Едва очнувшись, Филипп почувствовал ужасную боль в голове. Он не хотел открывать глаза из-за опасения, что от света станет еще хуже. Но словно внутренний голос приказал ему действовать. Филипп перекатился на живот, потом чуть приподнялся. Но ему никак не удавалось удержать голову прямо – все перед глазами расплывалось, а в желудке чувствовалась нестерпимая резь. Но по крайней мере он был жив.

Вскоре память стала возвращаться к нему, и одно из воспоминаний заставило его мгновенно забыть о боли. Осмотревшись, он позвал:

– Анна…

Ответа не последовало.

Внезапно он услышал за спиной какой-то шорох и резко вскочил на ноги. В этот момент мимо него проходил какой-то человек. Незнакомец споткнулся от неожиданности, и его меч вонзился острием в дощатый пол. Филипп тут же ударил незнакомца коленом, и тот повалился на кровать. Собрав остатки сил, Филипп схватил меч и, направив его на противника, процедил:

– Где леди Розамонд?

Глаза незнакомца округлились. Он схватил висевший на поясе кинжал и с бешеной энергией бросился на Филиппа. Защищаясь, Филипп отбил кинжал и случайно задел шею незнакомца. Тот на мгновение замер, потом схватился за рану, и меж его пальцев полилась кровь. Прошло еще несколько секунд, и он, повалившись на пол, замер, не подавая признаков жизни.

Выругавшись сквозь зубы, Филипп схватился за стол, стараясь удержаться на ногах.

– Боже, Анна… – пробормотал он.

Собравшись с силами, Филипп вышел в коридор и открыл ближайшую дверь. В этой комнате лежали рыцари Лиги. Лежали, издавая стоны и держась за животы.

– Уолтер!.. – Филипп склонился над рыцарем. Сэр Уолтер снова застонал и поднялся на локте.

– Графини здесь нет, – сообщил Филипп.

Уолтер посмотрел на него так, словно не узнавал. Потом его лицо приобрело обычное непроницаемое выражение, и он, поднявшись на ноги, пробормотал:

– Мы были отравлены.

Филипп поморщился от боли в голове.

– Ты говоришь то, что и так понятно. Эти люди хотели завершить свое дело, но я очень вовремя очнулся. Мне пришлось убить этого человека, хотя, наверное, было бы полезнее сначала его допросить. К сожалению, леди Розамонд исчезла.

– Ты искал ее? Она не могла отправиться за помощью?

Филипп ненадолго задумался.

– Похоже, я предупреждал ее перед тем, как потерять сознание. Я постараюсь узнать, видел ли ее хозяин гостиницы.

Они быстро привели себя в порядок, потом отправились опрашивать постояльцев гостиницы. Оказалось, что только конюх видел Анну – ее сопровождали куда-то несколько мужчин. Когда все четверо собрались в комнате, Филипп проговорил:

– Похоже на то, что с Анной обошлись не так, как с нами.

– Но ведь она ела то же самое, что и мы… – пробормотал Джозеф.

– Она не пила эль, – заметил Филипп. – Вот что скорее всего было отравлено. И ей не причинили никакого вреда. – Он был благодарен судьбе хотя бы за это. – По моему мнению, это сделал Брамфилд.

– Мы не можем знать наверняка, – сказал Уолтер. – Но кому могло понадобиться схватить Анну, если только этот человек не узнал, что она не настоящая леди Розамонд?

– Кавалер Маргарет, – процедил сквозь зубы Филипп. – Он следовал за нами всю дорогу, но он не видел Анну вблизи до самого Брамфилд-Холла.

– Тогда напрашивается вывод: настоящая леди Розамонд в опасности. Более того: возможно, даже король в опасности, если Брамфилд и его приспешники вдруг встревожились.

Филипп тяжело вздохнул:

– Полагаю, что Анна сейчас в наибольшей опасности.

– Не думаю, – возразил Уолтер. – Они хотят узнать от нее правду. И пока не узнают, ей ничего не угрожает. А это значит, что у нас есть единственный выбор.

Филипп направился к двери:

– Мы спасем ее.

– Нет, мы направимся в Лондон.

Филиппу казалось, что он ослышался. Обернувшись, он увидел, что Джозеф с Дэвидом смотрят на него с искренним сочувствием. Однако на лице сэра Уолтера была написана решимость.

– Что ты сказал? – спросил наконец Филипп.

– Уверен, что Анна – в наименьшей опасности.

– Но они куда-то увели ее! Почему ты не можешь отправить в Лондон только одного человека? Он мог бы и предупредить о случившемся!

– Но они хотят схватить леди Розамонд. Нам нужно сделать все возможное, чтобы ее рассказ дошел до короля Генриха. А для этого у меня должно быть как можно больше людей. Если мы не выполним свою миссию, в Англии начнется война между дворянами, поддерживающими короля, и сторонниками заговорщиков. Мы не можем допустить этого. Возможно, Брамфилд уже послал кого-нибудь, чтобы воспрепятствовать леди Розамонд и не позволить ей добраться до Лондона.

– Но, Уолтер, я не…

– Послушай меня, Филипп, – перебил сэр Уолтер. – Если хочешь вступить в Лигу, ты должен научиться дисциплине и выполнять приказы, даже если тебе они не нравятся.

А если захочешь действовать на свой страх и риск, то тебя скорее всего просто убьют. Пойми, мы не можем рисковать. Именно в Лондоне настоящая леди Розамонд должна дать против Брамфилда показания. И мы еще должны помнить о двух других неизвестных нам заговорщиках.

– Не могу поверить, что ты так легко относишься к судьбе женщины, рисковавшей жизнью ради твоего дела, – заявил Филипп. – Она хотела вступить в Лигу, а ты ее бросаешь.

Лицо Уолтера словно исказилось от боли.

– Она понимала опасность нашей миссии. Но ты говоришь, она хотела вступить в Лигу? Что за мысль пришла ей в голову?

– Анна прекрасно играет роли разных женщин. Она надеялась, что в Лиге сможет быть этим полезна.

– Филипп, это невозможно, – Уолтер покачал головой. – Слишком многие видели ее в роли леди Розамонд. Ее попытка изобразить кого-то еще вряд ли будет удачной. А других талантов, которые отличали бы Анну от прочих женщин, у нее нет.

Филипп попытался представить, что будет чувствовать Анна, когда узнает, что ее надежды не сбудутся. Именно он расскажет ей об этом, чтобы тут же утешить. Но это он сможет сделать лишь после того, как ее спасет.

– Всю свою жизнь я подчинялся приказам, – заявил Филипп. – Но на сей раз поступлю по-своему. Я не поеду с вами.

– Ты не можешь так поступить, – возразил Дэвид. – Ты ведь хотел вступить в Лигу, не так ли?

– Я уже понял, что это было ошибкой, и вы сейчас только подтвердили правильность моего решения. Сначала вы скрыли весть об убийстве, – проговорил Филипп, поворачиваясь к Уолтеру. – А теперь вы бросаете Анну из-за того, что от нее нет больше пользы.

– Мы не бросаем ее. Завершив свою миссию, мы ее освободим.

– Но вы можете опоздать! Она сейчас одна в руках заговорщиков. Я не могу оставить ее в такой опасности. И не волнуйтесь, я не намерен рассказывать то, что знаю о вашей миссии. Я буду играть роль верного рыцаря, спасающего свою госпожу.

Не обращая внимания на уговоры Дэвида, Филипп вернулся в комнату, где какое-то время находился с Анной, и осмотрел ее вещи. Сердце его сжималось при мысли о том, что она сейчас переживала. Но он твердо решил ее спасти, а для этого следовало немедленно направиться в Брамфилд.

Внезапно дверь за его спиной отворилась. Филипп резко развернулся, чтобы принять бой, но это был всего лишь Дэвид.

– Ты, конечно, пришел не для того, чтобы присоединиться ко мне, – с горечью проговорил Филипп.

Дэвид отрицательно покачал головой, даже не взглянув на мертвеца на полу.

– Хотя я должен подчиняться приказам, я тебя понимаю, Филипп, и хочу кое-что тебе передать.

Он вложил в его руку монету, и поначалу Филипп решил, что это просто фунт стерлингов, не более того. Но потом он сообразил, что держит в руке не просто деньги.

– Не трать ее, – тихо сказал Дэвид. – Это твоя возможность связаться с Лигой в Лондоне. Ты должен направиться в лавку галантерейных товаров у северной оконечности Лондонского моста. Покажи там эту монету и тогда сможешь оставить свое сообщение. Мы получим его.

Филипп опустил монету в кошель на поясе.

– Благодарю. – Он показал на труп. – Пусть Уолтер о нем позаботится.

Дэвид едва заметно поморщился.

– Хорошо, позаботимся. Желаю удачи.

Филипп был слишком взволнован, чтобы пожелать того же в ответ, и только молча кивнул. Когда дверь за Дэвидом закрылась, он невольно вздохнул. Такую задачу, которую он сейчас на себя взвалил, ему еще никогда не приходилось выполнять в одиночку – всегда хоть кто-нибудь помогал.

Но следовало поторопиться. Анна сейчас могла надеяться только на него.

Филипп оставил хозяину гостиницы изрядную сумму, чтобы тот припрятал вещи Анны и чтобы тщательно очистил комнаты.

Темница в Брамфилд-Холле была сырой и холодной даже летом. Но по крайней мере Анна хотя бы знала, что находится именно в Брамфилд-Холле. Хотя ей завязали глаза еще при выезде из Уолтем-Эбби, она определила, куда попала, по времени пути. Да и куда еще лорд мог ее привезти? Только здесь у него имелось подземелье, из которого не могло быть слышно ее криков. Она пыталась позвать кого-либо на помощь, но никто не откликнулся. И ни Филипп, ни рыцари Лиги не могли бы вызволить ее отсюда. Она так и не смогла заснуть всю ночь; она даже не могла сказать, когда настало утро. И не знала, придет ли к ней в темницу кто-либо вообще.

Но Анна решила, что не должна позволять себе об этом думать или уступать отчаянию. Свернувшись на вырубленном в скале каменном ложе, она старалась не обращать внимания на влагу, пропитавшую ее юбки. Хорошо, что ей хотя бы оставили факел, хотя он и располагался высоко на стене, где она не могла до него дотянуться. К каменным стенам были прикованы цепи. Неужели эти цепи будут использованы против нее?

Внезапно Анна услышала, как по лестнице кто-то спускается, и тотчас вскочила на ноги. В замке повернулся ключ, дверь широко распахнулась, и она оказалась лицом к лицу с незнакомцем, который ее похитил. Незнакомец, как и при их встрече в гостинице, ухмыльнулся, и это не предвещало ничего хорошего.

Анна с ненавистью посмотрела на своего похитителя:

– Где мои люди? Что вы сейчас собираетесь делать?

Он проигнорировал ее первый вопрос.

– Поговорить с вами, конечно. Раньше я не имел такого удовольствия. Мне поручили следить за леди Розамонд, и я делал это очень долго, пока, к своему изумлению, не обнаружил подмену.

– Тогда вы, должно быть, Стивен, «кавалер» Маргарет. Никакой подмены не было. Я леди Розамонд. Когда король узнает, что вы сделали с дамой его двора…

– Вы не имеете никакого отношения ко двору, – возразил Стивен. – Я видел настоящую леди Розамонд в Йорке, на турнире в Дареме, и она – не вы. Теперь мне надо у вас узнать, где находится настоящая леди Розамонд.

Отпираться дальше было бессмысленно.

– Я не могу помочь вам. Я ничего не знаю о местопребывании леди Розамонд. И если вы были в Дареме, то почему не сделали свое дело еще тогда?

Стивен сокрушенно покачал головой:

– Конечно, это наш промах, поскольку тогда все было бы гораздо проще. Но мы не знали, кого надо искать. Мой господин видел подслушивающую нас женщину лишь со спины. Если бы он знал, кто она, то объяснил бы ей, что мы всего лишь обсуждали, что может случиться, если бы кто-то замыслил заговор против короля. Мы бы объяснили ему, как этого не допустить.

Анна промолчала. Стивен и его «господин» могут пытаться ее обмануть, но все равно успеха не добьются.

– Это вы убили леди Стаплхилл? – спросила она неожиданно.

Стивен приложил руку к груди.

– Боже правый, конечно, нет! Как я объяснил вам, мне поручили леди Розамонд.

– А другие получили задание заняться другими дамами? – спросила Анна. – Возможно, леди Стаплхилл являлась той, кого вы искали, и сейчас ее смерть должна покончить с вашими тревогами.

– Это было бы замечательно для леди Розамонд, но, как это ни печально, та смерть оказалась случайной.

– Вы хотите сказать, что она была «случайно» убита, точно также, как на нас «случайно» напали на дороге?

Стивен пожал плечами:

– Поскольку меня там не было, чего-либо сказать об этом я не могу. И потому снова прошу вас сообщить, где находится леди Розамонд.

Он сделал шаг вперед.

Анна судорожно сглотнула и скрестила на груди руки, чтобы унять дрожь.

– Почему вы думаете, что они сказали это мне? Я выполняла свое задание.

– Я тоже так думаю, но мой господин другого мнения. Внезапно в коридоре раздался какой-то шум, и Стивен, нахмурившись, обернулся.

– Прошу прощения, госпожа. Я скоро вернусь.

Он далее не стал запирать за собой дверь, поскольку она никуда не могла убежать. Анна со вздохом прошлась вдоль двери. Пленница была почти уверена: если она окажется для этих людей бесполезной, то они ее убьют, чтобы молчала. Она должна была выиграть время, делая вид, что знает, где находится леди Розамонд. Им придется потратить несколько дней, чтобы съездить в Лондон и проверить ее слова. К тому времени Филипп, без сомнения, ее освободит. Стивен уверял ее, что оставит Филиппа в живых, и теперь, в ее отчаянном положении, ей оставалось надеяться только на это.

Дверь снова распахнулась, и Анна в напряжении замерла.

– Госпожа, вам очень повезло, – сказал Стивен.

Анна невольно перепросила:

– Повезло?..

– Совершенно верно. Мне больше не нужно знать, где находится леди Розамонд. Мой господин уже все узнал.

Анна в изумлении смотрела на своего тюремщика. «Как Брамфилд мог это узнать?» – спрашивала она себя.

– Тогда нет нужды держать меня здесь. – Анна старалась, чтобы ее голос не дрожал.

Стивен в очередной раз ухмыльнулся:

– Мне очень неприятно это говорить, но мы пока что не можем вас отпустить. Вы можете оказаться полезной. Обещаю, что у вас будет еда и вода.

– Подождите! – крикнула Анна, подбегая к двери. Но Стивен уже захлопнул дверь, и она тотчас же услышала, как в замке поворачивается ключ.

Что, если он о ней забудет? Ведь тогда она гак и умрет здесь, не признавшись Филиппу, что любит его, не узнав, можно ли им как-нибудь… устроить общее будущее.

Но нет, она не умрет. Если она надеется на будущее, она должна приложить все силы, чтобы это будущее осуществилось.

Анна принялась ощупывать стену в поисках большого камня, которым она могла бы нанести удар, или слабого камня в стене, который можно было бы расшатать, чтобы попасть в другую камеру. Она занималась поисками около часа, порвав свое изысканное платье и сломав несколько ногтей, но успеха не добилась.

Внезапно она снова услышала шаги.

Анна бросилась к двери, чтобы стать сбоку от нее. Возможно, тюремщик пройдет в камеру, и тогда она сможет проскользнуть мимо него.

Прижавшись к стене, Анна сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Когда ключ повернулся, она затаила дыхание. Но дверь отворилась лишь чуть-чуть.

– Вы здесь, миледи? – послышался шепот, и Анна тотчас узнала этот голос.

– Маргарет? – прошептала она.

Дверь открылась пошире, и в камеру проскользнула Маргарет. Однако за ней последовал какой-то мужчина, и Анна снова прижалась к стене – но только на мгновение. Перед ней был Филипп. Он улыбнулся ей, а она крепко обняла его; казалось, от него исходили сила и тепло.

Внезапно Маргарет всхлипнула, и Анна, повернувшись к ней, обняла и ее.

– Огромное тебе спасибо, Маргарет!

– Как вы можете меня благодарить, миледи? – прошептала служанка. – Ведь именно из-за меня вы оказались здесь.

– Но ты же ничего не знала… – возразила Анна. – Зато теперь ты спасла меня! А если считаешь, что должна для меня что-то сделать, то ты уже сделала это.

– Мы должны торопиться, – сказал Филипп, выглядывая в коридор. – Я справился со стражником наверху лестницы, но он жив.

– И служанка на кухне знает, что мы здесь, – добавила Маргарет. – Она должна была принести вам поднос с едой, но она очень боится «привидений» в темнице, поэтому разрешила мне принести этот поднос.

– Как ты пробрался в замок, Филипп? – спросила Анна. – Я уверена, что все здесь ожидали, что меня попытаются освободить.

– Мне пришлось спрятаться в повозке с сеном. До сих пор колет все тело. Потом мне удалось найти на кухне Маргарет. А теперь мы должны поспешить! – Он протянул ей сверток. – Маргарет нашла тебе наряд служанки, чтобы ты не привлекала к себе внимания. Надевай быстрее.

Маргарет помогла Анне расшнуровать испорченное платье и надеть другое, серое, невзрачное. Филипп же тем временем наблюдал за коридором. Когда Анна уже была готова выйти, Маргарет схватила ее за руку:

– Миледи, я не пойду с вами.

– Маргарет, ты не можешь здесь остаться.

– Но если я исчезну, то Стивен поймет, что вы бежали и что я вам помогла. Я ускользну, когда это будет безопасно.

Анна крепко сжала руку служанки.

– Мы вернемся за тобой, обещаю.

– Уходите, миледи. – Маргарет сунула в ее руки объемистый сверток. – Здесь плащи для вас обоих. Отправляйтесь со слугами, которые уезжают в Уэр за покупками. И пусть Бог пошлет вам удачу!