События выглядели все более запутанными. Килкенни чувствовал, что мощная сила выстраивает нечто вокруг него, причем столь запутанное, что простая перестрелка кажется подарком.

Смерть разъезжала по высохшим дорогам Техаса, а приграничные районы становились местами, где никто не знал, что может случиться завтра.

Опасность всегда была знакома Килкенни. Это был способ жизни на приграничных и западных землях. Это было тем, что принимали, как восход и заход солнца, и с чем справлялись, насколько было возможно.

Многие мили без воды, палящее солнце, холод зимних ветров, завывание волков, дикие лошади… все это принималось как должное. Так же, как и разрешение споров при помощи оружия. Это был способ жизни — плата за свободу, пространства, возможности.

Но сейчас здесь поселился страх. Опасная вещь, призрачное животное, которое невозможно увидеть, возникающее неожиданно из тишины.

Килкенни привык к оружию. Попав впервые в перестрелку в шестнадцать, он первый раз убил человека. С тех пор он всегда жил с угрозой смерти, как, впрочем, и остальные вокруг. Дикие земли предлагали многое, для чего стоило жить, но и много возможностей умереть, и ни один не был легким. И это принималось людьми, жившими здесь.

Стив Лорд упоминал о финансовых трудностях, но, припомнив жирный скот, который он видел, проезжая по владениям Лорда, Килкенни позволил себе не поверить его словам.

Все это было прикрытием для чего-то другого. Постройки Лорда сверкали свежей краской, что было очень редким для Техаса. Новые постройки на ранчо, новая колючая проволока.

Убийца был как-то связан с ранчо, дьявольский убийца, который мог убивать безжалостно и не предупреждая. Где-то в этом сумбуре проблем и испытаний лежал ключ к тому, кем был убийца.

Килкенни поднял голову и стал рассматривать тенистую долину перед собой. Он возвращался по той же дороге, по которой ехал на ранчо, что делал редко. Он не сразу заметил опасность, так был занят своими размышлениями. Лэнс вгляделся в даль, и старый инстинкт вернулся к нему, но не принес облегчения.

— Страх Лорда передался и мне, — пробормотал он вполголоса. — Только глупый человек возвращается по той же дороге.

Вдруг конь начал проявлять признаки беспокойства, вскидывая голову и принюхиваясь.

То, что Лэнс сделал дальше, было чистым импульсом. Он резко развернул коня и в два прыжка достиг убежища у источника.

Когда Бак начал делать второй прыжок, Килкенни услышал свист пули около лица! Затем другой и еще один, но конь уже был в стороне от пуль, а Килкенни скрыт за дубами и кедрами.

Бак знал, что такое пули, но как только он учуял воду, развернулся и помчался вниз с огромной скоростью.

Прямо перед ним склон делал поворот, и если бы Бак мог повернуть, они бы обошли убийцу.

Лэнс обогнул выступ, резко бросился вперед и прижался к земле, держа в руках винчестер. Прячась за грудой песка и зарослями шалфея, он тщательно вглядывался вперед. Но когда он попытался занять более удобную для наблюдения позицию, просвистевшая пуля засыпала ему глаза песком. Он отполз обратно к источнику.

— Черт возьми, меня заметили!

Он вскочил в седло и отъехал подальше. Там он снова попробовал подкрасться ближе. Теперь он смог увидеть выемку в скалах, откуда убийца стрелял в первый раз.

Никого не было видно. И тут он ощутил какое-то движение выше по склону.

Убийца пытался подкрасться к нему!

Низко пригнувшись, Лэнс заметил просвет в камнях. Если он заметит здесь тень, всего лишь затемнение этого просвета, он выстрелит.

Это был только короткий выстрел, быстрый и наугад, пуля чиркнула по булыжнику и, злобно завывая, отрикошетила.

Итак, началось. Смертельная игра в шахматы, игра двух вооруженных людей, маневрирующих для смертельного выстрела. Дважды Килкенни почти накрыл его, а один раз пуля задела лист в дюйме от его щеки.

Прошел час, и Килкенни уже ничего не мог разглядеть. Он развернулся, прислушиваясь и выглядывая коня. Потом он еще раз предпринял смертельную попытку подкрасться, взбираясь выше и выше по камням.

Наконец он нашел это место, где убийца готовился к выстрелу, там же валялись гильзы от винчестера семьдесят третьего калибра.

Он подобрал их.

— Теперь это может помочь, — пробормотал он. — Таких не слишком много в округе. Большинство рейнджеров пользуются ими, и один у меня. Расти до сих пор использует старый „шарпс“. Но стоп! Один есть у Таны, и, если не ошибаюсь, еще один я видел у Бонэма.

Убийца уже трижды стрелял в него, если только все три пули выпущены одним человеком. Бонэм был подозрителен, но зачем ему это надо?

На самом деле это мог быть кто угодно, любой, находящийся поблизости отсюда.

Килкенни все еще был не ближе к разгадке, чем в самом начале, хотя теперь имел гильзы от шестизарядника убийцы и от его револьвера. Но у него все еще не было уверенности, что все выстрелы сделал один и тот же человек.

Имеет ли мифический босс из Яблоневого каньона что-либо общее с этим? Он хотел убить Килкенни тогда, почему же он не мог сделать это сейчас?

Берта Полти можно тоже отбросить. Кто же еще так сильно желал смерти Килкенни?

Казалось, что у всех этих странных убийств не было никакой причины, доступной рациональному объяснению. Казалось, в это замешана какая-то загадочная, дьявольская сила, нечто нетипичное для этих мест, где мужчины выясняют отношения лицом к лицу.

Килкенни дальше решил избегать дорог и отправился в путь, постоянно меняя направление, пока не добрался до Боталла. Теперь самое главное было собрать вместе Стила, Лорда и Дэвиса, чтобы устранить их разногласия. Зная всех троих, он был уверен, что они могут достичь согласия.

Оба крупных скотовладельца были озабочены своими ранчо, а Дэвис был упрямым человеком, привыкшим идти собственным путем, сражаясь в своих собственных битвах и не ищущим ничьего расположения. Каждый из них привык двигаться вперед. Но сейчас они должны были научиться поддерживать добрососедские отношения, привыкнуть помогать друг другу и отстаивать общие интересы.

Над Боталла висело заходящее солнце, когда Бак въехал на городскую улицу. Вдоль нее сидели всегдашние бездельники, как всегда, на ней стояло снаряжение, люди что-то покупали или занимались другими делами. Среди них было несколько людей из владений Стила и Лорда.

Килкенни выделил двоих. Невысокий ковбой в потертой серой шляпе посмотрел на него со своего стула на террасе, перекатил табак за щеку и плюнул.

— Как дела? — поинтересовался он воинственно.

— Так себе. — Килкенни снял шляпу и стряхнул с нее пыль. — Ты Шорти Льюис, не так ли?

Тот взглянул удивленно:

— Точно я. Откуда ты меня знаешь?

— Видел тебя в Остине. Ты ехал на белоногой лошади.

— Черт возьми! У тебя явно есть память. Индейцы угнали у меня эту лошадь три года назад. Ты и вправду видел меня.

— Будешь иметь память при такой жизни, как моя. Человек должен забывать ненужные лица. — Он слез с седла. — Ты работаешь на Стила, Шорти?

— Шесть лет.

— Ты знал Деса Кинга?

Шорти медленно поднялся.

— О чем ты, Килкенни? Дес приходился Лорду сводным братом, но он был моим другом. Мы вместе воевали.

— Льюис, я бы не хотел устраивать много шума, но у меня есть подозрение, что человек, убивший Деса, прикончил и Картера. И Уилкинса, и еще нескольких в округе.

— Но Кинга убили несколько лет назад! — возразил Шорти. — Задолго до того, как началась эта война.

— Правильно. Я думаю, что кто-то разъезжает по округе для того, чтобы убивать. Это мужчина… мужчина или женщина, которые крайне хладнокровны и подозрительны. Возможно, у него есть какой-то повод, мы этого не знаем, но я считаю, что он делает это потому, что ему просто нравится убивать. Беда в том, что именно он заварил эту кашу, и у него достаточно крепких ребят по обе стороны, которые станут стрелять друг в друга.

— Кто бы это мог быть? Может, ты уже разнюхал что-то и знаешь, почему этот человек выстрелил в Деса, когда тот уже упал и был абсолютно беспомощен? Кто это сделал? Я был там, когда нашли тело Деса. Дес был еще жив и пытался подняться, когда его достали последние выстрелы. — Шорти Льюис задумался. — По оставшимся следам мы поняли, что Дес не мог двигаться уже после первого выстрела, но потом убийца подошел к нему и выстрелил, прямо глядя ему в глаза.

— Еще убили индейца и старателя. Ты знал их? — спросил Килкенни.

— Конечно… Все их знали. Старый Рыжий Хосс был команч. Он оказал какую-то услугу Лорду, и старик держал его при себе… что-то вроде пенсии. Он был добрым стариком, совершенно безобидным, хотя в прежние годы имел славу прекрасного воина. Но однажды мы его нашли на дороге с пулей в спине. Мы не могли понять, кому это было нужно. Та же история повторилась и со старателем… Я уже даже забыл его имя. Его вещи были перевернуты, но ничего не пропало, кроме ножа с костяной рукояткой. У него не было врагов, ничего ценного у него не украли, даже не взяли револьвер, а его лошадь спокойно паслась неподалеку.

— А где их убили? — уточнил Лэнс.

— С этим тоже непонятно. Всех нашли между Яблоневым каньоном и Затерянным ручьем. Всех, кроме одного. Дес был убит на ранчо Лорда неподалеку от Затерянного ручья.

— Слушай, Шорти! А что, если ты попросишь Уэба приехать завтра сюда, чтобы потолковать о мире? А я передам это Лорду и Дэвису.

Шорти принял предложение.

Килкенни направил лошадь по улице в сторону лавки. Старый Джо Фрэйм как раз продавал что-то сыну Дэвиса. Через него Лэнс передал приглашение Морту.

Расти Гейтс бездельничал на террасе перед Дорожным домом.

— Если тебе удастся соединить всех троих в одном месте, это может стать началом долгого пути к миру. Ты хотя бы сделаешь первый шаг.

— Ты прав, — согласился Килкенни, — а после того, как разберемся, кто же совершил все эти убийства, займемся людьми из Яблоневого каньона.

Гейтс одобрительно кивнул. Он аккуратно провел языком по краю бумажки и свернул себе сигарету.

— Возможно, это окажется даже легче, чем кажется. Ты умеешь находить друзей, партнеров. Много местных говорили со мной. Фрэйм, Уинстон, доктор Клайд, Том Холлинз, да и другие. Они собираются показаться на ваших мирных переговорах и сказали мне, что если тебе понадобится собрать людей, то они готовы прийти.

— Это хорошая новость, замечательная новость. Они могут оказать влияние на Лорда и Стила.

— Думаешь, они попытаются сорвать переговоры?

— Вообще-то могут, но я тут пораскинул мозгами, и у меня созрел небольшой план.

Утренний свет заливал пыльную улицу, когда в город въехали люди с ранчо Стила. Впереди ехал сам Уэб, за ним следовали Тана, Джим Уэстон и еще двое всадников. Одним из них был Шорти Льюис.

Расти и Килкенни стояли перед Дорожным домом.

— Она премиленькая, — проговорил Расти, рассматривая Тану. — Свежий цветочек.

— Почему бы тебе не жениться на ней? — спросил Лэнс. — Старому Уэбу нужен зять, знающий толк в коровах, да и Тана хорошая девушка. Немного вздорная, но в крепких руках это небольшой недостаток.

— Жениться на ней? — Расти потряс головой. — Ты, должно быть, выжил из ума. Да она даже не смотрит на парней вроде меня. В любом случае я думаю, ты тоже был бы не прочь посвататься к ней.

— Только не я, — сказал Лэнс. — Дело не в Тане, просто человеку с моей репутацией лучше держаться подальше от женщин. Я не создан для семейной жизни, Расти, хотя порой мне кажется, что мне нужен собственный дом и хорошая женщина. Но рано или поздно я допущу ошибку, и она останется вдовой. Нет, я слишком долго странствовал в одиночестве, и я не хочу разбивать женское сердце. Да и вообще ничье. Я одиночка. — Лэнс помолчал. — Если я и решусь изменить свою жизнь, то это будет не Тана. Мне нравится поддразнивать ее, потому что она привыкла слишком легко относиться к жизни, и к мужчинам в том числе. Я могу связать свою судьбу только с той женщиной, у которой хватит постоянства, чтобы следовать за мной, куда бы я ни отправился, чтобы жить там, где живу я, чтобы пройти вместе со мной через все тяготы. Это была бы не жизнь для женщины. Это одиночество и перемены, постоянные разъезды, бездомность и постоянная опасность получить пулю в спину от какого-нибудь охотника за репутацией или от какого-нибудь брата или друга шулера, передергивавшего карты в игре и оказавшегося слишком неповоротливым.

Уэб Стил спешился и привязал лошадь. Килкенни было приятно смотреть на него. Уэб восседал на лошади как король, и слез с нее с достоинством короля, и вошел в Дорожный дом подобно командиру, чьи права не обсуждаются. Не много встретишь людей, умеющих двигаться с таким достоинством.

Через несколько минут подъехали Чет Лорд и Стив. Затем дверь отворилась, и на пороге возник Морт Дэвис. Он оглядел Лорда и Стила, пересек комнату, подошел к камину и встал спиной к нему, заложив большие пальцы за ремень, готовый к любым неожиданностям.

Килкенни занял место во главе стола.

— Полагаю, нам необходимо внести некий порядок в наше собрание, джентльмены, — спокойно сказал он. — Насколько я слышал, Лорд и Стил спорят, кто должен огораживать Затерянный ручей, а Морт Дэвис в настоящее время является хозяином этого места.

— Он им владеет, — сказал Стил, — но у него нет никаких прав на него.

— Полегче, — с каменным выражением лица произнес Дэвис. — Как ты заполучил свои земли, Стил? Ты просто приехал и поселился. Ну и я тоже. Я лет пятнадцать собирался обосноваться у Затерянного ручья. Я пришел на Запад вместе с отрядом Джека Халлорана.

— Как? — Уэб Стил резко повернулся к нему. — Ты приехал с Халлораном? Мать Таны была сестрой Джека Халлорана!

Дэвис уставился на него в недоумении:

— Ты ничего не путаешь? Вы все из Джексон-Каунти?

— Да! Ты, старый упрямец! Почему ты никогда не говорил мне о том, что ты тот самый Дэвис? Джек частенько рассказывал нам, как ты и он… — Уэб остановился и в крайнем удивлении развел руками.

— Давайте продолжим, Стил, — улыбаясь, сказал Килкенни. — Я всегда знал, что стоит рам поговорить немного, и вы сразу станете друзьями. То же самое с Лордом. Вы все хорошие люди. У каждого из вас прекрасное хозяйство, и вместе вы сможете сделать их еще лучше. Вы, Стил, закупаете много хорошего скота. То же делаешь и ты, Лорд. У Морта на это нет необходимых денег, но зато у него есть Затерянный ручей и несколько голов скота. Я не понимаю, зачем вам огораживать Затерянный ручей. Огораживайте край Живого Дуба, если хотите, но втроем вы сможете прекрасно сработаться. В Яблоневом каньоне кто-то собрал шайку бандитов. И чем скорее мы выбьем их оттуда, тем лучше. Я сам за это возьмусь.

— Нам здесь нужен закон, — провозгласил Стил. — Может, ты станешь нашим шерифом?

— Нет. — Килкенни вгляделся в лица присутствующих. — Позапрошлой ночью ко мне явился Ли Холл и передал мне полномочия, так что я уже работаю на штат Техас. До того, как я покину эти края, мне нужно закончить два дела. Я собираюсь навести порядок в Яблоневом каньоне и найти человека, виновного во всех этих убийствах.

Его взгляд пересекся со взглядом Чета Лорда, и широкое лицо ранчеро посерело.

Внезапно заговорил Стив Лорд:

— Из твоих слов я понял, что между этими убийствами и войной за скот нет никакой связи.

— Может быть, и нет. Это надо будет выяснить. Но я думаю, что человек, убивший Уилкинса и Картера, виновен в смерти и Деса Кинга, и других. Думаю, мы столкнулись с мерзким, бессовестным убийцей. И я намерен найти его. А когда я найду его, — абсолютно спокойным голосом добавил Лэнс, — то собственноручно повешу на самом высоком дубе.