– Полагаю, мы пришли к согласию по данному вопросу, Мэндвилл. Я рад иметь молодых перспективных людей вроде тебя на своей стороне. То, что произошло, возмутительно, и как только мы приедем в город, я поговорю с лордом Греем. – Седые брови лорда Роузмора сошлись на переносице, и его лицо приобрело сердитое выражение.

– Я тоже поговорю с ним. Должен сказать, я собираюсь занять место в парламенте. Последние несколько лет я провел в Шотландии, размышляя, какие проблемы необходимо решить прежде всего, и пришел к выводу, что первый и самый главный шаг – это образовательная реформа. Нужно отправить детей в школы, чтобы они не разгуливали без дела по улицам, а это уменьшит, наконец воровство. Единственная надежда на будущее – дать образование английским детям вне зависимости от происхождения. «Вы спрашиваете, что хорошего в образовании? Ответ прост: образование воспитывает людей, а воспитанные люди поступают благородно» – таковы мудрые слова Платона.

– Ты мыслишь, как твой отец. – Лорд Роузмор улыбнулся.

– Возможно, но в отличие от него я больше смотрю в будущее. Важно, чтобы люди выслушали нас и приняли нашу сторону. Пришло время для либерального правительства, нам нужно лишь правильно разложить карты.

– Твоя правда, от консерваторов не стоит ждать ничего хорошего. А вот и наши леди! Ну что ж, с делами покончено. – Лорд Роузмор поднялся и вынул Изо рта сигару. – Лорд Мэндвилл, познакомьтесь с нашим дорогим другом и гостьей мисс Люси Аббингтон.

Маркиз с любопытством поднял глаза и увидел леди Роузмор в сопровождении юной особы. Девушка была одета в нежно-голубое платье с зелеными оборками, волнистые волосы забраны чуть выше затылка, изумрудного цвета лента спадала на плечи, завершая великолепный наряд.

Недавнее негодование Генри по поводу политической ситуации в стране мгновенно испарилось. Боже, как она хороша!

– Добрый вечер, лорд Мэндвилл, – любезно произнесла хозяйка дома.

– Леди Роузмор! – Генри поклонился и, повернувшись к девушке, взял ее руку. – Очень приятно, мисс Аббингтон.

– Милорд. – Опустив глаза, девушка изящно склонилась. – Прошу прощения за недавнее неподобающее поведение: я и подумать не могла, с кем разговариваю.

Генри внимательно посмотрел на собеседницу. Неподобающее поведение? Не может быть...

Девушка подняла глаза невероятно зеленого цвета – они были точно такие, как... Определенно те же самые глаза, вот только все остальное выглядело совсем по-другому. Перед ним была самая настоящая леди, причем очень соблазнительная. Неужели она смогла за такое короткое время так сильно измениться? И почему его сердце вдруг сильно забилось?

Генри попытался взять себя в руки.

– Нет необходимости извиняться, мисс Аббингтон, боюсь, это я не отблагодарил вас, как подобает за ваше исключительное внимание к Фантому и уже наказан за недоверие. – Посмотрев на лорда Роузмора, Генри слегка улыбнулся и, нащупав стакан с шерри, сделал большой глоток. Легкий аромат лаванды, смешанный с запахом свежевыделанной кожи, и... перечная мята.

Приблизившись к мисс Аббингтон, маркиз глубже вдохнул этот пьянящий запах и тут же залпом осушил свой бокал.

– Не пугайся, Мэндвилл, – ободряюще произнес лорд Роузмор, – ты не первый, кого Люси удивляет своими необычными способностями. Ее дед, лорд Уэксли, был бароном и, прошу заметить, удивительным человеком. Но наша прекрасная мисс Аббингтон слывет умелым лекарем и лечит не кого-нибудь, а зверей. – Виконт обнял девушку за плечи, лицо его при этом выразило некую смесь гордости и задора.

Глаза Люси засияли, а на губах появилась озорная улыбка.

– Я просто хочу быть полезной, вот только мне не хватает образования.

Генри не смог бы отвести от нее глаз, даже если бы сейчас вбежал слуга и во все горло закричал «Пожар!».

– Она скромничает, Мэндвилл, многие издалека едут за ее советом и помощью. Люси умеет обращаться с животными. Я бы ни за что не поверил, если бы не видел несколько случаев собственными глазами.. К тому же на свете нет лошади, которую она не оседлала бы.

– Чарлз, прошу тебя, – прошептала леди Роузмор. – Ты смущаешь мисс Аббингтон.

Однако сама мисс Аббингтон ничуть не выглядела смущенной.

– Вы так говорите обо мне, лорд Роузмор, будто я колдунья. Уверяю вас, в моих действиях нет ничего особенного.

– Конечно, нет, дорогая. – Лорд Роузмор погладил ее руку и нетерпеливо повертел головой. – Интересно знать, почему мои дочери задерживаются. Скоро объявят ужин.

Тема разговора сменилась, и Генри почувствовал, что действительно проголодался. В Гленфилде он, несомненно, мог рассчитывать на прекрасный ужин, да к тому же в прекрасной компании, но, даже вспомнив об этом, он не смог справиться с желанием вновь посмотреть на мисс Аббингтон. Она тоже взглянула на него, и на мгновение их глаза встретились. Девушка тут же отвела взгляд, однако Генри всем существом ощущал ее присутствие.

Он запустил руку в волосы и задумался. Определенно эта девушка обладает некой необъяснимой властью: сначала она заворожила его коня, а сейчас он сам не мог отвести от нее глаз. Возможно, он просто давно не был в обществе женщин и бриджи, которые недавно были на ней, слишком тесно облегали ее женственные формы? Да, точно. Он же мужчина, в конце концов, а она женщина. Удивительная женщина.

Люси с любопытством наблюдала за лордом Мэндвиллом, когда он, допив шерри, непринужденно ставил бокал на стол. К лорду присоединился Колин, и пока мужчины разговаривали, Люси внимательно присматривалась к Мэндвиллу. Его глаза оказались темно-синими, а не карими, как она думала раньше, черные как смоль волосы были короче, чем предполагала современная мода. Элегантный темно-синий сюртук подчеркивал мужественный силуэт маркиза. Лорд Мэндвилл был прекрасно сложен: широкая грудь, узкая талия, рост около шести футов и сильные руки.

Джейн права: он и в самом деле очень хорош собой. Совсем не зря Колин предупреждал ее.

Люси вспомнила их первую встречу – тогда лорд Мэндвилл показался ей просто невыносимым, что в принципе неудивительно – маркиз, в конце концов. Но и тогда временами он выглядел довольно забавным, и даже его попытки сказать что-то обидное веселили ее. Сейчас же, когда их официально представили друг другу, он избегал ее и вел себя как маленький ребенок, лишь издали, с осторожностью наблюдая за ней. Но было ли это простое любопытство?

В дверях появился лорд Роузмор в сопровождении тети Люси – миссис Стаффорд. На спутнице Роузмора была надета кружевная шляпка, из-под которой выбивались уже начавшие седеть локоны.

– Разрешите представить вам миссис Стаффорд, тетю мисс Аббингтон, – церемонно произнес лорд Роузмор, – именно она сопровождала свою племянницу из Ноттингемшира.

– Мое почтение, миссис Стаффорд. – Лорд Мэндвилл вежливо поклонился.

– Очень приятно, милорд. – Придерживая очки, Агата присела в реверансе, ее лицо приняло ярко-бордовую окраску. При виде небрежной улыбки лорда Мэндвилла глаза ее засверкали, а рука прижалась к пышной вздымающейся груди.

Именно такая улыбка, как у него, заставляет большинство женщин млеть, подумала Люси, радуясь своей проницательности. Легким движением она отбросила волосы со лба и уставилась на ковер под ногами, думая о том, что, вероятно, Джейн и Сюзанна уже весело болтают со своим высокопоставленным гостем.

В это время прозвенел колокольчик, оповещая присутствующих о поданном ужине. Люси проследовала за хозяевами в уютную, освещенную приглушенным светом столовую и со вздохом устроилась на стуле. К счастью, ее место оказалось рядом с Колином и довольно далеко от лорда Мэндвилла. Люси терпеть не могла баранину и едва взглянула на блюда, расставленные на столе; в основном все ее усилия сводились к тому, чтобы по возможности не смотреть в сторону маркиза. Она попыталась сконцентрироваться на травме Фантома – прошло уже больше года с тех пор, как ей доводилось встречаться с подобными случаями.

Краем глаза Люси заметила, что тетя Агата серьезно обсуждает какой-то вопрос с лордом Мэндвиллом. О чем можно так сосредоточенно говорить с этим человеком? Она не выдержала и вздохнула.

Наконец подали десерт. Предвкушая божественный вкус сладостей, Люси все же заметила, как лорд Мэндвилл непринужденно перевел тему разговора на лошадей. Именно такой поворот событий и предрекала Джейн.

– Мой конюх утверждает, что Медуза вот-вот должна ожеребиться. Этого мы в принципе ждали давно, – начал маркиз.

Сладости тут же были забыты, и Люси спешно включилась в разговор.

– Как бы мне хотелось увидеть Медузу! – воскликнула она. – И жеребенка тоже. Боюсь только, что Фантому придется остаться в Гленфилде на несколько дней, а о полном выздоровлении можно говорить не менее чем через несколько месяцев.

– Месяцев? Неужели? – В удивлении лорд Мэндвилл качнулся на стуле и нахмурил брови. – Это действительно настолько серьезно?

– Боюсь, что да, – уверенно кивнула Люси, – но все могло быть гораздо хуже. Может, мне стоит сейчас осмотреть Фантома? – поднимаясь, спросила она.

– Люси, дорогая, – немедленно отреагировала Агата, – останься с нами и закончи ужин.

– Твоя тетя права. – Леди Роузмор одобрительно покачала головой. – Я уверена, Симмонс позаботится о лошади. Кстати, лорд Мэндвилл, – продолжила она, явно спеша сменить тему разговора, – увидим ли мы вашу матушку на этот раз?

Взгляд маркиза приобрел несколько скучающее выражение.

– Разумеется. Сейчас они с моей сестрой гостят в Гросвенор-сквер, я же собираюсь посетить Мэндвилл-Хаус.

– Очень надеюсь, что вы найдете время погостить у нас – в конце концов, мы почти соседи! Скоро мы устраиваем бал, где представим Сюзанну и мисс Аббингтон. Разумеется, вы получите официальное приглашение.

Генри скорчил гримасу.

– Если быть откровенным, леди Роузмор, я надеялся избежать всякого рода светских раутов. К тому же у меня есть дела в парламенте.

– Хм... ты прав, мой мальчик. – Роузмор поднял бокал.

– Милорд. – Щеки Сюзанны вспыхнули, когда она обратилась к лорду Мэндвиллу. – надеюсь, вы все же измените свое решение. Большинство джентльменов не отказываются от светских приемов, – она лукаво посмотрела на лорда Роузмора, – мой отец, несмотря на свои слова, с удовольствием принимает подобные приглашения.

– Так оно и есть, – согласилась Джейн. – Более того, на светских приемах о политике говорят не меньше, чем в палате лордов.

– Ладно, девочки, пойдемте, пусть мужчины остаются наедине с их выпивкой. – Лукаво улыбнувшись, леди Роузмор поднялась со стула, и в сопровождении Люси обе дамы направились к выходу.

Прошло больше получаса, а Люси все еще не осмотрела лошадь лорда Мэндвилла, вместо этого, уютно устроившись на диване, она делала вид, что крайне увлечена вышивкой.

– Смотри, Люси, приглашение! Сегодня днем приходил почтальон. Ты ездила верхом, а я совсем забыла тебе сказать. Какой все же чудесный день! Я тогда как раз разговаривала с мамой...

– Прошу, не держи меня так долго в неведении, – перебила Люси. Она знала, что Сюзанна могла часами болтать без умолку, так и не сказав то, что хотела. – Какое приглашение?

– Графиня Уорбертон, – подхватила Джейн, – через три дня устраивает прием и собирается пригласить всю округу. Интересно, лорд Мэндвилл будет среди гостей?

– Не думаю. – Люси покачала головой. – Он же сказал, что не любит светские приемы. «Я надеялся избежать всякого рода светских раутов», – низким голосом передразнила она.

Джейн засмеялась и заговорщицки посмотрела на сестру.

– Ну что ж, ждать осталось недолго. Может, он передумает, правда, девочки?

Сюзанна кивнула, и Люси отложила в сторону вышивку.

– Леди Роузмор, прошу меня простить, но я должна посмотреть лошадь маркиза.

– Дорогая, неужели это нужно делать прямо сейчас? – Леди Роузмор разочарованно надула губы.

– Правда, Люси, может быть, подождем, пока разойдутся гости? – Агата многозначительно посмотрела на племянницу. – К тому же скоро к нам должны присоединиться мужчины.

Вот именно, должны. Поэтому-то Люси и хотела немедленно улизнуть в конюшню.

– Обещаю, я не задержусь, – солгала она и быстро выбежала за дверь.

– Вот и вы, мисс! – Симмонс, почесывая подбородок, появился из стойла. – Наш пациент не очень-то меня слушается. Может быть, вам повезет больше...

– Фантом, озорник. – Люси гладила коня по роскошной гриве до тех пор, пока тот не успокоился, а потом наклонилась и потрогала его ногу. – Горячая!

Симмонс в удивлении покачал головой.

– Оставлю вас наедине, мисс. Я только что принес лед – вон там, на полке...

– Спасибо, Симмонс, – поспешно отозвалась Люси и услышала удаляющиеся шаги конюха, а затем еще чьи-то шаги.

– Ну как ты, Фантом... О, мисс Аббингтон! – Перед Люси возник лорд Мэндвилл. – Прошу прощения, я пришел проверить, как чувствует себя мой конь.

– Сухожилие все еще сильно воспалено. – Люси снова потрогала ногу коня. – Похоже, пока лед не очень-то помогает. Завтра я попробую сделать по-другому. Боюсь, что Фантому придется остаться здесь еще на несколько дней.

– Думаю, вы правы. – Скрестив руки на груди, лорд Мэндвилл облокотился на ограждение денника. Не отводя взгляда, он наблюдал, как Люси, взяв небольшой кусок льда с полки, вернулась к коню. – Вы сталкивались раньше с подобными травмами? – Генри и тут же добавил: – Надеюсь, вас не шокирует, что я об этом спрашиваю?

– Я лечила немало болезней и травм у лошадей, – просто сказала Люси, прикладывая лед к ноге коня. – И вообще, я не могу пройти мимо больного животного и оставить его страдать.

– Так вы лечите не только лошадей?

– Конечно, нет. Как-то я вправляла птице сломанное крыло, лечила раны у овец, заботилась о бездомных собаках и кошках. Наверное, для вас это глупо звучит... – Она с любопытством взглянула на лорда Мэндвилла.

– Вовсе нет, все вполне разумно, мисс Аббингтон. – Он потянулся к коню и стал нежно гладить его гриву. – Я зачастую чувствую то же самое, но, боюсь, у меня нет способностей, которыми обладаете вы.

Люси с гордостью вскинула голову:

– Папин друг учится в ветеринарном колледже в Лондоне, а когда приезжает к нам, то учит и меня кое-чему. Конечно, я не такая образованная, как мистер Уилтон, но тоже стараюсь быть полезной. Однако находятся люди, которые считают подобное занятие непристойным, боюсь даже, что в таком смысле меня можно назвать «синим чулком».

– Современные дамы довольно слабохарактерны именно из-за праздности и недостатка образования, а вот вы нашли свою страсть. Я просто не могу не восхищаться вами.

Люси зарделась. Многие благодарили ее, но никто еще не испытывал восхищения. Она в волнении сглотнула, неловко повернувшись лицом к лорду Мэндвиллу, уронила шаль с плеча. Генри тут же поднял ее и подал девушке, предварительно стряхнув приставшие соломинки. Люси невольно вздрогнула, когда его пальцы коснулись ее лица. Она посмотрела вверх, и их глаза встретились. Казалось, время застыло, они все смотрели друг другу в глаза, не смея вздохнуть.

Люси замерла, когда маркиз нежно погладил ее тыльной стороной ладони по щеке; от неожиданно нежного прикосновения по ее спине побежали мурашки.

– Ваша светлость, – прервал их молчание конюх, – вам нет необходимости беспокоиться о коне. Как видите, он в надежных руках.

– Да, вижу, Симмонс. – Глаза маркиза внезапно потеряли только что наполнявшую их теплоту и нежность. – Я должен вернуться к гостям, – резко произнес он. – Спокойной ночи, мисс Аббингтон.

Слегка поклонившись, Генри вышел из конюшни, а Люси осталась стоять как вкопанная; сердце ее бешено билось, она тяжело дышала, будто только что пробежала несколько миль. Маркиз лишь коснулся ее лица, и ничего больше, уверяла она себя; и все же ее пугали собственные ощущения – сильные, страстные. Да, он, бесспорно, красив, но это не оправдание. И что имел в виду, когда сказал, что восхищается ею?

Внезапно Люси осознала, что к ней обращаются, и в смущении повернулась к Симмонсу.

– Что с вами, мисс? – спросил он.

– Ничего, Симмонс, все хорошо, – ответила Люси слегка дрожащим голосом. – Просто у меня слегка закружилась голова.

– Может, вам чем-нибудь помочь? – заботливо поинтересовался конюх.

Люси покачала головой. У нее никогда в жизни не кружилась голова. Разумеется, ни о каком головокружении не шла речь и сейчас.

Внезапно Люси осознала, что слишком надолго задержалась в конюшне и тетя наверняка будет злиться. Она сделала глубокий вдох.

– Нет, Симмонс, спасибо. Пожалуй, я все же вернусь в дом.