Гуманитарий
Скажи мне, кто твой друг
ДНЕВНИК УЧИТЕЛЯ
Инна КАБЫШ
«Друзья и дружба в лирике Пушкина»: тема стара как мир.
Мама рассказывала мне, как в своё время писала сочинение на эту тему. Я хорошо помню, как на эту же тему писала сочинение я.
А теперь его будут писать мои ученики.
Но сначала – урок.
Готовлюсь.
Казалось бы, ну чего тут готовиться: все стихи на эту тему читаны-перечитаны сто раз.
Но у меня железное правило: всегда перечитывать тексты.
Стихотворение «19 октября» (1825).
Что я скажу о нём своим ученикам?
Что, сидя в Михайловском, Пушкин поминает в нём своих лицейских друзей: покойного Корсакова, путешествующего Матюшкина, навестивших его в ссылке Пущина, Горчакова и Дельвига, «запоздалого друга» Кюхельбекера.
А ещё расскажу, что в черновике этого стихотворения поминались и другие лицеисты: Вальховский, Броглио, Данзас.
Но друзья Пушкина не только одноклассники. В том же стихотворении первую чашу он поднимает за «наставников», а в черновике, как мы знаем, было: «Куницыну (курсив мой. – И.К.) дань сердца и вина», то есть учителя – тоже друзья.
А кто ещё? Пожалуй, царь. Тот, что сослал в ссылку (хотел на Соловки, но друзья поэта упросили – на юг):
Простим ему неправое гоненье:
Он взял Париж, он основал Лицей.
(Удивительно, как Пушкин умел – силою духа – врагов превращать в друзей.)
Перечитываю внимательно это стихотворение ещё раз:
А ты, вино, осенней стужи друг (курсив мой. – И.К.)
Пушкин умел дружить не только с людьми.
Вот и «вино» – друг.
А ещё – Царское Село, ибо оно «Отечество».
Натыкаюсь на эту хрестоматийную строку и вдруг понимаю, что Пушкин умел дружить и с «местом». Умел, как сказал другой классик, «привлечь к себе любовь пространства».
И тут же вспоминаю его предсмертные слова, обращённые к стоявшим на полках книгам: «Прощайте, друзья...»
А через минуту – строчки из «Евгения Онегина»:
Чтоб обо мне, как верный друг (курсив мой. – И.К.)
Напомнил хоть единый звук.
Поразительна способность Пушкина дружить со всем миром во всех его многообразных проявлениях: от человека до «звука».
Завтра я обязательно расскажу своим ученикам об этом своём маленьком открытии.
А потом они напишут сочинение.
Одно будет даже в стихах:
Эх, ну за что? Ах, почему
семь тонн своих стихотворений
на триста восемь поколений
оставил Пушкин – не пойму.
Вот если б, севши на Салтана,
Людмилу встретив и Руслана,
их кот учёный превратил в одно:
нам Пушкин друг, но трудно всё равно.
Да, им трудно. Читать Пушкина. Писать о Пушкине. Но всё-таки он им «друг».
Значит, всё не напрасно: и моя подготовка, и наш урок, и их сочинение.
Миссия выполнима.
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 3,5 Проголосовало: 2 чел. 12345
Комментарии: 07.04.2011 16:09:44 - Сергей Станиславович Костин пишет:
...Эх, прокачу...
«…севши на Салтана», г-жа Кабыш несёт в массы: «Удивительно, как Пушкин умел – силою духа – врагов превращать в друзей». Надо полагать «враг» это царь батюшка, «неправый гонитель». Тот самый, который сильно обидев друзей «настоящих» /т.е. не тех, что из "врагов"/, оплатил все долги поэта. Как раз после того, как у Пушкина /увы нам, увы/ не хватило «духа» обратить своего убийцу в очередного «друга». Наверное, по причине, что весь "дух" на царя был потрачен. О том, что царь теперь Пушкину друг, поэту, наверное, сама г-жа Кабыш рассказала. Да что там Пушкин или там Дантес - даже "кот учёный" - нет, чтобы на Салтане скакать, всё кругами, дурак, бродит... От чего бы нашей Инне не использовать для «сидения» более безопасные места? Дабы не тревожить читателей ЛГ сомнениями – а понимает ли автор, почему Пушкин это «наше всё?», и что с этим «всё» нельзя как со зверушками-куклами-игрушками? Но в чём сомнений нет /тут «заслуга» г-жи Кабыш очевидна/, так это в необходимости радикальной реформы образования - как минимум - в гуманитарных предметах. А «… на Салтане- Руслане » - только в тундру.
06.04.2011 21:54:20 - юрий дмитриевич шатунов пишет:
КАК было бы здорорво учиться всем детям в Вашем классе. Но вот две непридуманных истории. Сосед восхищается учительницей своего сына:- "Она у нас толковая, современная ...Объясняет. что вот раньше, надо же такой был дурдом, какое-нибудь "Воскресение", толстенную книжку , надо было читать от корки до корки. То ли дело - вставил диск в комп и через полчаса-час все "Воскресение". Целый день едем в вагоне поезда друг против друга. Она - студентка последнего курса университета, но уже работает в школе учительницей математики. Работа нравится. "Мама- программист, это она настояла, что бы я была учителем.Сказала:-"Боже тебя упаси стать, программистом. Это ж с ума сойти, постоянно надо учиться, вечно на какие=то курсы ездить, а тут чистая, спокойная работа" На мой вопрос, неужели за пять лет в университете никто не сказал, что учитель обязан учиться всю жизнь, пожала плечиками:-" Да нет , я же не литератор"