Уже второй день не слышны выстрелы в нашем районе. Вояки зачистили качественно, а вчера погрузились и уехали дальше. Кое-кто из общины задумал переселиться в свободные дома. Мы не советовали, но и не отговаривали. В конце концов люди соскучились по нормальной жизни. Я и сам по себе это чувствую. Хочется своё жильё, а не комнатку, как в общежитии, свою кухню, свою чашку, свою кастрюлю, наконец, да и свой туалет кажется уже верхом мечты. Я уже не говорю о своей ванной или хотя бы душе. Но пока рано. Семёнов собирает по городу уцелевших специалистов. Кто знает, может, и подключат нам так недостающие сейчас газ, свет, воду. Вот тогда и можно обзаводиться индивидуальным жильём. Хотя, я слабо представляю, как у него это получится. Кстати, сегодня он тоже к нам заезжал. Я уже обедал, когда в столовую пружинистым шагом вошёл сам полковник. Задержался на пороге, покрутил лобастой головой и, увидев меня, направился к моему столику.

— Добрый вечер, Пётр Алексеевич. Что это вы на ночь глядя? Поужинаете со мной?

— Да. Перекушу, пожалуй. Совсем замотался. Не помню, обедал сегодня или нет.

Я махнул рукой, подзывая официантку. Девушка в белом передничке подбежала и приняла заказ. Да какой там заказ! Разносолов не подавали. Меню отличалось разве что котлетой или сосиской и чаем или компотом. Но зато сама возможность именно выбрать и заказать грела душу. Почти как раньше. Дожидаясь заказа, полковник о чём-то хмурился, отстукивая какой-то марш вилкой по солонке.

— Что-то случилось? — Спросил я, кусочком хлеба собирая подливу с тарелки.

— Дело у меня к тебе.

— Какое?

— Нужно в Львовск смотаться.

— Вот как? Прямо взять и смотаться?

— Да здесь рядом же! Каких-то двадцать километров!

Ну да, Львовск — город спутник нашего областного центра был совсем недалеко. Но это по меркам мирного времени.

— Ну а мне-то от этого какая польза?

— Заправлю. Патронов дам. Ну что ещё хочешь?

— Мы с вами, вроде, люди не чужие. Но на мне база. Видели, сколько людей? И что мне все они скажут, если я, вместо того, чтобы работать на общее благо, буду за просто так посылать людей в опасную поездку. Не спорьте. Патроны вы мне дадите, так я не знаю, сколько их за эту поездку потратимся. Заправите? Так это сам бог велел. Не на своём же в такую даль кататься. Продукты есть. Тем более маршрут пойдёт через Цыганскую слободу. А там и до катастрофы было опасно шарахаться. А сейчас, когда оружие у всех и подавно. Вы вон нефтебазу разгромили, сколько оружия затрофеили? Так на этой нефтебазе и с балки ребята тусовались, к гадалке не ходи. Там и в мирное время можно было и танк найти, если хорошо поискать. Не дай Бог на муху нарваться. Нас же эта броня не спасёт.

— Ты, помнится, солярку просил. Было?

— Было.

— Даю один наливник. Но это за то, что ты мне не единожды помогать будешь.

— То есть, будут ещё просьбы.

— Будут.

— А с этим заданием в чём подвох?

— Да нет подвоха. Разведка нужна. Городишко маленький. Воинских частей нет. Узнать, что там с людьми. Если найдёте, мы уже их вывезем. По области в такой шаговой доступности только этот город. Остальные слишком далеко. А у нас нет возможности для разведки. Город ещё не очищен. На аэропорт нацелились. Очень нам авиация нужна. А там заражённых этих тьма тьмущая. А чистить надо осторожно, чтобы самолёты и всякую другую специальную технику не повредить.

— Но вот с этим городком всё равно какая-то подляна есть. Пётр Алексеевич, давайте начистоту. Чего нам там ждать?

— Я и сам не знаю. Прорвался на днях к нам один оттуда. Да ничего толком понять не можем.

— Иностранец, что ли?

— Да нет. Рассудком повредился. Весь в рубище. Трясётся и бормочет, что-то. Разобрали только несколько слов: лагерь, хозяин, барак, хлеб. Вот и думай, что это значит.

— Да он, может и не из этого городка.

— Оттуда. Мы только Львовск назвали, он, как затрясётся, и всё кивает и Львовск повторяет.

— Значит нас под танки.

— Да некого больше. Я же тебе говорю: здесь дел выше крыши. Да и вы только смотаетесь, посмотрите осторожно и назад. Если там действительно что-то нехорошее, я свои подразделения отправлю на бронетехнике. Только знать надо, чтобы зря технику и людей от дела не отрывать.

— Даже и не знаю. А ну, как люди откажутся. У меня ведь не армия. Здесь приказ командира — закон для подчинённого не прокатывает.

— Никита, мы сейчас вводим систему зачётов. За помощь начисляем определённые балы, которые потом, как город заработает, превратятся в полноценные финансовые единицы.

— Оппа! И я узнаю. Об этом в последнюю очередь?

— Ну, просто не было возможности тебе сказать об этом. — Стушевался полковник. Ох и жук! А ещё меня евреем называл! — Всё из головы вылетало. Да и не до этого было.

— А что будем делать с нашей помощью Химфарму? А с боем на туннеле? Ну и бонус за тушу монстра. Почти целую, заметьте.

— Хорошо. Сделай мне отчёт со всеми фамилиями по всем эпизодам. Будут вам зачёты.

— И ещё. Мы можем установить пулемётные башенки на «Тигры»?

— Ну, в принципе, можем. А зачем тебе?

— А у меня пулемётчики из люков торчат, как тополи на Плющихе. Никакой защиты.

— Заедьте в бригаду. Там махните на пулемётный вариант. Чего огород городить. Я дам команду.

— Только не барахло убитое. В таком же состоянии.

— Будет вам в хорошем состоянии техника.

— Когда можно будет поменять? — Сразу взял я быка за рога.

— Да вот хоть сейчас езжайте.

— А наливник?

— Пригонят к вечеру вам наливник. Успокойся. И патронов привезут. — Опередил он мой следующий вопрос.

— Мне бы парочку винторезов. — Невинно опустил я глаза.

— Я тебе что, спецназ ГРУ? Откуда у меня такое богатство? Вон, у своего СОБРовца спрашивай.

— Спрашивал. — Сокрушённо развёл я руками. — Нет у него.

— Вот и у меня нет.

— А теперь серьёзно, Пётр Алексеевич. Едем неизвестно куда. Вдруг там на бронетехнику нарвёмся.

— Откуда там бронетехника? — Неуверенно возмутился полковник.

— А всё же.

— Ладно. Пять РПГ-18 «Муха» дам. Но, за каждую отчитаешься. Неиспользованные сдашь. И не вздумай припрятать. Я тебя знаю.

Ребята, в принципе, были «за». Да какой там в принципе? Двумя руками и одной ногой «за», да ещё и с восклицательным знаком. Закисли они без дела. А тут ещё и ништяков куча. Сразу погнали «Тигры» в бригаду и назад приехали на, даже более новых машинах с пулемётными башенками на крышах. Да ещё и заправленные под пробку. Все ходят довольные, как слоны. Такими темпами мы скоро на танках разъезжать будем. Как мальчишки! Неужели не понимают, что в пасть зверю едем. Печёнкой чую, задание очень непростое. Как не хотелось подписываться! Просто так столько халявы не дают. Вечером загнали на задний двор наливник, а с тентованного КАМАЗа сгрузили ящики с патронами и пять тубусов «Мухи». Остаток вечера посвятили подготовке к рейду и спать легли пораньше. Правда Егор опять ворчал, что мне не сидится на базе, но это его обычная манера и я от него просто отмахнулся.

— Егор, если бы можно было послать только одну группу, я бы отправил Олега и не заморачивался. Но задание слишком сложное. Едут две группы и нужно общее руководство.

— И зачем ты подписался на него? Приключений захотелось?

— А не ты ли только что танец негров из племени Мумба Юмба танцевал вокруг наливника? А такие подарки, дорогой мой, отрабатывать надо.

Егор попытался ещё что-то сказать, потом махнул рукой, плюнул и пошёл прочь. Вот и поговорили.