Выехали с утра пораньше. Ещё было шесть часов, когда наша колонна из трёх «Тигров» и одного «Тайфуна» под полусонными взглядами часовых пересекла периметр базы. Ну, с богом. В башенках «Тигров», как малые дети резвились пулемётчики, поворачивая стволы направо и налево. Спасибо, что, хоть по птичкам для забавы не стреляют. Но то, что уж очень хочется им опробовать новое приобретение, видно сразу. А вот мне, что-то очень не хочется этих проб. Пусть лучше без стрельбы обойдётся. За всё существование базы мы умудрились понести очень маленькие потери. Тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо. Пусть они будут единственными. Город проехали почти без эксцессов. Центр вояки уже успели почистить. На крупных перекрёстках стояли блок-посты, на которых солдатики провожали нас удивлённым взглядом из-под касок. Центральный базар и дальше к окраине никто не чистил, поэтому пришлось немного пострелять. Обошлись ПК, дав возможность пулемётчикам поиграться своими новыми игрушками. Хорошо, что мы, по своему обыкновению, пустили вперёд «Тайфун». На мосту стояли брошенные машины, и нам пришлось их расталкивать в стороны. «Тиграми» мы вряд ли справились бы. А дальше пошла Цыганская слобода. Место и в мирное время небезопасное. Наркопритон на наркопритоне, воровские малины, да мало ли ещё чего может изобрести извращённая фантазия криминалитета. Призвав всех по рации к бдительности, сам тоже начал усиленно всматриваться в слепые окна низеньких домишек, путаницу глинобитных заборов и кривые переулки, мелькавшие за окном. Из одного такого вынырнуло человек пять вооружённых серых личностей, но увидев стволы пулемётов в башенках, поворачивающих в их сторону, благоразумно опять скрылись. То тут, то там, валялись неубранные трупы разной степени разложения. Вонь, наверное, была ещё там. Пулемётчикам не позавидуешь. Мы-то в закрытой машине едем, а им нюхать. Зомби, на удивление, не было. Видимо, сами и зачистили район. Ну а что, район криминальный. Оружия на руках много. Да и привычка убивать здесь не редкость. Сильно не заморачивались моральными принципами, в отличие от нас, многим из которых в первый раз стрелять в зомбака было уж очень тяжело. Надо будет доложить полковнику. Уже им легче. Чистить придётся только от криминала. Желающих пообщаться больше не было, и мы расслабились. Как оказалось — зря. Уже на выезде из слободы дорогу нам преградила баррикада из автомобилей, спутанных между собой колючей проволокой. На баррикаде стояли, сидели и лежали хмурые личности с пропитыми физиономиями, но с автоматами и ружьями в руках. Я заметил несколько помповиков и один карабин «Тигр» — клон СВД. Такой, если ещё бронебойный патрон в стволе, может и делов наделать. Ну здравствуй, криминалитет. Единственный проезд перегораживал двухэтажный туристический автобус, используемый, видимо, вместо шлагбаума. Пришлось остановиться. Сзади веером, уступом влево разошлись наши «Тигры». Тонкие стволы пулемётов зашарили по секторам. Ира вылезла в люк «Тайфуна» и взяла на прицел баррикаду. К нам, оторвавшись от разбитной потасканной девицы, вихляющей походкой пошёл небритый субъект с болтающимся на плече АКСУ. Похоже, он нимало не был смущён тем, что находится на прицеле.

— Слезай, фраера, приехали. — Прогундосил он простуженным голосом. — Базарить будем.

— О чём нам с тобой, урка, базарить? Открывай калитку, и мы поехали.

— Ты, фраерок, не гони. Успеешь. Проезд платный. Коммунизм кончился. За всё платить надо.

— И что ты хочешь за проезд? — Тянул я время, лихорадочно думая, что делать.

— Никита! — Вышел на связь Игорь. — Нас сзади скрепером подпёрли.

— Понял.

Слева канал. Неширокий, но даже нашим вездеходам не по зубам. Или не по колёсам? Всякая ерунда в голову лезет. Да и дальний берег канала выше ближнего, а потом сразу бетонная стена. Справа забор чего-то типа автокомбината, состоящий из бетонных сегментов. В принципе, «Тайфуном» можно попробовать завалить пару секций и уйти в объезд. Не могли они чуть раньше баррикаду сделать. Через глинобитные заборы всё легче прорываться. А не свалим, тут и будет наш последний и решительный.

— А ты мне одну из ваших машин оставь. И бабу с пукалкой, что у тебя на крыше торчит. — Глумливо рассмеялся мужик.

— А не боишься, что сейчас кликну войска, и твою вот эту конструкцию по брёвнышку раскатают?

— А что мне бояться? Это вам всё равно не поможет Вас из этих банок консервных, по любому вытащить успеем. А не сможем, прямо так поджарим. Бензину много. А потом ищи-свищи нас по району. Это наша земля. Мы здесь каждый кустик, каждый подвал знаем. Да и пусть докажут потом, что это мы. Так что, фраерок, договариваемся?

— Надо подумать.

— Думай. Только недолго. А то меня баба ждёт. Вишь, какая? Моя. — Он повернулся в её сторону и помахал рукой, явно рисуясь. Девица заулыбалась и помахала в ответ. Я поднял стекло, чтобы он не слышал переговоров.

— Так, мужики, слушай мою команду. Сигнал — мой выстрел. По моей команде сосредоточенный огонь из пулемётов по баррикаде. Замыкающий «Тигр», один автоматчик из задней бойницы уничтожает водителя скрепера. Ира, твой мужик с карабином на баррикаде. Видишь, карабин на твою СВД похож?

— Вижу.

— Он должен был гарантированно снят. Если у него бронебойные патроны, могут быть проблемы. И сразу все машина за мной. Попробуем «Тайфуном» проломить забор слева. Получится — уйдём. Не получится, принимаем бой здесь.

— Никита, а если просто уничтожить их всех, потом самим откатить автобус и спокойно проехать, а не огород городить с прорывом? — Вылез с предложением Игорь. — Нам же ещё назад ехать.

— Ну снимешь ты тех, кто на виду. Остальные за баррикаду спрячутся. Видишь, у них огневые точки оборудованы. Втянемся в затяжной бой, а там и подмога к ним подойдёт. Ты думаешь, здесь вся банда? Подожгут нас, сами из брони вылезем. Нет. Без нужды не воюем. А на обратном пути видно будет. Может вояк позовём, чтобы нас прикрыли. Всем всё ясно?

— Ясно.

— Тогда работаем.

Переговорщик уже потерял терпение и стал стучать кулаком по бронированной дверце.

— Что стучишь? — Опять открыл я окно.

— Ну что, надумал что-нибудь?

— Надумал. — Сказал я и выстрелил из пистолета прямо в небритое, помятое лицо. Пригодился всё-таки короткоствол. Лицо урки приобрело испуганно-удивлённое выражение, потом на лбу образовалось непредусмотренное природой отверстие, и он, нелепо разбросам руки, отлетел в сторону. Высокий, до визга, крик девицы заглушили пулемётные очереди, метлой сметающие с баррикады бандитов. Наверху щёлкнула СВД и мужик с карабином, высоко подбросив ноги, улетел куда — то вниз. Карабин, лишённый хозяина, полетел в кусты. Из-за баррикады уцелевшие открыли ответный огонь, по броне горохом застучали пули. Взрыкнув мотором, «Тайфун», словно бы нехотя, сполз с дороги, упёрся своим бронированным носом в бетонную плиту забора и, казалось, поднатужился так, что дизель заревел на повышенных тонах. Плита поупиралась, потом дрогнула и повалилась на землю, облегчённо уркнув мотором, машина под аккомпанемент частой стрельбы наехала на плиту, повернула налево и помчалась вдоль забора по территории автокомбината, объезжая баррикаду. За нами, огрызаясь огнём, рванули наши «Тигры». Буквально спустя метров тридцать в заборе оказались решётчатые ворота, которые мы снесли, не заметив и опять выскочили на дорогу. Пулемётчики причесали баррикаду уже с этой стороны, разметав тех, кто не догадался укрыться.

— Никита, притормози. — Вышел на связь Олег. — Дай я зачищу здесь всё.

— Уверен? Может подмога подойти.

— Уверен. Не успеют.

— Давай. Только осторожней. Без потерь.

Ребята Олега на двух машинах быстро подскочили к баррикаде, под прикрытием пулемётов десантировались и, как горох, рассыпавшись на местности, тут же скрылись в недрах конструкции. Раздались одиночные выстрелы, доклады: «Чисто!» по внутренней связи, потом так же споро вернулись к машинам, ведя кого-то, идущего совсем не добровольно, за заломленные за спину руки и попрыгали по местам.

— Всё, Никита, можем ехать.

— Лихо вы. — Похвалил я Олега, когда мы тронулись. — А что за попутчика вы там прихватили? Одним ехать скучно?

— Похоже, главного прихватили. В арыке прятался.

— Точно главный?

— Точно. Я их натуру гнилую знаю. Хотел за спинами отсидеться, как жаренным запахло. А сам, как картинная галерея, весь расписанный.

— И зачем он тебе. Там бы и хлопнул.

— Да поспрашивать хочу, за жизнь поговорить. Надо бы место какое потише найти. Чего его далеко с собой таскать.

— Найдём.

Километров через пять на трассе показался придорожный магазинчик, судя по всему, служащий обиталищем для зомби. Граф напрягся и оскалил зубы. Герда встопорщила шерсть на загривке.

— Олег, ваш выход. В помещении заражённые. Собак выпускать?

— Не надо. Сами управимся.

Зачистили магазинчик быстро, да и что там было зачищать? Хозяин, продавщица, да подсобный рабочий. Все бывшие. Живчиков, как и ожидалось, не было. Выставив часовых, мы вошли в помещение. Пока ребята, разглядывая полки и витрины, ходили по торговому залу, мы с Олегом затащили нашего пленника в помещение, бывшее, наверное, чем-то вроде кабинета хозяина. Не развязывая руки, посадили его на какой-то ящик и, взяв стулья, уселись напротив.

— Ну и чьих ты будешь, мил человек? — Вежливо поинтересовался я.

— Да пошли вы! Волки позорные! За беспредел ответите, в натуре! — Задергался пленник, распаляя сам себя.

А посмотреть было на что. Колоритный персонаж. Я думал, такие только в кино бывают. Расписан наколками весь. Точно картинная галерея. И как бы не из авторитетов. Я в наколках блатных мало разбираюсь. Трудно колоть будет такого.

— Ты, петушара вонючая, пасть прикрой! — Наехал на него Олег, успокаивающе подмигнув мне. Ну да, он же из СОБРа. Там с такими дело точно имел. Я решил помолчать.

— За базар отвечать надо! Ты, сявка, кого петухом назвал? — Вызверился пленный.

— Я тебе сказал пасть закрой и отвечай только по существу, если не хочешь, чтобы я тебя здесь опустил.

— Так всё равно завалите. — Вдруг присмирел зек.

— Завалим. Таким как ты на земле не место. Только разница, кем умереть: честным вором или зашкваренным. А я смогу.

— Верю. Мента за версту видно. Ты же мент?

— Мент. Говорить будешь?

— Буду.

В принципе, ничего интересного из пленного вытащить не удалось. Сбились в кучу. Стволы были. Выставили пост, стали заниматься рэкетом, обдирая проезжающих, а чаще не заморачиваясь, забирали всё и убивали несчастных. Давно искали подходящий транспорт, чтобы пуститься в дальнее, так сказать, плаванье. Доход с дороги упал, а в окрестностях уже и грабить нечего было. А так, поехали бы по близлежащим посёлкам, пограбили бы там. Да только в сельской местности и на пулю нарваться больше шансов. Там все сплошь охотники. Значит простые машины не подойдут. Всё планировали, как выехать в город и разжиться инкассаторскими машинами. Надо же, не одному мне такие мысли в голову приходили. Ну а тут мы едем. Они и думали, что мы военные. Но это их уже не остановило. Взыграла жадность, как только увидели наши броневики. Такого отпора не ожидали, так как были уверены, что хорошо нас заперли. Ну и на понт хотели взять. Не получилось. Пристрелили пленного том же за магазином и поехали дальше. Уже при въезде в пригород Львовска стали встречаться табуны гуляющих непуганых зомби. Похоже, здесь их никто не зачищал. По улице, среди обычных частных домов, чаще одноэтажных, мелькали зазывные вывески придорожных кафе. Из дверей одного из них высунулась палка с прицепленной на ней очень пёстрой тканью, по видимому женским платком.

— Мужики, а ну-ка притормозим. — Сказал я в рацию. — Похоже нас кто-то на шашлык приглашает. Олег, проверь.

Машина Олега подъехала к крыльцу кафе, из неё выскочили двое и прикрывая друг друга, вошли в внутрь. Спустя минуту один из них показался на крыльце и махнул рукой, мол, чисто, можно заходить.

— Все остаются на своих местах. — Скомандовал я. — Пулемётчики и снайпер — на позиции. Чтоб ни одна собака близко не подошла. Командиры подразделений заходят со мной.

Мы вошли внутрь и сразу натолкнулись на полные надежды и страха взгляды. Несколько женщин и мужчин стояли у входа в общий зал, сжимая в руках оружие от охотничьей двустволки до палки с примотанным к ней ножом. Среди них были и дети.

— Здравствуйте. Меня Никита зовут.

— Вы военные? — С надеждой спросила высокая худая женщина с ребёнком лет трёх на руках. — Вы за нами приехали?

— Вы нас спасёте? — Пропищала девочка лет пяти с васильковыми глазами.

— Нет. Мы не военные. Мы поисковая группа. — Сказал я и тут же поспешил добавить, видя их разочарованные лица. — Но по заданию военных. Сколько вас?

— Нас двадцать четыре человека вместе с детьми. — Взял на себя разговор конопатый мужчина довольно средней внешности. Есть такой тип людей. У них всё среднее: средний рост, средняя комплекция, средний нос, рот, глаза… Вот и этот такой. Единственное яркое пятно — конопушки. Видимо он здесь старший. — Да вы проходите, чего на проходе стоять.

Как водится, выслушали их немудрёную историю. Как метались они в ужасе по улицам, отбиваясь от внезапно сбесившихся соседей и родственников, как забились в это кафе, как запасались продуктами и сидели, ожидая помощи. Стандартная, в принципе история. Но, конечно, не для них. Повезло, конечно, что продуктов много было. На этой улице, насколько я помню, вообще много кафешек разного уровня и на разный кошелёк. А что. Дорога проезжая, много кто из путников останавливается перекусить. Да и из Львовска многие приезжали сюда на обед или повеселиться и попить водочки под шашлычок. Тут же справляли свадьбы и дни рождения, львовские выпускники школ отмечали свой выпуск. Короче кафешки на мели не сидели. Вот и собрали себе запас продуктов. Тут же и генератор был, и колодец. Газовых баллонов тоже набрали. Улица была не газифицированная, и в каждом дворе можно было разжиться. Кстати, дальше по улице тоже есть несколько общин, выживших подобным образом. Мы тоже вкратце изложили свою историю. Узнав, куда мы направляемся, все мелко закрестились, испуганно глядя на нас.

— Нельзя туда ехать. — С дрожью в голосе проговорил старший.

— С чего бы это? — Удивился я.

— Непонятные дела там творятся. И, время от времени жужжание в воздухе, как будто где-то рой пчёл, оттуда доносится. Несильно, еле слышно.

— Вот и поймём, что за дела.

— Люди там пропадают.

— Ну люди сейчас везде пропадают. Пошёл, нарвался на заражённых, покусали и пропал.

— Нет. Там не так. У нас одна община снялась и туда ушла. Мощная община была. Ею руководил начальник районного уголовного розыска. Могучий мужик был. И ничего не боялся. Вокруг таких же собрал. В основном из полицейских. Ну и семьи их, само собой. Собрались, в город ушли. Обещали подмогу за нами прислать. И с концами. А спустя неделю двое из их общины вернулись. Оборванные, страшные все и не в себе. Бормочут что-то, трясутся. Мы их пытались отпоить, в себя привести. Вроде успокаиваться стали, а тут жужжание это. Они как взбесились, заорали что-то, выскочили на улицу и побежали. А тут эти, ненормальные. Ну, которых вы зомбями зовёте. Съели, короче, сердешных.

— Вот оно как? — Не ошибся, значит, полковник. Из Львовска тот сумасшедший был. Куда я лезу?

С улицы давно раздавались выстрелы, но по рации меня заверили, что ничего страшного, идёт плановый отстрел зомби.

— Чего они, вдруг, туда пошли?

— Ночью со стороны горы, где новый микрорайон, видно прожектора. Они разведчиков туда и отправили. С Первомаевки эту гору видно хорошо. Ну они и увидели, как на горе кто-то строит что-то. Техника работает. Люди с оружием. Решили, значит, что власть там есть, а значит и спасение. Вот и пошли. Нас не взяли. Говорят, балласта не надо. Идите сами, мол. А мы побоялись. Не с нашими возможностями через этих зомби пробиваться. Да, ещё иногда вертолёт летает.

— Боевой? — Насторожился я. И, видя непонимающие глаза собеседника поправился. — Военный?

— Нет. Гражданский. Яркий такой. И стеклянный весь. Как стрекоза.

— А военные вертолёты есть у них? Не знаешь?

— Те разведчики несколько вертолётов видели на площадке на горе. Говорят, что все такие. И над нами только стрекоза эта летала и всё.

— Понятно. Спасибо. Мы поедем. Обещаю, что о вас доложу военным и, скорее всего вас вывезут от сюда в безопасное место. Я бы и сам вас забрал, но не на чем.

Я отвёл в сторону Олега и Игоря.

— Что скажете?

— Нехорошие дела творятся. — Задумчиво произнёс Игорь.

— Надо бы сходить, посмотреть. — Заявил Олег.

— Сделаем так. Вы идёте к своим командам, рассказываете им всё, что там услышали и определяетесь с мнением команды. Через десять минут жду вас в десантном отсеке «Тайфуна». Будем определяться по дальнейшим действиям. Выполнять.

Спустя десять минут командиры собрались в десантном отсеке.

— Ну, что скажете, господа командиры? — Поинтересовался я, глядя на их сосредоточенные лица.

— Мои хотят дальше идти.

— Мои тоже.

— Ребят, вы слышали, что там твориться? Это не бандюки с их примитивным концлагерем. Там кто-то очень серьёзный. Техника, вертолёты… Мы не воинское подразделение. Мы партизаны. Куда нам соваться? Чувствую, не по зубам нам это.

— Так мы тоже не на телегах! — Вскинулся Игорь. — И воевать можем. А группа Олега вообще спецназ.

— А если у них тоже бронетехника есть? Или что-нибудь противотанковое. Да нам и КПВТ за глаза хватит! Там нас и похоронят.

— А мы потихоньку. Поглядим и уедем.

— Потихоньку только издалека получится. И то не уверен. Я этот район знаю. Там дома только строить начали. Штук шесть пятиэтажек и вокруг пустырь. Скрытно не подъедешь. На подъёме издалека заметят. А пешком… Если бы не зомби, можно было бы, так ведь не дадут. Слетятся, как мухи на мёд. Поневоле стрельбу откроешь.

— Я, Никита, Львовск тоже знаю. И очень хорошо. — Задумчиво произнёс Олег. — Случилось, как-то, месяц со своим подразделением там стояли. Учения проводили по антитеррору. Легенда учений была: захват города бандформированиями. Так что мы его и ножками вдоль и поперёк исходили и с линейкой по карте. Там, внизу, под горой, лицей номер один стоит. По легенде там террористы детей в заложники взяли. Вот мы и отрабатывали этот район.

— И к чему сейчас это.

— А к тому, что скрытно к этому лицею подъехать можно. Я знаю, как. И машины на его территории укрыть тоже реально.

— А что толку? Нам гора нужна.

— Так и я про что? Вот оттуда наверх и полезу со своей группой. Не со всеми, конечно. Возьму наиболее подготовленных. Вряд ли у тех, на горе, с этой стороны серьёзные посты есть. Склон считается условно непреодолимым. Мы оттуда на тросах спускались.

— А подняться как планируешь?

— А я тогда на спор поднимался. Забились с ребятами из ОМОНа, что реально без верёвок подняться. Ящик коньяка тогда выиграли.

— Ну, не знаю. Сейчас доложу полковнику. Пусть решает. Если отбой даст, поедем назад.

Я связался с начальником штаба и кратко изложил всё то, что успел узнать. Попутно поделился и сомнениями в целесообразности дальнейших действий.

— Никита, я всё понимаю. — После долгого молчания сказал Семёнов. — Я всё понимаю. Но если хоть какая-то возможность есть, постарайтесь узнать побольше.

— Хорошо. Попробуем.

Ребята, услышав разговор, повеселели. Вроде взрослые мужики, а не понимают, что здесь риск может быть смертельным. Олег пересел в «Тайфун» рядом с водителем и стал показывать дорогу. Ехали на малых оборотах, очень осторожно. Весна уже вовсю вступила в свои права. Деревья покрыла густая листва, а в районе, нас интересующем, растительность вообще разрослась густо. Издалека мы увидели какие-то постройки на горе. Я глянул в бинокль и приблизившаяся, благодаря оптике, панорама отобразила заборы, какие-то строения и какие-то решётчатые конструкции и фермы. Поодаль была, видимо, вертолётная площадка, на которой стояли, свесив лопасти, два вертолёта иностранной конструкции, аляповато раскрашенные в жёлтый и красный цвета. Странное место. Очень странное. Мы буквально крались в сени деревьев, перекрывающих своими кронами узкую дорогу, покрытую старым, потрескавшимся асфальтом. Зомби было много, но мы не стреляли, а ограничивались только тем, что давили не убравшихся с дороги. Двор лицея был огорожен вездесущим бетонным забором, но ворота были распахнуты, и нудно скрипели на ветру. Мы заехали внутрь и загнали машины под навес каких-то мастерских, развернув так, чтобы без помех, не теряя времени, сразу выехать. Пулемётчики и Ира сразу заняли свои наблюдательные позиции. Олег и четыре парня из его группы, перепоясавшись верёвками и воткнув в уши гарнитуру рации, направились к склону, не обращая внимания на устремившихся к ним зомбаков. Остальная группа Олега, высыпав из машины, взяла наших скалолазов в полукольцо, дождалась приближения заражённых и заработала ножами. В тревожной тишине только слышалось хеканье, скрип ножей по кости и удивлённое бормотание зомби.

— Олег, а для чего верёвка-то? — Спросил я.

— На всякий случай. Для скоростного спуска, если что. — Ответил Олег, сосредоточенно глядя на почти отвесный склон. — Ну, всё. Пошли мы.

Забравшись в машины, чтобы не провоцировать зомби, мы наблюдали, как отважная пятёрка карабкается по склону. Изредка в рации были слышны переговоры. Больше советы, как поставить ногу или за что зацепиться рукой. Слышно было прерывистое дыхание. Ребята устали, что и не мудрено. Вскоре они достигли верха и скрылись в кустарнике, растущем там в изобилии.

— Подъём прошёл нормально. — Раздался по рации Голос Олега. Приступаем к разведке.

— Олег, ты не молчи. Докладывай, что видишь.

— Ого! Да у них тут всё по-взрослому. Вертолётная площадка на четыре места. Значит две птички где-то летают. Забор бетонный, но плиты стоят не плотно. Пробую разглядеть, что там внутри. Обзор узкий. Плохо. Вижу антенное поле. Они что, с Америкой собрались говорить? Склад ГСМ. Огромные цистерны на постаментах. БТРы вижу! Наши восьмидесятки. Шесть штук. Какая-то решётчатая конструкция сложной конфигурации. Не знаю, что это. Корпуса какие-то. Скорее всего лаборатории. Вон, люди в белых халатах на перекур вышли. Ой!

— Что там! Олег!

— Не кричи. Сигнальная нить протянута. Чуть не напоролся. Вовремя заметил. Тут у них сигнальный периметр. И многоуровневый, между прочим. Так, вижу бараки. Там люди. Много людей. Чёрт, охрана с собаками.

— Олег! Уходите. Всё, хватит.

— Погоди, я сейчас на сотку всё сниму. А то что, зря лазили?

— Ты ещё сотку с собой носишь?

— Так там и фотик и камера. Удобно. Ой, блин! Нас заметили!

Наверху раздался собачий лай, включилась сирена и застрекотали автоматные очереди. Ну попали! Сверху, к моему облегчению, упали концы верёвок, посчитал: ровно пять штук, и по ним быстро спустились разведчики. Мы уже не таясь очередями быстро расчистили пространство от зомбаков, давая возможность ребятам беспрепятственно дойти до машин и рванули со двора. Мотор уже не жалели, гнали на большой скорости. Спустя некоторое время над нами раздался шум винтов вертолёта и дорогу перечеркнули очереди. Я глянул вверх и увидел яркую стрекозу, висящую немного левее. В раскрытой двери пассажирского отсека стрелял из пулемёта, установленного на турели, человек в песочные цвета полевой форме в тактическом шлеме и в тактических же очках. А пулемёт как бы не крупнокалиберный! Я не успел дотянуться до рации, чтобы скомандовать пулемётчикам, как на большом блистере вертолёта, ярко бликующем на солнце, сошлись две очереди ПК. Пулемётчики сориентировались раньше. Спасибо, что башенки предусматривали и зенитную стрельбу. Блистер вертолёта взорвался осколками, вертолёт закрутило и бросило об землю. Точку поставил чадный взрыв. Выскочили на трассу, когда из замыкающей машины доложили, что нам на хвост уселся БТР. А это уже не есть гуд.

— Игорь! — Прокричал я по рации. — Сколько мух у тебя?

— Три.

— Обгоняй меня на максимальной. Я прикрою тебя корпусом. В ближайший переулок сворачиваешь, пропускаешь мимо себя нас и гасишь БТР.

— Понял.

Один из «Тигров» прибавил газу, обошёл нас, оторвался вперёд и, сбросив скорость, нырнул в переулок. Краем глаза я ещё успел заметить выскочившего из машины Игоря с тубусом наперевес и рядом Сёмку с вторым. Только бы БТР стрелять не начал. Разберёт, ведь, на запчасти своим крупняком. В зеркала заднего вида я увидел, как, сверкая огненным хвостом, из переулка вылетела смертоносная комета, и БТР вдруг вспучился огненным шаром. Игорь догнал нас скоро.

— Конец котёнку! — Раздался в рации его весёлый голос.

— Молодец. Чётко сработал!

Обратная дорога прошла без происшествий. Я по рации объявил всем благодарность и праздничный обед за свой счёт. Правда, прикинув свои финансовые возможности, добавил, что за спиртное платить не буду. Но это никого не расстроило. Сначала по рации грянуло дружное ура, потом кто-то стал наигрывать на губах марш «Прощание славянки», а потом вообще хором запели «Пусть бегут неуклюже».

Полковник ждал меня прямо на базе. С ним приехал неприметный такой майор с цепкими глазами. Ну, точно особист. И я не ошибся. Я изложил на словах всё, что с нами произошло, пообещав предоставить письменный рапорт позже, а Олег скинул ему фото и видеозаписи, которые отснял там. Как ни не хотелось, а оставшиеся гранатомёты пришлось вернуть. Но я отвёл душу, обозвав Семёнова евреем, на что тот нисколько не обиделся. Особист уволок Олега с собой в наш штаб, а мы пошли в ближайшую кафешку и заказали чай.

— Ну, спасибо вам. Большое дело сделали. — Произнёс начальник штаба, прихлёбывая чай.

— Что смогли. Мы же без прикрытия были. А там дяди взрослые. Еле ушли. Хорошо я у вас «Мухи» выпросил. А ведь давать не хотели.

— Можно было бы и потише сходить. — Всё-таки не удержался и проворчал полковник. — Разворошили вы осиное гнездо. Завтра с утра надо операцию по захвату проводить.

— А если это какой-нибудь секретный правительственный объект? Потом по шапке нге дадут?

— Был бы правительственный, я бы знал. Не всё, конечно. — Поправился он в ответ на мой насмешливый взгляд. — Но, как начальник штаба гарнизона, в общих чертах. Типа секретный объект. Туда не соваться, в случае чего иметь планы на прикрытие и эвакуацию объекта. Нет. Не правительственный. Сегодня, кстати, пока вы в Львовске прохлаждались, мы аэродром взяли.

— Да вы что! Молодцы. Повозиться пришлось?

— А ты думал! Там заражённых как бы не больше, чем на тоннеле было. И суперживчик был, кстати. А работать надо аккуратно. Летунов освободили.

— А там ещё и летуны были?

— Ну да. Воинская часть же там стоит. И истребители, и вертолётчики.

— А что же они сами не отбились?

— Да кому там отбиваться было? Половина обратилась. Хорошо ещё в тот день полётов не было. Не хватало ещё, чтобы самолёты на город падали. Ну а кто остался… Какие из летунов бойцы? Это в небе они асы. А на земле с автоматом бегать, тут другое.

— Их же должны учить на земле воевать, на случай если собьют.

— Ты сам-то веришь в то что говоришь? Должны. Не всякое должны даже в армии исполняется. Даже у меня в бригаде, если копнуть поглубже. А тут элита. Не царское это дело на полигоне с автоматом бегать. Короче зачистили аэродром. Технари самолёты уже стали готовить. Как раз вовремя. Завтра вертушки задействуем. Как десант и как прикрытие.

— С воздуха будете брать?

— И с воздуха тоже. Ладно, поехал я операцию готовить. Сегодня бы, но такие операции с кондачка не проводят. Как бы не опоздать.

Полковник попрощался, забрал с собой особиста и, просигналив на прощание, уехал. А вечером был настоящий праздник с песнями и танцами. Праздник устроили на старой базе возле нашего домика, поэтому никому не мешали. Я смотрел на веселящихся ребят и девчонок и радовался, что прошёл такой тяжёлый день, а мы все вместе и нет повода для грусти.