После того как хозяева и гости поздравили молодых супругов, мужчины принялись сдвигать к стенам мебель, а затем свернули ковер. Потом все захлопали в ладоши, и Джед повел Кэролайн танцевать.

– Скажите, очаровательная миссис Фрейзер, вам нравится наш свадебный вальс? – спросил Джед с улыбкой.

Она улыбнулась ему в ответ:

– Да, очень нравится. В последние дни я танцевала больше, чем за всю предшествующую жизнь.

– Никогда бы не подумал. Ты прекрасно танцуешь, Кэролайн.

– А я утверждаю, сэр, что это объясняется исключительно мастерством моего партнера.

– Вы, оказывается, очаровательна флиртуете, миссис Фрейзер.

– Сэр, не говорите глупости. Какой мне прок флиртовать с собственным мужем? Особенно в день свадьбы.

– Вот и я так думаю, миссис Фрейзер.

– Я хотела бы попросить тебя об одолжении, Джед.

– Ха-ха! Сюжет усложняется.

– Речь о нашей первой брачной ночи, Джед.

– Что, не терпится?

– Пожалуйста, будь серьезным. Если ты помнишь, накануне мы договорились не вступать в интимные отношения.

– Ничего такого не помню, дорогая. Зато прекрасно помню, что ты освободила меня от всех обещаний, которые я давал тебе раньше. Так о каком же одолжении ты просишь?

– Не говори ничего своим братьям. Я не хочу, чтобы они знали, что мы этой ночью не будем спать в одной постели.

– Но, дорогая, ведь мы…

Он спешно заговорил, но она остановила его:

– Тихо, Джед. Давай поговорим об этом в другом месте.

– Что ж, как хочешь. – Джед вывел ее из дома. Немного помолчав, спросил: – Так в чем же дело? Что тебя беспокоит? Какое тебе дело до того, что подумают мои родственники, если мы сегодня не ляжем спать вместе?

– Просто мне не хочется, чтобы нас считали обманщиками. Ведь все эти люди очень любят друг друга, они верят в любовь. А мы только притворяемся.

Джед пытался проявлять терпение.

– Кэролайн, мы с тобой уже говорили, не так ли? Tы испытывала чувство вины, но все-таки получила удовольствие, верно? Но при чем же здесь мои родственники? Какое они имеют к этому отношение?

– Ах, Джед, ты не понимаешь. Я вовсе не об этом. Скажи, ты не считаешь, что обманывать свою семью нехорошо? А я-то надеялась, что у тебя хватит здравого смысла признать мою правоту.

– Ты не права. Да-да, не права. Почему такая страстная женщина, как ты, отказывается от дарованных Богом наслаждений? Ведь это – Его установление. Значит, ты пытаешься доказать, что Бог ошибается, а ты права? Мне представляется, что одной Девы Марии вполне достаточно.

– Попридержи язык, Джед Фрейзер.

– Я намеренно груб. Я хочу доказать тебе, что ты ошибаешься.

– Ничего у тебя не получится. Своими разговорами ты только расстраиваешь меня. Что же до «дарованных Богом наслаждений», то я остаюсь при своем мнении. Никакого брачного ложа. Больше никаких интимных отношений. – Резко развернувшись, Кэролайн шагнула к двери.

Как только она вошла в гостиную, к ней подошел Клэй. Он взял ее за руку и повел танцевать. Следующий час она переходила от одного брата к другому, пока наконец не рухнула в изнеможении на кушетку рядом с Гарретом и Рори.

– Ты, должно быть, совсем без сил, дорогая, – сказала Рори.

– Да, совершенно, – кивнула Кэролайн. – Как ты думаешь, может молодая жена уйти со своей свадьбы? День был ужасно утомительный… – Она обняла Гаррета за плечи: – А ты, милый? Ты хочешь спать?

– Мы с тетей Рори смотрели, как все танцуют. Когда-то я смотрел на дедушку и бабушку, когда они танцевали. Очень похоже. Только здесь гораздо больше шума. А ты знаешь, мама, тетя Рори раньше работала в салуне, и ей платили по двадцать пять центов за то, чтобы потанцевать с ней. Так она и познакомилась с дядей Гартом.

Рори подмигнула Кэролайн.

– И он был моим лучшим клиентом.

– Только подумай, мама… Если бы ты сегодня получала по двадцать пять центов за каждый танец, у тебя бы оказалась куча денег.

– Танцевать – это была моя работа, парень, – с усмешкой сказала Рори. – А твоя мама – совсем другое дело.

– У вас с дядей Гартом было столько захватывающих приключений. Вы работали в салуне, искали золото, сражались с бандитами – а я… Со мной никогда не случалось ничего интересного.

– Ошибаешься, Гаррет Фрейзер, – возразила Рори. – Разве не ты чуть не утонул сегодня утром?

– Меня зовут не Гаррет Фре… Хотя нет, все правильно. Теперь я – Гаррет Фрейзер. Потому что моя мама теперь тоже Фрейзер. А может, и дедушка Фрейзер, а, мама?

– Да, отчасти, малыш, – заметил проходивший мимо Натан и погладил мальчика по голове.

– Милый, мне не хочется тебя огорчать, но тебе пора в постель, – заявила Кэролайн. – Завтра рано утром мы уезжаем.

– Спокойной ночи, Гаррет, – сказала Рори. – Поцелуй тетю. – Она наклонилась к нему, но тут вдруг схватилась за живот и громко застонала.

– Рори, что с тобой? – встревожилась Кэролайн.

– Думаю, начинается… – Рори снова застонала. Кэролайн повернулась к сыну:

– Гаррет, быстрее… Беги и найди дядю Гарта!

В этот момент к кушетке подбежали Лисси и Кэсси.

– Что, началось?

Кэролайн кивнула:

– Думаю, да.

– Почему вы не спросите меня? – со стоном проговорила Рори. – Я точно знаю, что рожаю. Помогите мне встать с этой проклятой кушетки.

К ним подбежал Гарт, а следом за ним – остальные братья.

– Прогоните отсюда мужчин! – потребовала Рори. И снова застонала от боли. – Гарт Фрейзер, ты поможешь мне встать или так и будешь стоять с открытым ртом?

Гарт подхватил жену на руки и направился к двери.

– Куда ты несешь ее? – спросила Бекки, глядя на Гарта с удивлением.

– В наш дом, конечно.

– Но зачем? Ты что, сам собираешься принимать ребенка? Она должна остаться здесь. Стивен, съездишь за доктором?

– Да, конечно. – Стивен тут же бросился к выходу. Тут подошли Хелена и Этта.

– Что же вы стоите? Надо раздеть ее и уложить в постель, – сказала Хелена.

– Да-да, конечно, – кивнула Кэролайн. – А Гаррет может сегодня лечь с Джедом.

Все на мгновение замерли, глядя на нее с удивлением. Потом Бекки сказала:

– Хорошо, так и сделаем. Сейчас принесу полотенца. – Она поспешно вышла из комнаты.

– Денни!.. Пусть кто-нибудь позаботиться о Денни! – закричала Рори, которую Гарт выносил из гостиной.

– Не беспокойся, дорогая, – заверила ее Кэсси. – Мы о нем позаботимся.

Уже в коридоре к ним подбежал взволнованный Пэдди О’Трейди.

– Рори!.. Что с Рори?!

– Беби вот-вот появится, – ответила Кэсси.

– Помоги тебе Бог, моя милая! – крикнул Пэдди.

– Спасибо, папа, – ответила Рори; в следующее мгновение Гарт захлопнул дверь спальни.

– Идите веселиться на улице, мальчики, – сказала Кэсси мужчинам. – Здесь вам нечего делать.

– Мы можем чем-нибудь помочь? – спросил Коулт.

– Главное – не путайтесь под ногами, – заявила Кэсси.

Мужчины нехотя удалились, и в спальне остались только женщины и Гаррет.

– Тебе пора в постель, дорогой, – сказала Кэролайн, повернувшись к сыну.

– Можно мне остаться, пока не родится ребеночек?

– Это может произойти не так уж скоро, мой милый. Сегодня ты будешь спать с Джедом.

– Хорошо, что хоть кто-нибудь будет с ним рядом, если уж рядом не окажется молодой жены, – заметила Кэсси.

Эти слова сняли напряжение, и женщины с облегчением рассмеялись.

Кэролайн едва заметно нахмурилась. Замечание Кэсси вовсе не показалось ей забавным. Она взяла Гаррета за руку и отвела в спальню Джеда.

– Раздевайся, милый. Я потом зайду и укрою тебя. Мальчик сел на кровать и принялся снимать ботинки. Потом вдруг сказал:

– Моя ночная рубашка осталась в той комнате.

– Сегодня можешь поспать без нее.

– Мама, а ребенок долго рождается?

Кэролайн невольно улыбнулась:

– Некоторые – очень быстро. Но иногда проходит много часов, даже дней, прежде чем родится ребенок.

– Я очень надеюсь, что сейчас будет не так уж долго. С тетей Рори все будет хорошо, правда, мама?

– Я уверена в этом. А когда она возьмет ребеночка на руки, она забудет, что ей было больно.

– А через сколько времени я родился? – спросил Гаррет, забираясь в кровать и устраиваясь поудобнее.

– Часов через… двадцать, упрямый ты мой цыпленок. – Кэролайн склонилась над сыном и поцеловала его в щечку.

Гаррет обхватил ее руками за шею:

– Мама, извини меня за то, что я так долго рождался.

Кэролайн снова улыбнулась:

– Вот именно поэтому ты так дорог мне, мой милый. Чем труднее достается то, чего очень хочешь, тем больше радуешься, когда получаешь желаемое.

– Я люблю тебя, мама.

– А я тебя, дорогой, – сказала она. – Сладких тебе снов.

– Мама, как ты думаешь, Бафферу можно спать в этой комнате?

Кэролайн на секунду задумалась.

– Да, наверное. Пойду поищу его.

Ей не пришлось идти далеко. Стоило ей открыть дверь, как пес ворвался в комнату, прыгнул на кровать и улегся в ногах у Гаррета.

Заглянув в гостиную, Кэролайн увидела, что мужчины славно потрудились. Они снова расстелили на полу ковер, а всю мебель вернули на прежние места. Выглянув во двор, она осмотрелась. Мужчины уже развели костер и сейчас сидели вокруг него и негромко переговаривались; причем сразу же бросилось в глаза, что они были не такие веселые, как прежде. Что ж, ничего удивительного – мужчины очень беспокоились за Рори. Ведь все они – за исключением Джеда и Рико – прекрасно знали, что рождение ребенка – не такое уж простое дело.

Лисси, Кэсси и Этта сидели за кухонным столом и пили кофе.

Кэролайн присоединилась к ним.

– Как Рори?

Кэсси сокрушенно покачала головой:

– Очень мучается. Как в прошлый раз. Когда она рожала Денни, мы с Коултом были здесь. Тогда роды длились сорок восемь часов.

Лисси кивнула:

– Да, верно. И тогда доктор сказал, что некоторые женщины имеют очень неподходящее для родов сложение. Рори слишком хрупкая, поэтому мы так и беспокоимся.

– Будем надеяться, что Стивен скоро привезет доктора и доктор даст ей что-нибудь, чтобы облегчить страдания, – сказала Этта.

– Как вы думаете, когда Стивен вернется? – спросила Кэролайн.

– Туда и обратно – примерно час езды.

В кухню вошла Бекки и села рядом с ними.

– Ах, я больше не могу это выносить. Рори ужасно страдает, а мы не знаем, как ей помочь. Она стала бледная как мел. Боюсь, что все это очень плохо кончится. – Не в силах усидеть на месте, Бекки поднялась и в волнении прошлась по кухне. – Господи, когда же приедет доктор?!

Кэсси налила ей чашку кофе.

– Бекки, сядь, отдохни.

– Мы с мамой сейчас пойдем туда, – сказала Этта, поднимаясь из-за стола. – А ты, Бекки, действительно отдохни. В последние дни ты очень много работала.

– Как держится Гарт? – спросила Лисси. Бекки наконец-то села.

– Он вернулся в спальню и теперь не отходит от нее. Ужасно переживает каждый раз, когда у нее начинается схватка, кажется, что в него вонзают нож.

– Как думаешь, кто-нибудь из братьев сможет убедить его выйти и выпить кофе… или чего-нибудь покрепче? – спросила Лисси.

– Никогда, – ответила Бекки. – У Рори ведь еще и кровотечение.

– Пятна крови – или настоящее кровотечение? – с тревогой спросила Кэролайн.

– Гораздо больше, чем пятна. Я не припомню, чтобы у меня пошла кровь раньше, чем вышел ребенок. У кого-нибудь так было?

Все промолчали, потому что слово «нет» подтвердило бы их страхи, которые они изо всех сил пытались подавить. Но каждая из них прекрасно знала, что не все женщины выживают в таких ситуациях.

Кэсси вышла, чтобы найти Коулта – когда его руки обнимали ее, ей становилось легче.

– Бекки, ты не звала меня? – спросил Клэй, внезапно появившийся в дверях. Она отрицательно покачала головой, и он пробормотал: – Странно, я мог бы поклясться, что слышал твой голос.

Не в силах сдержать слезы, Бекки подбежала к нему, и они вместе вышли из кухни.

Лисси со вздохом поднялась на ноги.

– Пойду к детям, – сказала она, стараясь сдержать слезы.

Оставшись наедине со своими переживаниями, Кэролайн уронила голову на руки и, глотая слезы, тихонько всхлипнула. Сейчас, оказавшись в одиночестве, она нисколько не стыдилась своих слез. Подняв голову, она увидела стоявшего в дверях Джеда. Стоило ей взглянуть на него – и слезы ручьями заструились по ее щекам. Кэролайн встала и бросилась к нему в поисках утешения.

Все в доме уже знали, что происходит в спальне Кэролайн, и только Пэдди О’Трейди, заранее отпраздновавший рождение внука или внучки, мирно похрапывал на одеяле под деревом, не ведая, что его дочь сейчас боролась за жизнь.

Когда наконец-то приехал Стивен с доктором, все мужчины в мрачном молчании стояли у порога спальни, а женщины собрались у кровати роженицы.

– А что здесь делают мужчины? – спросил доктор, нахмурившись. – Считаете, что таковы обычаи?

– Мы пришли, чтобы хоть немного поддержать Гарта и Рори, – ответил Клэй.

Доктор возвел глаза к потолку:

– Господи, помоги мне! Вон отсюда! Все – и мужчины, и женщины! – приказал он. – Миссис Гарсон, а вы останьтесь, пожалуйста.

– Я никуда не уйду, – заявил Гарт. Братья, уходя, похлопывали его по спине.

– Держись, малышка, – сказал Клэй, взглянув на Рори. – Мы знаем, ты справишься. – Кивнув Гарту, он быстро удалился.

– Лучше, если и вы покинете комнату, Гарт, – сказал доктор. – По крайней мере, на время. Пока я буду осматривать вашу жену…

– Пожалуйста, позвольте ему остаться, доктор, – слабым голосом проговорила Рори.

– Вообще-то это нежелательно, миссис Фрейзер, но если вы так хотите, то пускай остается.

– А ведь мужчины, наверное, уже проголодались, – сказала Бекки. – Должно быть, умирают от голода. Я совсем забыла, что у нас еще есть окорок и то, что осталось от свадебного обеда.

– Что ж, давай все достанем, – согласилась Кэсси. – И сварим еще кофе. Правда, я сомневаюсь, что кто-нибудь голоден, но у нас хотя бы появится занятие. Нельзя же просто сидеть и ждать…

Когда мужчины вышли из дома, к женщинам на кухню пришел доктор Мичем.

– Я буду с вами откровенен, леди. Прогноз очень серьезный. Матка раскрылась только на три четверти, и роженица теряет много крови.

– Но почему так получилось, доктор? – спросила Бекки.

– Видите ли, отверстие матки очень узкое, матка расширяется до определенного предела, а потом рвется. Вот что сейчас происходит. Она рвется каждый раз, когда ребенок пытается выйти наружу. И в результате – сильное кровотечение. Если так и будет продолжаться, она может потерять слишком много крови и умереть.

– О Господи, нет! – воскликнула Кэролайн. Лисси и Этта тихонько всхлипывали.

– Доктор Мичем, можем мы хоть что-то сделать? – утирая слезы, спросила Кэсси. – Можно как-то помочь ей? Что в такой ситуации следует предпринять?

Доктор со вздохом пожал плечами:

– Пожалуй, я уже сделал все, что мог. Когда я принимал ее первого ребенка, я знал, что такое может снова произойти. Сейчас я дал ей лекарство, чтобы облегчить боли, а также средство, которое немного замедлит кровотечение. Но совсем остановить его я не могу. Она мужественная молодая женщина, с сильной волей. Однако силы покидают ее. Чем дольше продлятся роды, тем меньше у нее шансов.

Гарт холодной тряпицей утирал пот со лба жены.

– Лекарство помогло, дорогая? – спросил он.

– Да, боль уже не такая сильная, – ответила Рори.

– Ты никогда не умела врать, дорогая. Лучше уж кричи, ругайся, рви простыни… Ведь другие женщины кричат, когда рожают.

Рори попыталась улыбнуться:

– Женщины Фрейзеров под стать мужчинам, за которых они вышли замуж. Мы презираем боль… – Слеза покатилась по ее щеке, и Гарт смахнул ее пальцем. – Ох, боюсь, я не очень-то хорошая женщина Фрейзеров. Слезы сами льются из глаз.

– Дорогая, вспомни те жуткие часы в пещере, когда мы были уверены, что бандиты убьют нас. Я тогда спросил тебя, зачем ты вернулась, если могла скрыться.

– А я сказала, что не хочу жить без тебя, – прошептала Рори.

– То же самое сейчас чувствую я, девочка. Я ничего не хочу без тебя. Ты должна бороться. Ты не можешь сдаться.

– Я больше не могу бороться, Гарт. Я устала, больше не могу…

– Нет, ты можешь, милая. Ни в коем случае не сдавайся. Подумай о Денни – ему ты нужна не меньше, чем мне. Девочка, ты сможешь справиться, я знаю, что сможешь! Ты маленькая, но сильная, любовь моя. У тебя твердый характер, ты выдержишь.

– Нам было хорошо вместе, правда? – сказала она так тихо, что он едва ее услышал. – Я не отдала бы и минуты нашей совместной жизни за жизнь без тебя.

– Ты сказала мне эти же слова тогда, в пещере.

– Ты помнишь?

Он поцеловал ее руку.

– Конечно, помню. Помню все, что ты говорила той ночью.

– То же самое я могу сказать и сейчас.

– Тогда мы думали, что умрем оба, малышка. А сейчас – все по-другому. Сейчас ты нужна не только мне. Помни об этом, дорогая. Ты должна жить для Денни. И для нашей маленькой девочки, что вот-вот появится. Ты сильная, и ты должна жить. Ты будешь жить для нас и для наших детей.

– Ты все еще уверен, что родится девочка?

– Абсолютно уверен, любовь моя. У нее будут белокурые волосы и большие синие глаза – совсем как у мамы.

– О, Гарт! – Рори застонала и сжала его руку. – Гарт, я люблю тебя… – Она закрыла глаза.

– Доктор, доктор! – в панике закричал Гарт. Хелена бросилась к двери.

– Доктор, скорее сюда! – прокричала она. Доктор вбежал в комнату и склонился над роженицей. Проверив пульс, сказал:

– Теперь вы должны уйти, Гарт.

Тот по-прежнему держал жену за руку.

– Я не уйду от нее, доктор.

– Миссис Гарсон, мне нужна ваша помощь, – сказал доктор Мичем, повернувшись к Хелене. – Пусть придет одна из женщин. Та, которая могла бы нам помочь.

– Жена Коулта наверняка сумеет помочь. Она всю жизнь на ранчо. Ей приходилось принимать жеребят и телят.

– То, что нужно, – кивнул доктор. – Скажите ей, чтобы помыла руки. И пусть поторопится. На счету каждая минута.