Би Джей

Сегодня утром я наблюдаю за ее галочками на нашем календаре, который содержит священную информацию: 60 дней. Она разворачивается ко мне все светящаяся и полная надежд. Я отправляюсь на работу, звоню ей несколько раз. Все хорошо, но когда в семь часов вечера, я возвращаюсь домой, она лежит в постели.

Я спешу к ней.

— Что случилось?

— Ничего страшного. Всего лишь почувствовала боль.

— Где болит?

— Это нормально. Даже Лили испытывала такие приступы. Не волнуйся, с ребенком все в порядке, — успокаивает она.

Она путает мою слепую ярость со страхом.

— Не беспокойся, дорогой. Вероятно, будет еще много таких дней.

— Что бл*ть с тобой не так? — реву я. — Как ты можешь такое делать с собой?

Опешив от моего гнева, она пытается начать по новой мне объяснять свою безумную позицию.

— Дорогой мой, — говорит она. — Со мной все в порядке. Правда. Я всего лишь прилегла, чтобы облегчить нагрузку на матку.

— Конечно. Очевидно, что ты не желаешь отправиться в больницу и выслушать настоящее мнение врача.

Она смущается.

— Нет, не хочу.

— Отлично, — бросаю я и в полном отчаянии убираюсь из дома. Я слышу, как она окликает меня, но какой смысл? Она просто будет взрывать мне мозг своим бредом.

Я сажусь в машину, запускаю двигатель и не разбирая пути еду. В конце концов, я очухиваюсь у одного из клубов Доминика. Парковщик прыгает в мою машину и по рации сообщает сотрудникам на ресепшен о моем прибытии, меня встречают с широкими улыбками, и, конечно, для меня вход свободный. Симпатичная девушка приподнимает занавес и вводит в VIP-зону. Метрдеотель подходит ко мне с широченной улыбкой.

— Мы давно вас не видели, — говорит она тихо. — У нас есть очень хорошая девушка блондинка, которая может присоединиться к вам. Анастасия, русская, с красивым телом.

Я киваю, и она ведет меня к диванам. Сейчас еще рано и почти никого нет. Танцует с длинными темными волосами девушка на сцене, чем-то напоминающая мне Лейлу. Я быстро отворачиваюсь.

Я сижу на диване, приходит официантка.

— Все, как обычно? — спрашивает она.

— Нет. Принеси мне бутылку рома.

— Конечно.

Блондинка, очевидно Анастасия, дефелирует ко мне. У нее своеобразная красота, ее можно описать, как стильная девушка кролика Роджера. Она останавливается напротив моего столика, встав в позу, чтобы показать во всей красе свое тело.

— Привет, большой парень, — говорит она с придыханием.

— Привет.

— Желаете танец?

— Конечно, — отвечаю я и кладу двадцать фунтов на стол, подтолкнув к ней.

Она улыбается и засовывает их под подвязку, начинает танцевать. Поначалу держится на расстоянии, но потом приближается все ближе и ближе, пока ее грудь, волосы, дыхание, как бы случайно не касаются меня. Она точно отрабатывает свои пять минут.

— Не хочешь купить мне выпить?

— Почему бы нет? — я делаю сигнал официантке.

— Бокал шампанского, — говорит она и поворачивается ко мне.

— Итак, у тебя есть свой клуб?

Я киваю.

— Если мне потребуется работа, я могу прийти к тебе?

— Нет. Я не занимаюсь этой частью бизнеса.

— Конечно. Ты слишком занят.

Я понимаю, что у меня нет настроения разговаривать, поэтому прохожусь взглядом по ее телу. Она воспринимает это как приглашение.

— Не хочешь пройти в VIP-комнату?

— Да, — отвечаю я.

Мы идем в VIP-комнату, подруга кролика Роджера и я, но внутри у меня все мертвое.

Лейла

Мне снится, что я истекаю кровью, кровь просто хлещет из меня. Я стараюсь остановить ее прижав руку, но она начинает просачиваться сквозь пальцы. Чувствую, как мое тело становится все светлее и легче, и я парю над ним. Я смотрю на себя вниз, на свой труп. Мне хочется протянуть руку и прикоснуться к нему. Во сне я думаю; «Это так я буду выглядеть, когда умру», затем резко просыпаюсь. Смотрю на часы. Почти полночь, Би Джея нет дома. Я звоню ему, но телефон не отвечает. Я оставляю сообщение и звоню его менеджеру, он не видел его этой ночью. Я обзваниваю все места, где он может быть еще. Нет никто его не видел, тогда я звоню Джеку.

— Я тебе не помешала? — тихо спрашиваю я.

— Нет. Что случилось? — с беспокойством спрашивает Джек, в фоновом режиме я слышу звуки музыки.

— Я не могу найти Би Джея. Он не у тебя?

Я слышу облегчение в его голосе.

— Нет, его здесь нет.

— Я беспокоюсь о нем. Мы… мы поспорили, и он уехал.

Воцаряется минута молчания. Затем Джек отвечает спокойно и по-деловому.

— Я так понимаю, ты уже обзвонила все его рестораны и клубы?

— Да, — отвечаю я, держа телефон обеими руками.

— Мне кажется, я знаю, где он. Не волнуйся. Все будет хорошо. Я напишу тебе чуть позже. Отдыхай, хорошо?

Джек Иден

Я отключаюсь и смотрю на телефон.

— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Лили.

Я поворачиваюсь на ее такой любимый голос. Господи, я не представляю, что должен чувствовать Би Джей. Если бы это случилось с Лили, я бы… я подхожу к ней и целую.

— Лейла звонила, она волнуется за Би Джея, но я знаю, где его можно найти. Не могу сказать, сколько это займет времени, так что не жди меня.

— Я тебя все равно дождусь.

Я улыбаюсь.

— Одень что-нибудь особенное.

— Не сомневайся.

— Ладно, я пошел.

— Поцелуй его за меня, — говорит Лили.

— Он тебе всегда нравился, не так ли?

— Да, я никогда не забуду, что он спас тебе жизнь.

Я молчу, но тут же появляются воспоминания.

Дороги фактически свободны и у меня уходит меньше часа, чтобы доехать до побережья, раньше здесь находилась пещера с контрабандой. Я знаю, что много лет назад Би Джей ходил туда. Однажды я наткнулся на него, когда мы еще были врагами, но он был очень пьян, поэтому предложил мне выпить. Мы распили бутылку, но он был таким пьяным, что мне кажется у него даже не осталось никаких воспоминаний о той ночи. Даже если они у него и есть, он никогда не говорил об этом.

Как только я сворачиваю с трассы на грунтовую дорогу, вижу его машину. Я останавливаюсь и пишу смс-ку Лейле.

Нашел его. Все хорошо. Проверю, как он доберется до дома.

Моя бедная сестра должно быть сидела рядом с телефоном, словно ястреб, потому что мгновенно приходит ответ:

Спасибо от всего сердца. XXXX

Я достаю фонарь из бардачка автомобиля и отправляюсь ко входу в пещеру. Здесь темно и сухо, ботинки проваливаются в мягкий песок. Через некоторое время, мягкий песок сменяется галькой, и я слышу звук капающей воды. Через несколько метров я оказываюсь перед водой, которая затопила когда-то пещеру. Снимаю ботинки, носки, закручиваю штаны, и пробираюсь через воду.

Как только я выхожу на гальку, одеваю носки и ботинки и иду еще десять минут по извилистому туннелю, который выходит на крутой обрыв к морю, где и сидит Би Джей. Он такой огромный в темноте, что похож на глыбу. Рядом с ним стоит светящаяся лампа. Я выключаю свой фонарик. Глаза останавливаются на блестящем, от лунного света, море, которое похоже на черную маслянистую массу, отражающую небо и звезды.

Я вижу, что он босиком. Должно быть, даже не захотел нести свои ботинки. Я сажусь на край рядом с ним, свесив ноги. Он держит в руках бутылку рома.

— Лейла беспокоится о тебе, — говорю я.

Он передает мне бутылку, я делаю глоток и возвращаю ему. Он делает большой глоток и зажимает бутылку между ног.

— Забавно, не так ли? Было время, когда я так желал, хотя бы на мгновение побыть с ней. Теперь, я, бл*дь, осуществил свое желание, так что мне грех жаловаться.

Я беру бутылку рома и делаю огромный глоток.

Он поворачивается ко мне.

— Если продолжишь в том же духе, то не сможешь отвезти меня к ней. Ты же ради этого и приехал, не так ли?

— Точно, она позвонила и попросила тебя найти.

— А то, что Лейла хочет, Лейла всегда получает, — с горечью говорит он.

Я хмурюсь.

— Поначалу я тоже хотел, чтобы она прервала беременность, но сейчас я понимаю, что она сделала выбор. И это ее право. Я не могу заставить ее. Она хочет сделать все правильно, чем потом сможет гордиться. Я даже не осознавал, что моя маленькая сестра может быть такой героиней.

Он делает еще один глоток и смотрит на меня замутненными глазами.

— Да, знаю. Я хочу поддержать нашу маленькую героиню и все такое, но не могу. Видишь ли, я всю жизнь хотел только ее. Я даже не могу вспомнить, чтобы я чего-то хотел так сильно. Всю свою жизнь, я ждал ее. А теперь она хочет, чтобы я дал ей свое согласие, чтобы она рисковала своей жизнью ради ребенка, который имеет высокую вероятность самопроизвольного выкидыша. Как, черт возьми, я могу согласиться на это?

— А что будет, если ты не поддержишь ее и… кое-что случится?

Он издает звук, рык перемешанный с глубокой болью.

— Кое-что? Понятно, что.

Я молчу, потому что тут невозможно ничего сказать.

— Задам тебе вопрос. А если бы на ее месте была Лили?

Я хватаю бутылку и начинаю производить глотки с такой скоростью, что закашливаюсь. Би Джей хлопает меня по спине.

— Ну, это явно не ответ на вопрос.

Я поднимаю на него глаза.

— Сначала я бы подумал, вытащить этого ребенка чуть ли не собственными руками из нее, чем позволить Лили убить себя. Но ребенок — это чудо, Би Джей. И если бы Лили захотела его выносить, несмотря на то, что это бы меня убивало, я бы поддержал ее. Я сделал бы все, что требовалось, чтобы она получила от меня самую лучшую поддержку, на какую я вообще способен. Я бы имел бы лучших в мире врачей на подхвате за несколько недель до начала родов, чтобы они смогли вытащить этого ребенка из нее.

— Ах да, страдания неизбежны. Муки совести по усмотрению. Улыбаться и молча страдать, да?

— Вы должны разделить твое дерьмо вместе, мужик. Ты необходим Лейле сейчас, как никогда раньше.

— Никогда в жизни я не мог предположить, что окажусь в такой ситуации. Я чувствую себя мамонтом, умирающим от сотен копий, воткнутых в мою плоть.

— Пошли. Давай возвращаться.

Он встает покачиваясь, прежде чем прислониться к стене пещеры, затем поворачивается, чтобы войти в пещеру.

— Би Джей, — зову я.

Он поворачивается ко мне лицом, выглядя ошарашенным и пьяным. Сейчас он совершенно не похож на великого бойца, я еще ни разу не сталкивался с ним таким. Тогда я думал, что он может спокойно прожить и без Лейлы. Я был неправ насчет него — он искренне любит мою сестру.

— Прости, что заставил тебя пройти обряд обручения, — говорю я.

— Я совершил его не ради тебя.

Он поднимает лампу и заходит в темный проход. Вздохнув, я следую за ним.