На обратном пути они остановились у родника, чтобы напоить лошадей. Кэролайн расстелила одеяло и достала корзину с едой.

– Это все, что я смогла собрать, не зная о поездке заранее, – сказала она, вытаскивая из корзины толстые ломти хлеба, сыр и фрукты.

Когда они поели и запили еду холодной родниковой водой, Натан растянулся в тени под деревом и заснул. Вскоре и Гаррет с Баффером спали с ним рядом. А Джед молча поглядывал на Кэролайн, укладывавшую в корзину остатки обеда.

Она ощущала на себе его взгляд, и ей казалось, что от этого взгляда по телу ее словно разливается тепло.

– Почему вы разглядываете меня, мистер Фрейзер? – спросила она, не поднимая головы.

– Мне приятно на вас смотреть.

Кэролайн нисколько не сомневалась: если она сейчас посмотрит на него, то увидит в его глазах желание. Польщенная тем, что ею заинтересовался такой привлекательный мужчина, как Джед Фрейзер, она густо покраснела. Но так и не посмела взглянуть на него.

Несколько минут спустя она села под дерево. Прислонившись к стволу, проговорила:

– Это мое любимое место. Когда мне хочется побыть одной, я прихожу сюда. Здесь царит удивительное спокойствие…

– Вам не следует бродить по холмам в одиночестве.

– Глупости. Я знаю эти места как свои пять пальцев.

– Значит, у вас здесь есть все, что вам нужно?

– Мне хорошо здесь, если вы это имеете в виду. Возможно, когда-нибудь я выйду замуж.

– Уверен, что так и будет. Не могу себе представить, чтобы у такой очаровательной женщины, как вы, не появился мужчина.

– Сейчас их у меня двое. – Она кивнула на спящих.

– Полагаю, вам нужен еще один.

Ее мягкий смех звучал как переливы арфы.

– Нет, благодарю. Мне вполне достаточно двоих.

– Я говорю о мужчине, который будет заботиться о вас. Который бы говорил вам, как вы прекрасны и как приятно слышать ваш голос и ваш смех.

«Не знаю, как мой, а его голос и впрямь очаровывает, – думала Кэролайн. – К тому же то, что он сейчас говорит, – сущая правда». И действительно, разве она никогда не мечтала об этом, разве не хотела оказаться в объятиях любимого мужчины?

Однако ее желания ничего не стоят по сравнению с последствиями – совершенно неизбежными, если она будет потакать своим капризам. Во всяком случае, Джед Фрейзер не должен быть мужчиной ее мечты, и пусть искушение очень велико, ей нельзя отступать от своего решения.

– Скажите, Джед, а у вас есть возлюбленная? – спросила она неожиданно. – Я знаю, что девушки в Виргинии из кожи вон лезли, чтобы привлечь ваше внимание.

Он ухмыльнулся:

– Откуда вы это знаете, Кэролайн? Не помню, чтобы вы посещали вечеринки в Виргинии.

– Женщины любят поговорить, – ответила она с усмешкой.

– Как странно… Ведь вы не похожи на тех дам, что любят слушать сплетни.

– Иной раз невольно приходится их слушать.

– А вы действительно так не любите Виргинию? Когда вы говорите о ней, в вашем голосе столько горечи… Мне не хотелось бы думать, что прошлое довлеет над вами и мешает смотреть в будущее.

Она вскинула голову:

– Тогда, наверное, будет лучше, если вы не станете вспоминать о Виргинии. – Кэролайн поднялась и подошла к роднику. Какое-то время она молча стояла, глядя на воду. Потом, вернувшись на свое место под деревом, с улыбкой сказала: – Но вы так и не ответили на мой вопрос, Джед. У вас есть возлюбленная?

– Да, вроде бы.

– И вы, конечно, не женаты?

– Можно сказать и так.

– Почему вы увиливаете от ответа? Вы или женаты, или нет. Но хорошо, я больше не буду допытываться. Меня это не касается. – Она снова поднялась на ноги и отошла от него на несколько шагов.

– Видите ли, Кэролайн, я женат на море. – При этих его словах она повернулась к нему. – Я люблю море с детства. Ни одна женщина не овладевала моим сердцем и душой так сильно, как оно.

– Звучит очень поэтично, но едва ли это может быть правдой. К тому же ваше поведение явно свидетельствует о том, что у вас имеются вполне земные желания. Неужели вы и в самом деле верите в то, о чем говорите? Неужели вы никогда не полюбите какую-нибудь женщину?

– Мне бы очень хотелось верить, что где-то меня ждет моя единственная. Возможно, я просто еще не встретил ее. Может быть, встречу в следующем порту. Но ведь я большую часть времени провожу в море… Так что из меня получится плохой муж и плохой отец. Скажите, вы сожалели о том, что ваш отец подолгу отсутствовал?

– Я много думала о нем. Когда он отсутствовал, мне его не хватало. Но с другой стороны, те дни, когда он находился дома, были для меня поистине драгоценными. И я никогда не хотела иметь другого отца.

– Но что бы вы чувствовали, если бы это был ваш муж, мужчина, которого вы любите?

– Я не могла бы вынести жизнь в разлуке, я никогда не смогла бы понять, почему он не разделяет мои чувства. Мужчина, за которого я соглашусь выйти замуж, должен ставить на первое место любовь своих близких. Да-да, я хочу, чтобы он всегда был рядом со мной, а не в далеком море или в какой-нибудь другой стране. Хочу просыпаться по утрам рядом с ним и засыпать с ним рядом. Я хочу, чтобы его одежда всегда висела в шкафу рядом с моей, хочу каждый вечер сидеть с ним у камина, обсуждая все, что случилось за день. И хочу видеть, как он держит на коленях наших детей или читает им книжки.

Она умолкла и надолго задумалась. Потом посмотрела на него и с улыбкой сказала:

– Пожалуй, пора будить остальных и отправлять в путь.

– Как пожелаете, – ответил Джед.

Он пристально посмотрел на Кэролайн, и она, сама того не осознавая, приблизилась к нему почти вплотную. Джед взял ее за руку, и она тотчас же почувствовала, как ее охватило возбуждение. Более того, она видела, что с ним происходит то же самое. Внезапно их губы оказались совсем рядом, и она решила, что он сейчас поцелует ее.

Но уже в следующее мгновение Джед выпустил ее руку и отступил на несколько шагов.

– Пойду, приготовлю коляску, – сказал он, отворачиваясь.

Запрягая в коляску Белл и седлая своего жеребца, Джед размышлял о разговоре с Кэролайн. Она давала весьма разумные ответы на все его вопросы. Да, она очень неглупа. А красота и ум – опасное сочетание.

Их с Кэролайн отношения перерастали в интригующую дуэль, которой, к сожалению, предстояло скоро закончиться. Ведь завтра, после того как он переговорит с местным адвокатом, он уедет к Клэю. Но на обратном пути ему, возможно, удастся еще раз заехать к Коллинзам, чтобы попрощаться.

Несомненно, Кэролайн Коллинз оказалась самой загадочной женщиной из всех, кого он когда-либо знал. Настроение у нее постоянно менялось, и он никак не мог понять, из-за чего это происходило. Ему хотелось бы побыть здесь подольше, чтобы лучше узнать ее. И очень хотелось выяснить, почему она так настроена против него. А впрочем, все было предельно ясно. Она сама ему все объяснила, сказав, что ей нужен мужчина, имеющий под ногами твердую почву, способный дать ей то, в чем она нуждалась. И, конечно же, он, Джед Фрейзер, таким мужчиной не являлся. Хорошо, пусть так. Но он очень надеялся, что она найдет то, что ищет.

Что же касается его самого…

Джед вздрогнул, внезапно почувствовав, что за ним наблюдают. Повернув голову, он увидел Баффера, не сводившего с него глаз.

– Чего тебе? – пробурчал Джед. – Почему ты на меня таращишься? Может, хочешь мне что-то сказать?

Пес еще несколько секунд смотрел на него, затем издал низкий рык и потрусил к коляске.

– Черт бы его побрал, – пробормотал Джед вполголоса.

– С кем вы разговариваете? Сами с собой? – спросила Кэролайн. Она уже укладывала в коляску одеяло и корзинку для пикников.

– Что с вашим проклятым псом? – проворчал Джед. – Обычно все меня обожают, а этот…

– Возможно, мистер Фрейзер, все дело в вашем южном выговоре. Баффер не привык к южанам.

Джед усмехнулся и запрыгнул в седло.

– Вам неприятен даже наш выговор? Ваша ненависть к Виргинии простирается так далеко?

– Напротив, сэр. Я нахожу ваш выговор очень приятным и благозвучным – когда вы не кричите. – Она устроилась на заднем сиденье коляски. Натан и Гаррет тут же заняли свои места, и Натан взялся за вожжи.

– Дедушка, мы уже близко от дока. Можно я теперь сам буду править лошадью? – спросил Гаррет.

– Ты же знаешь, что говорит твоя мать. Она говорит, что ты еще слишком мал, чтобы управлять коляской. Белл – старая лошадь, но она все же с норовом.

– Но мама спит, – сказал мальчик. – Да и как можно научиться чему-нибудь, если не пробовать?

– Ладно, хорошо. Мили две я позволю тебе править, – сказал Натан, передавая мальчику вожжи. – Но если твоя мама проснется и увидит это, мне придется туго.

– Править лошадью совсем не трудно, – с гордостью заявил Гаррет. – Мне нравится.

– У меня точно такое же чувство, когда я в море, мой мальчик. Думаю, вам оно тоже знакомо, а, Джед?

Джед с улыбкой кивнул:

– Конечно, знакомо. Ничто не может сравниться с этим чувством. А ты, Гаррет, прекрасно правишь.

В этот момент из кустов выпорхнули несколько перепелок. Напуганная хлопаньем крыльев, Белл встала на дыбы, и Натан, не удержавшись на сиденье, вылетел из коляски. Лошадь понесла, и Джед пустил Либерти в галоп, чтобы догнать испуганное животное.

Кэролайн тотчас же проснулась и попыталась дотянуться до Гаррета, но коляску несколько раз сильно тряхнуло на кочках, ее задок осел и начал разламываться. Треск дерева сливался с пронзительными криками мальчика, а потом вдруг что-то в креплении хрустнуло и коляска завалилась набок. Теперь Гаррета, обмотавшего вожжи вокруг запястий, тащила по земле обезумевшая лошадь.

Джед перескочил с жеребца на спину Белл и, натянув поводья, заставил лошадь остановиться. Все это происходило очень быстро, однако последствия оказались самыми плачевными.

Спешившись, Джед увидел, что Баффер лижет лицо Гаррета. Ошеломленный произошедшим, мальчик приподнялся. Джед тут же размотал вожжи и осмотрел кровоточившие руки Гаррета.

– Не двигайся, малыш. Сейчас я проверю, нет ли у тебя переломов.

– Со мной все в порядке, – сказал Гаррет. – Только руки жжет.

– Мы займемся ими попозже. У тебя болят только руки? – Джед продолжал ощупывать мальчика.

– Да, только руки. Но не говорите маме, что я обмочился, – прошептал Гаррет.

– Если это единственная неприятность, парень, то твоя мама не расстроится. – Он всмотрелся в глаза мальчика. – Я бы сказал, что ты прекрасно выглядишь.

– Нет-нет, мама очень расстроится. Она нас с дедушкой отругает, потому что я не должен был править коляской.

Джед выпрямился и облегченно вздохнул, увидев спешивших к ним Кэролайн и Натана.

– Сейчас узнаем, что скажет твоя мама. – Он помог Гаррету подняться на ноги.

Бросившись к сыну, Кэролайн воскликнула:

– Ах, слава Богу! Слава Богу, ты цел! – Слезы радости струились по ее щекам, когда она обнимала и целовала сына. – А с руками все в порядке? – Кэролайн принялась осматривать руки мальчика.

– Да, мама, не беспокойся, – ответил Гаррет. Утирая слезы подолом юбки, Кэролайн покосилась на мужчин, потом снова склонилась над сыном.

– Вы не пострадали, сэр? – спросил Джед у Натана.

– Нет, не думаю. Несколько дней мои старые кости поболят, но если бы я упал с лошади, то было бы гораздо хуже.

– Что с Кэролайн?

– Она ужасно испугалась за Гаррета. – Натан тяжело вздохнул. – Это я во всем виноват. Мне не следовало передавать мальчику вожжи. Я в долгу перед вами, Джед. Вы спасли жизнь моему внуку.

– Не благодарите меня, сэр. Все произошедшее – дело случая. Что с коляской?

– Я еще не осматривал ее. Должно быть, соскочило заднее колесо, поэтому она и перевернулась.

– До дома еще далеко?

– Дом за следующим подъемом.

– Вот и хорошо. К счастью, у нас есть две лошади, так что мы сможем ехать верхом по двое. Если Кэролайн согласится передать вам Гаррета, вы с ним сядете на моего жеребца, потому что он – под седлом. А мы с Кэролайн поедем на Белл.

– Да, конечно, – кивнул Натан. – Сейчас она так благодарна вам, что, скорее всего не станет противиться. Но когда оправится от испуга, вам придется несладко.

Когда Натан с Гарретом уехали, Кэролайн спросила:

– Вы не против, если я немного пройдусь пешком? Тогда мне станет лучше.

Джед соскользнул с лошади.

– Лучше я пойду пешком, а вы поезжайте вперед. Чем скорее вы доберетесь до горячей ванны, тем лучше.

– Нет-нет, я уверена, что мне надо пройтись, – возразила Кэролайн.

Джед помог ей спешиться.

– Что ж, как хотите. Но если устанете, то скажите мне. Мы всегда можем сделать передышку.

– До дома всего лишь миля.

– Вы часто ездите верхом, Кэролайн?

– Нет, верхом мне неудобно.

Они прошли совсем немного, и Кэролайн проговорила:

– Дайте передохнуть минутку.

– Может быть, хотите сесть на лошадь?

Она с улыбкой покачала головой:

– Если я сяду, то уже не смогу встать. Да, Джед, я совсем забыла поблагодарить вас. Если бы вас здесь не было, то Гаррет… – Она со вздохом прошептала: – Не знаю, что бы я делала, если бы он погиб.

Джед осторожно обнял ее за плечи.

– Все позади, Кэролайн. Гаррет цел и невредим, так что не думайте об этом.

– Как я могу не думать? Дважды за один день мой сын чуть не погиб. Ах, Джед, у меня дурные предчувствия…

– Я понимаю ваше беспокойство, Кэролайн, но сомневаюсь, что Гаррет мог погибнуть при утреннем взрыве. Скорее всего он получил бы очень легкое ранение.

– Но отец сказал, что вы бросились к нему и прикрыли его. Поэтому я почти уверена, что он мог бы серьезно пострадать, если бы не вы.

– Представляю, что вы должны чувствовать, – проговорил Джед. – Но я вспоминаю, как росли мы с братьями. У нас очень часто случалось так, что кто-нибудь оказывался в опасности.

Кэролайн искоса взглянула на него:

– Насколько я помню, мальчишки Фрейзер постоянно попадали в какие-нибудь истории. Как ваша бедная мама выносила это?

Джед засмеялся:

– С терпением и верой. Должен признаться, вначале я думал, что вы слишком опекаете Гаррета, но теперь понимаю, что вас так беспокоит. Но поверьте, ваш сын… он как кошка с девятью жизнями.

Они зашагал по дороге.

– Если так, то две из них он сегодня уже использовал, – пробормотала Кэролайн. – Знаете, ничего подобного с ним раньше не случалось.

– У него есть друзья его возраста?

– Нет, наш дом стоит в отдалении от ближайших соседей. Сначала этот дом принадлежал моему дяде, к нему мы и приехали, когда покинули Виргинию. Дядя Фрэнк умер пять лет назад, а отец был его единственным наследником. Когда война закончилась, отец остался «стоять в сухом доке», как он выражается, и мы поселились здесь.

– Выходит, у Гаррета нет возможности играть с детьми его возраста? А как же школа?

– Я сама его обучаю.

– О, это нелегкий труд. Впрочем, ваш сын – смышленый мальчик.

– Но у него все же есть приятель. Они с Баффером неразлучны. Может быть, поэтому он никогда не оказывался в опасности – Баффер всегда присматривал за ним. – Она усмехнулась. – Он повсюду следует за Гарретом.

– Да, я успел это заметить, – кивнул Джед.

– У сына нет более надежного защитника, чем Баффер, – проговорила Кэролайн. – Я спокойна, когда знаю, что он рядом с Гарретом.

– Подозреваю, что вы сейчас снова заговорите о Провидении, – с улыбкой сказал Джед.

Кэролайн рассмеялась:

– Теперь вы все-таки поверили?!

– Нет, не совсем. Скажите, где находился Баффер, когда Гаррет оказался у места взрыва? Если я не ошибаюсь, ваш сын искал его.

– Боюсь, это моя вина. Я завела Баффера в контору, а Гаррет на минуту отлучился и не знал об этом. Когда же я услышала, что Бомбер собирался подорвать пень, я стала звать сына, однако он отошел уже слишком далеко. Но если бы взрыв произошел чуть позднее, то Баффер непременно нашел бы Гаррета.

– Как нелепо… Ваш отец винит себя из-за происшествия с коляской, вы считаете себя виноватой в другом несчастном случае. Для человека, верящего в Провидение, вы не очень-то последовательны, вам так не кажется?

Кэролайн в смущении пожала плечами, и они молчали до самого дома.

Гаррета тотчас же искупали и забинтовали ему руки. Кэролайн и Натан тоже приняли горячую ванну, а потом все Коллинзы легли спать.

Джед вышел из дома покурить, а затем решил перед сном пройтись по саду. Теперь, когда хозяева отправились отдыхать, у него было время поразмыслить. Вспоминая свои беседы с Кэролайн, он постоянно задавал себе один и тот же вопрос: почему Кэролайн ему не доверяла? Да, она не доверяла ему – он чувствовал это. Правда, она пыталась говорить с ним по-дружески, но в ней была какая-то настороженность по отношению к нему.

«Ты не сможешь расположить к себе всех, Фрейзер, – думал Джед. – Не сможешь, даже если тебе очень этого захочется».

Но почему его все это так заботит? Ведь он завтра уедет отсюда. Впрочем, уедет он не раньше, чем переговорит с местным адвокатом Винсентом Калхоуном, как и обещал Натану. Что-то в этой истории с железной дорогой дурно пахло.

Джед отбросил сигарету и пошел спать.