Давным-давно, когда я начал читать Новый Завет, я не мог понять некоторых моментов. По большому счету, Иуде не надо было предавать Христа. Власти прекрасно знали, где он, ведь вокруг Христа постоянно собирались больные и страждущие. Предательство было странным и символическим. Похоже, что главным в этой истории был не сам факт предательства, а то, что стояло за ним. Несомненно, здесь содержалась какая-то зашифрованная информация. Но разгадать этот код я не мог.

Другой вопрос, который меня мучил. Иуда был казначеем и главным «менеджером» в маленькой общине Иисуса Христа. Он ведь мог просто уйти с ящиком для пожертвований. Если главным для него были деньги, почему он этого не сделал?

Одно понятно: Иуда совершенно не видел сокровенного смысла в том, что делал Христос. Он не увидел Божественного, которое раскрылось в этом чело веке. А ведь Христос говорил: «Богу — Божие, кесарю — кесарево». Христос периодически называл себя то сыном человеческим, то сыном Божьим.

Многие высказывания Христа непонятны только по той причине, что он исходил не из одной логики. Например, совершенно немыслимая и непонятная ситуация. Христос говорит ученикам о том, что трижды нужно пытаться воспитать того, кто согрешил против ближнего своего: сначала наедине, затем — в присутствии посторонних, а потом уже — перед собранием верующих: Если же человек упорствует и не хочет меняться, тогда можно применить к нему жесткое наказание. Вероятно, таких имел в виду Христос, произнося слова: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями...»

Но буквально сразу же ученики спрашивают его, сколько раз можно прощать, и Христос говорит совсем иначе.

Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи, но до седмижды семидесяти раз. (Мф 18:21-22)

Получается, что Христос утверждает совершенно противоположные принципы, но никого из учеников это не удивляет. Странно.

Однако есть еще и третий вариант, и звучит он

следующим образом:

Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если семь раз в депь согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: каюсь, — прости ему. (Лк 17:3—4)

Итак, прощать нужно три раза. Но можно и семь раз. Можно и почти пятьсот. На первый взгляд, все это просто лишено смысла. Сознание впадает в ступор, привычная логика разрушается. Но, вероятно, какая-то логика здесь все-таки присутствует, раз об этом повествуется в Евангелиях. В чем же дело?

Для начала, вспомним Индию, Веды. В Священных Писаниях индуизма говорится о том, что касты необходимы. Благодаря существованию каст сохраняются порядок и стабильность в обществе. Эти взгляды полностью отрицают возможность человека, и даже его потомков, измениться. Муравей должен быть муравьем, стрекоза должна быть стрекозой.

Проходят сотни лет, и в иудаизме излагается новая концепция. Через любовь к Богу и выполнение заповедей можно преодолеть кастовые барьеры. Раб , может стать свободным, язычник может стать евреем. Это был колоссальный рывок в развитии человечества. Иудаизм свидетельствует о том, что возможности людей меняться многократно возросли. По сути дела, появился новый человек. Через веру можно изменить национальность, общественное положение, свою судьбу.

Но не характер. Если человек нарушает заповеди, совершает преступления, о его перевоспитании речи быть не может. «Око за око, зуб за зуб». Человека нельзя убивать за мелкие прегрешения. Наказание должно быть справедливым, оно не должно превышать масштабов преступления.

Тенденция воспитания человека в иудаизме все-таки существует. Например, вор должен заплатить за украденную овцу в четыре раза больше, чем ее стоимость. Есть обязанность жениться на изнасилованной девушке без права развода. Наряду с жестким наказанием присутствовали и воспитательные меры, однако, по сути дела, это являлось именно наказанием, остановкой греха и преступления, но не перевоспитанием преступника.

Христианство вышло на совершенно новый уровень человеческих отношений. Если понимаешь, что ты Божественен по природе, что ты есть любовь, тогда это чувство может существовать в душе непрерывно. Открываются совершенно новые возможности для трансформации человеческого. Поэтому христианство направлено на изменение человека, и наказание остается как крайняя мера. Оно вступает в силу только тогда, когда человек не хочет меняться.

Таким образом, утверждения Христа, внешне совершенно противоречивые, на самом деле, являются четкими и логичными. Прощать три раза можно того, кто не может или не хочет меняться. Семь раз можно прощать того, кто хочет, но у него сначала не получается.

Внутренне, с точки зрения Божественной логики, каждый человек Божественен и неизбежно придет к Богу. А значит, человек обязательно будет меняться. Поэтому он не подлежит осуждению. На тонком плане наказание выглядит как презрение и осуждение других.

Итак, трехкратное прощение - это человеческий уровень. Полное, непрерывное прощение — это Божественный уровень. Возможность семь раз прощать, если человек кается и пытается измениться, — это переходное звено, соединяющее человеческий уровень и Божественный.

Если понять, что человек живет одновременно и по Божественной, и по людской логике, тогда возникает новое отношение к каждому человеку: непрерывная любовь в душе и одновременно мягкость или жесткость, в зависимости от внешних обстоятельств. Именно такое отношение позволяет воспитывать себя и других и дает максимальные возможности для изменения. А значит, и для преодоления греха.

Ученики Христа до встречи с ним, несмотря на то, что они молились и соблюдали заповеди, жили на уровне человеческой логики. Бог для них был — где-то там, далеко. А прямо перед собой они видели еду, жилище, ремесло, сети, рыбу, хлеб, на который приходилось зарабатывать каждый день. Три года они провели бок о бок с Христом, забыв о человеческой логике, об основных человеческих инстинктах. По сути дела, с ними происходило то же самое, что с еврейским народом на протяжении столетий.

В египетском плену народ Израиля испытывал унижение инстинкта самосохранения. Ущемление в правах, тяжелый, непосильный труд, ощущение своей второсортности — все это помогало преодолеть зависимость от человеческого инстинкта и приблизиться к Богу. Но этого оказалось мало. Сорок лет Моисей водил людей по пустыне. Возникает вопрос: зачем? Почему столько времени нужно было оставаться практически без еды, без крова? А как вынашивать и рожать детей, как растить их?

Инстинкт продолжения рода — это, в первую очередь, еда и секс. Два поколения должны были родиться и вырасти в пустыне на фоне унижения двух главных человеческих инстинктов. Но это было не просто унижение, не только потеря. Моисей постоянно говорил о вере в Бога, о любви к Нему и надежде на Него. Таким образом, формировалась непрерывная вера в Бога, которая приводила к чудесным явлениям и неоднократно спасала жизнь народу Израиля.

Для того чтобы душа очистилась и обрела любовь и видение Бога, инстинкты должны отойти в сторону. Только после египетского плена и многолетних скитаний по пустыне еврейский народ вошел в то состояние, в котором мог воспринять Десять заповедей. Подобное притягивает подобное. Для того чтобы прикоснуться к Божественному, нужно уподобиться ему. А для этого оно должно стать целью и смыслом жизни. В противном случае прикосновение к Божественному приведет к смерти.

Итак, еврейский народ получил Десять заповедей и после этого сотни лет жил, познавая Бога, развивая свои души и преумножая свое потомство. А затем наступило время, когда нужно было получить новую порцию Божественной энергии, — без нее вера угасала и даже привычного соблюдения всех заповедей было недостаточно для спасения души.

Мать Иисуса Христа в период его зачатия испытала унижение двух основных инстинктов. Выходить замуж, будучи беременной, - это всеобщее поношение, презрение как к блудливой женщине и смерть через побивание камнями. Любая на ее месте вытравила бы ребенка, боясь позора и смерти. Но Божественная любовь и знаки, пришедшие свыше, помогли Марии преодолеть притяжение человеческого. Она не знала, примет ли ее Иосиф. Если бы не знаки свыше, он не стал бы укрывать грех и становиться соучастником преступления. Итак, через любовь верная, неизбежная смерть превратилась в жизнь.

Бог иногда проверяет нас, на одну чашу весов ставя любовь, а на другую — нашу жизнь с ее инстинктами и наслаждениями. Две тысячи лет назад народ Израиля забыл о любви, забыл о сострадании, единении и жертвенности. Государство было обречено. Последний шанс был дан через Иисуса Христа.

Три года он водил за собой учеников. Они лишились крова, они оставили своих жен и детей или надежды на создание семьи, воспитание детей, сексуальные удовольствия — и пошли за Христом. Три года — непрерывное унижение двух человеческих инстинктов, постоянная демонстрация Божественной логики и чудеса, которые естественны при соприкосновении с Божественной энергией. И несмотря на все это, только один ученик смог увидеть Божественную логику и ощутить Божественное в Христе. Тогда возникает вопрос: почему же Симон, названный Петром, трижды предал Христа, отрекся от него? И почему остальные ученики разбежались?

Перед нами три модели поведения, три логики. Первая логика, чисто человеческая, принадлежала Иуде. Он не только не понимал Христа, но категорически не воспринимал то, что Христос говорил.

Вторая логика принадлежала апостолам. Это попытка соединить человеческое и Божественное. В критической ситуации сразу же победили инстинкты, и «все ученики, оставив Его, бежали».

И третья логика принадлежала Петру. Он единственный, кто пошел за своим Учителем. Инстинкты побеждали в его душе любовь и заставляли отрекаться, но он продолжал идти за Божественной логикой и преодолевал их. По сути дела, здесь не трехкратное предательство, а трехкратная попытка преодолеть основные инстинкты. Но Божественная логика была еще слаба. С первого раза не получилось. Получилось потом.

Почему же после предательства один стал столпом христианства, а другой повесился? Потому что один увидел Божественную логику, а другой — не смог.

Я долго пытался разобраться, что же закрыло Иуде возможность понимать и принимать слова Христа. А однажды, просматривая в очередной раз текст Библии, вдруг осознал: воровство. Человек, который обворовывает ближнего, закрывает для себя Божественную логику. Он может выполнять остальные заповеди, но душа его уже связана. Если нарушаешь хоть одну из девяти заповедей, невозможно выполнять первую.

Вспоминаю фразу Христа: «...Если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное».Иными словами, человек, не обуздавший свои инстинкты, не способен ощутить Божественную любовь. Царствие Божие для него недоступно.

Апостол Петр почти победил свои инстинкты. Остальные ученики, внешне соблюдая заповеди, душой еще продолжали следовать за инстинктами. А Иуда инстинкт самосохранения, обогащения, превосходства над другими поставил на первое место, тем самым лишив себя шансов познать Божественную логику и изменить свой характер. Поэтому прикосновение к Божественной энергии стало для него смертельным. Он был обречен. Не будь самоубийства, он бы все равно не выжил.

Точно так. же обречен был и Израиль. Восстание, которое вспыхнуло 40 лет спустя, привело к гибели страны, но спасло еврейский народ от вырождения и исчезновения. Опять были заглушены два основных инстинкта. В рассеянном, униженном народе Израиля снова стала пробуждаться вера.

Невольно мои мысли обращаются к России. Похоже, в истории все повторяется. Как только искренняя вера в Бога и устремление к Нему подменяется ритуалом, формальным исполнением заповедей, любовь из души уходит и начинается поклонение инстинктам. Поклонение инстинкту самосохранения приводит к смерти. Поклонение инстинкту продолжения рода ведет к бесплодию, падению жизненной энергии, болезням и вырождению потомства.

Религия разрушается тогда, когда она утрачивает любовь и нравственность. Две тысячи лет человечество мучает вопрос: «За что убили Христа?» А ответ невероятно прост: за то, что он отстаивал любовь и нравственность и обвинял священников в их утрате. Иоанн Креститель обвинял в безнравственности светскую власть. Иисус Христос обвинял в безнравственности власть духовную.

Единобожие не может существовать без любви и нравственности. А в России последние столетия пытались совместить веру, ритуалы — с беззаконием и неравенством. С одной стороны, провозглашалась любовь к ближнему, а с другой стороны, существовало рабство в виде крепостного права, полное бесправие народа перед власть имущими. Но законы природы сильнее людей. Если исчезают единение, нравственность и любовь, религии не выжить.

Библия показывает нам два пути. Если идти на смерть ради веры, любви и нравственности, то возникает возможность выжить чудесным образом через любовь к Богу. Второй же путь — имитировать веру, строго соблюдая ритуалы, и при этом потихонечку приворовывать и угождать своим инстинктам.

Две тысячи лет назад в Израиле духовная и светская власть забыли о любви и нравственности, поэтому Христос говорил: «Царствие Божие внутрь вас есть». Он видел, что те, кто раньше поддерживали веру, теперь стали ее истреблять.

В России сейчас похожая ситуация. Торговцы, политики, шоу-бизнес, медицина, средства массовой информации — все призывают поклоняться инстинктам, пытаясь убедить народ, что именно в этом цель и смысл жизни.

Религия в России отделена от государства, но не от нравственности. Представители всех религий должны проповедоватьпротив воровства и сексуальной пропаганды в России. Но они не уделяют этому достаточного внимания. А зачем тогда нужна религия, если она не защищает любовь и нравственность?

Без религии же общество нежизнеспособно. Поклонение инстинктам превращает человека в животное. Нынешняя цивилизация упорно хочет повторить опыт Содома и Гоморры... Ну а пока солнце еще светит.