С восходом солнца погода переменилась. Небо покрылось облаками, заморосил холодный дождик, налетел резкий ветер, разбрасывая листья по твердой земле.

Деревья гнулись под ветром, где-то хлопнула незапертая дверь. Темпль Бун вышел из конюшни и, пригнувшись от ветра, зашагал к станции.

— Похоже, надвигается гроза, — сказал он, оказавшись на станции.

Снова хлынул дождь, но быстро прекратился.

— Где Ридж? — спросила Мэтти. — С ним все в порядке?

— Он в конюшне, мэм, вы же знаете Риджа. Спит себе преспокойно. — Бун поставил ружье около окна. — Видел следы, оставлены несколько часов назад. Следы пони.

— Индейцы?

— Думаю, сиу, а это означает неприятности.

— Где Уот? — забеспокоилась Пег.

— Остался в кладовке, с Риджем. Они будут по очереди дежурить. Если дойдет до дела, этот парнишка не уступит мужчине.

Бун протянул руки к огню.

— Ну и холодина, — заметил он. — Не обычно для этого времени года.

— А для дилижансов, надеюсь, не опасно? — спросила Пег. — Или они перестанут ходить?

— Дилижансы не могут перестать ходить, Пег, — сказал Бун. — Они везут почту, им нельзя останавливаться. Да и большинство пассажиров тоже должны ехать. — Он добавил дров в камин и пододвинул кофейник поближе к огню.

— Я заезжал к Престону Кольеру, чтобы его предупредить. Они уже знают о нападении, но, похоже, совсем не беспокоятся. У них собирается человек сорок — пятьдесят повидаться с этим английским лордом.

— Он ведь не настоящий лорд, мама? Я думала, если к кому обращаются «сэр», то он просто дворянин.

— Ты права, Пег. Многие американцы считают: те, у кого есть титул графа или дворянина, имеют отношение к королевской фамилии. Это неверно. Только члены королевской семьи принадлежат к королевской фамилии. Остальные — обычные аристократы.

— Вот уж о чем никогда не думал, — прокомментировал Бун. — У человека должно быть два принципа. Он должен быть человеком и джентльменом. Я имею в виду джентльменское поведение. Меня взрастили на этих принципах.

— Мама, а как становятся этими графами? — заинтересовалась Пег.

— Обычно за заслуги перед королем. Когда-то этот титул был наградой за храбрость или умение в бою, а потом — за разные услуги королю. Обычно с титулом даровалась и земля, дворянин был обязан в случае войны собрать определенное количество солдат и идти к королю на службу. Титулы часто передавались от отца к сыну или иногда — к ближайшему родственнику. Некоторые из дворян стали настолько могущественными, что угрожали власти самого короля. И тогда у них отбирали титулы и земли и отдавали другим. В наши дни титулы часто даются за другие заслуги, за дипломатическую службу, например, или за успехи в бизнесе. Они различаются по степени значимости — в зависимости от того, какая страна их присваивает.

Последовал короткий раскат грома, а затем вспышка далекой молнии.

— В такую погоду у вас не будет много приезжих, — заметил Бун.

— Может, и вовсе никого, пока завтра утром не приедет дилижанс.

Бун покончил со своим кофе.

— Еду в форт Коллинз, — сказал он. — Вернусь до заката. Мне нужно доставить донесение для армии. — Он бросил взгляд на Мэри. — С вами тут ничего не случится?

— Конечно, нет. Не волнуйтесь за нас. Здесь Ридж, и мы вооружены.

— Ни разу в жизни не видала краснокожего, — сказала Мэтти, — кроме того старика, который ехал в дилижансе. На вид очень достойный пожилой человек.

Бун хихикнул.

— Он-то? Держу пари, что этот достойный старец в свое время наводил на всех ужас. Он из племени ютов. Это индейское племя, живущее в горах, за свою жизнь он наверняка снял скальпов тридцать — сорок.

— Тот симпатичный старик? — удивилась Мэри. — У него было такое забавное выражение лица.

— Скорее всего, он вправду забавлялся, — проговорил Бун. — Возможно, размышлял, как глупо мы живем по сравнению с его племенем. Похоже, каждый народ считает свой образ жизни наилучшим, и, возможно, так оно и есть — для него.

Темпль Бун взял свое ружье, помедлил у двери, посмотрел на Мэри и, махнув ей рукой, вышел.

— Принесу-ка я еще дров, — сказала Мэтти. — Ночь будет холодная.

Когда она выходила, сквозь приоткрытую дверь до них донесся топот копыт — Темпль Бун уехал.

— Хорошо бы он остался, — вздохнула Пег. — Мне гораздо спокойнее, когда он здесь.

— Нам всем спокойнее, — сказала Мэри, — но он должен делать свою работу.

Мэри посмотрела в окно. Шесть лошадей в коррале, пытаясь укрыться от ветра, сбились в одну кучу. Может, отвести их в конюшню? Но там уже стояла оседланная лошадь Риджа, для всех не хватит места, а запрягать лошадей нужно только утром. К тому же это мустанги, выросшие на воле и непривычные к конюшням. Сено в коррале есть, так что пусть они там и останутся.

— Ну, Мэтти, давай приготовим ужин, а потом я вам немного почитаю. В такой вечер хорошо спать дома.

Мэри опять подошла к окну и выглянула. Никакого движения. По старой привычке скользнула взглядом по деревьям и кустам. Мысль об индейцах была неприятна, но она не хотела, чтобы Пег заметила ее страх.

И зачем только привезла она ребенка в этот дикий край? И зачем приехала сюда?

И все-таки это был ее единственный шанс. Когда придет весна, она найдет подходящее местечко и подаст заявку на земельный участок.

А почему бы и нет? У нее есть такое же право, как и у всех остальных, и, кроме того, если с ней что-нибудь случится, у Пег будет еще какая-то собственность.

— Тебе следует подать заявку на земельный участок, Мэтти, — неожиданно произнесла она.

— Нет ничего лучше, чем владеть землей, мэм. И на сколько же мне можно рассчитывать?

— На сто шестьдесят акров, но тебе придется построить жилище, вырыть колодец и распахать поле.

— Сто шестьдесят акров! — изумилась Мэтти. — Я стану богатой женщиной!

— Не совсем, Мэтти, но это будет принадлежать только тебе.

— Давайте лучше готовить ужин, — вздохнула Мэтти. — Мистер Фентон уже проголодался.

— Я тоже! — объявила Пег.

— Смеркается, — заметила Мэри. — Ой, что это? — испуганно воскликнула Мэри. Ворота загона неожиданно распахнулись, словно сами по себе. — Кто-то…

Раздался пронзительный вопль, лошади бросились из корраля, за ними — индеец. Из конюшни послышался грохот старого охотничьего ружья Риджа Фентона, и Мэри увидела дюжину индейцев верхом на лошадях. Они выскочили из-за конюшни и, объехав загон, бросились вслед за лошадьми. Один индеец лежал поперек на своей лошади, кровь, льющаяся из раны, окрасила бок его коня в алый цвет.

— Мэтти! — закричала Мэри. — Они украли наших лошадей!

Она, не раздумывая, распахнула дверь и выстрелила. Какой-то индеец насмешливо махнул ей рукой и скрылся. Она снова выстрелила, но — слишком поздно.

Мэри медленно опустила ружье. Она проиграла. Лошадей угнали. Что же теперь делать?

Пег посмотрела на нее, широко раскрыв глаза от удивления.

— Ты стреляла в них? Попала в кого-нибудь?

— Не думаю, Пег. Я промахнулась. А лошадей угнали. Угнали! Когда утром приедет дилижанс…

Из конюшни пришел Ридж Фентон с ружьем в руках.

— Простите, мэм. Я не сразу понял, что произошло. Похоже, их была целая дюжина. Появились прямо из ниоткуда!

— Вы не виноваты, мистер Фентон. По крайней мере, вы ранили одного из них.

— Нет, мэм, — возразил Ридж, — я его убил. Когда из человека так хлещет кровища, он покойник. В следующий раз будут осторожней. Теперь эти индейцы знают, как воровать лошадей, когда поблизости Ридж Фентон.

— Но они увели лошадей, мистер Фентон! А завтра утром сюда приедет дилижанс.

— Мы ничего не сможем сделать, мэм, пока Стейси не обеспечит нас другими лошадьми.

— А разве у мистера Кольера нет лошадей? — спросила Мэтти. — Может, вам у него попросить?

— У него и снега зимой не выпросишь! — заметил Фентон. — Он не сделает такого одолжения и самому Бену Холлидею. Никогда. Они терпеть не могут друг друга. Думаю, потому, что оба одинаковые.

Мэри Брейдон сняла фартук.

— И всё-таки я попробую! Не хочу, чтобы говорили: вот если бы мужчина управлял этой станцией, такого бы не случилось. Я еду туда.

— Мэм, собирается гроза, и поблизости индейцы. Не успеете отъехать, как…

— Мистер Фентон, посмотрите здесь. И если позволите, я возьму вашего коня.

— Послушайте, мэм! Этот конь — очень неспокойное животное! Он не выносит женщин, а кроме того, не любит, когда на нем ездят чужие.

— Вы хотите сказать, что мне нельзя его взять?

Фентон взглянул направо, налево, потер подбородок, посмотрел на нее с глупым видом и откашлялся.

— Нет, мэм, это не так. Просто…

— Спасибо, мистер Фентон. Я возьму свой плащ.

Ридж в сердцах пробормотал что-то насчет «глупых женщин» и направился к конюшне.

Мэтти уставилась на нее.

— Мэм, вы в самом деле считаете, что нужно ехать? Тут индейцы и все такое… а Пег… она уже потеряла отца.

— Это моя работа, Мэтти. Не волнуйтесь. Я хороший всадник, не успеешь и глазом моргнуть, как я буду обратно. Никуда не выходи и присмотри за Пег.

У двери уже стоял Ридж, держа своего коня. На нем было ее женское седло.

— Не понимаю, как это вы умудряетесь ездить на этих дурацких штуках! — высказался он. — Не думаю, что Артуру понравится.

— Артур? Вы называете его Артур?

— Мне его дал человек по имени Артур, поэтому я сперва называл его конем Артура, а потом для краткости — просто Артур.

Мэри подошла к коню и положила руку ему на шею.

— Здравствуй, Артур! Будем друзьями, ладно?

Артур настороженно покосился на нее, но, почувствовав ее мягкое прикосновение к своей шее, не выказал особого неудовольствия. С помощью Фентона Мэри быстро села верхом. Артур было взбрыкнул — незнакомое ощущение юбки на своем боку, другой вес, — однако скоро признал умелую руку, держащую поводья.

Становилось холоднее, небо все еще было покрыто тучами. Артур, казалось, был рад прогулке, поэтому Мэри предоставила ему свободу действий. У нее под плащом был тяжелый револьвер, а в карманах грубой юбки лежали два короткоствольных крупнокалиберных револьвера.

Индейцы!..

Они могут быть повсюду! Неожиданно Мэри испугалась. И что это на нее нашло? Отправиться в путь посреди ночи… Спокойно, спокойно, остановила она себя. На самом деле еще не так поздно, чуть больше девяти.

Мэри выбросила из головы все мысли, кроме одной: утром приедет дилижанс, и усталые лошади должны будут сделать еще один перегон. Необходимо иметь свежую упряжку. И кто несет за это ответственность, если не она? Мэри не задавалась вопросом, что стал бы делать Скант Лутер, или Марк Стейси, или Бун. Она думала только о том, что нужно делать ей.

Лошадиные копыта стучали по твердой дороге — дождь всего лишь прибил дорожную пыль. Ветер рвал ее одежду и трепал кусты, придавая им самые причудливые очертания. Она пустила Артура шагом, боясь загнать его. Мэри слышала, что мустанги могут бежать долгое время, но она привыкла к лошадям Вирджинии и Мэриленда.

Мэри потрепала коня по шее, поговорила с ним, он удивленно дернул ухом и перешел на шаг.

Опять пошел дождь, сильный шквал бросал тяжелые быстрые капли, холодные, как лед, обжигая ее тело, злобно стучал по капюшону.

Неожиданно Артур чего-то испугался и захрапел — что-то двигалось в деревьях вдоль дороги. Мэри сунула руку под плащ, ухватилась за револьвер. Но Артур продолжал идти легким шагом.

Мэри выехала на открытое пространство и увидала на вершине холма ярко освещенный дом; отблески огней отражались в блестящих полированных боках экипажей. Пробираясь между экипажами, Мэри подъехала к белым столбам коновязи. Сошла с коня, привязала Артура и поднялась по ступенькам.

У двери Мэри задержалась, скинула с головы капюшон. Удивленный дворецкий-негр обратился к ней:

— Мисс, чем могу служить?

— Могу я видеть мистера Кольера? Это очень важно.

— Вы приглашены, мисс? — Он заметил ее грязные ботинки и привязанного к коновязи мустанга. — Вижу, что нет. — Тон у него был вежливо-извиняющийся. — Видите ли, мэм, мистер Кольер не любит, чтобы его беспокоили, когда он развлекает своих гостей.

— Это в самом деле очень важно, я проделала долгий путь…

Дверь была открыта, и Мэри видела танцующие пары. Играли вальс, а она на этом балу была незваной гостьей. В какой-то момент ей захотелось повернуться и уйти, но она только крепче сжала губы.

— Не могли бы вы проводить меня к нему? Или попросить его выйти ко мне?

Что-то в ее тоне, в манере держаться заставило негра внимательнее посмотреть на нее.

— Конечно, мисс, — сказал он, — сделаю, что в моих силах.

Неожиданно несколько пар вышли на просторную веранду. Среди них была и Регина Кольер.

— В чем дело, Ричард?

— Тут молодая леди, мисс Регина. Хочет поговорить с вашим отцом.

Регина посмотрела мимо Ричарда и встретила взгляд Мэри.

— О, пустяки, Ричард. Это женщина со станции дилижансов. Отец может заглянуть туда утром.

Мэри вышла на свет.

— Пожалуйста, мисс Кольер, это очень важно. Не могу ли я поговорить с ним сейчас?

Мэри не сомневалась, как она ответит. Но тут неожиданно раздался удивленный возглас. Высокий мужчина в форме офицера британской армии направлялся к ней.

— Мэри! Мэри Клейбурн! Надо же! Что вы тут делаете?