Планетарий

На хруст французской булки

ДЕЛО МОЛОДОЕ

Один мой знакомый, вернувшийся в феврале из Парижа, где проработал последние три года, очень долго мне рассказывал об Эйфелевой башне, парижанках и хрустящих круассанах на завтрак. Но после лирики пошла правда жизни. Так вот, оказывается, в Париже можно снять квартиру за 300 евро (десятая часть от средней зарплаты), все социальные гарантии и пособия будут обеспечены, несмотря на то, что для Франции ты «гастарбайтер». Финансового кризиса мой приятель на Елисейских Полях не почувствовал. Зато почувствовал вполне доброжелательное отношение к себе.

Так, может быть, здесь собака зарыта? Ведь уезжают не только за деньгами – хотя куда ж без них-то! – но и за человеческим отношением. Уезжают туда, где тебе не дадут понять первым делом, что ты никому не нужен, что твой шесток уже известен и не пытайся с него соскочить. Молодёжь резко реагирует на ясное отсутствие перспектив.

«Скорее всего, уеду за границу. Мой брат, он химик, уехал в Германию, потому что здесь его способностям не дали ходу. Максимум, на что мог рассчитывать, – порошки месить. А там он работает научным сотрудником и получает за это вполне прилично…» Это откровенное признание моего друга Владимира, он студент МАИ. О том, что кто-то хорошо устроился здесь, в России, слышишь довольно редко, и то в основном с экрана телевизора, когда в выпуске новостей тебе как ценный экспонат демонстрируют образцово-показательный исследовательский центр со счастливыми лицами молодых учёных в окружении колбочек с реактивами.

Реальная жизнь, как выясняется, намного прозаичнее. Вероятность, получив приличное образование, прозябать в каком-нибудь богом забытом НИИ, всю жизнь считая копейки до получки, в десятки раз выше вероятности работать в престижном месте и жать руку президенту на приёме в Кремле в честь очередного твоего изобретения. Да и престиж самой научной работы сейчас болтается где-то на уровне плинтуса. «Месить порошки» – это явно не то, что хотел бы делать в лаборатории молодой специалист. Ну ещё есть возможность попробовать крутиться в качестве «офисного планктона» или заняться сетевым маркетингом, когда уже деваться некуда – впаривать народу какой-нибудь гербалайф или БАД…

Вроде бы об отъезде должны думать только «технари», гуманитариям за границей особо делать нечего, спроса на них там нет. Но и молодые гуманитарии сегодня не прочь поискать возможности в том направлении. Моя знакомая, Александра, учится в РГГУ на психолога. О своём будущем она говорит так: «Я бы предпочла работать всё-таки в Австрии, поскольку по моей специальности в России работают вообще единицы. Менталитет русского человека так устроен, что если ты ходишь к психологу, то, значит, ты – псих. Да и условия для исследований в других странах лучше».

Казалось бы, уж где-где, а в нашей нефтегазовой сфере дела обстоят благополучно. Но… Кадры для нефтяной отрасли куёт РГУНГ им. Губкина. Вот что говорит один из его студентов: «Из страны бы уехал. Пока у нас есть природные ресурсы, ещё будем держаться, а что дальше – неизвестно. Уровень жизни низкий, цены на недвижимость очень высокие. В тех же США всё иначе».

А вот говорит другой мой приятель, будущий геолог: «Плохо представляю, кому моё образование в России нужно… Так что если будет возможность уехать, вряд ли откажусь».

Не могу сказать, что абсолютно все мои сверстники хотят сделать своей стране ручкой и отправиться за её пределы на поиски собственного Эльдорадо. Большинство не прочь пожить в другой стране, поработать, а потом вернуться. К очень резким переменам в жизни они пока ещё не готовы. Хотя и не скрывают, что если вконец допекут, то выбора просто не останется. Грустно, конечно, внезапно осознать, что ты своей стране не нужен. Но, к сожалению, в последнее время такая мысль всё чаще и чаще закрадывается в головы моих сверстников…

Роман МАРКЕЛОВ, студент, 19 лет

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии: