Признаюсь, я представляла, что за мной заедет «Мерседес». Ладно, на худой конец пусть «Ауди». Я стояла у своего подъезда со спортивной сумкой, готовая сделать первый шаг навстречу каждой притормаживающей иномарке.

– Светлана! – услышала я мужской голос совсем рядом. – Я от Поливанова. Попросили забросить вас по дороге.

У моего подъезда стоял пузатенький микроавтобус явно хозяйственного назначения. Но место рядом с водителем было свободно. Что ж! Хорошо еще, не рефрижератор со свежезамороженными цыплятами.

Всякий, впервые прибывающий на место своей службы, похож на Петеньку Гринева из «Капитанской дочки». Он подъезжал к Белгородской крепости и вместо стен с башнями увидел плетень и мельницу. Я думала увидеть приличный коттедж за забором, которые предлагают в объявлениях риэлтерские фирмы тысяч так за двести пятьдесят-триста, с лужайкой, возможно, кортом и гаражом. Простенько и со вкусом.

В тридцати минутах от города микроавтобус свернул с шоссе на изящную асфальтовую дорожку, миновал радующие глаз зеленые насаждения и вылетел на оперативный простор зеленых лугов, сбегавших к небольшому озеру, на которое невозможно было смотреть, не жмурясь от отраженных солнечных лучей.

Над всей равниной возвышался сказочный терем на холме. Терем, в прямом смысле слова. Трехэтажный, нежно-зеленого цвета, с разно-высотными двускатными крышами, мансардами и башенками. Маковки, казалось, сделанные из золота, пылали на солнце, и я не могла рассмотреть, что на них возвышалось. Что-то причудливо-звериное.

По другую сторону холма был то ли лес, то ли сад, то ли и то и другое сразу.

Водитель Миша, привычный к такой роскошной панораме, как ни в чем не бывало пытался развлекать меня анекдотами про новых русских, но я туго соображала, когда надо смеяться. Была, так сказать, под впечатлением.

Поближе показался забор из серого камня, украшенный черной ковкой. Я оценила истинные масштабы территории, только когда мы покатили вдоль него.

Водитель Миша, видимо, поняв причину моей вялой реакции на его юмор, переменил тему:

– Поливанов целое садоводство купил под усадьбу. Даже не торговался. Сколько тебе за участок? Пятнадцать? Получи и проваливай. А видишь флюгера на башнях? Из чистого золота отлиты. Не какого-нибудь дешевого, сусального, а самой высокой пробы…

– Вот оно, дешевое лекарство для льготной категории граждан! – зачем-то почти продекламировала я.

– Ну, ты даешь! – только и сказал Миша, но посмотрел на меня с уважением.

Здравствуйте, золотые унитазы! Что вы есть на свете, я уже знаю почти наверняка. Я даже не удивлюсь, если вы мне вдруг ответите: «Здравствуй, Света Чернова! Хорошо выглядишь сегодня сзади!»

У ворот мы остановились. Они, наверное, входили в первую тройку российских садово-парковых дверей, незначительно пропустив вперед решетку Летнего сада и Золотые ворота, кажется, Владимирского собора. Надо будет посмотреть в энциклопедии. Рядом с воротами была не просто будка охраны, а казарма лейб-гвардии его Фармацевтического Величества. Гордо реял на ветру трехцветный флаг. Охранники, правда, оказались одеты в простые черные комбинезоны с жетонами на груди, а не в мундиры и кирасы.

Меня высадили перед крыльцом терема, а микроавтобус поехал к хозяйственным постройкам в отдалении.

Я запрокинула голову, как старуха-интуристка. На башенках застыли в одном положении золотые флюгеры-обезьяны. На самой высокой маковке встала на дыбы опять же цельно-золотая лошадь. Догадавшись, кому посвящена эта цирковая кобыла, я тут же прикинула, как вместо нее смотрелся бы мой Дракон. Всякая женщина на моем месте позволила бы себе такую нескромную фантазию. Признаю, что Лошадь лепить значительно легче, хотя на такой круп пошло, должно быть, золота… пошло золота…

В приоткрытую боковую дверь на меня смотрело ангелоподобное существо. Глаза-пуговицы и курчавая золотая головка. Вот это настоящее золото! Без всяких проб!

Заметив, что ее обнаружили, золотая головка хотела спрятаться, но передумала. Дверь чуть-чуть еще поползла и пропустила маленькую девочку в синей юбочке и матроске. Она встала на ступеньках, смешно скосолапив ножки, и с интересом посмотрела на меня уже в открытую.

– Здравствуйте, маленькая хозяйка большого дома! – сказала я и сделала глубокий реверанс.

– Здластвуйте, здластвуйте, – услышала я журчание весеннего ручейка, правда, немного картавого.

– Я приехала к вам из дальней страны, – продолжила я свою импровизацию, – где мне угрожали злые гоблины и пугали свирепые орки. Не найдется ли уголка в вашем замке, чтобы приютить несчастную странницу?

– Конечно, найдется! – вскрикнула девочка. – Тебя здесь никто не тлонет. Я поплошу главного охланника дядю Сашу, он им покажет… А кто стлашнее? Гоблины или… эти…

– Орки? Одинаково страшные, – ответила я, хорошо представляя и тех, и других, потому что совсем недавно видела их в офисе финансовой компании. – Да, они почти одинаковые. Сразу и не разберешь. Поэтому они так и опасны.

Девочка вдруг подбежала ко мне, встала на носочки и прошептала:

– А ко мне сегодня должна плиехать злая губилнатка. Она будет следить за мной. Я ее боюсь.

– Хочешь, я спасу тебя от злой гувернантки?

– Как же ты меня спасешь? – совсем как сказочная девочка, запричитала моя собеседница, вдруг переходя на современный деловой язык. – Договол уже подписан. Она уже едет и мечтает, что будет меня наказывать.

– Вот что мы сделаем, – я шепчу ей в самое ушко с мягким пушистым завитком детских волосок. – Я скажу, что гувернантка, которая должна сегодня приехать, – это я. А когда злая гувернантка появится, охрана скажет ей, что уже одна приехала, а двух гувернанток им не надо. Она и уберется восвояси. Договорились?

– Договолились… – зачарованно проговорила девочка.

– А мы с тобой будем дружить, играть, гулять, читать самые интересные книжки. Я научу тебя говорить на сказочных языках, на которых говорили Золушка и Гретхен. Идет?

– Кто идет? – не поняла она.

– Ну, идет… Это значит, подходит тебе мое предложение?

– Подходит, – согласилась она, но зачем-то оглянулась.

– Тогда давай знакомиться. Меня зовут Светлана.

– А меня Диана.

– Очень приятно. Вот и познакомились. Но о нашей с тобой тайне никому не рассказывай, а то мне придется уехать, и приедет эта самая настоящая…

– Губилнатка, – подсказала мне маленькая Диана.

Может, кто-то считает, что обманывать ребенка нехорошо. Но разве это обман? Разве не бежала я от гоблинов и орков? Разве не будем мы играть, читать, говорить на английском и немецком? Дружить? И вполне могла явиться строгая носатая дама из агентства гувернанток, которая третировала и муштровала бы бедную девочку. Так что обман был не так велик, а ключик к маленькой Диане на все время моего пребывания в Поливанов-холле я, кажется, подобрала.