Новейшая история

СССР продолжается

КНИЖНЫЙ РЯД

С. Маркедонов. Турбулентная Евразия : межэтнические, гражданские конфликты, ксенофобия в новых независимых государствах постсоветского пространства. – М.: Московское бюро по правам человека, Academia, 2010. – 260 с.

К неожиданному на первый взгляд выводу о продолжении истории Советского Союза автор пришёл, проанализировав последствия так называемой пятидневной войны. По мнению Сергея Маркедонова, признание Россией независимости Южной Осетии и Абхазии ярко продемонстрировало, что «процесс этнического самоопределения, запущенный с распадом СССР и сформированный самой советской моделью власти и управления, не окончен. До урегулирования этнополитических конфликтов на территории бывшего Советского Союза его распад (как исторический процесс) невозможно считать окончательно завершённым».

Автор со знанием дела показывает явные и скрытые пружины межнациональных конфликтов, вот уже два с лишним десятилетия кровоточащих в разных концах «одной шестой части суши».

Внимательно ознакомившись с выкладками, приведёнными в книге, можно отметить, что порой национальная принадлежность враждующих не имеет решающего значения. Всё сложнее. Сказываются исторически обусловленные мировоззренческие различия людей, живущих порой совсем рядом, на разных берегах одной реки. Как это, например, до сих пор имеет место быть на территории бывшей Молдавской СССР, разделённой на Республику Молдову и непризнанную Приднестровскую Молдавскую Республику (ПМР). В последней, например, молдавский язык входит в число трёх государственных. А его носителям отнюдь не закрыты пути во властные структуры ПМР. Молдаване Левобережья, кстати, в конце 80-х годов выступали за сохранение в тогда ещё единой советской республике русского языка в качестве государственного. Объясняется это в первую очередь тем, что именно левый берег Днестра уже не одно столетие находился в орбите российской государственности. В то время как правобережная Бессарабия традиционно испытывала тяготение к Румынии.

Теме конфликтов на Кавказе посвящена значительная и, наверное, наиболее злободневная для российского читателя часть книги. Ведь от того, как в ближайшие годы будет складываться ситуация в этом, к сожалению, уже стабильно нестабильном регионе, во многом зависит будущее России в целом. Интересны исследования процессов, которые сегодня вылились в массовый отток русского населения из северокавказских республик. Нередко Маркедонов разрушает сложившиеся в этой сфере штампы.

Например, аргументированно доказывает, что отток, а точнее сказать, бегство русских из Чечни началось задолго до пресловутой перестройки. К 1989 году Чеченскую Республику покинули около 100 тысяч человек. И виновата в этом была недальновидность советских руководителей образца 60–70-х годов, которые, не вдаваясь в суть проблемы, не раз становились на сторону «титульной» нации, в пику «великодержавному шовинизму» русских.

Обращает на себя внимание и «правозащитная ориентация» этого издания. То есть, ко всему прочему, действия конфликтующих сторон оцениваются с точки зрения международного права. Правда, читая рассуждения на эту тему, я невольно вспоминал замечание Льва Толстого в 4-м томе «Войны и мира»: «Как будто существовали какие-то правила для того, чтобы убивать людей».

Невозможно без горькой иронии читать такие вот строки: «В одном из интервью Лидия Графова, председатель Форума переселенческих организаций… сделала непростое признание: «Мы виноваты перед русскими беженцами из Чечни. Мы – это в целом правозащитное движение. Именно с нашей подачи общественное сострадание замкнулось только на чеченцев. Это, наверное, заскок демократии – поддерживать меньшинство даже ценой дискриминации большинства… И я должна признаться – мы искренне считали, что должны отдавать предпочтение им перед русскими. Потому что чувствовали перед ними историческую вину за депортацию. Большинство правозащитников до сих пор придерживаются этого мнения. Лично у меня постепенно чувство вины перед русскими перевесило. Я была в Чечне 8 раз, и каждый раз мне становилось за них всё больнее. Окончательно меня сразила одна старушка, которая сидела на табуретке посреди улицы. Когда она увидела меня, то достала из-за пазухи чайную ложечку из синего стекла и с гордостью сказала: «Моя!» Это всё, что у неё осталось».

Думается: если бы процесс «просветления» в отношении русских беженцев у наших правозащитников шёл хоть немного быстрее, многим людям было бы легче сохранить свою жизнь, достоинство, крышу над головой.

Алексей ПОЛУБОТА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: