НАШИ КНИГИ

No: 01 (149)

П.П. Супруненко. Жизнь под вопросом. Мемуары. М., изд-во "Травант". 2008.

Возможно, название книги Павла Супруненко не совсем удачно. Жизнь под вопросами могла быть у Павла Павловича, когда он делал свои дневниковые записи, систематизировал их, осмысливал — как это он умудрился прожить такую насыщенную жизнь, вместившую в себя так много настолько значимого не только для одного человека, но и в масштабах всей страны.

Теперь же, когда книга вышла к мыслящему читателю, ей более подошло бы фундаментальное название. Что-то типа "История становления человека советско-российского".

В чём основная ценность этой книги? Да в том, что она нацелена в будущее. Это сегодня, пока автор находится в добром здравии, пока ещё в стране у нас проживает не одна тысяча таких вот живых и относительно здоровых свидетелей становления нашего государства — да и не просто свидетелей, а активных его строителей, — мы можем ещё с некоторой вальяжностью листать страницы этой книги. Отыскивая в ней эпизоды по своему вкусу: хорошо известные, мало известные и совсем незнакомые. Но пройдёт несколько десятков лет — и ценность этой книги станут определять совсем не специалисты по антиквариату, а серьёзные исследователи истории современной России. Пусть значимость этой книги не уровня "Истории государства российского" Карамзина, но для исследователей нашей эпохи книга будет ценным подспорьем, ничуть не меньшим, чем для эпохи исследования Руси Карамзиным.

Своеобразен язык автора, его стиль подачи текста. На первый взгляд не хватает литературной обработки, "красивостей". Но эта "корявость" — не корявость ли самой жизни?

Эпизод за эпизодом вчитываясь в жизнь обыкновенного советского приднепровского паренька, ставшего в 17 лет (!) и героем Великой Отечественной, и журналистом популярнейшей московской газеты, и диссидентом, и… — невозможно эти этапы вместить в одну фразу — вдруг ловишь себя на мысли, что читаешь не дневниковые записи, а смотришь кадры документального кино. Именно отсутствие в тексте неизбежных литературных прилизываний, когда хочется выразиться красивее, даже в ущерб точности и правдивости описания, позволило идеально передать не только атмосферу того времени, но и сохранить для потомков документальную точность происходящего. Этот сочный язык народа, прямые и простодушные высказывания автора и героев его эпизодов, оценка происходящего без оглядки на "как бы чего не вышло" — как археологический культурный слой: фальши быть не может просто по определению. И вот он, срез: и 30-х годов, и военного лихолетья, и "развитого социализма" — он весь на виду. Не в "киношном", цветном изображении, а в истинном виде, с натуральной достоверностью.

Анатолий Антонов. "Шлюха милосердия" и другие рассказы, новеллы и очерки".

На обложку вынесено название одного из рассказов, действие в котором происходит в военном госпитале близ Чечни. Ситуация, возникшая в этом госпитале с совсем молодыми людьми, в какой-то степени необычна, но и в то же время стара как мир: осознанное пожертвование собственной судьбой, фактически — даже жизнью, ради спасения других. Правда, на этот раз настолько в нестандартной форме, что вызывает резонные сомнения в целесообразности.

И в других рассказах и новеллах гов

орится о любви, о чести и долге, а в общем — о жизни. Причём, возраст героев в произведениях колеблется от 5 до 86 лет, и этим автор утверждает, что человек интересен всегда, на любом этапе своей сознательной жизни.

Очерки — наиболее интригующая часть книги.

"Разговор со специалистом о "Курске", Балтике, об экологии и о себе" — исследование истинной причины гибели подводной лодки, история о подковёрных интригах в высших эшелонах власти!

"Милует царь, да не милует псарь". В зонах, лагерях и тюрьмах России отбывает срок одна сто сорок вторая часть населения страны (по последним данным, нас 142 миллиона). Президентское помилование осуждённых — нужно ли оно вообще? А если "да" и даже необходимо, применяется ли в нужной мере и что мешает этому? Автором проведено самое подробное исследование этого вопроса.

"Неуловимые Джо обличают Калашникова". Помните заключительную фразу этого анекдота? — "Да кому он нужен!" Вот и автор говорит: "Собака лает, караван идёт". И что из того, что злопыхателей в эпоху перестройки развелось на целую стаю собак? Пусть себе — "обличают", на то они и "неуловимые"…