Дом Советов, недострой...

Фото: фото автора

Калининград - особое для России пространство. Это настолько очевидно, что есть опасность размыться пониманию, в чём именно его особость: каждый регион России может так или иначе обозначить свою специфику, но Калининграду это сделать совсем просто – стоит раскрыть карту. Обманчивая простота, ставшая общим местом.

На прошедшем недавно в Калининграде форуме Всемирного русского народного собора патриарх Кирилл показал знакомство со здешними реалиями, что для него, в прошлом митрополита Смоленского и Калининградского, неудивительно. "Есть соблазн строить идентификацию этой земли на основе германской культуры – прямо скажем, довольно величественной", – сказал патриарх. На этом обоснование проблемной части можно было закончить. Или углубить и конкретизировать. Но не произошло ни того, ни другого. Ораторы разговорились про то, что Россия рассматривает Калининградскую область как мост, «через который мы должны продвигать свои ценности в Европу», «противостоять европейскому содому», «дать прежде всего духовный ответ»[?] Про «русскую православную духовность», которая противостоит погрязшему в материализме Западу, было сказано больше всего слов. В пленарном заседании предполагалось выступление доктора исторических наук (и давнего автора «ЛГ») Владимира Шульгина, но его, который намеревался подтвердить опасения патриарха, до трибуны не допустили.

Значение православных ценностей для Калининграда звук не пустой, и мы об этом ещё упомянем. Но как на самом деле осуществляется стремление через этот город что-то такое «продвигать»? Как – и это гораздо важнее, чем «экспортный вариант» – оно осуществляется хотя бы в самой Калининградской области?

Семьсот и семьдесят

Когда патриарх говорит, что этой землёй 700 лет владели германцы, 70 – СССР и Россия, он в действительности указывает на соблазн и на противоречие, которое составляет болезненную специфику Калининградской области. Дело в том, что это единственное место в России, где памятники (большая их часть) отнюдь не являются наследием. Колоссальная разница! В Калининградской области нет наследников Канта и Гофмана. Здесь нет наследников готических храмов, рыцарских замков, всей этой внушительно-приземистой либо стрельчатой и грозной архитектуры. И это довольно обидно. Осознать, что взамен всех величественных руин тебе предлагается унаследовать лишь недавно построенные храмы, некоторое количество мемориалов, преимущественно – военных музеев, горстку памятников отечественным деятелям культуры и полководцам… обидно. Семьсот лет – и семьдесят. Ничего не попишешь.

Советская власть, впопыхах уничтожая, стирая германскую идентичность этой земли, вела себя зачастую грубо, но не глупо. Да, название «Тильзит» овеяно романтикой истории, а название «Советск» ничем таким не овеяно: советского периода нашей истории нередко принято стесняться. Да, название «Кёнигсберг» звучит внушительнее и больше пристало этому месту воинской славы, чем вполне случайное «Калининград». Но следует понимать, что куплено за эту цену.

В 1991 году Калининградская область удержалась в составе России по двум основным причинам. Первая: здесь не было ни одной этнической группы, которая могла бы заявить свои особые права на эту землю. Наибольшую часть населения Калининградской области – 86% – составляли русские. Вторая: в военном портовом городе гуманитарной интеллигенции было меньше, и она была менее влиятельна, чем техническая. Попросту говоря, здесь не было активных диссидентов, готовых обосновать «особый выбор» области, и не было этнической группы, на которую они могли опереться. Более трёх четвертей жителей Калининградской области были против развала СССР; поддержка Ельцина здесь была значительно ниже среднероссийской: калининградцы хорошо понимали, чем для них обернётся «свобода Прибалтики».

Но с тех пор многое изменилось. Изменения эти не стихийны и отнюдь не обусловлены исключительно обстоятельствами неодолимой силы вроде географических. Да, Калининград эксклав, но до него от столицы два часа на самолёте и всего лишь двадцать – на поезде. Да, через границы, нужна литовская транзитная виза (она пока оформляется элементарно, а об экстренных ситуациях мы говорить не будем: в них всё, так или иначе, изменится). Но от Владивостока до Москвы – шесть суток! И билеты в четыре раза дороже! Для какого угодно простого гражданина России это – препятствие большее, чем транзитная виза. И там, где калининградские власти говорят, что для них удобнее торговать с ЕС, чем с Россией, и что им нужны особые условия, чиновники и предприниматели Дальнего Востока с не меньшим основанием скажут, что для них удобнее торговля с Китаем и Японией и им тоже нужны особые условия. Но долгосрочная лояльность региона не может быть куплена «особыми условиями», которые иногда возможны, а иногда нет. Долгосрочная лояльность региона государству – это самоидентификация его обитателей. Факторы, могущие скорректировать самоидентификацию, – школа, средства массовой информации, обустройство окружающего пространства. Это понимают многие влиятельные силы, оттого на этом поле в Калининграде идёт борьба. Побеждает ли в ней Россия – сегодня неочевидно.

Чужая история

В советское время довоенная история области в местных школах почти не затрагивалась, замалчивалась – ныне это подаётся как досадное упущение и действительно выглядело странно, но, с точки зрения последствий, имело не самый плохой результат. В девяностые годы шлюзы вскрылись почти неконтролируемо, и летом 2006 года администрация Президента РФ выдвинула предложение о скорейшей разработке учебно-методического комплекса «История Западной России». Комплекс стал разрабатываться настолько скоро, что в значительной части представлял собой компиляцию из нескольких книг по истории Восточной Пруссии. С тех пор были доработки и переиздания. Смотрим учебники 2010 года, вышедшие уже после всех нареканий.

«История Западной России для 6–7 классов» – предполагается, что дети должны знакомиться с историей чужого, побеждённого их предками народа уже с 12–13 лет. Учебник предваряет это знакомство так: «Вы узнаете о жизни гордых и свободолюбивых язычников-пруссов, об их трагической судьбе. Познакомитесь с историей появления на территории нашего края рыцарей… затем по территории нашего края прокатились две мировых войны. Последняя из них привела к разрушению экономики и смене населения края». Всего лишь в нескольких строках содержится зашкаливающее количество передёргиваний. Край, где появились тевтонские рыцари, не был «нашим». «Две мировых войны» не прокатились по территории «нашего» края. Поистине нашим было лишь то самое население, которое появилось на этой земле вместе с «разрушением экономики». Чужой, не нашей экономики. Чужая экономика – по вполне определённым причинам – была разрушена нашим населением. Возможно ли это объяснить детям? Не очень просто, но возможно. Авторы учебника даже не пытаются: он целиком написан с германских позиций. Вот, например, вопрос, над которым детям предлагается подумать: «Как вы полагаете, почему Фридрих III не соглашался на заключение с Россией оборонительного союза?»

А вот учебник из той же линейки для 8–9-х классов (автор – Г.В. Кретинин). Вчитайтесь: «Начало войны население встретило с удовлетворением. Боевые действия вскоре переместились от границ рейха на восток. Казалось, провинции ничто не угрожает. Неприятным напоминанием о войне были редкие бомбардировки советской авиации». С кем должен соотносить себя молодой человек, если до сих пор он изучал историю того самого населения, которое «начало войны встретило с удовлетворением»? Сможет ли он ощутить связь, преемственность с советской авиацией, которая так неприятно тревожила спокойствие провинции?

Авторов «Истории Западной России» это, кажется, не заботит. Тема перетекает в учебник 10–11-х классов (авторы – А.П. Клемешев, Ю.В. Костяшов, Г.М. Фёдоров): «Война пришла неожиданно. Советские войска в районе Ширвиндта 17 августа 1944 года вышли на границу между СССР и Германией». Снова детям Калининградской области предлагается почувствовать себя на стороне Германии. Это для немцев в 1944 году «война пришла неожиданно» (что немного странно после «неприятных бомбардировок советской авиации»).

Но ведь так не может быть? Где-то в учебнике истории должен быть запрятан патриотизм? Авторы должны как-то указать, что Калининград – российский город? Да, и они прямо так и напишут: стал и теперь навсегда будет российским. Вот только достаточно ли этого заклинания на фоне многолетнего изучения истории чужого народа и государства?

Зато, рассказывая о развале СССР, авторы учебника для старших классов с сочувствием пишут о «развернувшемся в Литве массовом народном протесте», борьбе с «всевластием КПСС», хотя развал государства осознавался жителями области как опасность. И можно ли говорить о каком-то прибалтийском всевластии КПСС на рубеже 80–90-х годов? Это мелочи, но они закладывают отношение к истории своего – на этот раз именно своего, а не германского – государства.

Нет повода для беспокойства?

«Дискутируемые иногда в средствах массовой информации проблемы «германизации» Калининградской области не имеют под собой реальных оснований», – решительно утверждают авторы вышеописанного учебника. Более того: на форуме ВРНС звучало утверждение, что жители Калининградской области в основном не вступают в контакт с тевтонским наследием, оно для туристов. Так ли это? В книжном магазине вы читаете названия краеведческой литературы. «Золотая тень Кёнигсберга». «Железное сердце Кёнигсберга». «Тайный код Кёнигсберга». «Калининград – Кёнигсберг: два взгляда на историю». В художественных салонах вы видите, что подавляющее большинство местных художников изображают довоенный Кёнигсберг. Карты города продаются чаще всего с двойным названием. Положим, это всё для туристов. И даже магазины «Золото Кёнигсберга» (это о янтаре, хотя природное чудо не принадлежит немецкой истории) – для туристов. Но для кого «Майбах Хлеб»? «Цветы: Розенштрассе, 1»? Пиво «Остмарк» – бывшее «Жигулёвское»? Для кого бесплатно распространяется газета «Город Канта», где звучат германофильские предложения вроде того, чтобы заполонить город цитатами Иммануила Канта – мол, как в Стокгольме Стриндберг, так у нас пусть будет Кант (раз так же – значит, на немецком языке?)? Для чего профессор БФУ им. Канта Андрей Ярцев публично заявляет, что не считает действия СССР в 1945 году абсолютно справедливыми, потому что войска СССР оккупировали Европу? Для чего по местному «ТВ-Каскад» звучат фразы типа «рецепты Восточной Пруссии – наше культурное наследие»? И с какой целью положен возле кафедрального собора закладной камень с фундамента Кёнигсберского орденского замка (его останки взорваны в 1968 году) со следующей надписью: «Камень установлен 26 мая 2009 года в память о Королевском замке с надеждой на возрождение»?

Утрачивается самое существенное: понимание, что твои предки, твой народ – не аккуратные бюргеры, жившие в красивых домиках, а измотанные войной солдаты, которые вытряхнули бюргеров из домиков, а непобедимую германскую армию – из крепостей. Утрачивается понимание, что из этой пары именно благоустроенный бюргер – враг, агрессор, а неблагоустроенный русский воин – победитель, чьими тяжелейшими усилиями развеялся кровавый кошмар Европы. Этого понимания нет в современных учебниках истории Калининградской области.

И вот уже русские школьники пишут сочинения, где ностальгируют по красивой довоенной жизни, которая не имеет к ним никакого отношения, – эта ностальгия выдуманная, в немалой части навязанная. Вот цитата из сборника, который был издан в Германии тоскующими по Восточной Пруссии немцами. Девочка из города Гусева пишет о здешнем мемориале: «Четыре стрелы посвящены погибшим в Афганистане, Чечне, ликвидаторам катастрофы в Чернобыле и погибшим от фашизма в годы Второй мировой войны. Считаю, что это памятное место уместнее было бы установить в другом месте. Должна быть связь времён, а до 1945 года здесь располагался красивейший сквер с фонтанами, где люди радовались и отдыхали». Она не чувствует фальши своего предложения – как стилистической, так и исторической. Да оно и не её: на всём тексте лежит тяжеловесный наставнический отпечаток.

Людей Калининградской области невозможно осуждать за нынешний разброд. Они оказались в действительно необычайных условиях – дважды. Когда в 1945 году страны-победительницы делили Восточную Пруссию, две трети её отошли Польше, выселившей с этих земель немцев, а также украинцев и белорусов. Никакого пиетета перед «германским наследием» Польша не ощущает – напротив, с её точки зрения, польским духом проникнута и та часть Пруссии, что отошла к России. Калининград поляки называют Крулевцем. Заметим, что литовцы для этих мест вводят концепцию «Малой Литвы», ну а немцы по сей день не смирились с потерей – «Союз изгнанных из Восточной Пруссии» насчитывает свыше 50 тысяч человек.

Польша не пестовала «специфическую региональную идентичность» – она по мере сил обустраивала обретённую землю. И уже во времена СССР эта часть бывшей Пруссии жила лучше, чем советская. Лучше жила и Литва – так, «всевластная КПСС» сперва газифицировала Прибалтику и лишь потом, по остаточному принципу, – новую провинцию РСФСР. Что же теперь? В центре города, на месте взорванного Королевского замка, символом позора и немощи возвышается – и уже медленно разрушается – достроенный, но так и не сданный в эксплуатацию Дом Советов. Начать наконец его использовать было бы делом чести и принципа, но, кажется, никто об этом не думает. И вот уже много лет не установлен давно обещанный памятник Дмитрию Карбышеву на одноимённой набережной.

Странная дружба

Правда, в 1995 году для Калининградской области был создан особый таможенный и налоговый режим. В 2006 году принят новый закон «Об особой экономической зоне в Калининградской области», сохранивший на десять лет таможенные льготы юридическим лицам и предоставивший налоговые льготы крупным инвесторам. Если Российская Федерация к 2008 году едва восстановила промышленный потенциал 1990-го, то Калининградская область превысила его в два раза, динамика инвестиций в область в два раза опережала общероссийские темпы. По плотности населения область занимает одно из первых мест в России. Здесь сотни совместных предприятий с Литвой и Польшей.

Сторонники «особой региональной идентичности» с энтузиазмом перечисляют культурные достижения: «литовский язык изучают более 920 человек в 112 классах восьми школ, на десяти факультативах и в двух детских садах. Польский язык учат не только при Генеральном консульстве Республики Польша в Калининградской области, но и в обществах «Россия – Польша» и «Калининград – Свиноусьце». Курсы польского языка организованы также обществами польской культуры городов Гусев и Озёрск. Углублённое обучение польскому языку ведётся в средней школе № 40 Калининграда и в школах Железнодорожного и Суворовки. При польских костёлах работают воскресные школы. Курсы немецкого языка организованы при Немецко-Русском доме. Как профилирующая дисциплина немецкий язык преподаётся в лицее № 23 г. Калининграда. На немецком языке еженедельно демонстрируются фильмы, проводятся лекции и занятия с детьми в киноклубе национально-культурного объединения российских немцев. Что до продвижения «наших культурных ценностей» – мне не попадалось свидетельств, что благодаря связям с Калининградской областью появляется русский язык в польских детских садах и что в немецких клубах проводятся еженедельные показы русских фильмов и лекции о русской культуре. Да и о чём бы стали рассказывать жителям ЕС люди, убеждённые, что советские солдаты были в Европе оккупантами?

Быть может, благодаря совместным предприятиям и освоению чужих ценностей Калининград купил себе спокойствие относительно лояльности сопредельной Европы? Это не так. Ещё в мае прошлого года в местных СМИ звучали опасения, что область может столкнуться с опасностью энергетической изоляции, если Литва решит выйти из кольца БРЭЛЛ и войдёт в параллельную работу со странами Евросоюза. Цена на электроэнергию в Калининграде перегнала белорусскую, польскую и почти сравнялась с литовской. Кажется, никто не сомневается, что если «культурные соседи» захотят удушить область, они постараются выполнить своё намерение. В области высокий, по российским меркам, уровень жизни, что совершенно не мешало польской газете «Политика» в 2011 году называть Калининград «одним из беднейших регионов страны», который «за границей ассоциируется с ядерным оружием, СПИДом и преступностью». Точно так же сегодня литовские власти заявляют, что видят в регионе рассадник милитаризма.

Кривое зеркало

Но идеологические претензии Литве, Польше, Германии предъявлять нелепо. Это не они, а, например, житель Калининграда Дмитрий Вышемирский несколько лет назад сделал фотоальбом «Кёнигсберг, прости», где свёл воедино картины разрухи. И не какие-нибудь поляки, а российское интернет-СМИ федерального уровня откликнулось на этот проект таким пассажем: «Кёнигсберг, прости… за то, что мы, советские люди, сделали с городом и с краем... Немцев депортировали, а для заселения края в 1947 году объявили по стране так называемый оргнабор. В народе его называли «вербовка», а контингент – «вербованными». Понятно, много было среди них бродяжного люда, беспутного, неприкаянного. К 1974 году работать там стало некому, и тогда объявили новый оргнабор. Через 25 лет и этот ресурс истощился, поскольку значительная часть «вербованных» просто-напросто спилась». Если такое пишут российские журналисты об одной из самых успешных областей РФ, то чего можно ждать от иностранцев? Какого уважения к нашим границам и нашим ценностям, которые через Калининградскую область предполагается продвигать?

Новый фотоальбом Вышемирского, «-post», издан в Латвии на русском и английском языке на деньги трёх инвесторов. Два из них – сырьевые бизнесмены: председатель Энерготрансбанка Юрий Пономарёв и директор «Рос&Нефти» Владимир Бойко, которого с Вышемирским связывают «давние партнёрские отношения, дружба и взаимопонимание». Но объясняет, зачем были нужны эти фотографии, третий инвестор – председатель Гамбургской торговой палаты Стефан Штайн: «Они запечатлели незатянувшиеся до сих пор раны войны и послевоенные попытки уничтожить немецкие корни этой земли».

С подачи западнической интеллигенции жители Калининградской области (лишь две пятых из них хотя бы родились в этой местности) призываются к игре «в германское наследие», но для немцев всё всерьёз. Показательна история с полуротондой королевы Луизы, которая пребывает в плачевном состоянии в Центральном парке. Где взять деньги на восстановление? «Энтузиасты решили просить помощи у калининградцев. В 1874 году полуротонда в честь королевы была воздвигнута на деньги кёнигсбержцев. Чем калининградцы хуже?» – так ставит вопрос газета «Страна Калининград». К делу подключились ревнители германской старины, но собрать удалось всего несколько десятков тысяч рублей, «причём большую часть пожертвовали немцы». Немцы готовы были пожертвовать гораздо больше, но только… «если будут снесены малопрезентабельные заведения общепита, загораживающие памятник». В этой истории, как в капле воды, отразилось и пренебрежение немцев к чужой застройке, и в действительности довольно равнодушное отношение калининградцев к «наследию».

С другой стороны, по уверению газеты «Спас», с пожертвованиями калининградцев на нужды православных храмов, школ, приютов дело обстоит неплохо. Как уже упоминалось, подавляющее большинство населения области – русские; это и сейчас так, хотя принято писать, что здесь «нет сколько-нибудь этнически гомогенного населения».

Завершая выступление на калининградском форуме, патриарх Кирилл сказал: «Не самая лучшая черта нашего народа – это что мы сначала с энтузиазмом обсуждаем, а потом ленимся даже на бумагу перенести, а не только наметить механизмы выполнения». Резолюция форума выглядит внушительно, местами и конкретно (желающие могут ознакомиться с ней на сайте ВРНС). Однако это не первый раз, когда звучат конкретные рекомендации, и для того же учебника истории всё давно придумано и изложено. Но пока что в БФУ им. Канта есть доска с цитатой из Ильина, однако нет даже магистратуры по истории Отечества – только по западной истории.

КАЛИНИНГРАД–МОСКВА

Теги: Россия , политика , СМИ