив.

— Дом с привидениями? — спросила Сузи, едва поздоровавшись. — Верно?

— Верно, — не удивился старик.

Сколько он себя помнил, этот дом всегда пользовался дурной славой. Бывали годы, когда дом стоял совсем пустой, потом опять становился шумным, обитаемым — но ненадолго: самые разные причины раз за разом опустошали это мрачное ветшающее здание.

— …А сегодня весь вечер в полуподвал входили люди, — сказал старик. — Назад никто до сих пор не вышел.

— Похоже на заговор, правда? — влез в разговор таксист. — Или на сборище гангстеров…

— Помолчи, Ив-Люк! — перебил его старик.

— Вы не звонили в полицию? — спросила Сузи.

— А что бы он им сказал? — опять вмешался таксист. — Вы же сами видели — закрыто там.

Сузи кивнула.

— А почему вы решили обратиться ко мне? — снова обратилась она к старику.

— Я кое-что слышал о вас, моя юная дама. Мне показалось, это должно вас заинтересовать.

— Вы не обратили внимания, что за люди заходили в дом?

— Разные люди, — пожал плечами старик.

— Здешние?

— Нет, — старик качнул головой. — Здешние мимо проходят, не глядят. Заходили чужие, незнакомые.

— Случайные прохожие, — проговорила Сузи задумчиво. — И заходили они в кафе…

Старик не понял:

— О чем вы?

— Сколько их было? — не обращая внимания на вопрос, спросила Сузи.

— Я видел пятерых, — сказал старик.

— Плохо дело, — сказала Сузи и обернулась к таксисту: — Пойдем в машину. Мне надо переодеться.

Пока таксист деликатно отворачивался, стараясь не глядеть в зеркальце заднего вида, Сузи на заднем сиденье сняла платье и нижнее белье и оделась в длинную просторную рубаху из небеленого полотна. Волосы она распустила, сняла с себя все украшения.

— Помоги-ка, Ив-Люк, — позвала она, закончив переодевание. — Канистру и корзину надо подвесить на ремешках.

— Вы сами на привидение похожи, — перегнувшись через сиденье и увидев ее в таком виде, сказал Ив-Люк.

Подвесили груз, потому что руки должны были оставаться свободными, и Сузи, переждав, пока пройдут двое прохожих, вышла из машины.

— Отгони машину чуть дальше и иди к деду. Запритесь и никому не открывайте дверь до самого рассвета. Мне тоже не открывайте, — предупредила она отдельно, — если у меня в руках не будет белого петуха! Живого петуха!

Ив-Люк посмотрел на нее очень внимательно. На его безусом еще лице впервые появилось что-то, похожее на озабоченность.

— Вы что это… серьезно?

— Очень серьезно, Ив-Люк, — сказала Сузи, — очень! А теперь — кати отсюда, живо!

Она захлопнула дверцу и пошла к спуску в полуподвальчик. Здесь было тихо, темно и пахло пылью и мышиным пометом. Хуже всего было то, что приходилось идти босиком, а на полу попадались битые стекла.

Никого здесь не было. И Магды здесь не было.

Сузи отвинтила колпачок канистры, макнула конец орехового прута в освященную воду.

…И в это мгновение кто-то толкнул ее сзади. Сузи чудом удалось сохранить равновесие. Со всеми предосторожностями, готовая к новому нападению, она вынула прут из воды и закрыла канистру.

Мокрый прут, словно живой, затрепетал в ее руке и вдруг будто затлел в темноте. Свечение становилось все ярче и ярче, Сузи изо всех сил толкнула задребезжавшую под ее напором дверь и шагнула внутрь. Прут она подняла над головой, и он, подобно факелу, осветил заброшенный подвал.

Магды здесь не было.

Здесь вообще никого, кроме нее, не было. То, что только что толкнуло ее, исчезло без следа, и подвал казался самым обыкновенным старым пыльным заброшенным подвалом.

Но Сузи знала, что это не так — иначе не горел бы ярким светом мокрый ореховый прутик.

4

Магда пила кофе, тревожно ожидая прихода Сузи. На страшных чудовищ, притворяющихся людьми, она старалась не глядеть, поэтому делала вид, что читает газету, хотя не могла различить ни единого слова.

Прошло около часа или чуть больше.

Чудище-официант остановился около нее и, любезно оскалив зубы, сообщил, что кафе закрывается. Магда расплатилась, но с места не встала.

Минут через десять чудище еще раз обратилось к ней с напоминанием.

— Что-то рано вы закрываетесь, — заметила Магда.

— После наступления сумерек здесь редко кто ходит, — снова любезно осклабилось чудище. — Нет смысла держать кафе открытым. Мадам? — официант уже более настойчиво попытался выпроводить Магду. Та брезгливо стряхнула его когтистую лапу с рукава своей куртки.

— Я никуда не пойду, — объявила она.

— Ты что, ночевать здесь собралась? — чудище отбросило всякую учтивость.

— Я не выйду отсюда, — твердо повторила она.

Кроме нее в кафе оставался только один человек. Он с любопытством оглядывался на спорившую с официантом Магду и допивал свое пиво.

— Мне что, полицию вызвать? — тихо, но внушительно спросило чудище за стойкой.

— Ну-ну, — сказала с вызовом Магда, понимая, что терять ей уже нечего. — Действуйте!

С полицией чудища связываться не хотели. Чудище-официант подошло к стойке и зашепталось с чудищем-барменом.

Предпоследний посетитель допил свое пиво и пошел к двери. Магда проводила его сожалеющим взглядом.

— Что с ней делать? — донеслось до Магды.

— Браслет, — произнесло чудовище за стойкой, которое, впрочем, стойку покинуло и теперь приближалось к Магде. По габаритам чудище было крупней прочих и, похоже, было здесь главным. — Я вроде видел у нее браслетку на руке! — проговорило чудовище-бармен.

Чудище-официант бесцеремонно схватило руку Магды и оттянуло рукав. Магда попробовала вырваться, но тщетно.

Впрочем, чудище ее руку тут же отпустило.

— Она нас видит! — чуть не в один голос вскричали оба.

— Мадам или мадемуазель, — грозно обратилось к Магде главное чудовище. — Вы не хотите выходить, я вас понимаю, но уйти вам придется.

Он щелкнул пальцами, и освещение в кафе, и без того неяркое, начало меркнуть. Вскоре в подвале воцарилась почти полная темнота, нарушаемая только неярким светом, который попадал через окна и дверь.

Во тьме хозяева подвала будто утратили свою пугающую наружность и превратились в тени с горящими глазами.

— Прошу вас, сударыня, — призрак главного чудовища отвесил старомодный полупоклон и указал на дверь тенью-рукой.

Магда поняла: уходить все же придется.

— Интересно, — сказала она, чтобы хоть немного потянуть время. — Кофе у вас был настоящий или это тоже иллюзия?

— Настоящий кофе за настоящие деньги, — хохотнув, заверил главный призрак.

Магда закусила губу и двинулась к выходу. Сквозь грязное стекло было видно улицу, дома на другой стороне, редкий свет в окнах. С виду там текла простая обыкновенная жизнь… Вот подъехало такси и остановилось всего в нескольких метрах от двери, вот из такси вышла… Сузи! Господи, это была Сузи! Она успела!

Магда рванулась вперед, надеясь, что раз Сузи здесь, то ничто уже не может ей угрожать. Она распахнула дверь, шагнула через порог…

…И оказалась на диком темном пустыре — ни домов, ни такси, ни Сузи здесь не было.

Позади хлопнула, закрываясь, дверь. Магда резко обернулась и успела увидеть, как мелькнула когтистая лапа и обшарпанная табличка «Закрыто» закачалась с той стороны стекла.

Поздно!

Магда постояла возле отрезавшей ее от нормального мира двери. Что делать? Она сделала шаг, еще один. Вокруг было пустынно.

Магда прошла несколько шагов, оглянулась. Дверь уже была не видна.

И тут появились тени.

Тени приближались к ней, точно так же, как тогда, к тому мужчине, что вышел раньше нее.

И отступать уже было некуда…

— Вон! Пошли вон! — неожиданно для себя крикнула Магда.

Тени глумливо захохотали. Они обступали Магду плотным пологом тьмы, сквозь который, кажется, даже невозможно было дышать. Магда закрылась от них, чтобы хотя бы не видеть своего страшного и неминуемого конца.

— Дама с браслетом! — вдруг раздался визгливый голос.

— Ах! Дама с браслетом! — повторил другой, не более приятный.

— Я боюсь ее, боюсь! Боюсь! — завизжал не то первый голос, не то второй, не то чей-то еще.

Магда открыла глаза и поняла, что это обман. Они не боялись ее — они издевались, подступали все ближе, хохотали в лицо; их голоса терзали уши.

— О, госпожа! О, дама с браслетом! Идем с нами, госпожа! Мы отведем тебя в светлый замок, где ты будешь править миром!.. О, грозная госпожа!

Магда завизжала, но черные создания-тени толкали ее, пихали, бесцеремонно волокли неизвестно куда; она отбивалась, но это не помогало.

Тогда, прикрыв голову руками, она прекратила сопротивление. Немедленно ужасные тени отозвались на это новой волной торжествующих криков: они праздновали победу над грозной госпожой — дамой с браслетом.

Ее схватили и поволокли, и сколько длилось это жуткое движение в неизвестность, Магда сказать не могла.

Наконец ее бросили, отметив это новым взрывом невыносимых воплей, — и все разом стихло.

Несколько минут Магда лежала, скрючившись, на голой утоптанной земле, боясь, что зловещие тени вернутся. Но вокруг было тихо и пусто.

Она пошевелилась — ничего не произошло. Ее глумливые преследователи сгинули, будто их не было. Тогда она осторожно села и огляделась.

Вокруг опять был пустырь, опять неведомо откуда лился неясный, струящийся свет. И земля в этом сумрачном пространстве, насколько могла видеть Магда, была усеяна чем-то белым, похожим на высохшие кости.

Это и в самом деле были кости. Рядом с собой Магда увидела разбитый череп, дальше — еще один, еще и еще…

Магда вскочила на ноги. Резкое движение привлекло внимание чего-то темного — похожего на камень или, скорее, на небольшой валун, — что находилось метрах в тридцати от нее, и это что-то засвистело, задвигалось, с шуршанием расправило крылья, как-то неуклюже поднялось в воздух…

Магда шарахнулась прочь. Крылатое создание с шумом обрушилось на нее, опрокинуло на землю, отскочило назад. Магда попробовала встать на ноги, убежать, но крылатое неведомое опять ударило, распахнулась длинная пасть, и острые зубы рванули бок куртки.

Магда уже не пыталась спастись. В бессильном отчаянии она лежала ничком на земле, лишь прикрывая руками голову. Крылатое создание, безусловно, растерзает ее, сожрет, и бедные косточки Магды останутся лежать на этом мрачном пустыре рядом с сотнями других костей и черепов. И Сузи не поможет, не спасет… Она же предупреждала, чтобы Магда не выходила из кафе!..

Но крылатое чудовище почему-то не торопилось кидаться на Магду. Магда прислушалась к шорохам, открыла глаза, чуть отвела руку, прикрывающую лицо. Чудище было неподалеку, оно склонило страшную зубастую голову к костистому плечу и что-то близоруко рассматривало, кося влажным, карим — как у лошади, неожиданно подумала Магда, — глазом. Магда чуть шевельнулась. Чудовище негодующе свистнуло на нее и опять обратилось к созерцанию интересующего его предмета.

Магда осторожно вытянула шею. Несмотря на смертельную усталость, ею овладело чисто женское любопытство.

Это было нечто маленькое, круглое, непонятное. Крылатая тварь тронула нечто своей птичьей лапой, и оно перекатилось ближе к лицу Магды.

Яблоко.

Маленькое желтое яблочко, «наилучшее яблочко для наилучшего варенья», одно из тех, что Сузи дала Магде на пробу; да только Магда забыла попробовать — так и носила в кармане куртки.

Чудовище отскочило на несколько шагов, свистнуло, прыгнуло вперед, вытягивая шею, и склюнуло яблоко. Окрестности огласились жутким свистом. Магда отшатнулась, зажимая ладонями уши. Тварь, умолкнув, сидела в трех шагах от Магды и злым карим глазом, будто прицеливаясь, посматривала на нее.

Магда быстро сунула руку в полуоторванный карман, нашарила и вынула еще одно яблочко. Она вовсе не собиралась кормить чудовище с руки, но крылатая тварь быстро схватила яблоко с ладони, издала еще один, почти невыносимый свист.

Больше яблок в кармане не было; высыпались они, что ли, когда толпа галдящих теней тащила ее сюда, на растерзание этой крылатой твари?

Между тем чудовище, перекатываясь с одной короткой лапы на другую, подковыляло еще ближе к Магде и ткнулась жестким клювом-пастью в ее ладонь. Магда испуганно отдернула руку. Чудовище свистнуло, как показалось Магде, чуть обиженно и ткнулось в колени.

— Ты что? — озадаченно спросила его Магда. — Ты меня есть не будешь?

Свистящая тварь, в восторге от того, что с ней разговаривают, подскочила, засвистела тихонько и попыталась облизать Магде лицо длинным жестким языком. Отворачиваясь от тошнотворного дыхания, Магда отмахнулась и чуть не силой отвела зубастую пасть в сторону. На ощупь чудовище оказалось каким-то чешуйчатым, но не скользким, как рыба, а сухим, скорее, шероховатым.

— Ты дракончик, что ли? — спросила Магда.

Чешуйчатая зубастая тварь восторженно засвистела. Магде показалось, что тон свиста изменился, стал мягче, не таким резким, как тогда, когда «дракончик» нападал на нее.

Магда неуверенно положила руку на спину дракончика — тот не отстранился, не дернулся в сторону — и встала, выпрямившись во весь рост.

— Дракончик, ты знаешь, как отсюда выбраться?

Дракончик посвистывал и блаженно терся о ноги Магды. Размером он был с крупную собаку, да и поведением напоминал щенка.

— Глупый дракоша, — облегченно проговорила Магда, — ничего-то ты не знаешь! А если Сузи меня не найдет? Мне тут вечно сидеть?

Дракончик уставил в Магду преданнейший взгляд и залился возбужденным свистом.

Во тьме, окружавшей их, Магда вновь уловила начавшееся шевеление.

— Эй вы, тени! — крикнула Магда, окончательно прогоняя страх. — Где дорога обратно к кафе?

Но это были не те черные существа, которые притащили сюда Магду. Мощно свистнув, огромное чудище бросилось на нее из сумрака. Магда шарахнулась, мигом забыв о том, что перестала бояться. А ее дракончик, отчаянно засвиристев, метнулся между ней и своим большим сородичем, весь надулся, расправил крылья, растопырил игольчато-перепончатое жабо вокруг шеи и зашипел вдруг резко, отрывисто.

Большой дракон, который размером был в несколько раз больше щенка-дракоши, недоуменно фыркнул, останавливаясь.

— Ш-шшь! Ш-шшь! — коротко прошипел дракончик, смело наступая на своего сородича.

Большой дракон негодующе засвистел в ответ и, неловко взлетев и тут же опустившись на землю, вдруг сложил крылья. Магда замерла, не веря глазам: грозное чудовище развернулось и вперевалку пошло прочь, куда-то в сумрак. Магде даже показалось, что она слышит его недовольное ворчание — так мог бы ворчать взрослый, которого непослушный малыш выгнал из комнаты, чтобы тот не мешал его Малышевым играм своим взрослым присутствием.

— Хороший песик, — с облегчением сказала Магда дрожащим голосом дракончику и погладила его где-то в районе, как ей показалось, ушей. Дракончик отметил это событие целой руладой из свистящих и шипящих звуков.

И тут Магду осенило. Она поняла, как может выбраться отсюда! Магда, как за ошейник, схватила своего песика за опавшее кожистое жабо и проговорила, пытаясь придать голосу командные интонации:

— А ну-ка, ищи яблоки! Ищи!

Мало было надежды, что тварь сможет отыскать несколько маленьких яблочек, потерянных, пока злобные тени волокли Магду по мрачному пустырю; еще меньше было надежды, что бестолковый драконий щенок вообще поймет, что от него требуется. Но дракончик понял! Он вытянул тощую шею, повел длинным клювом-пастью и, вертя головой, поковылял на куцых лапах, держась явно какого-то одного направления.

— Надеюсь, ты ведешь меня не к себе домой, — пробормотала Магда, наклонясь к нему. И тут же пожалела, что наклонилась, — дракончик полез облизывать лицо.

— Фу, фу, глупый! — увернулась Магда.

Дракончик растопырил крылья и закружился на месте, покачивая головой.

— Поиграть хочешь? Давай лучше яблоки искать.

Дракончик недовольно сложил крылья и поковылял дальше. С трудом пройдя десяток метров, он оживленно затрепетал крыльями и засвистел.

— Нашел?! Умница!

Дракончик понюхал крохотное яблочко, склевал, вскинул голову, проглотил и обратил преданный взор на Магду.

— Ищи еще, малыш! Пожалуйста, ищи!

Дракончик нашел еще одно яблочко, потом еще… Магда оглядывалась вокруг, но не видела ни стены, сливающейся с тьмой, ни двери, через которую вышла сюда. «Она должна быть здесь! — молила Магда. — Она не могла исчезнуть!», хотя понимала, что двери могло и не быть на месте, что она могла исчезнуть — ведь Магда находилась совсем в другом мире, где вещи и события были не такими, какими, казалось бы, должны были быть.

«Сколько их было в той пригоршне, что сунула мне в карман Сузи? — думала Магда. — Четыре, пять, шесть?»

— Ищи, мой умный песик, — просила она дракончика.

Дракончик нашел еще что-то и обиженно зашипел. Магда подняла находку — это оказалась пуговица от ее куртки.

— Это мое, — сказала Магда, кладя пуговицу в карман. — А ты ищи яблоки, малыш.

Она неспешно шла за ковыляющим в поисках яблок дракончиком и смотрела, смотрела вперед, где должна была — просто обязана! — находиться дверь в кафе.

Что-то высверкнуло сбоку. Магда оглянулась, присмотрелась и увидела! О боже, она чуть было не прошла мимо того, что искала!

Дверь была рядом. Она была открыта.

На пороге сидела Сузи, плескала перед собой белесой чуть фосфоресцирующей жидкостью и тихо, шепотом, что-то бормотала, вглядываясь во тьму слепым взглядом.

— Сузи! — крикнула Магда и бросилась к подруге.

Сузи не повернула головы, будто оглохла.

— Сузи!! — отчаянно крикнула Магда, остановилась в двух шагах от порога. — Сузи, ты видишь меня?! Сузи!!!

Сузи вздрогнула, будто очнулась, и, увидев наконец перед собой Магду, протянула к ней руку.

Магда ринулась вперед, схватилась за холодную мокрую руку подруги. Сузи рывком потянула ее к себе, и Магда, почти не держась на ногах, ввалилась в кафе. На мгновение она, кажется, потеряла сознание, прислонилась к двери и, сползая на пол, почувствовала, как в нос ей проникли сильнейшие ароматы бог знает чего, в уши — оглушительный шум, а в глаза — ослепительный свет. Жидкость, которую Сузи лила за порог, пламенела, как растворенное солнце.

— Боже мой, Сузи, неужели это ты? — выдохнула Магда.

Сузи, не ответив, осторожно встала у порога, отставив в сторону пластмассовую канистру.

Потерявший свою новую подружку дракончик подковылял к двери. Магда только сейчас рассмотрела, какой он красивый — яркий, пестрый, сверкающий, как расшитый золотом цыганский платок.

— О, дракоша! — ласково позвала Магда, протягивая ладонь, но Сузи грубо отпихнула ее руку, быстро захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной.

— Быстро! — закричала она Магде. — Живо открывай корзину! Слышишь?

Дверь дрожала от ударов обиженного в лучших чувствах дракончика, бившегося в нее всем телом.

Магда оглянулась, увидела то, о чем говорила Сузи, и откинула крышку. Сузи, по-прежнему удерживая дверь спиной, пихнула ногой стоящую рядом канистру, из которой выплеснулась струя пламенеющей жидкости. Магда зажмурилась — в подвале будто полыхнул костер.

Перепуганный петух взлетел над корзиной, неуверенно произнес: «кук…», поперхнулся.

— О господи! — взмолилась Сузи. — Да кукарекай же, мясо ты бульонное!

За ее спиной треснуло стекло; Сузи вскрикнула.

— Кукареку! — растерянно объясняла петуху Магда. — Скажи: ку-ка-ре-ку.

Петух попробовал еще раз, но тут со звоном выпало разлетевшееся в крошку стекло, и в отверстие просунулась разинутая пасть дракончика. Раздался нарастающий свист, и у Магды помутилось в глазах.

А петух весь взъерошился, встрепенулся, захлопал крыльями, вытянул шею и наконец-то прокукарекал по полной программе:

— … КУ! — КА!! — РЕ-КУ-У-У!!!

И в то же мгновение все переменилось. Все!

Магда огляделась: шипящая пасть в разбитом стекле исчезла, да и само стекло было целым, хотя и мутным; Сузи все еще стояла, прижимая дверь, и смотрела себе за спину; сияние от разлитой жидкости стало меркнуть…

В конце концов Сузи нашла в себе силы отодвинуться от двери — и дверь не шелохнулась. Она поймала петуха, запихнула его в корзину, сказала устало:

— Все, пошли, — лениво отбросила ногой валяющуюся на полу канистру, вцепилась дрожащей рукой в плечо Магды и подтолкнула ее к двери.

Магда открыла дверь не без труда, хотя понимала: да, все, можно выходить, превозмогла себя и шагнула через порог.

Улица. Обыкновенная ночная городская улица.

— Туда, — показала Сузи на подъезд дома напротив. Она еле держалась на ногах, ее трясло.

Магда отобрала у нее корзину с петухом и, придерживая под локоть, повела через улицу.

Они вошли в подъезд, поднялись на второй этаж. Сузи остановилась перед одной из дверей, открыла крышку корзины и, позвонив, повела петушиной головой перед дверным глазком. Дверь квартиры тут же отворилась, и из нее выскочил незнакомый парень, подхватил обессилевшую Сузи и бережно повел ее в прихожую. Магда прошла следом… В полутьме она ничего особенного разглядеть не могла, увидела только сидящего в комнате старика в кресле.

Поставив петушиную корзину на пол, она поздоровалась с хозяином, потом ее взгляд упал на Сузи, и Магда ахнула:

— Боже мой, Сузи! У тебя вся спина в крови!

— На себя посмотри, — вяло огрызнулась Сузи и спросила парня: — Ив-Люк, где бы тут у вас прилечь?

Магда и Ив-Люк уложили ее на старомодный диван, Ив-Люк принес из кухни воды, а Магда осторожно освободила спину Сузи от лохмотьев, в которые превратилась льняная рубашка.

— Тут кусок кожи вырван! — с ужасом воскликнула она. — Я вызываю «скорую»!

— Нет! — вяло возразила Сузи и назвала другой номер. Это был номер телефона ее знакомого врача, который, едва услышав, что Сузи Героно ранена, и узнав адрес, коротко ответил: «Ждите!» и бросил трубку.

Пока ждали врача, Магда рассказала о том, что случилось с ней после того, как она позвонила Сузи из кафе. Ее не перебивали. Старик слушал молча, но внимательно; внук возился от нетерпения задать вопросы, но, встречая строгий взгляд деда, сдерживался; Сузи слушала, устало прикрыв глаза, и, казалось, дремала. Только однажды она выговорила зло:

— Говорила тебе — не выходи из кафе!

— Но…

— Зубы надо было им заговаривать, — цедила слова Сузи. — Это же сумеречные бесы, ничего бы они тебе не сделали. А ты, как дура, сама вышла в Приглушенный мир.

Виновато вздохнув, Магда продолжила рассказ. Порой ей казалось, что Сузи потеряла сознание, но стоило ей остановиться, та махала рукой: дальше, дальше! Услышав о «дракончике» и яблоках, Сузи тихо сказала:

— Повезло тебе.

О том, как Магда подружилась с «дракончиком» и как он привел ее обратно к дверям кафе, Сузи выслушала молча, не перебивая.

— И когда я тебя увидела…

— А что же твой «хороший песик» сирену не отогнал? — вздохнула Сузи.

— Так это же он в дверь и ломился! — проговорила Магда.

— Что? — Сузи даже поднялась на локте, будто собиралась встать. — Это и был твой «дракончик»?

Ив-Люк заставил ее опуститься.

— Не двигайтесь! Кровь же течет…

— Надо же, — усмехнулась она с закрытыми глазами, — сирену приручить! Этого и в бреду не придумаешь…

— Сирену? — переспросила Магда. Сирен она представляла иначе; правда, и знала она о сиренах совсем мало; однако сирены, описанные в «Одиссее», мало были похожи на ее радужного «дракончика».

Наконец под окнами раздался звук подъезжающего автомобиля, а через минуту в комнату, нагнув голову под притолокой, вошел врач, более похожий на санитара из кино про психушку — разве что почему-то В старомодных очках, но такой же шкафообразный и с лапищей, в которой стандартный медицинский саквояж выглядел дамским ридикюлем.

— Здравствуйте, доктор Жарре, — развеяла общие сомнения Сузи. — Опять я попала в историю.

Доктор Жарре не удостоил ее ответом, оглядел притихшую компанию, поставил свой ридикюль и, басовито сказав значительное «Так!», с ходу занялся делом.

И когда доктор Жарре разогнулся, едва не задев макушкой потолок, Сузи оказалась аккуратно перевязанной и мирно посапывала.

— Так, — повторил доктор Жарре, снова обводя присутствующих взглядом. Его глаза безошибочно остановились на Магде. — Что у нас здесь?

Магда зажмурилась. Но из нового приключения она вышла, отделавшись только пластырями на двух-трех оставшихся от когтей сирены глубоких ссадинах и двумя уколами: противостолбнячной сыворотки и чего-то подкрепляющего.

После чего доктор Жарре молча откланялся.

5

О сумеречных бесах и сиренах Сузи рассказала Магде назавтра, после того как они отоспались и Ив-Люк отвез их обеих домой к Сузи.

Сумеречные бесы — самые коммерческие существа среди «темного народа». В мелочах они необычайно щепетильны, и их девиз: «Настоящий товар за настоящие деньги». Но своей выгоды они никогда не упустят. Надо полагать, сказала Сузи, что «сумеречное кафе», в которое попала Магда, было одним из коммерческих предприятий сумеречных бесов, устроенное для совершения сделок с черными тенями. Кто такие эти черные тени, которые кормят сирен человечиной, Сузи говорить не стала: «Не знаю и зря болтать не буду». А вот чудовище-бармен оказался, по описанию Магды, очень похож на мурги. А сирены — это потомки отдельной ветви динозавров, каким-то образом попавшие в Приглушенный мир. Зачем нужны сирены? Сузи предложила Магде представить непредсказуемо работающий генератор акустических колебаний в диапазоне от ультра — до инфразвука мощностью от ста пятидесяти до трехсот децибел. Для Магды, которая была не сильна в точных науках, это было пустым звуком, но она вспомнила свист и содрогнулась.

Браслет с письменами, который сослужил Магде большую службу, Сузи посоветовала бросить в море — теперь, по мнению Сузи, он мог принести только вред.

Так Магда и сделала, в первое же воскресенье специально для того съездив в Гаагу.