Искусство

Культура как реализм плюс модернизация всей страны

СОБЫТИЕ

На открытии Международного конгресса «Культура как ресурс модернизации» в Ульяновске Александр Авдеев назвал культуру важнейшим условием сохранения идентичности нации. Девальвация базовых ценностей, которые в каждом народе передаются от предков потомкам, в итоге сделает сам процесс модернизации бессмысленным. Кому-то подобный вердикт может показаться слишком мрачным, но к точке принятия решения мы, похоже, уже подошли практически вплотную.

Стресс со знаком минус?

Модернизация, как любая перемена привычного хода событий, по сути своей стресс. В масштабах страны речь идёт о миллионах людей, которые в самое ближайшее время (пусть не завтра, но в течение ближайших пяти–десяти лет) окажутся один на один с миром, жить в котором они не приспособлены. Им будет не хватать не каких-то конкретных знаний в области новых технологий (их приобретение дело наживное), а личностных ресурсов, формирование которых происходит благодаря социокультурной матрице, которую каждая нация буквально по «кирпичику» складывает в течение всей своей истории. Каждый такой «кирпичик» – старинная сказка или народная песня, картина старого мастера или неписаное правило общего жития, завещанное предками, – уникален, а потому – бесценен. Сложность и многоуровневость национальной культуры обеспечивают сложность и многоуровневость личности, выросшей и воспитанной в традициях этой культуры. И не нужно быть ни политологом, ни экономистом, чтобы понять, что современный мир – это мир, в котором конкурируют личные стратегии. И чем сложнее личность, тем эффективнее жизненные стратегии, которые она способна генерировать. Успех сегодня – это не деньги и даже не власть – и того, и другого сегодня так легко лишиться. Успех – это умение быть креативным. Так что модернизация предполагает не только принятие рациональных экономических решений, но и всемерную поддержку и защиту традиционных культурных ценностей, которые позволяют человеку вписываться в современный мир, не утрачивая духовных ориентиров.

Вот как выглядела платформа, на которой и было выстроено разветвлённое форумное пространство, в котором нашлось место и время для обсуждения самых разных проблем – от подготовки кадров для современных учреждений культуры и преобразования городской среды обитания до методов популяризации исторического наследия и стратегий финансирования проектов в сфере культуры.

Судеб сплетенья

Ассамблея «Пластовская осень», приуроченная к культурному форуму в Ульяновске, вполне может рассматриваться как самостоятельное художественное событие. Причём не только в силу насыщенности программы, вместившей в себя пленэр для художников в родной для Пластова Прислонихе, открытие там же памятника выдающемуся русскому художнику, четыре выставки (по итогам пленэра, выставку русского реализма из собрания Союза художников, экспозицию работ Аркадия Пластова, хранящихся в семье художника, и выставку воспитанников лучших детских художественных школ страны), вручение первой международной Пластовской премии, круглый стол «Судьбы реализма в ХХI веке» и массу других мероприятий. Ценность происходившего лучше всего, пожалуй, измеряется энтузиазмом и энергией, благодаря которым «местная инициатива» была воплощена на всероссийском уровне. Медленно, но верно искореняется традиция, унаследованная от советских времён, когда всё самое значительное должно происходить непременно в столице, а регионы, независимо от их географической удалённости от сердца нашей Родины, были обречены оставаться провинцией в самом пренебрежительном значении этого понятия. И в этом отношении использование принципа, давно уже укоренившегося и в Европе, и за океаном, можно только приветствовать.

Второй шкалой измерения «Пластовской осени», безусловно, является актуальность вопросов, которые обсуждали участники ассамблеи и на официальных встречах, и в кулуарах. «Литературная газета» за последнее время обращалась к этим проблемам достаточно часто. Кризис профессионального художественного образования в стране, давшей миру одну из самых тонких и выразительных школ изобразительного искусства. Восстановление разрушенного почти до основания статуса профессионального художника. Поддержка мастеров, исповедующих столь «неактуальный» сегодня реализм, и налаживание паритетных отношений между ними и отечественными музеями, в первую очередь с теми, что имеют ранг национальных. Влияние мирового арт-рынка на развитие отечественного искусства, который развивается по своим собственным законам, чего нельзя не учитывать, но из чего не следует, что в угоду рынку мы должны пустить под корень то, на чём стоит испокон веков русская цивилизация.

Это циник Уорхолл мог себе позволить возвести консервную банку в ранг мировой философии, возжелав стать машиной по той простой причине, что она не мыслит. А как же быть с мятущейся человеческой душой, которой свойственно из века в век искать ответы на «детские» вопросы бытия? Отстранение художника от человеческой судьбы, уход в собственные фантазии из-за нежелания налаживать контакт с окружающим миром – вот что определило систему приоритетов пост­модернизма. И что мешает называть его актуальным искусством в контексте модернизации, о культурной составляющей которой так много говорили на форуме. Ведь по сути своей модернизация является не процессом усовершенствования чего-то ради неизвестно чего, а как раз поиском ответов на насущные вопросы современности. Чем, собственно, и занимается реалистическое искусство. Адепты авангарда привычно ставят русскому, точнее советскому, реализму в вину обслуживание интересов государства. Но государство во все времена являлось заказчиком художника. Разве портреты сильных мира сего, написанные Ван Дейком, умаляют глубину его таланта?

Актуальность реализма понимают профессионалы. Чтобы это поняла публика, его необходимо популяризировать и даже, страшно сказать, рекламировать. Искусство не может существовать в вакууме. Ему как воздух необходим диалог со зрителем. Воспитать публику, которая способна понимать ценность реалистического искусства, не менее важно, чем сохранить мастеров, которые исповедуют реализм как творческое кредо.

Премия Пластова: «кандинский» для реалистов

То, за что в течение последних лет пяти на страницах «ЛГ» ратовали маститые искусствоведы, ведущие музейщики и известные художники, наконец свершилось – в России учреждена премия за достижения в области реалистического искусства. Правда, мы чуть погрешили против истины: на самом деле премия эта вручается уже в течение пяти лет. Просто масштабы у неё до сих пор были поскромнее и за пределы региона не выходили, поскольку учредило её правительство Ульяновской области, уроженцем которой (в те поры, когда она ещё числилась Симбирской губернией) был Аркадий Николаевич Пластов. И вот теперь премия Пластова, обретя поддержку в лице Союза художников России, приобрела статус международной: отныне под её юрисдикцию подпадают не только российские художники, но и их коллеги из ближнего, как принято выражаться, зарубежья. А там, глядишь, и дальнее подтянется.

Сопредседателями жюри пластовской премии стали губернатор Ульяновской области Сергей Морозов и председатель СХ России Андрей Ковальчук. Среди членов жюри и внук художника – Николай Пластов, продолживший семейную традицию. Первыми лауреатами стали вице-президент РАХ академик Ефрем Зверьков, ректор Суриковского института Анатолий Любавин, молодая художница Елена Степура и народный художник Владимир Телин.

Утверждать, что равновесие между приверженцами постмодернизма и ревнителями традиций русского реализма установлено, мы, разумеется, не станем. Премия сама по себе кардинально изменить расстановку сил в отечественном изобразительном искусстве не в состоянии. Для этого необходимо и внимание со стороны государства (заинтересованное, а не для галочки), и поддержка меценатов, и продуманная информационная кампания в СМИ. Да много чего нужно! И во имя успеха этого отнюдь не безнадёжного дела его сторонникам стоит взять на вооружение опыт тех, кто весьма и весьма энергично продвигает премию Кандинского. Во всяком случае, прецедент создан, и это означает, что появилась некоторая надежда сохранить бесценное достояние русского классического искусства. И если всё у пластовцев пойдёт, как задумано, то за судьбу реализма в ХХI веке можно будет не беспокоиться. Да и за судьбу модернизации тоже.

Виктория ПЕШКОВА, УЛЬЯНОВСК–МОСКВА

Статья опубликована :

№40 (6341) (2011-10-12)

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: