Руди даже не понял, что всё это время был без сознания, что он был на грани смерти, очень долго болел от ожогов ультрафиолета. Дни пролетали цепочкой бесполезных обрывков воспоминаний прошлого вперемежку с настоящим. Жаркое солнце, как новое воспоминание, сменялось темнотой и шумом дождя. Руди бредил, говорил странные слова. Звал кого-то на помощь, иногда грозился в одиночку расправиться с новоявленными врагами. Всегда с однообразной периодичностью он ощущал жар тела, вернее, кожи. Казалось, она теперь стала нежна как кожица ядовитой медузы.

Видения иногда рассеивались, тогда Руди, как в полудреме, через полуприкрытые веки замечал, что находится уже в каком-то темном, замкнутом влажном месте. Бесконечная тряска дороги прекратилась. Постоянный шум воды. Бледным пятном из общего сумрака выделялось подобие окна. В такие моменты Руди вслушивался, внюхивался, пытался понять, что это действительно новая реальность. Органы чувств не подводили. Словно оглушенный, он собирал из мозаики события прошлого. Серьезное лицо Шейда периодически всплывало в его памяти, остальных членов команды не особо хотелось вспоминать. Именно в такой момент проскакивала отчаянная мысль: «Ну, где же его команда?» Потом сознание опять проваливалось в бездну прошлого и какую-то темноту снов.

— Дефи! — однажды вдруг разбудил Руди чей-то голос, такой же рыкающий и скрипучий, однако без ноток угроз. Беспомощный пленник слегка пошевелился, пытаясь определить, что это слово не очередная галлюцинация. За окном этой комнаты что-то шумело. Через светлую прореху Руди заметил потоки воды, падающие откуда-то сверху. Глаза начинали привыкать к этому сумраку. Долгое и мучительное путешествие под солнцем уже закончилось давно, но Руди этого так и не увидел.

— Де-е-фи, — опять прозвучали чьи-то слова, теперь уже с расстановкой и еще более мягко. Руди глянул в левый угол комнаты, заметил там кого-то. Неясный облик неподвижно сидел, бормоча, говорил Руди одно лишь слово. Странное имя или слово что-то означало? Этого пленный не знал. Он попытался сориентироваться, лежа в огромной «миске» во мраке помещения. Вода была уже свежей, поступала откуда-то сверху через тростниковые трубки, стекала к нему в ванную. Над головой — низкий потолок, надежно скрывающий небо.

— Что там? Где я? — едва выдавил Руди, естественно, говоря на своем языке зеленого океана.

— Де-е-фи, — уже почти счастливо произнес кто-то из темноты. Страждущий Руди повернулся на бок, превозмогая боль. Перед глазами в памяти всё еще висела безжизненная желтая пустыня.

— Где я?

Из темноты комнаты вынырнула зеленоватая блестящая морда существа с золотистыми глазами. Руди отпрянул, зажался в угол «тазика», громко хлюпая водой. Существо показало на себя и произнесло несколько раз одно и то же слово: «Крэни».

— Крэни, — Руди осторожно повторил слово, не желая получить от этой громадины с зубами какой-либо вред.

Рыканье означало смех и радость неизвестного, однако Руди отнюдь не обрадовался этому. Зеленый распахнул свою клыкастую пасть, что-то «лепеча» на своем.

— Крэни, — существо показало на себя, потом перевело свою узловатую конечность на Руди и добавило опять затертое слово: — Дефи.

— Дефи, — уже отрешенно ответил пленный, поняв, что отвязаться от настойчивого собеседника не удастся. В зеленоватых сумерках этого помещенья Руди заметил вполне скромную обстановку предметов: рубленые предметы, сосуды с водой и пищей. За окном серебрился непрестанный дождь, мощными потоками воды низвергаясь откуда-то сверху. Зелень, похожая на водоросли его зеленого океана, клубилась и дергалась под порывами ветра. Какой-то фантастический, доселе неизведанный мир распахивался за этими темными стенами сразу за окном.

«Неужели попал к периконам?» — с ужасом Руди начал выуживать из памяти слова Шейда. Как много бы он сейчас отдал, чтобы вернуться назад в прошлое. Он тогда совсем не понимал и не знал этот мир. Теперь же он оказался наедине с неизвестной ему флорой и фауной.

Неизвестно, где он сейчас, насколько далеко от своего дома и городов духов.

Руди опустил свое лицо в воду, заглотнул очередную порцию растворенного в ней воздуха. Мысли потекли яснее в голове. И все было бы ничего, если бы не назойливая Крэни. Зеленый был расположен вполне дружелюбно. Однако расспросы и попытка наладить контакт друг с другом были прерваны…

Неожиданно из темноты возник свет, темнота рассеялась, шум дождя стал сильнее. Тихо скрипнув тростниковой дверью, в комнату начали заходить ОНИ, те, кто поймали его и привели в это странное место. Огромные массивные силуэты конвоиров быстро вписались в общий странный интерьер комнаты. Самый главный, наверное, перикон что-то начал говорить Руди, медленно и с расстановкой отчеканивая каждое слово.

— То Дефи Клац-ац… — Дальше тарабарщина звуков превратилась в полную бессмыслицу. Руди испуганно захлопал глазами, разглядывая бесцеремонных гостей, и, немного придя в себя, начал говорить на своем.

— Я Руди, пришел к вам из зеленого океана. Там мой дом… Я путешественник-исследователь, — продолжал пленник. Желтые глаза перикон вперились в Руди.

Вожак, ни единого слова не понимая, накинулся на Руди, с силой ударил его по лицу так, что ванночка загудела протяжно, вода всколыхнулась, а несчастный пленник отлетел куда-то в угол комнаты.

— Дефи! — испуганно взвизгнула Крэни.

Изо рта медленной струйкой потекла кровь. Боль еще не прошла, как один из периконов набросился на него вновь. Массивной конечностью зеленый схватил его за шиворот, грубо бросил обратно в «тазик» с водой, расплескав ее еще сильнее. Руди не понимал, чего от него хотят добиться. Скорчился от боли.

— Я не понимаю, — выпалил он, больше ничего ответить пленник не мог.

За Руди вступилась Крэни, которая еще пару минут мирно разговаривала с ним. Возбужденно и с напором Крэни начала что-то рассказывать остальным. Множество желтых глаз нацелились на его неожиданного защитника. Руди с досадой закопошился в «тазике». Потребность в воде опять становилась сильнее. Глоток воды, и он опять замер в ожидании конца перепалки Крэни с командой конвоиров. На морде старшего перикона повисло выражение ожидания. Аргументы Крэни кончились, и она замолчала. Неприятная тишина повисла в темной комнате. Потом все так же стремительно стали покидать помещение через распахнутую дверь. Руди увидел опять непрекращающийся дождь на фоне зеленых джунглей. Он шел и не кончался, шумел однообразно и печально.

— Дефи, — печально сказала Крэни. Руди вдруг понял, что уже научился различать интонацию. И это странное зеленое существо в пупырышках с желтыми пронзительными глазами было его единственной возможностью разобраться во всем этом мире, а также убежать из теперешнего темного места пленения.

— Крэни, — ответил Руди, сосредоточившись сейчас на том, как он может реализовать план побега. Зрительный контакт налажен. Эмоции были вложены в этот взгляд максимально вызывающие доверие, перикон пытался понять Руди, а он — Крэни.

Слабость опять охватила тело. Хотелось спать.

— Дефи, инси, — новоявленная защитница Руди протянула ему миску с едой.

— Что это?

— Инси, — ответила Крэни, что в переводе означало «еда».

Перед глазами одиночки промелькнуло прошлое. В зеленом океане было очень много еды. Руди постоянно посещал свои плантации водорослей, видел, как они благополучно пестрят самыми разными серо-буро-малиновыми цветами в тиши под пластами воды. Многолемешные культиваторы с механической неутомимостью копошились на просторах зеленого дна океана, взрыхляя землю и орошая ее направленными вспрысками жидких биоудобрений. На заводах в цистернах цедили планктон, образовывая из них этакую съедобную смесь, которая потом перерабатывалась. Хорошие были времена, от таких мыслей Руди вдруг забыл свое теперешнее положение дел.

— Инси, — лицо Крэни, казалось, еще больше позеленело в темноте, но не от недовольства. По желтым глазам читалось ее желание помочь пленному.

Руди отложил миску с кнелями в сторону и постарался заснуть, глубоко погрузившись в «тазик» с водой. Перикон не стал ему мешать, покорно сел на свое место, сокрывшись опять в сумерках комнаты. Дефи уставился в потолок. Дождь, джунгли, его темное место заточения остались где-то там, на поверхности. Слушая, как желудок пытается переварить столь необычную еду, Руди не заметил, как сон пришел к нему. Темное и однородное месиво начинало вываливаться из реальности.

* * *

Зов предков Лиров зазвучал неожиданно в эту ночь. Раньше Шейд, Сайк, Лиля и многие другие рассказывали Руди о появлении странных снов.

Это редкое явление, которое случается порой раз-два в жизни каждого Лира. Размышление в такие моменты приходит к определенному уровню своего развития. Мысли, словно пугливые анчоусы, начинают разлетаться в стороны, перед тем синим огромным, что медленно наплывало на сознание. Некоторые называли это прозрением того далекого, что они давно забыли. Руди и сам бы не смог это охарактеризовать просто так.

Далекие сны раньше вовсе не были такими, как сейчас. Руди вздрогнул, увидев себя другим в отражении перекрытий из хрусталя. Пращуры выглядели иначе, или, проще говоря, сейчас он выглядел как древний Лир, с изумлением замерший от собственного вида. Гелертерство старого ученого Байка в глазах Руди в этот момент мгновенно перестало быть таковым. Он вспомнил, что тот изучал это бесполезное на первый взгляд дело только для того чтобы доказать, что эти редкие сны, этот зов предков, являются лишь кусочком для общего понимания происхождения Лиров, а также всего того, что происходило кругом.

Зеленый океан пронизан светом. Звуки летят потоками откуда-то издалека. Руди здесь не один. В этом сне он увидел других себе подобных, что приплывали на этот зов предков из густых плотных слоев соленой воды. Лиры резвятся, радуются, как раньше, живут в привычном ритме общей экосистемы. Свет, преломленный в воде, исчезает. Океан темнеет, гофры изумрудных водорослей скрываются, силуэты Лиров пропадают. Становится тихо, лишь эхолокация еще вырисовывает свое незатейливое тондо в голове Руди.

* * *

Опять грязная тесная ванночка. Над головой — серый глиняный потолок комнатушки, по которому в большом количестве побежали трещинки. Руди повернул голову в сторону, заметил, как пара желтых глаз внимательно наблюдает за ним из темноты. Это была Крэни. Вообще можно было только удивляться ее неутомимости в наблюдении за ним. Похоже, ее приставили к нему, чтобы следить, чтобы Руди не смог никуда слинять без ведома агрессивно настроенной команды зеленых конвоиров.

— Что? — потомок Лиров не решился также нелепо молча смотреть на Крэни.

— Доброе утро… — приветливым рыком приветствовала она. Руди похолодел. Кажется, что он только что услышал отчетливое приветствие. Каким образом? Мысли пленника переметнулись к странному сну, его толкованию. Вайк говорил раньше много о таком явлении. Виденье такого сна обычно приводило к тому, что появлялись новые способности. Линкос — скрытная возможность потомков Лиров, чтобы успешно адаптироваться в освоении новых языков, в их быстром изучении. Руди вздрогнул от тихого счастья осознания, что к нему пришло первое прозрение и теперь он стал обладателем способности Линкоса. Его мозг отчетливо и уверенно мог переводить слова Крэни, без особых усилий, хотя перикон говорил неизменно на своем языке.

— Я тебя понимаю, — от этих имитаций звуков зеленомордых Руди просто засмеялся. Это было действительно забавно, но всё остальное вызывало озабоченность. Настоящее и будущее было крайне неясно для Руди.

— Дефи? — Крэни искренне тоже была удивлена новой способностью пленного. — Ты меня понимаешь? Это просто невероятно, — это существо женского пола было явно очень радо тому, что ее подопечный научился говорить.

— Да, это так, — Руди растянулся в смущенной улыбке, насколько позволяло ему анатомическое строение лица. Из трубки дренажа в ванную неожиданно потекла новая порция воды, более чистая и прохладная. Воронка у «тазика» распахнулась, затягивая куда-то застоялую за день воду.

— Надо сообщить об этом остальным, — Крэни действительно хотела это сделать, метнулась к двери, распахнула ее. Непрестанный дождь потоками шел за пределами этого маленького места пленения Руди. Лиру захотелось убежать из этого странного места.

Перикон метнулась на террасу из тростника, но Руди ее остановил.

— Не надо! — просто попросил он ее.

— Почему? — Крэни остановилась в нерешительности. С ней определенно можно было найти общий язык, она легко прислушивалась к словам путешественника.

— Потому что они причиняют мне вред. Узнав, что я разговариваю на вашем местном, они замучают меня до смерти, выпытывая какие-то полезные для себя знания о моем народе. — Аргументы звучали убедительно.

— Дефи, кажется, ты прав… — Крэни задумалась, закрывая за собой ветхую дверь из тростника.

— И я не Дефи, если что… — Пленник без каких-либо эмоций пожал плечами. — Меня зовут Руди. Я пришел сюда издалека. Мой дом в зеленом океане далеко-далеко отсюда. — Руди замолчал, не зная, что еще добавить.

— Ру-уди, — Крэни неумело произнесла имя пленника.

— Помоги мне!.. — добавил через паузу Руди. — Мне нужно убежать отсюда. Мне нужно домой. Это не то место, где я мог бы жить.

Эти слова, казалось, не произвели на его надсмотрщицу должного эффекта. Она опять села в углу комнаты, уставив на него свои желтые немигающие глаза. Руди же, готовый вылезти из своей ванночки, забрался теперь в нее опять поглубже, ожидая решения Крэни.

Дверь резко распахнулась кем-то снаружи. Вздрогнули оба. В проеме хибары Руди заметил опять того вчерашнего грозного громадного перикона. Панаша украшала его голову. Зеленоватое сильное тело было обнажено, лишь скромная повязка прикрывала поясницу. Хвост как атавизм прошлого уже потерял прежние характеристики и приобрел больше декоративное значение.

— Крэни, мне нужно получить от этого чужеземца информацию, — грубым ревом он нарушил тишину комнаты.

— Он еще болеет, и я начала изучать способ контакта общения с ним, — ответ прозвучал слишком неуверенно.

Зеленый посмотрел на Руди так, что тому стало по-настоящему страшно. Желтые глаза сверлили, источали злость и внушали страх.

— Откуда ты? Спрашиваю тебя последний раз, пленный Дефи. Скольких ты еще привел с собой в наши земли? Где живет твой народ? — Вопросы сыпались градом, Руди зажался в угол ванной. Слово «Клац-ац» означало пленный. Смысл вчерашних обращений к нему стал ясен.

— Он не разговаривает еще, — Крэни попыталась опять заступиться за пленника, соврала без стыда.

— Нужно, чтобы он начал разговаривать. Его сородичи убили более десятка наших воинов. У них громовые палки. И я убью его, — пальцем вожак указал на Руди, — если от него не будет проку, если он не скажет про остальных, куда они двигаются и что потеряли они в городе духов.

Крэни попыталась что-то сказать, но тут же замолчала, потому что перикон со страусиными перьями на голове покинул маленькую темницу. Руди облегченно вздохнул. На этот раз обошлось без побоев со стороны вожака.

— Тебе действительно нужно бежать, — Крэни была сейчас в состоянии аффекта.

Руди взвешивал ее слова. Физическое состояние его восстановилось. Он был готов к такому поступку. Мысль только натыкалась на одну «маленькую» проблему — он не знал этот мир вовсе, а дом был очень далеко. Однако у него была цель, карта и подготовка, которой обучали его, когда он должен был начать изучать этот мир.

— Мне нужно мое снаряжение, респиратор и оружие, — коротко констатировал Руди, пытаясь хоть что-то разглядеть там, за щелями закрытой двери.

— Это сложно, но я попробую. Не хочу, чтобы тебя убили. — Наивность слов этого перикона поражала Руди всё больше и больше. Похоже, что Крэни была довольно молода и не настроена негативно, как другие, она сопереживала ему, и это нужно было использовать для осуществления побега, тянуть больше нельзя…

* * *

Ночь пришла незаметно. Крэни была уже готова к решительным действиям, потому только ждала окончательного сна города дождя, и когда окончательно стемнело, отправилась за амуницией пленника. Для Руди же сейчас наступил период мучительного ожидания. Он хотел, чтобы их план удался. Какое-то время он смотрел в темную пустоту распахнутой двери, не пытаясь даже выбраться из ванны с водой. Снаружи шумел все тот же дождь, металлический и звонкий. Крэни рассказала ему, что это был ненастоящий дождь. Мощная система дренажных сооружений опоясывала город, привлекая сюда откуда-то с вершин воды рек. Здесь, в пойменных некогда местах реки, царило теперь настоящее болото. Джунгли почтительно расступались перед местообитанием периконов. Всё это огромное количество воды, сбрасываемое откуда-то сверху из множества трубок с вершин северных скал, превращалось в широкую реку, убегающую петлисто на юг.

Мириады существ метались сейчас по этим непроходимым джунглям. Темнота царила в небе и в лесах, здесь же, в городе тлели жалкие лоскутки пламени, получающие подпитку для огня из нефтяных лампадок. Периметр города был окружен таким бледным светом. Крэни говорила Руди, что там каждую ночь на постах сидят часовые, которые следят за безопасностью города. Грубоватые высокие балясы отмечали границы строений, за которыми обозначались влажные леса, напоенные влагой местного города.

В таком созерцании Руди просидел более полутора часов, вдруг, неожиданно поняв, что их план провалился. Крэни так и не вернулась. Пленник заерзал в своем сосуде с водой, после чего принял решение выбираться из этого места самостоятельно. Путь, какой нарисовал себе Руди, был лишь один — по реке вниз. В воде он мог легко оторваться от своих преследователей, даже совершенно не оснащенный своим оборудованием. Другое дело, как долго он мог бы выжить там, в ревущих разноголосыми звуками джунглях…

Руди неуверенно зашлепал к проему хибары. Тростниковая дверь протяжно скрипела. Пассат дул даже ночью, дыхание ветра пробежалось по верхушкам деревьев, ворвалось в темную комнату. Пленник прошел дальше, вышел на террасу его темницы. Охраны не было. Вожак и прочие периконы, очевидно, недооценили его, так что даже не удосужились приставить к нему пост помимо Крэни. Либо на нее возлагались очень большие надежды, которые она так и не оправдала.

В темноте раздался чей-то окрик. Руди прижался к стенке, нырнул обратно в хибару. Замер. Дыхание стало прерывистым, ему явно нужно было в ближайшее время оказаться опять в воде. Кислорода не хватало. Снаружи — тишина. Факелы часовых неизменно тлели на своих местах, потому пленник ощутил опять реальность своей свободы. Он оставался всё еще никем не замеченный. За спуском по лестнице из хибары можно было попасть на улицы этого города, обнесенного бревенчатым частоколом. Водоем звенел от дождя, соединяя два внутренних водоема, как улицы. Периконы ходили на своих двух ногах всё еще неуверенно, их зеленая толстая кожа была адаптирована для большого количества влаги, потому воды в городе было намерено очень много. Затопленное, с возвышающимися местами строениями из тростника, достижение местной цивилизации стояло сейчас в ночи пустым.

Руди подумал о том внезапном нападении на них в пустыне и удивился тому, как далеко периконы забрались, чтобы поймать его. Безжизненные золотистые пески и жаркое солнце были явно некомфортны и для них.

— Нашла, — сердце Руди вздрогнуло от неожиданности, когда из темноты вынырнул силуэт Крэни. В своих массивных лапах она держала всё необходимое. Руди с облегчением вздохнул, начал быстро натягивать на себя респиратор. На поясе опять висел лазерный пистолет, а в руках была автоматика — лучшая разработка на данный момент военных конструкторов Лиров. Рюкзак привычно оттягивал спину назад.

— Я с тобой… — Крэни вдруг заговорила о том, о чем они еще не говорили.

— Ты со мной? Зачем? — Руди не особо был этому рад.

В темноте глаза Крэни выглядели еще более желтыми. Она оттащила его в сторону от хибары, в которой Руди провел неизвестно сколько. Хлюпая по мшистой, насквозь пропитанной водой земле, они спрятались под навесом.

— Из периметра города не вырваться. Однако можно это легко исправить, если закрыть клинкеты, что снабжают город водой. Это даст нам время улизнуть незаметно… — план Крэни звучал дерзко, и ее такой поступок дискредитировал бы ее в глазах сородичей…

— Из-за меня ты хочешь потерять свой дом? — Руди слегка ухмыльнулся, усомнившись в какой-то момент в искренности ее поступков и слов.

— Да, да, — Крэни действительно была такой жертвенной, готовой пуститься с каким-то непонятным Дефи из океана в путешествие, чтобы только уберечь его от смерти.

— Я просто поражен тобой, — в глазах пленника засветилась надежда, — тогда говори, где что надо перекрыть, чтобы вырваться из города. Руди не терпелось скорее убраться отсюда, пока его разговор с Крэни не заметил какой-нибудь шатающийся в ночи горожанин.

Крэни повела его за собой куда-то в зыбкую темноту, там, где начинались скалы. Руди не включал свой нашлемный фонарь, шел доверчиво за своей спасительницей вслепую. Дальше начались каменные ступени, уходящие куда-то наверх. Руди насчитал более трехсот ступенек. Впереди распахивала свое мрачное жерло пещера, от которой несло гнилью и сыростью. Крэни шагнула вперед, потащила его быстрее за собой, когда они заслышали чьи-то шаги во мраке. Было неуютно. В душе было страшно и волнующе. В такой момент беглец опять думал о том, как хорошо он жил раньше. Мимолетные картинки его океана проносились мимо него ностальгическим эпосом того, что он потерял, возможно, навсегда.

— Уже почти пришли, — голос Крэни перешел на шепот, Руди ощущал ее скользкую шероховатую кожу. — Будем ждать.

Часовой выбивал в темноте ритмичные звуки шагов, держа в левой руке факел. Там, дальше, в глубине пещера превращалась в настоящий лабиринт полузатопленных тоннелей. Мутная вода поблескивала от света огня, борющегося с сыростью, в руках сторожевого. Руди и Крэни зажались в каком-то тупиковом отсеке, грубо выдолбленном строителями в белеющей породе камней. Цивилизационное развитие расы периконов оставляло желать лучшего. С удовольствием отметил Руди про себя, что этот город и эти существа еще только-только начали свое развитие, не представляя пока серьезную помеху подводным детям Лира.

Массивный силуэт зеленого скрылся за поворотом лабиринта, Крэни отважно метнулась дальше, рассекая темноту. Руди последовал за ней, ощутил внезапно, как оказался в каком-то полузатопленном проходе. Однако это не останавливало Крэни. Они проплыли метров двадцать под водой, наткнувшись на огромные клапаны-рычаги. Исток всех вод города был сосредоточен именно здесь. Напарница Руди торжествующе глянула на него своими желтыми глазищами. Со скрипом они затворили клинкеты, проходы для воды.

Думать было некогда. Крэни шустро метнулась обратно по туннелю, сворачивая куда-то в сторону. Руди едва поспевал за ней. Услышал, как что-то внутри скалы тревожно зашумело, словно какой-то древний вулкан проснулся ото сна. Город дождей стал вдруг по-настоящему тихим, это стало слышно даже здесь, в глубине подземных коммуникаций. Воды, падающей с неба, больше не было.

— Вперед же, — торопила Крэни, нырнула в едва заметный каменный проход. Он последовал за ней. Прошла еще пара минут, и Руди вырвался из мутной воды. Спертый воздух и мрак. Дальше — пустое отверстие, бледный светлился оттуда. Крэни побежала вперед, неожиданно натолкнувшись на чью-то массивную фигуру. Это был еще один охранник, что сторожил верхние туннели скал.

— Крэни? Что ты тут делаешь? И почему в город перестала поступать вода? — крепкий в теле перикон замер, всматриваясь в беглянку. Руди успел вовремя спрятаться за очередное каменное перекрытие сталагмита. Мрак не дал ему оказаться замеченным.

Крэни испуганно глянула на стражника, тот приблизился к ней вплотную, освещая ее факелом с ног до головы. Сообщница побега Руди вся затряслась от страха, лоскуты ее одежды выглядели грязными и мокрыми после диверсии в грязных туннелях.

— Ты не ответила на вопрос, Крэни. — Голос охранника сел, он обошел кругом, затем двинулся по коридору дальше, откуда Руди с Крэни выбрались.

— Я просто… Просто… — Крэни позеленела и запнулась.

— Просто она со мной уходит из вашего города, — Руди вынырнул из мрака и своего убежища, начал подходить к стражу, нацелив на него свое автоматическое оружие.

— Какого черта, — перикон затрепетал, попытался достать из-за пазухи свой костемет.

Крэни не позволила Руди убить охранника, сама оглушила его со спины. Стражник со стоном повалился на каменный пол. Глаза двух беглецов на какой-то момент встретились. В них читалось молчаливое согласие и безысходность.

Скала начинала разрываться от страшных звуков. Воды, накопленные внутри, не получая выхода наружу, начинали разрушать запоры. Водяная станция и водоснабжение были нарушены в одночасье. Ревущие звуки воды захлестывали туннели, ища выхода от искусственной блокировки.

— Ситуацию с водой разрешат? — вдруг позаботился о периконах Руди.

— Да. Такое было уже раньше. Правда, чинить придется еще дней пять, а то и больше, — Крэни повлекла за собой Руди дальше.

Пещера расширялась, выводила беглецов в темные джунгли.

— Ты точно готова бежать со мной? — Руди остановил Крэни. — Назад пути может и не быть.

— Назад пути уже и нет, — вздохнула она, указывая взглядом на вырубленного стражника.

Звенящие разными голосами неизвестной жизни джунгли ожидали Руди и его спутницу впереди. И теперь он был не один. Звездное небо было единственным светлым пятном. Город дождей, погруженный в хаос, остался позади. Аларм из-за Руди вспомнится им наверняка в будущем. Но однажды они заново отстроят свою цивилизацию на протяжении всего тальвега, где простирается власть периконов…