Востроухов был вынужден признать, что крайне растерян. Если в маленьком эльфийском мирке, где застряли они с Владимиром, начинают проступать глюки, то во что, в конце концов, выльется это невероятное приключение? Ящерица, которую упырь видел в Москве. Это само-то по себе звучит как диагноз. И вот рептилия здесь. Болтает, как герой дурного подросткового романа, и считает Марлена и Владимира порожденьями своего бреда.

Хорошо хоть, отвалила вгорячах.

— Ты слишком паришься, Амандилыч, — заявил князь, вставая с травы. — И запутываешь сам себя, потому что мыслишь, так сказать, не от себя, а от других. Здоровый эгоизм еще никому не вредил. Пляши от себя.

— Давай лучше ты. — Марлен тоже поднялся, и они, не сговариваясь, зашагали в сторону, противоположную той, куда слился многоконтекстуальный ящер.

— Ну, гляди. Скорее всего, я сейчас испускаю последний вздох под обломками вашего института дури. Ты — рядом с ним. Надо было, чудак-полуэльф, сидеть, где я сказал. — Владимир шутливо толкнул спутника в бок. — Яша этот варится в деструкторе…

— Всё-таки, думаешь, что он настоящий? — перебил Востроухов.

— Ну, для разнообразия, да.

— Я бы поспорил…

Их внимание привлек треск, раздававшийся сзади. Обернулись.

Призрачным вихрем мимо просвистел Яша.

А за ним нёсся здоровяк с синюшным изуродованным лицом и рваной дырой в солнечном сплетении.

— М-мать! — Владимир оттолкнул Марлена и убрался с дороги монстра сам.

Здоровяк притормозил и, не раздумывая, бросился на князя.

Полукровка поразился, насколько быстр этот невероятный урод. Впрочем, Владимир двигался не медленнее. Их драка выглядела, как на ускоренно перематываемой пленке. Мертвый незнакомец сразу захватил инициативу и обрушил на упыря град ударов. Мощные руки ходили, как поршни огромного двигателя, Владимиру оставалось лишь уклоняться и отступать — слишком высок и тяжел был нападавший.

Марлен должен был помочь другу. Он сконцентрировал свои упырьи усилия и с разбега прыгнул ногами вперед, целя в поясницу здоровяку.

«Мертвый здоровяк», — мелькнула неуместная мысль, а потом еще быстрее мелькнул кулачище незнакомца, и Востроухова словно смахнуло с прежней траектории.

Он врезался в ствол могучего дерева и упал на торчавшие из земли корни. Всё это было немного болезненно. Вот они, преимущества обращения. Даже перелом нескольких ребер почти не беспокоит.

Глянув на дерущихся, Марлен удовлетворенно отметил, что его бесславный блицкриг дал князю возможность для атаки. Сейчас монстр орудовал только правой рукой, левая висела плетью. Молодец Владимир!

И только теперь до Востроухова дошло: ходячий мертвяк со шрамами — это эльф, фото которого показывали упыри! Тот самый неучтенный самородок из Сибири.

Теперь еще и мертвый.

Вскочив на ноги, Марлен бросился в новую атаку. Он понимал, что обречен еще на один тумак, после которого снова что-нибудь сломается, но надо было дать повторный шанс Володе.

Еще во время разбега полукровка понял, что шанс давать уже некому — синюшный монстр размозжил князю голову. Прижал к дереву и удачно попал кулаком.

Однако Востроухов прыгнул, вытянув руки к шее мертвяка.

И промахнулся.

Последним, что он увидел, была раскрытая ладонь, возникшая перед глазами, затем раздался хруст, похожий на всхлип, и наступила тьма.

Марлен поднял веки, и темноту сменило голубое небо. В груди как-то уж чересчур привычно болело. Полукровка застонал.

Что там такое? Пальцы правой руки попали в мокрое, ощупали твердый штырь, торчащий чуть правее грудины.

Шорох.

Над Востроуховым кто-то склонился. Кто-то длинноволосый. Эльф? Женщина? Нет, слишком большой, чтобы быть дамой… На фоне светлого неба можно было ориентироваться только по темному силуэту.

— Жив, поганец? — с ласковостью маньяка спросил неведомый гость.

Мощные ручищи сгребли Марлена и приблизили к лицу незнакомца.

Полукровка разглядел три шрама на синей роже, всё вспомнил, и урод жадно впился в его шею.

Следующее пробуждение к жизни было столь же смутным и пьяным, как предыдущие. Сколько он их перетерпел?

Полная апатия и вселенская усталость — вот что он ощутил вместе с привычным уколом в грудь и неуступчивым нытьем в плече.

Разлепив губы, прошептал:

— Ну, как здесь принято говорить, жив, поганец.

Рассмеялся, и отчего-то стало намного лучше.

Сел, наплевав на боль. Сам выдернул обрывок арматуры. Огляделся.

Горящее пространство перед ставшим родным разрушенным зданием. Поляна. Лес.

От опушки отделился призрачный объект, полосой растянулся по дуге и сгустился рядом с Марленом в незабвенного ящера Яшу.

— Что здесь происходит? — спросил Яша, глядя немигающими глазками на Востроухова.

— Тебя убили, ты снова появляешься здесь, да?

— Да.

— Сколько раз?

— Дважды.

— Тогда добро пожаловать в наш маленький уютный ад. — Марлен покачал пальцем перед ящером, уже открывшим пасть, чтобы задать еще какой-нибудь нелепый вопрос. — Поболтаем позже. Сейчас попрут эльфы. Или явится наш друг с дырой в пламенной груди. Быстро собираем оружие и внутрь. Там Владимир.

Князь оказался во вполне сносном состоянии. Быстренько обратил Востроухова. Вооружился и выглянул туда, откуда всегда приходили головорезы Амандила.

— Ага, вот и они. Если чучело со шрамами не выступит на их стороне, втроем отобьемся. Ну, а пожалует — скорее всего, нет. — Упырь обернулся к соратникам. — Значит, ребята, давайте условимся. Нарисуется мертвец — мочим его из всего, что имеем. По фигу, заденем своих или нет. Надо понять, как его можно увалить, согласны?

— Да, — ответил Яша.

Марлен мрачно кивнул, подумав, что есть еще и вполне логичный вариант «мертвого не убьешь».

— А вот об этом даже думать забудь, понял? — зло сказал Владимир. — Ну, понеслось. Амандилыч, напоминаю, что папашу твоего желательно убить в самом начале.

— То есть? — вклинился ящер.

— Вон тем отрядом командует отец нашего Марлена, — терпеливо объяснил князь. — Без командира эльфы начинают вести себя смело, но глупо.

— Сколько же вы тут… — то ли спросил, то ли прибалдел Яша.

— Много, — отрезал Владимир. — Всё, к бою.

Ящер дотронулся до плеча Востроухова.

— Ты прости, если я его…

Марлен усмехнулся:

— Не бери в голову, он меня еще там почти убил. Два раза. А во второй, может, и не почти…

Показав раздвоенный язык, Яша развоплотился.

Полукровка и упырь через оконный проем наблюдали, как едва заметная призрачная лента огибает ягд-команду, затем ящер проявляется рядом с Амандилом и отец Марлена падает.

Позже Востроухов попробовал подсчитать, сколько раз ему пришлось посмотреть эту сцену, и вышло магическое число семь.

События развивались по-разному. Многажды полукровка вовсе не успевал объединиться с Володей и Яшей, и его настигал мертвый шрамоносец. Но если доходило до момента, когда ящер убивает Амандила, обычно бывало значительно веселее. Три раза они успевали перебить ягд-команду, прежде чем в театре военных действий появлялся синюшный эльф. Увы, в те разы они так с ним и не сладили.

Когда мертвый громила подключался к драке до завершения боя с командой Амандила, он бросался либо на эльфов-автоматчиков, либо сразу на обороняющуюся троицу. И в первом развитии Марлену, князю и ящеру предоставлялся самый сочный шанс победить монстра. Дважды он вступал с ними в схватку, ослабленный ранениями, которые ему нанесли эльфы, и оба раза не хватало буквально чуть-чуть везения…

В тот момент, когда Марлен и Владимир в восьмой раз следили за Яшей, сокрушающим Амандила, где-то в здании раздался то ли стон, то ли крик:

— Су-у-ука!

И — рыдания.

Голос был незнакомым.

Они вскочили и, прикрывая друг друга, ввалились в комнату, откуда доносились всхлипы и невнятное бормотание.

— Смотри-ка, Березовский! — удивленно протянул Марлен. — Какими судьбами Борис Абрамович?

Владимир недоверчиво покачал головой.

Руки одиозного олигарха были прикручены проволокой к крюку, который торчал из стены. Длина проволоки была рассчитана так, что новичку приходилось стоять на цыпочках. Деловой костюм, лакированные туфли, и столь нелепое положение… На стене, рядом с заплаканным Березовским, красовалась надпись «Спартак — чемпис». «С», очевидно, была недописанной «о».

— Знаешь, Амандилыч. — Князь сплюнул. — Лучше бы они нам бабу прислали вместо БАБа…

Примчался Яша, возник рядом с ними, только ветерок легкий поднялся.

— Это не БАБ, — сказал ящер. — Это клопоидол, о котором я вам рассказывал. Ну, здравствуй, Иуда!

Тот, кого Яша назвал клопоидолом, вперился в него ненавидящим взглядом.

— Будь проклят, гаденыш!

Ящер в ответ только зашипел.

— Одна, но пламенная страсть, — прокомментировал Марлен.

Владимир хохотнул было, но осекся:

— Так, быстро на позицию!

Они вернулись к оконному проему и увидели, что ягд-команду прессует мертвяк.

Прекрасно.

Потом к делу приступил Яша. Он материализовался неподалеку от основных событий и прицельно влепил роскошную очередь в могучего дохляка.

Марлен решил, что оксюмороны лезут ему в голову из-за нервов.

— Могучий дохляк? — переспросил князь. — Запатентовать не забудь, когда вернемся.

Снова и снова Востроухов поражался его оптимизму.

— Не знаю, как тебе, а я должен вернуться к Вере, — сказал Владимир и очень удачно послал одиночный в голову приникшему к чьей-то эльфийской шее монстру.

В сотый, наверное, раз Марлен мысленно поклялся Свете, что тоже вернется.

В этом варианте событий остатки ягд-команды сообразили объединить усилия с более слабыми врагами. На мертвяка обрушился шквал огня, и он дрогнул, припал на колено, заслоняя голову ручищами.

Князь побежал к нему, выхватив из-за пояса кухонный тесак.

Через несколько секунд голова чудовища покатилась по траве. Могучее тело рухнуло наземь.

— Не стреляйте! — крикнул Владимир, поднимая руки и шатаясь от полученных ран.

Эльфы и Яша прекратили огонь. Марлен выпрыгнул из окна, зашагал к ним.

— Ладно мы, — заговорил князь, переведя дух. — Но вы-то, вы! Сколько раз вы умирали, а?

Эльфы — их осталось пятеро — неуверенно переглядывались, обмениваясь короткими словами.

До спешащего Марлена донеслись словечки «болен», «сумасшедший» и пара более обидных.

— Эй! — он окрикнул всю честную компанию и перешел на квэнья: — Неужели вы ни разу не воскресали здесь же, после того, как мы вас убивали, братья? Я и они умирали много раз, мы всё время опять попадали сюда, а потом приходили вы, и начиналась новая рубка.

— Ты говоришь невозможное, полукровка, — ответил на квэнья же один из остроухих.

— О чём они? — спросил Яша Владимира.

— Потом скажу, — отмахнулся тот.

— Послушай, как тебя зовут? — спросил меж тем Марлен эльфа.

— Меня?.. — Остроухий выглядел удивленным. — Меня…

Он обернулся к братьям. Те были удивлены не меньше.

Зароптали, кто-то взялся за голову.

А затем они просто пропали.

Растворились.

А с ними и убитые. Даже безголовый шраморожий (здесь Марлен снова поймал себя на оксюмороне).

— Шаман, — уважительно сказал Владимир, хотя отчетливо читал в мыслях Востроухова полное смятение.

Полукровка развел руками.

— Я просто хотел наладить контакт.

Ящер, казалось, и вовсе впал в оцепенение.

— Эй, Яков! — Князь похлопал в ладоши перед его мордой. — А что там с твоим лже-АбрАмовичем?

Хвостатый очнулся, изменил окраску шкурки на лиловую.

— А?

— На! — весело по-деревенски ответил Владимир. — Что, говорю, с твоим не-БАБом?

— Так не до него было…

Яша сделал что-то там с контекстом, Марлен не помнил, что, и смылся.

Через несколько секунд возник в оконном проеме, недавно служившем бойницей.

— Сбежал!

— Ну и куда он отсюда денется? — спросил полукровка.

— О, вы не знаете клопов… — со значением ответил ящер.

Владимир скептически пожал плечами, а Марлен крикнул:

— Ну, ищи тогда! Что-то же меняется, верно?

Яша снова развоплотился. Востроухов и князь зашагали к зданию.

Раздался выстрел. «Калаш».

Они со всех ног припустили на звук.

— Сюда! — крикнул ящер. — За дом! Быстрее!

«Березовский» сидел, прислонившись к стене. Зажатый меж ног автомат соскользнул набок, но дело было сделано — клопоидол прострелил себе башку. Брызги крови и кусочки мозга живописно украсили серую стену «института наркоты и путешествий». А над всем этим импрессионизмом обнаружилась неприметная на первый взгляд аномалия: воздух двигался и колебался, образуя нестабильную линзу. В ней то темнело, то светлело, а еще — поднялся ощутимый сквозняк. Воздух явно втягивался внутрь этой аномалии.

— Вы как хотите, а я туда, — заявил Яша.

— Уверен? — спросил Владимир.

— Да. Клопоидолы особые твари. Они запасают энергию, до открытия которой вы пока не додумались. В общем, я уверен, что это путь обратно.

— Удачи, — сказал Марлен.

— Давай! — Князь хлопнул ящера по плечу.

— И вам всего. С вами было весело, — промолвил Яша. — Ну, и это… Смотрите, когда к Разоряхеру вернется его истинное обличие, энергия закончится.

Он разбежался и прыгнул рыбкой в линзу.

— Вот и поминай как звали. — Владимир недоверчиво осмотрел стену.

Марлен не ответил. Он не мог оторвать взгляда от застрелившегося «Березовского» — с телом происходили метаморфозы, причем не самые приятные. Сквозь человеческие черты лица постепенно проступал облик насекомого: темнел цвет кожи, вместо губ появились отвратительные челюсти, или как там их называют, Востроухов не знал, руки уступили место мохнатым лапкам с крюками. Общие габариты тела не изменились, но осанка, фигура… Оказалось, что «ноги» растут очень близко к «рукам», грушевидное брюхо попросту за ними волочилось. Ну, при жизни этого существа.

Владимир толкнул Марлена в плечо.

— Амандилыч, хватит пялиться, дырка закрывается! Вперед!

— А может, не надо?

— Надо, Федя, надо.

Князь подхватил друга под микитки и швырнул в линзу. Было в таком обращении нечто оскорбительное, и полукровка мысленно послал упыря на три буквы, но тут его тряхнуло и, по ощущениям, вывернуло наизнанку, а потом еще прокрутило на мясорубке и впечатало этот фарш спиной в землю.

Грудь прострелило адской болью, аж в плече отдалось.

Марлен застонал и тут же услышал:

— Жив, поганец. Так, первую помощь ему и под замок. Позже поговорим.

Голос отца Востроухов не спутал бы ни с одним другим.

«Ну, спасибо хоть не сразу в расход», — подумал Марлен и потерял сознание.