Я лежу утром в постели, и мне не хочется вставать. Ощущение, что лицо опухло и тело деревянное. Может быть, это старость? Хотя нет. Иногда я просыпаюсь с ощущением полета и собственной невесомости. В принципе очень просто определить, правильно ты себя ведешь или нет. Если к миру относишься неправильно и ведешь себя неправильно, то ощущение, что тебя придавливает к земле. Тяжесть и в душе, и в теле. Притяжение земли воздействует не только на тело, но и на душу. И наоборот: правильно относишься к миру — возникает ощущение полета в душе и тело становится легким, и зависимость от земного притяжения понемногу исчезает.

Интересно, почему? Мое сознание еще полностью не включилось после сна, но оно сейчас и не нужно. Мы ведь на самом деле думаем чувствами, а не мыслями. Мысли только помогают передать информацию. Но все-таки, почему же при правильном поведении возникает ощущение полета? Почему Серафим Соровский во время молитвы взлетал над землей? Наверное, потому, что земное тяготение связано со временем и наши чувства связаны со временем и состоят из времени. И посредником между этим миром и творцом является время, как и посредником между человеческим «я» и Божественным тоже является время. И чем сильнее мы зависим от наших чувств, тем больше мы зависим от нашего духа и от нашего тела. Зависимость от чувств рождает зависимость от времени. И тогда земное притяжение делает нас рабами. И насколько мы концентрируемся на Божественной любви, настолько человеческая логика приближается к Божественной. И мы начинаем правильно относиться к миру и правильно себя вести. И сначала душа преодолевает земное притяжение, а потом и тело.

В чем же я опять не прав? Откуда ощущение полной разбитости? Скорее всего я опять подошел к очередному порогу, когда философия силового, волевого воздействия должна опять исчезнуть. Я помню, как мучительно мне было в первый раз отказываться от силового воздействия от накачки энергии руками. Только поиск причин заболевания и молитва. Причем суть молитвы не в выпрашивании здоровья, а в собственном изменении, через обращение к Богу. И изменения должны касаться мировоззрения, характера и поведения человека. Но тогда считалось, что характер невозможно изменить. Эта задача казалась нереальной. И я считал, что мои попытки лечить обречены. Я был уверен, что самые значительные изменения связаны только с силовыми воздействиями. Я решил: «Будь что будет, на все воля Божья. Постепенно уйдут все пациенты, и я смогу забыть об этом и заняться другим делом».

Но получилось наоборот. Оказалось, что любовь может сделать гораздо больше, чем любая сила. Чтобы выйти на более тонкие слои, которые определяют здоровье и судьбу, нужно было отказаться от силы. Один шаг на тонком плане равен тысячам шагов на внешнем, силовом плане. Раньше я думал, что чем ближе к Богу, тем ближе к раю. На самом деле, за каждую ошибку, при приближении к Бoгу бьют все сильнее. Чтобы не делать ошибок, нужно кон центрироваться на своей беззащитности, а не на своей силе.

В последнее время я заметил странную особенность. Мне все тяжелее стали даваться приемы. Кажется, я ведь только объяснял, в чем причина проблем у человека. Причем максимально подробно, чтобы было понятно. А энергия куда-то стремительно утекала. Судя по всему, моя добросовестность начинала переходить в мою глупость. Причем появлялись любопытные симптомы, показывающие мои увлечения словесными аспектами лечения. У меня периодически неправильно сжимались челюсти, и я болью прикусывал язык. Даже ночью, во сне, я периодически стучал зубами и до крови прикусывал язык. Этот процесс постепенно нарастал. И несмотря на то, что я практически перестал принимать людей, ситуация немного замедлилась и только. Ничего не объяснять пациенту было бы неправильно, с моей точки зрения. А концентрация на мыслях, на сознании во время приема становилась для меня все более опасной.

Ситуация казалась безвыходной. Но именно такая тупиковость и заставляла выходить на новые уровни. Наши мысли связаны с предметным материальным миром. Во время приемов ускорение процессов происходит быстрее в тысячи раз, и правильных, и неправильных. Я говорю о Божественном, а сам постоянно думаю, анализирую, объясняю. И говоря о Боге, я тяну людей к сознанию. И долго это продолжаться не могло.

Любовь к Богу рождает любовь к этому миру и всю гамму наших чувств. Чувства рождают мысли. Мысли должны опять спрессоваться в чувства, а затем превратиться в Божественную любовь. Поэтому говорить на приеме я должен все меньше. Для этого мне нужно максимальное обобщение всей последней информации. И на каком-то этапе обобщения мысль начнет превращаться в чувство. И тогда ничего не надо будет объяснять. Вот человеческое, а вот Божественное. Оставь на время человеческое и уходи в Божественное. Ощути свое Божественное и носи его всегда в себе, не забывая о человеческом. Значит, мне больше нужно заниматься собственными исследованиями и написанием книги, чем приемом пациентов. Сама ситуация подталкивает меня вперед к дальнейшему познанию.

Зазвенел телефонный звонок.

Я встаю с кровати и иду к телефону. Звонит знакомый из Москвы. — Ты знаешь, ты был прав, — весело говорит он, — к тосту нужно относиться очень серьезно. — К какому тосту? — плохо соображаю я. — К обыкновенному. Я говорю, ты правильно делал, что серьезно относился к тостам. Все, что ты говоришь, входит в вино и воздействует даже на хромосомы. — Какие хромосомы? — протираю я глаза. — С чего ты взял? Э, да я вижу ты еще спишь, — говорит он. — Просто информация для тебя интересная, вот я и позвонил. Я тебе позвоню попозже, — говорит он. — Не надо, — зеваю я, — рассказывай сейчас. — Я проводил эксперименты вместе с учеными из института генетики. Так вот, они в шоке. Говорят, что теперь нужно полностью менять все представления о мире.

Я молчу, пытаясь сообразить. Потом говорю: — Давай по порядку. — Хорошо, — говорит он. — Ты знаешь, что несколько лет назад я разработал препарат. Исходного вещества в нем 10-12. Но воздействует он очень мощно.

Первое: он препятствует делению деформированных клеток, способствуя размножению здоровых.

Второе: способствует восстановлению хромосом, пораженных радиоактивным излучением, и при этом не оказывает токсического воздействия на клетку.

Третье: он тормозит деление раковых клеток.

Четвертое: усиливает проницаемость клеточных мембран. В клетке ускоряются все химические процессы, и это приводит к ее омоложению.

Это то, что касается препарата. Теперь об информационной медицине. В настоящее время в медицине все шире используется компьютерная диагностика, в основе которой лежит метод Фоля. С помощью специальных датчиков, накладываемых на поверхность тела, можно снять информацию о характере биополя человека, записать ее в памяти компьютера и, сравнив с определенными стандартными значениями, оценить состояние здоровья человека. Возможен и обратный процесс, когда с помощью системы датчиков человеку корректируют его биополе. Таким же образом можно получить информацию о полевой структуре лекарственных препаратов, а затем перенести ее на подходящий носитель, например воду, водку или гомеопатическую крупку. Такой продукт называется энергоинформационной копией лекарства, и по эффективности действия он не только не уступает, но нередко и превосходит оригинал. В США и Западной 'Европе информационные копии с каждым годом приобретают все большую популярность (в США их объем продаж за последний год увеличился более чем в 3 раза). Перспективность копий очевидна: кроме сравнительно небольших затрат на изготовление есть и другие преимущества. При изготовлении копий можно переносить не всю информацию о лекарстве, а только о тех его составляющих, которые необходимы для данного организма и избежать составляющих, вызывающих побочные эффекты. Суть диагностики Фоля в том, что она использует акопунктурные точки. В основе китайской классической акопунктуры лежат представления о приоритете энергетических структур над физическими. Пространственно-временная структура определяет физическую. Но возможно и обратное воздействие. Ну а теперь о главном.

Кладешь на одну чашку весов препарат, а на другую шарики, которые нужно будет принимать пациенту. Пациент глотает информационную копию, а воздействие такое же. Причем компьютер берет информацию с исходного лекарства и хранит ее в своей памяти. Скоро фармацевтическая промышленность будет выпускать одну таблетку. А затем ее информационную копию рассылать через Интернет по всему миру. Нажал кнопку компьютера, получил исходное лекарство, запил стаканом воды и пошел дальше.

Что говорят по этому поводу современные медики. Объяснить этот эффект они не могут. Поэтому придерживаются следующей точки зрения: все это самовнушение, эффект плацебо. Но если человек сам себя убеждает, что это лекарство, то на отдельные клетки или культуру клеточных тканей такой препарат воздействовать не сможет. А когда информационную копию моего препарата, вышедшую из компьютера, стали использовать вместо самого препарата, то никакой разницы не наблюдалось. Препарат воздействует на хромосомы клетки. Голая информация также воздействует на клеточные хромосомы, т. е. обыкновенная информация может воздействовать на генотип сильнее радиационного и химического воздействия. Так ты как раз об этом и писал в своих книгах. — Т. е. наше желание формирует наш генотип, — говорю я. — Согласен, — отвечает мой собеседник. Эта информация, — продолжаю я, — должна по мочь многим ученым-генетикам, которые эволюцию связывают только с естественным отбором. Теория естественного отбора бессильна объяснить многие феномены в животном и растительном мире. Многие процессы протекают в тысячи раз быстрее, чем это возможно при механическом случайном отборе. Значит, ценностные установки человека влияют не только на его здоровье и судьбу, а также его детей.

Полевой генотип связан с физическим. Значит, мы есть то, к чему мы стремимся. — Ну и, когда мы стоим с бокалом и говорим тост, это тоже влияет на наш генотип, — говорит мой собеседник.

Понял, — говорю я, — к тостам будем относиться осмотрительней.