ВОСЬМОЙ УДАР

На составные части разлагает

Кристалл лучи - и радуга видна,

И зайчики веселые живут.

Чтоб вновь родиться, надо умереть.

Я вышел на крыльцо; темнели розы

И пахли розовою плащаницей.

Закатное малиновое небо

Чертили ласточки, и пруд блестел.

Вдали пылило стадо. Вдруг я вижу:

Автомобиль несется как стрела

(Для здешних мест редчайшее явленье),

И развевается зеленый плащ.

Я не поспел еще сообразить,

Как уж смотрел в зеленые глаза,

И руку жали мне другие руки,

И пыльное усталое лицо

По-прежнему до боли было мило.

- Вот я пришел… Не в силах… Погибаю.

Наш ангел превращений отлетел.

Еще немного - я совсем ослепну,

И станет роза розой, небо небом,

И больше ничего! Тогда я прах

И возвращаюсь в прах! Во мне иссякли

Кровь, желчь, мозги и лимфа. Боже!

И подкрепленья нет и нет обмена!

Несокрушимо окружен стеклом я

И бьюсь как рыба! "А зеленый плащ?"

- Зеленый плащ? Какой? - "Ты в нем приехал".

- То призрак, - нет зеленого плаща. -

Американское пальто от пыли,

Перчатки лайковые, серый галстук

И кепка, цветом нежной rose champagne,

"Останься здесь!" - Ты видишь: не могу!

Я погружаюсь с каждым днем все глубже! -

Его лицо покрылось мелкой дрожью,

Как будто рядом с ним был вивисектор.

Поцеловал меня и быстро вышел,

Внизу машина уж давно пыхтела.

Дней через пять я получил письмо,

Стоял все тот же странный штемпель: "Гринок".

- Я все хотел тебе писать, но знаешь,

Забывчивость простительна при счастье,

А счастье для меня то - Эллинор,

Как роза - роза и окно - окно.

Ведь, надобно признаться, было б глупо

Упрямо утверждать, что за словами

Скрывается какой-то "высший смысл".

Итак, я - счастлив, прямо, просто - счастлив.

Приходят письма к нам на пятый день.