paleontology, n.

палеонтология, сущ.

Ты никак не можешь поверить, что самый длинный роман в моей жизни продолжался всего пять месяцев.

— Всего-то? — переспрашиваешь ты таким тоном, словно опасаешься, что я умалчиваю, например, о свадьбе и нескольких годах семейной жизни.

А я… Ну не могу же я взять и сказать: «Просто мне не попадался человек, с которым мне было бы интересно дольше». Как-никак у нас с тобой всего лишь второе свидание, и мое внутреннее жюри присяжных все еще разбирает твое дело.

Я сижу и слушаю тебя. Ты ведешь раскопки: вытаскиваешь из залежей памяти своих бывших партнеров и приятелей и раскладываешь передо мной их полуистлевшие кости. Я осторожно копаюсь в них, верчу в руках, иногда пытаюсь сложить в подобие скелета… Мне это интересно хотя бы потому, что я хочу выяснить, не похожи ли эти вымершие динозавры на меня, пусть даже отдаленно.

panoply, n.

множество, сущ.

Согласно совместно разработанному плану, книжные полки у нас в квартире строго поделены: эти — мои, а те — твои. На твоих действительно в основном стоят книги, по большей части — собранные еще в студенческие годы. Мои же завалены всякой ерундой. Тут тебе и коллекция сувенирных наперстков — дань детскому увлечению, и безымянные компакт-диски, оставшиеся сиротами после бесследного исчезновения футляров, и кружки с эмблемами разных колледжей — подарки давно забытых приятелей. Стоят на моих полках и несколько банок из-под варений и джемов, под завязку набитые монетами в четверть доллара. У нас в подвале, конечно, есть прачечная, где машины работают, если в них опустить четвертак, но на столько монет можно перестирать все, что у нас с тобой есть в этой квартире, да еще и останутся лишние.

Ты вроде бы не возражаешь против этих завалов. Впрочем, в один прекрасный день ты все же проговариваешься:

— Если наши полки поставить на качели, твои перевесят. А мои так и будут болтаться в воздухе, пока ты не уберешь часть своих.

Я все никак не пойму: ты меня осуждаешь или просто себя жалеешь? Но в любом случае мне нечем тебе возразить.

peregrinations, n.

странствия, сущ.

Мне еще не доводилось учить человека путешествовать. С тобой приходится начинать все с азов. Я таскаю тебя за собой повсюду: вот мы едем в аэропорт, вот летим в Монреаль, потом в Сиэтл, в Сан-Франциско, еще куда-то… Твои родители никогда не брали тебя с собой, никуда не возили — ни пока жили вместе, ни когда разошлись. Наверное, именно из-за этого исследовательский дух в тебе так толком и не развился. По крайней мере, мне так кажется. постепенно мне все же удалось привить тебе вкус к путешествиям, интерес к новым местам. Но следует признать, что, судя по всему, главным преимуществом любого путешествия для тебя по-прежнему остается возможность вздремнуть посреди дня.

perfunctory, adj.

невнимательный, прил.

Ну хорошо, подпишу я часть твоих рождественских открыток. Вот эти. А остальные — не буду.

persevere, v.

упорствовать, гл.

Первые несколько недель после того, как все выяснилось, мне казалось, что мы с этим не справимся. Мы столько сил и времени потратили на то, чтобы обрести уверенность друг в друге. Теперь ее нет. Мы снова ни в чем не уверены. Я не понимаю, как теперь держаться с тобой: не знаю, прикасаться ли к тебе, ложиться ли с тобой в одну постель, заниматься ли с тобой любовью.

Наконец я не выдерживаю и говорю:

— Все. Покончим с этим.

Ты начинаешь плакать, и я спешу уточнить:

— Да нет же, я имею в виду, что покончено с этим… ну, с тем, что произошло. Кончился тот, старый этап отношений. Давай переходить к новому: будем выстраивать все заново.

placid, adj.

безмятежный, прил.

Иногда мне нравится просто лежать рядом с тобой — глазеть в потолок, ни о чем не думать, не шевелиться.

posterity, n.

потомство, сущ.

Я стараюсь не задумываться о том, как мы будем стареть вместе. В основном я об этом не думаю просто потому, что мне вообще не хочется думать о старости. Годы — ушедшие, проведенные с тобой, — нет, для меня это непостижимо. Но вот как-то утром я сдаюсь и задумываюсь об этом всерьез: ты спишь, я смотрю на тебя и пытаюсь представить, как ты стареешь, стареешь, стареешь… Твои волосы постепенно седеют, кожа сохнет и покрывается морщинами, дыхание становится прерывистым и хриплым. И вдруг меня осеняет: ведь если все это продолжится, если мы действительно будем вместе и дальше, то, когда я умру, твои воспоминания обо мне станут моим самым большим достижением. Мой образ переживет меня — в твоей памяти.

punctuate, v.

акцентировать, гл.

Реплика воображаемого интервьюера:

— Ну а теперь, когда все уже сказано и сделано, скажите, чему вы здесь научились?

Ответ:

— Секрет долгих и счастливых отношений — не в подборе слов, а в правильно расставленных акцентах, в знаках препинания. Если ты влюблен, то вовремя использованный восклицательный знак может стать гранью, отделяющей блаженство от катастрофы, а уместное употребление многоточий поможет избежать лишнего, не менее многозначительного восклицания.