Рита в сенях возилась с вёдрами, готовила пойло для свиней. В первый момент она даже не заметила появления Анрийса. Движения девочки были скупыми и точными; сразу видно, ей не впервой заниматься этим делом. Анрийс поздоровался. Рита вздрогнула, стремительно обернулась. Выражение испуга на её лице тут же сменилось удивлением.

— Фу, как напугал! — Рита, как всегда, говорила то, что думала, откровенно и просто. — Привет! Откуда ты взялся?

Она была почти одного роста с Анрийсом, но так как давно выросла из линялого ситцевого платьица, то казалась намного длиннее.

Обратной стороной ладони Рита отбросила со лба прядь; мокрые, цвета меди волосы стали совсем тёмными. Она вдруг улыбнулась, и эта улыбка, такая же открытая и располагающая, как и её манера говорить, до неузнаваемости изменила широкое, с коричневыми точками мелких веснушек лицо. Зеленоватые ясные глаза так и лучились дружелюбием и теплом, и Анрийс невольно улыбнулся в ответ.

В присутствии чужих людей он обычно терялся, даже товарищи по классу приводили его в смущение. А вот с Ритой ему всегда было легко и просто.

Анрийс рассказал, зачем пришёл. Рита сразу же стала собираться в дорогу. Сполоснула наскоро руки в ведре с водой, толкнула дверь в кухню:

— Мама, я добегу до Ме́жерманов!

Последнее слово заглушил раскат грома. Он прокатился над лесом, обрушился на усадьбу и через приоткрытую дверь ворвался в сени.

— Куда-куда?

На пороге появилась мать Риты.

Отправляясь в путь, Анрийс в тайне надеялся, что ему не придётся встретиться с хозяйкой Граверов — уж очень он робел перед этой женщиной.

Виерпа, так же, как и отец Анрийса, работала в бригаде лесничества. В Граверах она жила с Ритой вдвоём. Длинная, сухопарая, вид всегда такой измождённый, словно она до смерти вымоталась на работе. Загорелое дочерна лицо, ото лба до подбородка прорезанное глубокими прямыми морщинами, казалось совсем старым. Но она славилась грубоватой настойчивостью, энергией, хваткой да и за словом в карман не лезла.

Виерпа коротко ответила на приветствие Анрийса, затем спросила у Риты:

— Куда, ты сказала?

— В Межерманы, к Ви́лису! Сообщение из школы.

— Никуда ты не пойдёшь! — Резкий голос матери зазвучал ещё громче. — Не знаешь, что ли, корову доить пора! Нет у тебя времени бегать туда-сюда.

— Но, мама, это ведь пионерская цепочка! Мне нужно сейчас же передать дальше.

— Что там ещё напридумали?

— Завтра к семи все пионеры должны собраться в школе.

— Чепуха всё это! — Виерпа наморщила лоб и неодобрительно махнула рукой. — Завтра мне опять на дальнюю просеку ни свет ни заря. Кто, спрашивается, будет заниматься по хозяйству? Работать тебе нужно, работать, а не шляться по лесу.

Но Рита уже стояла на пороге:

— Я быстро!

— Ничего себе быстро — две версты с лишком! Да и хлещет как.

— Не сахарная, не растаю…

И тут же Рите пришло в голову, что, если Вилиса, чего доброго, не окажется дома, ей придётся бежать дальше — в Пли́ены, к Ма́руте. Но Рита ничего не сказала. Мать и так сердится, зачем злить её ещё больше?

Пока шла перепалка, гость потихоньку придвигался к выходу. Анрийс старался по возможности держаться позади Риты. Он чувствовал себя очень неловко. Не он ли явился в их дом с вестью, из-за которой и разгорелся сыр-бор? Вот сейчас она отстанет от дочери и как примется за него…

Благополучно выскочив во двор и пробормотав запоздалое «до свидания», Анрийс шагал рядом с Ритой и лихорадочно соображал, как быть дальше. Идти сразу домой? Или, быть может, проводить Риту до Межерманов? Второй вариант казался очень соблазнительным — именно потому, что возвращаться домой означало вновь проходить мимо…

И всё же Анрийс решил: надо идти обратно. Отсрочка ничего не даст. Наоборот, за это время совсем стемнеет — и что тогда?

На перекрёстке оба остановились.

— Льёт по-сумасшедшему. — Рита, улыбаясь, сдунула с кончика носа крупную каплю; на её месте тотчас же появилась новая.

— Ага! — уныло подтвердил Анрийс и втянул голову поглубже в плащ.

Дорога, по которой он явился в Граверы, здесь пересекалась с другой; она тоже шла через лес, но с востока на запад, почти параллельно Клеверке. Межерманская усадьба стояла на другом берегу речки. Чтобы попасть туда, Рита должна была следовать по утоптанной стёжке через густую чащу, затем перебраться через Клеверку. А там до дома Вилиса уже рукой подать.

Анрийс взглянул на Риту. Ему вдруг стало стыдно. На нём плащ, а она в одном лёгком платьице.

— Ты вся вымокнешь до ниточки.

— Вот выдумал! — Она, смеясь, затрясла головой. — Мокрее быть невозможно!

— Это верно…

— Ничего, ведь совсем тепло… Ну, пока! До завтра!

— Счастливого пути!..

Рита перепрыгнула канаву, в которой хлопотливо журчал поток.

Анрийс посмотрел ей вслед, потом повернулся и медленно, нехотя двинулся навстречу чёрным гремящим тучам, которые накатывались со стороны кладбища.