Кэролайн проснулась в опустевшем доме – ни взрослых, ни младенцев, даже Гаррет и Баффер исчезли. Недоумевая, она вышла во двор и осмотрелась. Неподалеку от крыльца жарились на вертеле индейка и окорок, а чуть поодаль она увидела Рори, сидевшую в окружении детских кроваток, накрытых сетками.

– Доброе утро! – крикнула ей Рори.

– Доброе утро! А куда все ушли?

– Собирают виноград. – Рори указала в сторону виноградника.

Кэролайн повернулась и увидела мужчин, а также Бекки и Лисси с детьми. Взрослые обрывали гроздья винограда, а дети с интересом за ними наблюдали.

– Как вы себя чувствуете сегодня, Рори? – спросила Кэролайн. – Кэсси сказала, что у вас болела спина.

– Если я спокойно сижу, то все хорошо. Но стоит мне немного подвигаться, и она снова начинает болеть. Так что я, к сожалению, не могу им сейчас помогать. А вам, моя дорогая, предписано смотреть за мной – на случай, если моя малышка захочет появиться на свет именно сегодня. Хотя она и так задержалась, я бы предпочла, чтобы она еще немного подождала – до тех пор, пока мы не отпразднуем вашу свадьбу.

– Вы настолько уверены, что будет девочка? – удивилась Кэролайн.

– Нет, просто надеюсь. Мне хочется, чтобы у меня родилась девочка с темными волосами, которые я могла бы заплетать в длинные косы. И чтобы у нее были такие же темные глаза и густые ресницы, как у ее папочки.

– Белокурые волосы и голубые глаза, как у мамы, – тоже неплохо.

Рори тихонько засмеялась.

– Вы говорите совсем как Гарт.

– А он тоже хочет девочку?

– Он будет счастлив, кто бы ни родился. Гарт любит детей. Если он слышит, что плачет младенец, то обязательно подойдет и возьмет его на руки. А Джед? Вы хотите сразу же завести детей?

Значит, Джед ничего не сказал об их отношениях? Что ж, очень хорошо. Лучше не говорить об этом, потому что едва ли кто-нибудь сможет понять их.

– Видите ли, Джед через три недели снова уйдет в море, так что я пока что не задумывалась об этом. Но Джед замечательно ладит с Гарретом, а Гаррет его обожает.

– Похоже, их чувства взаимны, дорогая.

Кэролайн снова посмотрела в сторону виноградника и увидела сына. Гаррет собирал виноград в нижней части куста, а Джед стоял рядом и обрывал гроздья, висевшие повыше.

– Да, они очень привязались друг к другу.

– Я буду с вами откровенна, Кэролайн. Сходство между ними настолько велико, что мы сначала решили: Джед – отец Гаррета. Но сегодня ночью Гарт рассказал мне про Энди. До этого мы знали только одно: у них был младший брат, которого убили на войне.

– К сожалению, я вовремя не сообщила Фрейзерам про Гаррета, – со вздохом проговорила Кэролайн. – Но и же не знала, что они перебрались в Калифорнию и обосновались недалеко от нас. – Она подошла к кроватке и взяла на руки одного из младенцев, начавшего плакать. – Чья эта миленькая крошка?

– Это Сэмми, дочка Кэсси и Коулта. Ей два месяца.

– Наверное, мне никогда не запомнить все эти крошечные лица, – с улыбкой сказала Кэролайн.

Рори тоже улыбнулась:

– Ну, это приходит со временем. Когда Джед уйдет в море, вы, наверное, часто будете навещать нас. Во всяком случае, я очень на это надеюсь. Сама я была единственным ребенком в семье, но нам всем здесь хочется, чтобы наши дети росли вместе. Тогда между ними возникнут связи, которые сохранятся на всю жизнь.

– Так вы были единственным ребенком, как и я? А Кэсси и Бекки? Я знаю, что у Кэсси есть брат. А сестры?

– У нее есть сестра-близнец, которая живет в Нью-Мексико с отцом и братом. А у Бекки есть женатый брат, он живет в Сакраменто.

– И никто из Фрейзеров никогда не заговаривал о возвращении в Виргинию? – спросила Кэролайн.

– Я ни разу не слышала ничего подобного, – ответила Рори. – Знаю только о том, что в следующем году они собираются съездить туда в гости. Но Лисси и Стив никуда отсюда не уедут – в этом я абсолютно уверена. Да, кажется, Бекки как-то сказала, что Клэй раньше хотел вернуться, но потом вроде бы передумал. У Гарта всегда на уме было только одно: найти золотой прииск дяди. Коулт же хотел стать служителем закона и отправился на Запад именно по этой причине. Он уверял, что саквояжники после войны заняли на Юге все должности, связанные с обеспечением правопорядка.

– Думаю, что и Гарт не захочет покидать Запад. Ведь Фрейзер-Кип – это название в память о родном доме. Значит, именно здесь теперь дом Фрейзеров.

– Мне кажется, Рори, ему везде было бы хорошо, пока вы рядом.

– Я думаю, Кэролайн, это справедливо для всех братьев. И я верю, что все мы нашли здесь свой Эдем.

– Похоже, они идут сюда, – сказала Кэролайн; она увидела Гаррета, сидевшего на плечах Джеда.

– Они собираются заняться подготовкой к пикнику, – пояснила Рори. – И знаете, Бекки уговорила Клэя, чтобы тот позволил женщинам первый снятый виноград давить ногами. Только сначала надо подождать, когда приедут Гарсоны. С ними будет их дочка Этта, а также ее муж Том Дэвис. Гарт обещал Этте дождаться ее. Этта и Том путешествовали в том же караване, что и Клэй с Гартом. Вот уж где было ухаживание!.. Попросите Бекки рассказать вам про Этту и Тома. Это очень интересно.

Тут послышался смех Натана, и Кэролайн, увидев отца с корзиной винограда, тоже рассмеялась.

– Похоже, папа получает огромное удовольствие, – сказала она собеседнице.

– Да, конечно, – кивнула Рори. – Это занятие всем нравится. Так вот, я говорила о детях… Очень хорошо, когда они растут вместе. Но это хорошо также и для наших отцов, потому что у них завязываются дружеские отношения и они не испытывают чувства одиночества.

– Наверное, вы правы, – кивнула Кэролайн. – Я никогда не задумывалась об этом, но теперь понимаю, что папе здесь очень нравится. – Немного помолчав, она заговорила о другом: – Я уже слышала рассказы Кэсси и Бекки об истории их замужества, а теперь мне хотелось бы узнать, как познакомились вы с Гартом.

– Мы познакомились в дрянном салуне в Бакмане. Это здесь, в Калифорнии. Я влюбилась в Гарта в тот же миг, как он появился на его пороге. Такой огромный и неотразимый!..

– Кажется, вы говорили, что украли у него карту прииска, – напомнила Кэролайн.

Рори весело засмеялась:

– Ну… на самом деле я не крала ее. Мой отец подобрал ее, когда она выпала у Гарта из кармана во время драки. Он просто не отдал ее обратно, вот и все. А Гарт, конечно же, последовал за нами. – Рори улыбалась своим воспоминаниям. – Когда-нибудь мы расскажем об этом нашим детям как об увлекательном приключении.

Как только Джед опустил Гаррета на землю, мальчик подбежал к Кэролайн.

– Мама, я помогал собирать виноград! Было ужасно весело!

– Да, я видела, милый. Похоже, ты хорошо поработал.

– Без него мы бы не управились, – с улыбкой сказал Джед. Он подошел к Кэролайн и поцеловал ее в щечку. – Доброе утро, дорогая.

Все остальные мужчины тоже ее приветствовали, а Коулт сказал:

– Слышу знакомый писк. – Он подошел к Кэролайн, взял у нее младенца, и ребенок сразу же затих. Коулт с усмешкой заметил: – Узнает отцовские руки. Ты скучала без папочки, правда, пышечка? – заворковал он над дочкой.

– Я думаю, ей сейчас больше нужна мама. Она хочет есть. – Кэсси забрала ребенка у мужа и пошла в дом.

Коулт взял на руки своего двухлетнего сына.

– Идем, тигренок. Ты поможешь папочке все сделать.

Несколько минут спустя все младенцы и их родители исчезли в доме. Ушли и дедушки. Гаррет же побежал к собакам, лежавшим в тени дерева, и остался только Джед.

– Почему ты не разбудил меня? – спросила Кэролайн. – Все работают, а я бездельничаю.

– Я подумал, что тебе лучше поспать.

– Джед, пожалуйста, больше не пытайся думать за меня. Я сама знаю, что мне делать.

– Извини, дорогая. Я знаю, что тебе нелегко было решиться на эту поездку, и я очень за тебя беспокоился. Так ли здесь плохо, как ты ожидала?

Она покачала головой:

– Нет-нет, напротив. Все так добры ко мне… Так что с ними у меня нет проблем. Проблема с тобой.

– Я что-то не так сделал?

– Неужели тебе обязательно все время демонстрировать перед всеми твою якобы любовь ко мне?

Джед изобразил удивление:

– Дорогая, о чем ты?

– Ты постоянно… прикасаешься ко мне. Постоянно целуешь меня. Поверь, Джед, в этом нет необходимости. Ты напрасно теряешь время, если думаешь, что таким образом ты сможешь сломить мое сопротивление.

– Я просто стараюсь вести себя так, как полагается жениху.

– Сомневаюсь, что тебе удастся кого-нибудь одурачить.

– Наверное, ты права. Я веду себя слишком уж сдержанно.

Джед осмотрелся, потом вдруг втащил ее в открытые двери конюшни и, крепко прижав к себе, поцеловал в губы. И Кэролайн тотчас же поняла, что она не в силах противиться. По всему ее телу словно пробегали горячие волны, а ноги с каждым мгновением все больна: слабели.

Наконец Джед отстранился от нее, но тут же, подвинтив на руки, опустил на ближайшую кучу сена. Легонько поглаживая ее груди, он прошептал ей на ухо:

– Я не прочь покувыркаться на сене. А ты?

– Немедленно отпусти меня! Отпусти же!

Она с силой оттолкнула его, и он со смехом повалился на спину.

Кэролайн же оправила платье, затем, вытаскивая сено из волос, пробормотала:

– Совсем не смешно, Джед.

– Успокойся, Золушка, – сказал он, поднимаясь на ноги. – Это всего лишь шутка. Поверь, у меня не было намерения вступать в права мужа.

– Шутка? Но ведь кто угодно мог войти сюда. Об этом ты подумал?

– Скорее всего, сюда мог бы войти один из моих братьев. Но их не так-то легко смутить, дорогая.

Кэролайн нахмурилась и пробурчала:

– И вообще, нас никто сейчас не видит. Так что тебе нет необходимости целовать меня.

Джед лукаво ухмыльнулся:

– Так зачем же беспокоиться о том, что сюда кто-то может войти? – Он вытащил остатки сена из ее волос и, наклонившись, снова поцеловал в губы.

Ох, этот человек неисправим. Да-да, неисправим!

Когда несколько минут спустя она входила в дом, по телу ее все еще прокатывались горячие волны.

Женщины в это время кормили детей, и Кэролайн, чтобы хоть чем-то заняться, погладила голубое платье, которое собиралась надеть на свадьбу, а потом погладила брюки и рубашку Джеда.

Едва она закончила, как раздался радостный крик Кэсси:

– Гарсоны приехали!

Бекки много рассказывала о Говарде и Хелене Гарсон и их детях, двух сыновьях и дочери. Фермеры и Огайо, они оказались в караване, следовавшем в Калифорнию в 1865 году. Хотя во время войны мужчины были противниками, это тяжелое и опасное путешествие сделало Фрейзеров и Гарсонов настоящими друзьями.

Хелена Гарсон с улыбкой приветствовала Кэролайн и тут же крепко обняла ее. Говард же в смущении откашлялся и, стащив с головы шляпу, пробормотал поздравления.

А затем к Кэролайн приблизилась темноволосая молодая женщина с маленьким ребенком на руках.

– Рада познакомиться, – сказала она. – Меня зовут Этта, и я дочь Гарсонов. – Ее ярко-синие глаза были такими же приветливыми, как и глаза ее родителей. – Это мой муж Том. – Этта кивнула на рыжеволосого молодого человека, стоявшего рядом с ней. – А вот, – она взглянула на младенца, которого держала на руках, – наша дочка Мелинда. Когда-нибудь я выдам ее замуж за одного из красавцев Фрейзеров.

– Тебе повезло, малышка. – Кэролайн с улыбкой посмотрела на ребенка. – У тебя будет богатый выбор.

Тут подъехали еще несколько фургонов с гостями, и вскоре Кэролайн уже не в силах была запоминать, кого как зовут и кто на ком женат. Гости привезли миски с салатом и бобами, а также корзины с фруктами, хлебом и пирожными.

Когда все собрались, Клэй с веселой улыбкой объявил:

– Пикник начался! Пора давить виноград! Молодые женщины тут же подвязали юбки повыше, сняли туфли и чулки и вымыли ноги в бадье с горячей мыльной водой, а потом забрались в чан, дно которого на несколько футов было покрыто виноградом. Гаррету же забраться туда помог Джед.

Кэролайн сначала едва не поскользнулась и, тихонько вскрикнув, ухватилась за края чана. Но вскоре и она топталась по винограду и весело смеялась вместе с остальными.

Смеялись и мужчины, окружавшие чан. А потом женщины взялись за руки и принялись отплясывать вокруг Гаррета, которого поставили в центр. Мужчины же хлопали в ладоши и подбадривали их веселыми возгласами.

– Дедушка, смотри! Мы давим виноград! – закричал Гаррет, повернувшись к Натану.

Кэролайн рассмеялась и помахала отцу. Тот тоже засмеялся и подмигнул дочери и внуку – уже давно она не видела его таким веселым.

Увидев Джеда, с улыбкой наблюдавшего за ней и Гарретом, Кэролайн приблизилась к краю чана и весело прокричала:

– Эй, моряк, не хочешь ли сюда?!

Он громко рассмеялся и покачал головой:

– Нет-нет, благодарю вас, леди.

– Тогда не поможешь ли мне выбраться отсюда? – Она протянула ему руку.

– Знаю-знаю, дорогая, что у тебя на уме. Но тебе меня не обмануть. Не хочу туда свалиться.

– Что ж, как хочешь. – Снова засмеявшись, Кэролайн вернулась к середине чана.

Через некоторое время женщины выбрались из чана, тщательно обмыли ноги водой из шланга и разошлись по своим комнатам, чтобы переодеться.

Кэролайн сначала привела в порядок Гаррета, затем надела чистое платье, после чего вошла во двор, где мужчины уже сооружали столы, укладывая на козлы длинные доски.

Затем они принесли из дома белые скатерти, накрыли ими столы, а потом принялись расставлять на них тарелки и миски с угощением.

Как и говорила Кэсси, подготовкой к обеду занялись мужчины, а женщины, усевшиеся в тени под деревьями, весело болтали.

Кэролайн показалось, что день прошел очень быстро; причем это был такой день, о котором прежде она могла только мечтать. Она то и дело смеялась и разговаривала с другими женщинами – говорила о рецептах, о детях и о жизни вообще. Ах, ей так долго не хватало всего этого, она получала от общения с хозяевами и другими гостями редкостное удовольствие.

После обеда мужчины начали играть в бейсбол, новую игру, популярность которой стремительно росла по всей стране. И теперь уже женщины подбадривали мужчин криками и аплодировали им. А Кэсси даже свистнула несколько раз; она прекрасно умела свистеть – ведь ей приходилось пасти скот.

А вечером, когда вокруг столов образовался импровизированный оркестр, начались танцы. У музыкантов были скрипки, гитары и аккордеон, а из дома доносились звуки фортепьяно. Кэролайн кружилась в танце, переходя от партнера к партнеру, пока не устала настолько, что уже не могла больше танцевать.

Потом все снова уселись за столы, чтобы послушать пение Тома Дэвиса – у него был прекрасный чистый баритон, и он пел знакомые всем баллады, такие как «Прекрасный мечтатель» и «Анни Лори». Вскоре многие стали ему подпевать.

Одно лишь огорчало Кэролайн. Весь этот день Джед по-прежнему вел себя так, словно был любящим и преданным женихом. Ее раздражала фальшь в его поведении, и она время от времени спрашивала себя: «Ну зачем он обманывает всех этих людей?»

К концу вечера, когда самодеятельный оркестр приготовился сыграть последний раз, Дэвис громко объявил:

– Леди и джентльмены, в честь наших хозяев и с чувством признательности за их гостеприимство и дружбу мы заканчиваем наш вечер исполнением песни «Земля Дикси».

Фрейзеры встретили его слова одобрительными возгласами.

Но вместо ожидаемого бодрого исполнения Том пел очень медленно, как бы подчеркивая этим мучительность переживаний.

«Я хочу оказаться на земле хлопка, там, где старые времена не забыты, обернись, обернись, земля Дикси».

Джед подошел к Кэролайн и протянул руку:

– Мне представляется, что это наш танец, дорогая. Они отошли от стола и начали танцевать, и тотчас же их примеру последовали остальные. Братья Джеда повели танцевать своих жен. И даже Гарт, осторожно обхватив Рори, медленно покачивался с ней в такт музыке.

– Джед, ты скучаешь по дому? – неожиданно спросила Кэролайн.

– Да, временами. В такие вот минуты.

Он привлек ее поближе к себе, и они молча танцевали под грустную балладу, некогда считавшуюся у них гимном борьбы за независимость, а теперь напоминавшую о времени, которое никогда не вернется.

Кэролайн охватило странное волнение, не имевшее ничего общего с плотским влечением или возбуждением. Она закрыла глаза и танцевала так, пока музыка не смолкла.

После этого гости еще раз поздравили жениха и невесту с предстоящей свадьбой, пожелали им всего самого лучшего и, попрощавшись, уехали. Кэролайн же села на скамью и удовлетворенно вздохнула. Если этот день считать показательным для той жизни, которая ждет ее, когда она выйдет замуж за Джеда, то, возможно, она не совершила ошибки. Может быть, их с Джедом соглашение действительно обернется добром и для нее, и для Гаррета.

Джед взял на руки спящего мальчика и понес его в дом.

– Спасибо за помощь, – сказала она ему, когда он вернулся. – Гаррет стал слишком большим, и я уже не могу носить его.

– Он даже не открыл глаза, – ответил Джед и тут же пошел к братьям.

Женщины одна за другой желали всем спокойной ночи и в сопровождении мужей расходились по своим спальням. Высокие крепкие мужчины осторожно брали на руки своих малышей и несли их в дом, чтобы уложить в постель.

– Наверное, точно так же они вели бы себя в Виргинии, – пробормотала Кэролайн с грустной улыбкой.

Была уже почти ночь, когда она, чуть помедлив в дверях, обернулась. Братья Фрейзер, вернувшиеся во двор, собрались у костра и теперь негромко о чем-то беседовали. Не о ней ли с Гарретом они говорили?