Баллада о полузабытом

Собepу-ка я за одним столом - эх, хватило бы только вина! -

Тех, кто в мире ином, тех, кому за сто и кого забрала война.

И - живущих друзей, благо рядом их дом, стоит только мобильный нажать.

Позову я и тех, что ушли за кордон: мне их тоже, признаться, жаль.

Начинается пир! Где и песни, и стон, где на тризне - и слёзы, и смех.

(Может, это - явь, а скорее - сон). Как я ждал, как люблю их всех!

И встаёт во весь рост борода-тамада. Первый тост он готов сказать.

Поддержали и грохнули хором: "Да!" Первый тост, конечно, - за мать.

Поднимается юная, кудри - вразлёт, на рубашке - от пули ожог:

"Я за Родину пью, за советский народ. Пусть Россию Господь сбережёт!"

Я в сторонке сижу, завожу патефон, "Рио-рита" задорно звучит,

Но встаёт паренёк, видно - молодожён, третий тост паренёк говорит:

"Мы пришли и уйдём. Высоко-далеко. Но останутся дети... - затих, -

Пью, чтоб в новых веках им дышалось легко". И воскликнули гости: "За них!"

А ещё за кого? А ещё - за того! Пусть не будет никто позабыт.

И зелёное льётся в бокалы вино... Только утренний ветер знобит.

Ах, куда ж вы, куда? Значит, встрече - конец? А хотелось ещё говорить!

"До свидания вам!.."

                                                Опустело.

                                                                   Отец?!

Трёхлинейная лампа горит.

Он сидел и молчал, подпирая главу. Дождь по стёклам бесшумно стекал.

Я потом, я потом вам Его назову...

Утро. Стол. И - гранёный стакан.