Я больше не могу. Вот не могу и всё тут. Вы меня осуждаете? Категорически отказываетесь понимать, что собственно меня не устраивает? Объясняю.

     Представьте на минуту себе раннее утро. Ладно, ладно, не совсем раннее. Вы видите последний сладкий сон, и тут вас не кисло толкают в бок. Но настроение у вас пока хорошее. Вы открываете глаза и видите у себя в спальне змею. Уже чувствуете лёгкую дрожь в районе диафрагмы? Дальше пойдём. Размером тела змея может запросто потягаться со столетней ёлкой, а про голову я вообще молчу (да, у вас большая спальня). Эта гадюка смотрит прямо на вас и облизывается. Я вижу вам уже весело? Вы в глубине души не только начинаете меня понимать, но даже поддерживаете и, где-то, сочувствуете? Тогда последний штрих: всё это происходит каждое утро, изо дня в день. Ага! Вот теперь вы меня поняли.

     Это потом вы, то есть я, начинаете понимать, что никакая это не змея, а ваш друг и наставник Шиом. И облизывается он, не потому что хочет вас съесть, а потому, что только что позавтракал. Чего и вам желает (потому и будит). И заползать к вам в дом он тоже некоторое право имеет, так как сам его для вас и вырастил. И вообще, свинство это - валяться в кровати, когда двадцать с лишним человек (ну, не совсем человек, всё равно, разумных индивидуумов) ждут тебя к завтраку.

     А к завтраку этому вы, между прочим, и полпальца не приложили.  Это шамшаллы разыскали сверху ночную лёжку матёрого кабана, такого чтоб на всех хватило. (Шалы одинаково хорошо видят в любое время суток, не смотря на то, что летучие мыши. Хотя и человекообразные). Это кентавры подняли его на копья (шалы с их когтищами могли и сами справиться, но у нас некоторое разделение труда). Это гвартаны натаскали столько дров, чтоб хватило зажарить этого мамонта (а раньше им ещё и воду приходилось таскать, пока я не подучилась и не соорудила рядом небольшое озерцо). Это эльфы принесли фрукты. Это всё тот же Шиом прикатил (он умеет заставлять травинки сгибаться и разгибаться таким образом, что зёрна сами катятся, куда ему надо) два десятка зёрен. А вы, в смысле я, спите. Мясо давно пожарили, зёрна испекли и ждут вас, то бишь меня. Все занимались делом, все голодные, но сидят и ждут. А вы, это в смысле я, недовольны, что вас (меня) змейка разбудила. Ну и кто вы, я имею в виду себя, после этого? Эй! Я не просила подсказывать! Сама отлично знаю.

     А теперь стоп. И пять шагов назад.

 Меня по утрам будит змея размером с баобаб? Кто-то ВЫРАСТИЛ для меня дом? Кентавры и эльфы готовят для меня завтрак? Зёрнышки размером с арбуз? И последний вопрос, у меня что, бред? А, ну да. Извините, это я спросонья. Это не бред, это Дарвай. И я его законная правительница. Приятно познакомиться. 

                                                 1

       Перед выходом я не пропустила случая ещё раз глянуть на себя в зеркало. Дикие земли дикими землями, но я всё-таки молодая женщина. Что? Вам интересно, откуда в этих диких землях (хотя, это смотря, что считать дикостью) взялось серебряное зеркало в полный рост? Хорошо я расскажу.

      Моё правление только начиналось, и доверяли мне не сильно. А если совсем откровенно, то плевать они на меня все хотели. Только в четырёх народах нашла я друзей, да и то случайно. Кентавры и эльфы пояснений не требуют, а вот кто такие шамшаллы и гвартаны я объясню.

       Вы когда-нибудь видели летучую мышь? А теперь увеличьте  до двух метров. Смешайте её тело с человеческим, добавьте ум. Да, именно так, в такой последовательности, ведь человек далеко не всегда разумен, согласитесь. Вот теперь вы знаете кто такие шамшаллы. О, прошу прощения, пропустила одну деталь, у шалов чудный маникюр. На руках когти сантиметров так двадцать пять, способные с лёгкостью рубить камни. Главной чертой характера является заносчивое упрямство. Только гномы во всём Дарвае могут потягаться в упрямстве с шамшаллами. Весёлые ребята? А я с ними живу бок о бок.

       Теперь гвартаны или гвары. Этих, честное слово, не знаю, как описать. Мех серовато-коричневый, ног четыре, рук тоже четыре. Разумны и не злобны, но очень недоверчивы. Зато и преданность к тем, кто смог заслужить их расположение просто безгранична. Наверное, я единственное существо в Дарвае, кто смог добиться их полного доверия, и поверьте, я не хвастаю. Они лезли со мной во все неприятности, молча шли в поход ни разу не спрося, а зачем это нужно, и кучу раз спасали мою непутёвую…гм, ну, скажем, жизнь.

 Кентавры (отряд Дардна не в счёт) были со мной как с правительницей, признавая мою власть; эльфы (в отряде была только молодёжь) просто искали приключений; что двигало шамшаллами, я вообще сказать не могу. И вот если вдруг завтра вернётся Дух Жизни и разжалует меня к известной бабушке, как не справившуюся со своими обязанностями, то со мной наверно останутся только гвары. Хотя, может я и ошибаюсь. Хотелось бы верить что так.

       Пардон, кажется, я отвлеклась. Так вот. Многочисленные народы Дарвая плевать на меня хотели. Но гномы так всех достали со своей жадностью, что им пришлось прислать ко мне, так сказать, послов. Челом бить, чтоб приструнила этих крохоборов. Больше-то обратиться не к кому было, гномы на всех плевали так же, как все на меня. А драли они за каждую паршивую железяку как за именной клинок.

       К гномам я не шла, я летела (это конечно образно, летать я научилась гораздо позже). Рада была, словами не передать, что меня признали и попросили помощи. И с гномами встретилась, и даже уговорить их пробовала. С тем же успехом я могла и на месте посидеть, ноги не топтать. И ушла бы я оттуда не солоно хлебавши. Но гномы не только упрямый, но и грубый и наглый народец. В общем, они наверно просто не знали, что нельзя меня доводить до белого каления. Затопила им изумрудные копи, развернулась и ушла, так вот. Вредности мне не занимать, как шамшаллам упрямства. Через неделю пятеро гномов стояли у моего дерева, теребили бороды и просили увести воду. Просить для гнома вообще столь непредставимое занятие, как для человека ногой спину чесать. Так что долго я их не мучила, часа три, не больше. А через месяц те же пять гномов пришли ко мне снова. Их опять затопило. Только на этот раз без моего участия, и не изумрудные копи, а серебряные рудники. На этот раз я их не мариновала, просто увела воду, без всякой ответной услуги. Вот такого они не ожидали. Уже через пять дней делегация гномов водрузила в моей спальне огромное серебряное зеркало. Как они его притащили для меня и самой загадка, весит оно пудов десять.

       Что вы говорите? Откуда у меня дом? Послушайте, у меня там, между прочим, дружина с голоду помирает. Любопытство тоже должно быть своевременным. Вы всё же настаиваете? Ну что ж, это не долго, я отвечу. Это в принципе не совсем дом, это дуб. Это я морочу вам голову? Да подумайте сами, откуда в глухом лесу, где никто никогда не видел ни одного человека, вдруг возьмётся настоящий дом. Просто после моего официального назначения мне надо было где-то жить. Шиом решил эту проблему. Да, вот так просто. Взял жёлудь (или что-то очень похожее на жёлудь), бросил на землю, плюнул (а, может, кашлянул или чихнул, кто их змей разберёт) и вырос здоровенный дуб (ну, что-то вроде того). У него вообще всё просто со всем, что растёт. Такого вопроса как нужный размер или скорость роста для него не существует, вернее для него это не вопрос. Насколько этот дуб здоровенный? Ну что вы ко мне привязались, в конце концов! Там люди есть хотят! Я есть хочу! Представьте себе двухэтажный особнячок комнат на пятнадцать. Представили? А теперь превратите его в дерево. Превратили? Теперь вы знаете, как выглядит мой дом. Только комнат в нём то ли пять, то ли семь, точно не скажу. А что вы удивляетесь, дерево оно дерево и есть, оно растёт. Комнат меньше чем в особняке, зато они больше. Всё? Что? У кого там особняк в дерево не превращается? Подключи фантазию! Что значит, не умею?! Учись! А я пошла завтракать.

                                                  2

         - Всем доброе утро! Никто не прибегал? Прилетал? Приползал? Нет? Пожары наводнения, землетрясения были? Лечить, мирить, спасать никого не надо? Тогда, приятного всем аппетита!

       Обычно так я приветствовала свою дружину каждое утро, когда никаких неприятностей ждать не приходилось. Если намечается какая-то заваруха, а случается это довольно часто, я хмурая и не разговорчивая. Интуиция. Так что моё поведение при появлении вызвало сразу ответные улыбки, массу шуток, подначек и дружеских шпилек. Даже Шиом разулыбался.

       На фоне общего веселья новички выделялись особенно чётко. Для них непонятна радость того, что боя не будет. Вот если бы пришла весточка с просьбой о помощи, они бы показали себя, ведь для этого они и пришли в отряд. Сидят пятеро или шестеро эльфов и ждут неведомых схваток, чтоб покрыть себя славой. Официально в моей дружине только один эльф, принц Лондарниэль. Именно он и ходил со мной на ничей. И вернулся героем. И эти хотят стать героями, а для этого нужны сражения и битвы. А то, что принц Лон чуть не отправился к своим венценосным предкам, никому из них и в голову не придёт. Кабы хватило ума спросить, наставник Прим или Шиом рассказали бы, а распространяться на тему « кто и где чуть не погиб» у нас в дружине не принято.           

       Или вот, с десяток молодых кентавров. Сидят вроде вместе со всеми, а держаться отдельно. Хотя эти должны догадываться. Наставник Прим из похода на ничей седым вернулся, а значения этому никто из них не предал, не спросил что и как. И в походы Прим с нами больше не пойдёт, я не позволю. И пусть обижается, если хочет, только ещё раз увидеть, как твоему другу распарывают живот, я не хочу. Если б на тот момент я чуть хуже разбиралась в целительской своей силе, если б Шиом меня ежедневно не натаскивал как кутёнка, несмотря на все мои протесты, не вернуться Приму живым. А теперь он даже шутит, когда говорю, что о походах он может забыть:

  - А какие проблемы? Ты ж всегда меня с того света достанешь!

 А кто-нибудь из дружины добавляет:

 - Да, достать она может кого угодно!

 Это наши шутки, молодые дружинники их не понимают. Ну да ладно, сходят в поход пару раз, тогда поймут.

       Завтрак был в самом разгаре, когда из дальнего леса выскочили два тигра и стрелой помчались в нашу сторону. Но только неопытный соглядатай спутает букаа с тигром. Моя дружина неопытностью не страдала, все сразу подобрались и посерьёзнели. Уже через минуту рослые красавцы стояли передо мной в поклоне.

 - Повелительница, у нас большое горе. Пропали Амрес и Тия. Это один из лучших воинов и охотников букаа и его сестра.

 - Подробнее. – Голос мой в такие моменты имеет обычно теплоту айсберга, поэтому молодежь из отряда невольно попятилась назад. А опытные дружинники ничего, привыкшие.

 - Они ушли на охоту пять снов назад. Когда через три сна они не вернулись, мы начали поиски. Мы обыскали всё, но нашли только оружие, они словно в воздухе растворились.

 - Оружие обоих найдено?

 - Да. Причём, в одном месте, вместе с поясами. В поясах тоже всё цело: и дротики, и баночки с целебной мазью, и кремни, и силочные шнурки. Мы всё проверили. Всё это настолько странно, госпожа, что мы решили рассказать вам.

 - Рассказать? Я думала вы пришли за помощью.

 - Нет, повелительница. Мы совершенно уверены, что помочь Амресу и Тие уже невозможно. Но решили рассказать, возможно, это поможет спасти других.

 - Невозможно помочь только мертвому, а пока об их смерти свидетельств я не имею.

 Я поднялась в свой дом-дерево и через десять минут вышла в походной парке и с оружием. За это время я мысленно позвала Отшельника и спросила совета. Раньше, когда моя телепатия хромала на обе ноги, приходилось каждый раз к нему ездить. Сейчас всё проще. Я села расслабилась и позвала:

 - Отшельник, ты меня слышишь?

 - Конечно. И не надо так кричать, я хоть и старый, но не глухой.

 - Отшельник, у меня тут происходят странные вещи. Ни с чем таким мы ни разу ещё не сталкивались.

 - Уже понял, можешь не продолжать. Твои мысли обгоняют сами себя. Но я не знаю чем помочь тебе.

 - То есть, как это ты не знаешь? – От подобного заявления я была просто в шоке.

 - В смысле, что я не знаю где искать пропавших. Я их не слышу. Но и смерти их  не чувствую. Так что в этом случае я тебе не помощник. Но дам совет в другом. Я уже сказал, что твои мысли бегут слишком быстро, помимо твоей воли. Образно говоря, ты умеешь говорить, но не знаешь, что и когда сказать. Так вот, учись контролировать их бег. Скоро, возможно от этого будет зависеть твоя жизнь. И не только твоя.

 - Как можно контролировать мысли?

 - Можно. Пусть Шиом тебя научит. Если успеет.

 И голос Вечного Отшельника угас. Советы и подсказки старика ещё ни разу не были лишними, так что и к этим стоило прислушаться. Однако сейчас меня интересовало другое. О смерти двух букаа Отшельник ничего не слышал, но и об их жизни ничего не знает, как такое может быть, вот в чём вопрос. Отшельник слышит ВСЁ, что происходит в Дарвае! Значит ли это что букаа не в землях Дарвая? Тогда где? Существуют ли другие земли, о которых я не знаю? Раньше это мне в голову не приходило. Самое время этот туманный вопрос провентилировать.

       Дружина уже ждала распоряжений.

 - Всем готовиться к походу, проверить оружие. Прим, Шиом мне надо с вами поговорить.

 - За принцем Лоном послать? – подал голос Дардн.

 - Нет. – На это заявление все отреагировали недоумением. – У нас нет на это времени.

 Я двинулась к берегу озерка. Это было первое моё самостоятельное творение при обучении управлять неживой природой. На его берегу мне всегда было как-то спокойнее. Оно было для меня, как бы, доказательством, что я что-то могу. Наставник Прим и Шиом (странно, в принципе Прим не был моим наставником, он был наставником молодых кентавров-воинов, но я всегда называла его «наставник Прим», а своего наставника просто «Шиом») шли за мной. На берегу я устроила маленькое совещание, обрисовала результат моего разговора с Отшельником и попросила высказываться. Особенно на счёт других земель.

 - О каких-либо других землях я никогда не слышал.

 - Я тоже. – Оба наставника были явно озадачены.

 - Ладно, разберёмся. Шиом, ты понятно отправляешься с нами.

 - Слушаюсь. - Змей вытянулся «по стойке смирно», и теперь напоминал вопросительный знак двадцати метровой высоты.

 - Не паясничай. Но и тебя Прим я попрошу пойти. Случай слишком необычный, чтоб пренебрегать хоть какой-то возможностью разгадки.

 - Конечно. Я же без отряда чувствую себя хуже, чем с ним. Даже если меня при этом убивают.

 Ну где молодым понять такие шутки. И мы засмеялись.

                                                  3

       Наши четверо шалов были единственными в дружине, кто не имел оружия, если не считать Шиома. Но он как бы не совсем дружинник. Когда-то, когда мы впервые все вместе шли через Дарвай, я уговорила Лондарниэля сделать луки для всех нас. Эти луки были с нами до сих пор. За время походов гвартаны обзавелись ещё и короткими метательными кинжалами, выточенными из раковин неизвестных мне моллюсков. Родным оружием любого кена было копьё. Для меня гномы выковали прекрасный обоюдоострый клинок, нарушив, правда, этим все свои запреты.    

       Когда я подошла вся дружина была полностью готова выступать. Оставался открытым только вопрос с молодыми. Брать или не брать?

 Я видела, что им сейчас очень неуютно. Идти под предводительством такого ненормального командира как я и неизвестно куда, было страшновато. Или, если не возьмут, покрыть себя позором как недостойных. И так и так плохо.

 Дардн сделал шаг вперёд, желая что-то сказать, но не успел.

       В кустах на опушке послышалась возня, словно там дрались несколько рассерженных ежей и, через несколько секунд, оттуда вывалились три гнома.

 - Госпожа, госпожа, у нас там…а потом…а мы пошли…а они…

 - Стоп!!! А теперь ещё раз и по порядку.

 - Так мы ж по порядку. Они пропали. Вот.

 - Великий Дух! Кто пропал, когда и где?

 - Двое наших. Пропали вчера. Нашли сегодня. Сразу к тебе, госпожа. Рассказать. Вот.

 - Кого нашли?

 Вперёд выступил один из гномов:

 - Ни «кого», а «что». Вещи нашли. Тех, что пропали. Все вещи. Даже подштанники. Что-то ты, хозяйка, сегодня с головой не дружишь. Соображать надо. Вот.

 ( Я вам уже говорила, что гномы - хамы?)

 - Так, значит, пропали двое гномов. Пропали вчера. Сегодня вы пошли их искать, но их самих не нашли, а нашли только все их вещи.

 - Так мы тебе про это уже полчаса талдычим. Сегодня ты, хозяйка, с талдыколкой не дружишь. Вот. ( Я уже говорила кто такие гномы?)

 - Вещи нашли на поверхности, а не под землёй. В одном месте, а не разбросанными.

 - Хозяйка, так мы про это тебе не говорили. Как узнала? Ну и котелок у тебя, варит, когда захочешь! ( Ну, вы про гномов в курсе.)

 Хоть дружина в разговор и не встревала, но слушала внимательно. Наконец Олл не выдержал:

 - Иста, позволь я их в озерко макну, чтоб повежлевее были.

 - Ты с ума сошёл! Мы же все там руки моем! – И дружина закатилась хохотом.

 Небольшое отступление. «Иста» - так меня называют все кентавры в дружине и принц Лондарниэль. Гвары и шалы называют исключительно правительницей. Остальные как кому удобней. Мне в принципе без разницы. Ну, а официально мой титул звучит так:       Истариед. Правительница, Творящая Судьбы Дарвая.

     Да, вот так высокопарно. На самом деле, я просто не позволяю, в меру своих сил, всем народам передраться. А то, что Олл влез в разговор начальства, так это не анархия в дружине. С субординацией у нас строго. Просто Олл не только дружинник, но ещё и кентаврийский принц. Представьте себе, в моём отряде три принца. Именно три. Третий принц  Ййон, сын правителя шамшаллов Оеуна. Кстати я сама об этом узнала совсем недавно.

       Заявлению, что их макнут в воду, гномы испугались как самой смерти.

 - Эй, хозяйка, ты скажи своему извергу, чтоб не смел нас макать.

 - Считайте, что уже сказала.

 - Так мы что-то не слышали.

 - Это потому, что у вас уши землёй забиты. Вы же их не моете.

 Дружина снова захохотала, а гномы обиделись. Ну, ничего, на мой взгляд, это им даже полезно.

 - Значит так. Шиом, возьми молодёжь и шамшаллов и отправляйтесь к гномам. Ты сможешь разобраться, что там к чему.… Договорить мне помешал, вырвавшийся на полном скаку из леса, молодой кен. Я его знала, он претендовал на место в дружине. Подлетев ко мне, он бухнулся на передние ноги:

 - Правительница, я от эльфов со скорбными новостями.

 Видя, что моё лицо каменеет (ничего себе, молодой, никого не спрося, ушел, когда дружина собирается в поход), Дардн поспешил вмешаться:

 - Это я послал его. За принцем Лоном. Ты сказала, что у нас мало времени, а он самый быстроногий из молодых. Как видишь, он успел.

 В этом, безусловно, был смысл. Каждый из дружины спасал кому-то жизнь, прикрывал спину соседа. Не взять кого-либо, значит рисковать чьей-то жизнью. Дардн рассудил правильно.

 - Что там у эльфов.

 - Принц Лондарниэль пропал.

 - То есть, как пропал?

 - Я прискакал в деревню, и спросил принца. Мне сказали, что ещё утром он отправился к нам. Тут же сообразили что дело нечисто, стали прочёсывать  лес по направлению к нашему лагерю и вскорости нашли вещи принца.

 - Но самого его вы не нашли, так?

 - Да. Но если Вы захотите взглянуть, - осмелел юноша, - то я сказал, чтоб ничего не трогали.

 А парень оказывается ещё и головой работать умеет, а не только ногами.

 - Гм. Как тебя зовут?

 - Ксон, правительница.

 - Дардн, у нас новый дружинник. А теперь, Ксон, показывай дорогу. 

 Молодой кентавр вял с места в карьер и вся дружина без лишних разговоров последовала за ним.           

                                                   4

       Одежда Лондарниэля лежала так, словно её не снимали, а эльфа из неё вытащили. Штаны заправлены в сапоги, лук и колчан со стрелами надеты поверх куртки. Тут же, растолкав моих дружинников, вперёд вылезли гномы (и как они за нами успели, не иначе кто-то из кенов пожалел и подвёз):

 - Во! И от наших, что одежда осталась тоже так лежала. Одежда есть, а хозяев в неё засунуть забыли. Вот.  

 Все невольно обернулись к букаа с немым вопросом.

 - И у нас так, госпожа. Все вещи в полном порядке. Словно двое спали, потом тела исчезли, а всё остальное осталось на месте…

 - Стоп! Как ты сказал? Всё остальное? Если сказать по-другому, осталось всё неживое! Нам теперь не нужно ехать к гномам и в деревню букаа. Вещи эльфа заберите, они ему ещё понадобятся. Мы возвращаемся в лагерь.

      Меня мучила тревога. Кто знает, сколько жителей Дарвая пропало и сколько ещё пропадёт пока я не приму решение о том, что нам делать. А в том, что исчезновения ещё будут, я не сомневалась, об этом моя интуиция говорила в полный голос. Но почему она промолчала о надвигающейся опасности, вот в чём вопрос. Ответ мог быть только один. Дело в том, что предчувствие меня посещает, когда в Дарвае должно что-то случиться, какая-то беда, из-за которой могут пострадать сами дарвайцы. А если беда находиться не в землях Дарвая? Сработает ли моя интуиция? Придется потревожить старика снова, он один знает, на что способны мои силы, сам их в меня вкладывал.

 - Отшельник, почему предчувствие не подсказало мне, что надвигается беда.

 - О какой беде ты говоришь? Пропажа двух букаа не беда, найдутся.

 - А то, что пропали гномы и принц эльфов, это как?

 - Что? Как же я ничего не почувствовал. – В голосе отшельника послышалась беспомощность. Раньше такого никогда не было, мне это не нравилось. – Значит, тебе самой с этим разбираться, здесь я не подсказчик.

 - Разберусь обязательно, только помощь твоя мне всё же нужна. Ответь, что находиться за землями Дарвая.

 - О, за землями Дарвая находиться океан Дарвая, а над океаном и землёй находиться небо Дарвая, а…

 - Оставь свой сарказм, сейчас для него не время, я тебя спрашиваю серьёзно.

 - И если серьёзно, то ответ тот же. Заканчивается земля и начинается вода. Она тянется на многие дни полёта, но в коне пути ты вновь обретёшь землю под ногами. Земля эта будет землёй Дарвая, ты пойдёшь по ней и через много дней найдешь место, откуда начался твой путь.

 - А нельзя было сказать просто, что на Дарвае всего один материк и нет островов.

 - Я не понимаю твоих слов.

 - Неважно. Важно другое. Я так понимаю, что на океан твоё всевидение не распространяется.

 - Твоя прозорливость поистине поразительна.

 - Я же попросила оставить сарказм. Да или нет?

 - Да, но я не понимаю, к чему ты клонишь.

 - А к тому, что все кто пропал должны где-то быть. В воздухе они болтаться не могут, значит надо искать в океане. Вот такая простая дедукция. Теперь меня интересует всё, что о нём известно. Факты, слухи, легенды всё равно.

 - Ничего.

 - Такого не может быть. Раз есть предмет, то о нём должны быть и разговоры.

 - Могу сказать только одно. Племя тратов единственное, чья жизнь связана с океаном, они единственные покидают сушу на много дней. У них ты можешь что-то узнать. И только у них.

 - Ну что ж, спасибо и на этом.

                                                  5

       Перед рассветом Дардн поднял дружину. Меня будить не пришлось, потому что я всю ночь и так не спала. Перед походом это плохо,  тем более для командира, но у меня в голове кружилось слишком много вопросов, чтоб я смогла заснуть.

 - Иста, дружина готова. Могу я узнать, куда мы отправляемся.

 - Конечно. К Сладкому заливу.

 - Это в смысле к тратам? Ты что-то узнала?

 - Не совсем, только надеюсь узнать. – Помолчали. – Дардн, а ты как думаешь, почему и куда они все исчезли?

 - Честно говоря…

 - Подожди, кажется, ещё что-то стряслось.

 От дружины отделились четверо кентавров. Даже издали был заметен их виноватый вид. По кентаврам вообще сразу всё видно, они не умеют скрывать свои эмоции. Вот по шамшаллам вы ничего не увидите.

 - Правительница, (так, совсем плохо, раз не по имени), мы не знаем, как сказать…

 - Говорите как есть.

 - Из-за нас пропал Ксон.

 - Что?!!! Ещё и Ксон? И почему из-за вас?

 - Вчера мы подшучивали над ним. Наверно мы перегнули палку, потому что он развернулся и ушёл.

 - Куда?

 - Он пошёл в сторону озера. Мы его не останавливали. А сегодня мы пытались его найти, но нашли только его копьё, наручи и нагрудник.

 - Где нашли?

 - На берегу.

 - Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Чёрт знает что! Уж не знаю, кто это делает, но когда я его найду, я ему руки-ноги повыдёргиваю и местами поменяю!

 Дружинники в восторженном шоке смотрели на меня квадратными глазами.

 В разговор вмешался Дардн:

 - А вчера он ушёл один?

 - Один.

 - Ну конечно, ОДИН! – Я вскрикнула так резко, что даже Дардн от неожиданности вздрогнул. -  Дардн, ты гений! Теперь я знаю, почему они пропали. Каждый, кто пропадал, был один.

 - Но и букаа и гномов было двое. И «гений» это кто?

 - Гений это ты, неважно. Сейчас я тебе объясню по поводу пропавших. Смотри. Лес, ночь, прохладно. Что сделают брат и сестра, чтоб комфортно провести ночь?

 - Обнимутся!

 - А теперь давай спросим гномов, зачем два их соотечественника покинули свои любимые шахты.

 Одного кивка было достаточно, чтоб дружинники доставили пред мои светлые очи представителей подземного народа. На мой вопрос они стали переглядываться и толкаться:

 - Ну…так мы это…мы ж часто…

 - Конкретнее.

 - Да просто подраться, побороться, силой помериться. В штольне-то тесновато. Вот.

 - Ты понял, Дардн, «побороться». Если говорить образно, все кто пропали, были единичными целями.

 - Значит, их выкрали.

 - Несомненно. Причём с помощью магии. А вот кто и зачем, это нам предстоит выяснить. Поднимай дружину, наша дорога в Сладкий залив.

       Вам не кажется, что для залива название «Сладкий» несколько необычно? На самом деле оно, как нельзя точнее, выражает суть. Весь небольшой залив окружён  отвесными скалами, которые заселяют миллиарды пчёл. И чувствуют себя очень комфортно. От морского ветра их надёжно укрывают глубокие пещеры, которые, в случае шторма, они наглухо конопатят воском (сама видела). И недоброжелателям не поздоровится, если надумают пожаловать, проход в залив только один. Он довольно узкий, если что, в нём его (врага) и встретят пара-тройка тысяч маленьких жужжащих воинов, от которых нет ни спасения, ни пощады. Так что в залив никто и не суётся. Никем не тревожимые, в течение многих лет, соты иногда падают под собственной тяжестью, и сладкие янтарные ручьи стекают на землю, отсюда и название. А на берегу, как перевёрнутые жёлтые миски, стоят дома тратов, сложенные из камней и отделанные всё тем же воском. Каким образом траты смогли спокойно ужиться с грозными соседями, сейчас даже они сами не расскажут.

       Вся наша дружина спускалась к берегу спокойно, мы знали, что нам ничего не угрожает. Ровно до тех пор, пока никому не угрожаем мы. Я уже сказала, что врагу бы не поздоровилось, но любой дарваец не желающий причинить кому-либо вред, пройдёт совершенно спокойно. Траты считают, что их защищает сам Дарвай, за их незлобивость и беззащитность. Хотя на счёт беззащитности это правда (среди тратов вы не найдёте ни одного воина), лично я думаю что Дарвай здесь ни при чём, просто пчёлы сильно реагируют на феромоны агрессии. Хотя, кто знает.

       Дом вождя ничем не отличался от других домов деревни. Траты вообще очень демократичны, например вся добытая пища распределяется поровну, без учёта возраста и заслуг. А питаются они исключительно дарами моря, начиная от рыбы и заканчивая всевозможными водорослями. Но более изысканных кулинаров вы в Дарвае не найдёте. Допустим рыбу, которую нам подали, сначала несколько дней мариновали в смеси мёда и каких-то водорослей и только потом жарили на углях. Вкус просто сказочный. Ещё копчёные устрицы и томлёные в золе крабы, салаты из водорослей и многое другое. От нашего подношения они в свою очередь тоже не отказались, печёные зёрна и холодное жареное мясо были встречены с восторгом. Траты крайне редко покидают свой залив, и наша еда была для них настоящим деликатесом.

       После ужина в доме остались только я, вождь и несколько старейшин.

 - Правительница, я догадываюсь, что твой приход это не простая учтивость. Позволь узнать, что же тебя привело.

 - Ты совершенно прав, вождь. К сожалению не радость привела меня в твой дом. Ты, конечно, не слышал, но странная и страшная беда пришла на земли всех дарвайцев. Уже несколько племён потеряли своих. Они пропали странно и бесследно, но мы всё же попытаемся их найти.

 - Прошу, не упрекай меня за незнание и за то, что моя деревня не потеряла ни одного жителя. Тратам вовсе не всё равно, что происходит. Хотя мы живём обособленно, судьба жителей Дарвая волнует и нас.

 - Я вовсе не собиралась тебя упрекать. Если в моих словах ты услышал что-то, что заставило тебя так думать, значит, я выбрала не те слова. Прошу меня за это извинить. Но вот помощи я бы хотела.

 - Не думаю, что есть необходимость напоминать тебе, что траты не воины. Какой же помощи ты ждёшь от нас.

 - Возможно, то, что я попрошу, ваш народ хранит от чужаков многие века, и никогда прежде не нарушал этого правила.

 - Что бы ты не попросила, будет твоим. Не может быть чужаком тот, кто думает обо всех прежде, чем о себе.

 - Благодарю. Мне надо знать всё об океане, все, что знаете вы.

 - Необычная просьба. Но ничего запретного в ней нет. Мы никогда не рассказывали об этом не потому, что это какое-то табу, а потому, что нас никто и никогда об этом не спрашивал. Так что мы с большим удовольствием расскажем то, что ты хочешь знать.

                                                  6

       Спать я легла лишь под утро. Никогда бы не подумала, что обычно довольно замкнутые траты так любят поговорить. Всю ночь старейшины во главе с вождём с непередаваемым усердием исполняли мою просьбу. В том смысле, что рассказывали мне всё, что удалось узнать об океане множеству поколений их предков. Такого потока информации я в жизни своей не получала. Причём все сведения были хоть и интересными с познавательной точки зрения и мне, как правительнице, полезными, но в данной ситуации абсолютно бестолковыми. В повествовании описание тёплых и холодных течений переплеталось с повадками обитателей подводных пещер, перечисление многочисленных видов рыб и свойствами тех или иных водорослей, способы ловли морских животных, с лучшими способами их приготовления. Но перебивать разговорившихся стариков мне казалось некорректным. Признаюсь, я уже начала дремать, когда слова одного из старейшин заставили меня встрепенуться:

 - …А если ты положишь свой путь между светом и тьмой (ага, это значит между восходом и закатом) то через много дней увидишь главное. Доказательство того, что Дарвай живой, ты увидишь его слёзы. Из слёз его и состоит океан. 

 - А нельзя ли об этом поподробнее, уважаемый. Например, как выглядят эти слёзы и как далеко нужно положить свой путь, чтобы их увидеть, и откуда они берутся?

 - Неужели слёзы никогда не обжигали твоего сердца, госпожа, что ты задаёшь такие вопросы? Откуда могут взяться слёзы, как не из глаз.

 - Встречный вопрос, откуда у океана глаза?

 - Это и есть доказательство того, что Дарвай живой, как звери, птицы и народы, населяющие его, у них ведь есть глаза. А слёзы его, это огромные белые скалы, плывущие по океану и обжигающие холодным огнём любого, кто посмеет приблизиться к ним.

 ( Так, ну со слезами всё понятно, это, скорее всего айсберги, а вот глаза…)

 - Скажи мне многознающий старец, а кто-нибудь видел эти глаза? Быть может это лишь легенда?

 - О нет! Много поколений назад трое храбрецов отправились в ту сторону, откуда приходят слёзы. Назад, к сожалению, вернулся только один. Он был слаб и изранен, но прожил достаточно, чтоб рассказать о том, что видел.

 - Но, может, он придумал свой рассказ, или видения посещали его.

 - Нет, нет и ещё раз нет! Ни один из тратов не смог бы выдумать такого, и сознанием он был крепок как скалы окружающие нас сейчас.

     Значит, мне предстоит искать глаза океана.

                                                  7

       - Дардн, я прошу, не трави душу, мне и так не по себе.

 - Но ты не можешь лететь туда одна.

 - Я не одна, я с шамшаллами.

 - Ой, не смеши меня. Шалы, конечно, отличные воины, но их всего четверо, а мы даже предположительно не знаем, какая опасность там притаилась. Мы должны быть вместе. Помнишь, ты рассказывала, что в твоём мире твои соплеменники строят какие-то ко-ра-бли, чтоб двигаться по воде. Так почему мы не можем их сделать? Ты рассказывала, я помню, что их делают из дерева или метала. Я не понимаю, как железо может плавать, наверно нужны особые силы, которыми твои родичи обладают в высшей степени искусно, да и гномов уговорить сделать что-либо подобное будет сложно, но деревянный ко-ра-б-ль мы соорудить, думается, сможем.

 - Дардн, я очень благодарна тебе за твои переживания и заботу обо мне, но ты ведь даже не представляешь, о чём сейчас говоришь. Да, теоретически сделать это можно, Шиом вырастит необходимые деревья, сиелы смогут сплести парус. НО! Во-первых, это потребует времени, много времени, которого у нас нет. А во-вторых, из меня корабельщик как из тебя балерина.

 - Кто?

 - Скажу по-другому, моя попытка построить корабль, скорее всего, закончиться так же, как твоя залезть на мой дуб. Из этого ничего не получиться.

 - Но что же делать?

 - Мне отправляться искать глаза Дарвая, а тебя я попрошу отправиться к сиелам. Пусть они оповестят всех об опасности, и передадут мои слова, что если не хотят отправиться вслед за пропавшими, то пусть держаться вместе, не разбредаются по одному.

       Двое тратов согласились проводить меня на день пути и показать направление. На день их пути. Для меня и шамшаллов это было примерно полтора-два часа полёта.

       На берегу собралась вся деревня. Малышня кружила под нашими ногами и копытами кенов и от восторга с разгона плюхалась в мелкую прибрежную воду, таких интересных и таких разных существ они ещё не видели. Моя дружина откровенно печалилась, молодёжь была в растерянности и только шалы не выказывали никаких эмоций.

       Много дней пути для тратов по моим прикидкам означало примерно неделю полёта. Где-то на такой срок был рассчитан запас еды, который висел за плечами у каждого из нас в сумках из рыбьих пузырей, хватит ли его можно только гадать. Но не это сейчас беспокоило меня. У шалов я научилась не показывать своих эмоций, когда это необходимо, именно такой момент был сейчас, зачем ещё больше расстраивать дружину. Понимаете, шамшаллы отличные летуны, очень сильные и выносливые. Для них продержаться неделю в воздухе не составляет никаких проблем, тем более что руки и крылья у них это разные конечности, так что есть и пить они могут, находясь в воздухе. У меня конечно тоже руки свободны, мне чтоб летать махать ими не надо, но так долго в небе я ещё никогда не была, а потому не знала наверняка, хватит ли сил, но выбора у меня не было.

       Проводники-траты молча нырнули и направились к горлу залива, у них уйдёт на это минут двадцать, так что у нас было время попрощаться. Я обняла Прима, Дардна и Олла, погладила тёплую чешую Шиома (обнять его я не смогла бы при всём своём желании), поднялась в воздух и взяла курс за тратами. Через пару секунд свист рассекаемого крыльями воздуха сказал мне, что шалы тоже стартовали.

                                                  8

       Это произошло на двадцатый день пути. Льдина, на которой мы остановились, была уже пятой или шестой. Но не усталость, которой я опасалась, была причиной столь частых остановок, а полное отсутствие еды. Рассчитала я почти правильно, на пятый день полёта мы увидели первые льды, небольшие по площади и тонкие как картон. За последующие дни они намного выросли, теперь каждая напоминала скорее небольшой остров, но ничего похожего на то, что можно было бы назвать глазами, нам пока не попадалось. 

       Еда закончилась восемь дней назад. Теперь нам приходилось останавливаться каждый день, чтоб наловить хоть немного рыбы. Лишь один раз нам повезло. На одной из льдин шалы заметили какое-то животное, очевидно решившее отдохнуть. Больше всего оно напоминало бегемота с крокодильими лапами и хвостом. Бедная скотинка даже сообразить ничего не успела, как превратилась в несколько десятков отборных антрекотов, с подобными вещами шамшаллы справляются ужасающе быстро. А вот мне предстояла задача посложнее, разжечь огонь там, где гореть абсолютно нечему. Нет, теоретически я знала, как это делается, просто надо заставить огонь сжигать самого себя, но на практике у меня это до сих пор не получалось. Только на сей раз от моих попыток зависела жизнь всех, а посему отрицательный результат был совершенно невозможен.

 С каждым днём необходимость горячей пищи и тепла становилась всё очевиднее. И вот…

   - Правительница, я считаю дальнейший путь бессмысленным. С каждым днём всё меньше рыбы мы добываем, и её уже недостаточно, чтоб поддерживать силы. В тот день, когда уже не сможем добыть ничего, мы будем слишком слабы, чтоб вернуться. Между тем ничего похожего на цель наших поисков не наблюдается. Мы возвращаемся.

 - Ййон, это твоё право. Я продолжу путь.

 - Но это просто глупо.

 - Ты забываешься! Я не стану приказывать сопровождать меня и дальше, хотя и могу это сделать и имею право. Но не позволю тебе делать оскорбительные замечания! Похоже у каждого из нас свой путь и своё чувство долга. Так что желаю удачного возвращения!

 Привычным прыжком я поднялась в воздух и направилась в ту сторону, откуда с высоты был едва заметен дрейф ледяных скал.

       Гордо поднятая голова, прямая осанка, взгляд, устремлённый

 вдаль.… Со всем этим я смогла продержаться не больше часа, а потом, когда совершенно уверилась что мои ненадёжные попутчики остались далеко позади и меня никто не увидит, просто рухнула на первую попавшуюся льдину и разревелась в голос. Предательство в моём мире вещь вполне заурядная и встречается буквально на каждом шагу, там это нормально. Но здесь я успела от такой гадости прочно отвыкнуть. В Дарвае даже если планируют убить, то не подкрадываются в темноте со спины, а говорят в лицо о своих намерениях. Так что предательство шалов (а это было форменное предательство) меня серьёзно подкосило. Не могу сказать, смогла бы я продолжить путь в одиночку в таком душевном смятении. Возможно,  и повернула бы назад, если бы не моя исключительная вредность.

       Добавив к общему количеству окружавшей меня воды ещё литра полтора собственных слёз и почувствовав, что совершенно замёрзла (ещё бы, два часа на льду просидеть), я поднялась. С твёрдой, а вернее, вредной уверенностью, что и без поддержки смогу справиться.

       Двое суток. Двое суток без еды, без друзей, без какой-либо надежды на успех. Впервые, за всё время, проведённое здесь, я осталась совершенно одна. С каждой минутой и каждым километром пути тоска одиночества всё сильнее сжимала сердце холодной лапой. Иногда я ловила себя на том, что плачу. Слёзы сами бежали, и замечала я их только когда они, превращаясь в лёд на моих щеках, начинали причинять боль.

       Отдельные льдины уже давно превратились в ровное белое полотно, лишь изредка нарушаемое трещинами. Я слышала, что от снежного сияния можно ослепнуть, поэтому старалась держать глаза закрытыми, лишь изредка поглядывая по сторонам, чтоб не сбиться с курса. Хотя о каком курсе могла идти речь, если всё кругом одинаковое?

       Перед закрытыми глазами проходили мои дни в землях Дарвая. Друзья, с которыми я шла на смерть и смеялась у вечернего костра. Их открытые переживания за меня во время уроков по управлению моими силами. Радость, если у меня всё получалось и грусть, когда наука мне не давалась. Боль разлуки, что отметила всю дружину в Сладком заливе, и ещё очень много всего, что пережили мы вместе. Только сейчас я поняла, до какой степени они мне близкие и родные, как сильно я их люблю, и что не поменяю ни за какие блага свою нынешнюю жизнь на какую либо другую.

       Слёзы снова потекли. Стирая их, я открыла глаза. Что за ерунда? Горизонт впереди приблизился и поднялся вверх! Нет, это у меня явно что-то с глазами. Пока я старательно их протирала, белое препятствие приблизилось. Так, с глазами всё в порядке, просто передо мной стена. Стена из льда, в высоту километров пять, не меньше.

       Поднималась я быстро, на сколько это возможно. Холод обжигал кожу, а недостаток кислорода на высоте, лёгкие, глаза я по-прежнему держала закрытыми. И вдруг тепло! От неожиданности я остановилась.

       Сверху то, что я увидела, больше всего было похоже на… глаз! Огромный глаз с белыми ресницами снежных скал, синей радужкой океана и чёрным зрачком острова посередине. Я добралась до цели! Я смогла! Я молодец! Ие-ху! Где бы тут поудобней приземлиться?

 А потом вспышка. Чудовищный удар в грудь. Боль. Падение. Темнота.

                                                  9

       Темнота. И тишина. Хотя, нет, какой-то звук монотонно стучится в сознание, и, кажется довольно знакомый. Голова совсем не работает, надо попробовать открыть глаза. Так, глаза открыла, а темнота как была, так и осталась непроглядной, и звук не изменился. Актуальный вопрос «где я» и «что со мной». Вспомним классика «Попав в незнакомое место – осмотрись». Пожалуй, именно это мне и стоит сделать, в первую очередь определить место нахождения. Ай-а-а!

       Как только я попробовала пошевелиться, тело пронзили тысячи болевых иголок. Интересно, сколько нужно пролежать, чтоб всё так затекло. Придётся немного подождать, пока не восстановится кровообращение. Страшно хочется пить. О! Ну конечно, этот стучащий монотонный звук ни что иное, как падающие капли. Пить захотелось ещё сильнее. Но пока не работает тело надо поработать головой. Последнее что я помню это вид острова с высоты птичьего полёта. Потом меня, судя по всему, банально сбили, как вражеский бомбардировщик. Чем неизвестно. А, ещё я помню, что остров явно вулканического происхождения, где-то в середине был ясно виден потухший вулкан. Финиш. Мрак. Полный абзац.

       Или не совсем? Кажется, впереди что-то светится, слабо, на грани видимости. Это уже кое-что. Одно нечеловеческое усилие и я смогла подняться… на четвереньки. Первым делом на звук нашла воду. В ямке выбитой каплями в камне вмещалось не больше трёх глотков, поэтому процесс утоления жажды занял некоторое время. Зато мои руки и ноги успели придти в норму. Теперь займёмся рекогносцировкой местности.

       Здесь, где я пила, скала. Попробуем двигаться вправо. Скала, скала и … скала. Теперь влево. Скала, скала и снова скала. По средствам логических размышлений можно определить, что выход там, где что-то светится. Смущает только то, что свет какой-то странный, имеющий некоторое сходство с рисунком паутины, и ещё «запах» чужой силы, уж в этом Шиом меня натаскал будь здоров.

       Ага, так я и думала. Выход перекрывала решеткообразная конструкция из камней, удерживаемых с помощью какой-то магисилы, совершенно чуждой Дарваю. Наверняка я могла ликвидировать её, но не стала этого делать. Она напоминала мне спящую сторожевую собаку, которая не только мешает уйти, но и поднимает тревогу при попытке такового действия.

       Глаза уже хорошо привыкли к темноте, так что не было проблемой увидеть, что за решёткой проходит довольно широкий коридор. А напортив, примерно такая же камера, только пустая. Ненужные пока камни горкой лежали у входа. Делаем вывод. Меня сбили неизвестно чем, нескольких представителей населения украли неизвестно как, я оказалась здесь, можно предположить, что их тоже следует искать здесь.

       Встал насущный вопрос «как выйти». Без ложной скромности скажу, что я тоже не лаптем щи хлебаю. Сначала подошла к стене и «послушала» её. Это образно, на самом деле я, как бы это объяснить, прочувствовала саму природу скалы и очень скоро поняла, где за стеной есть пустота. Потом расплавила стену. Или рассыпала. Как вам больше нравится. В общем, часть стены как растаявший на солнце воск стекла к моим ногам, открывая проход в соседнее помещение. Которое оказалось ещё одной камерой, к счастью открытой.

       Коридор уходил в обе стороны. Пусто и тихо. В правой стороне тянулся ряд камер, слева он перетекал в другой, более широкий. Конечно, хотелось бы побыстрее покинуть столь негостеприимное место, но сначала надо удостовериться, что где-то тут не томятся мои друзья.

       Камеры шли систематично, одна против другой, все пустые. Значит, ребят держат в другом месте. Пора поворачивать, вот и последняя камера, слева. Впереди и справа стена. Назад, в другой коридор.

       Я успела сделать только десяток шагов, как меня стукнуло. Стоп-стоп-стоп! А почему это напротив последней камеры нет её сестры-близняшки? Что у строителей запой, или магический отбойный молоток сломался? Пришлось вернуться. Ну, так и есть! На первый взгляд не заметно, но если «принюхаться» к стене повнимательнее, сразу понятно, что она искусственная. Попробуем узнать, кого это здесь замуровали. Если наших, я им самолично все их катакомбы затоплю, благо воды кругом завались.

       В так заинтересовавшее меня помещение, я проникла так же, как покинула свою камеру, то есть, не трогая парадный вход, а ликвидировав боковую стену. И здесь меня банально ожидали две новости.

       Начну с плохой. Конечно дарвайцев тут не было ни одного. Теперь хорошая (хотя и неожиданная). Пустой камера не была, в ней сидели около десятка…людей! Точнее это были древние старцы.

       Немая сцена затянулась на целую минуту. Похоже, обе стороны были в некотором шоке. Молчание нарушило большинство.

 - Ты кто?

 - Гм, хотела бы задать вам тот же вопрос. Но предлагаю перенести знакомство на более позднее время в более располагающей обстановке. Короче говоря, предлагаю сначала сбежать отсюда, а поболтать можно и потом. Возражений не последовало.

       Отыскать подходящее для долгой беседы место для аксакалов не составило труда, они знали пещерный лабиринт, в котором я оказалась, как свой собственный дом. Впрочем, так оно и было.   

                                                 10

       Стариков оказалось восемь. После примерно получасового блуждания по довольно ветвистой системе тоннелей, мы, наконец, остановились в небольшой пещерке имеющей одно неоспоримое преимущество – второй выход. За это время я смогла более тщательно рассмотреть своих попутчиков, и первое что бросилось мне в глаза, это несоответствие внешности и манере двигаться. То есть на вид дедкам можно было дать далеко за сотню, но при нашем марш-броске передвигались они с резвостью мастеров спорта по лёгкой атлетике двадцатилетнего возраста. Одежда соответствовала, не стесняла движений. Широкие штаны, что-то вроде наших водолазок, сверху жилеты с множеством карманов сильно смахивающие на военные «разгрузки». Всё однотонное, только цвет у каждого свой. Синий, серый, коричневый, чёрный, бордовый, зелёный, фиолетовый, бежевый. И хотя все цвета были темными, но мрачных ощущений не вызывали. Первым взял слово зеленый, не дав мне даже дух перевести.

 - Кто ты?

 - Оригинальностью ваш вопрос не блещет. И хотя это мне здесь следует задавать вопросы, я отвечу. Прошу заметить, из одного уважения к вашим сединам. – Да, я знаю, довольно грубо. Но я была уставшая, голодная и вообще вся на нервах. Можно подумать, что вы на моём месте прямо рассыпались бы мелким бисером.

 – Я - Правительница Дарвая, законная, если вас это интересует. Заранее скажу, что разыскиваю здесь своих пропавших подданных. А теперь попрошу вас ответить на тот же вопрос.

 Но вместо ответа резвые аксакалы начали переглядываться и перемигиваться. Ни о какой телепатии речь не идёт, её я тоже моментом фиксирую, просто ветераны понимали друг друга и без слов. Видимо, придя к какому-то общему знаменателю со своими однокамерниками, зелёный снова взял слово.

 - Прошу понять нас правильно и заранее принять наши извинения…э…мы благодарны за освобождение…но…мы живём здесь уже пятнадцать лет и…

 - Сколько?!! Так это вы похитили моих людей! – Видимо мой вид не обещал пенсионерам ничего радужного, потому что травянистый резко попятился.

 - Нет-нет! Мы даже не подозревали, что здесь есть люди! Наш старший магистр долго наблюдал за этим миром, да и мы сами, когда прибыли, но о людях слышим впервые! По нашим наблюдениям здесь обитают только животные, пусть и обладающие некоторой долей интеллекта. Так что мы не могли никаких людей похитить!

 Вот тут он меня конкретно зацепил, так что мои зубы и кулаки сжались одновременно и непроизвольно.

 - Это кого, позволь узнать, ты, пионер престарелый, сейчас имел ввиду под словом «животные»? Это у кого « некоторая доля интеллекта»? Это случайно не кентавры, гвартаны, эльфы и прочие народы? Так вот, заруби на своём столетнем носу, всех обитателей Дарвая я считаю людьми, в том смысле, что каждый из них есть личность! И у кого более высокий интеллект надо ещё посмотреть! Я доходчиво объяснила?

 Так как с каждой фразой я делала шаг вперёд, то к концу программы дедок оказался просто вжатым в стену, а спорить в таком положении не удобно.

 - Да-да! Конечно!

 - Замечательно. Теперь давайте по порядку. А именно кто, откуда и зачем. – Надо заметить, что после моего наезда только и начался деловой разговор. Вперёд вышел высокий и статный старикан, одетый в чёрное. Он «задвинул» своего приятеля куда-то в сторону.

 - По-моему мы не с того начали. Прими наши извинения и не суди слишком строго, прошу. Позволь всё рассказать, и возможно ты простишь моего друга. Но сначала, пожалуй, стоит представиться, меня зовут Табриотавамиун, а моего друга Росебрипрадарон, это…

 - А я-то думала, что у меня имя длинное! Прости, что перебиваю, и не сочти за грубость, но у вас у всех такие имена?

 - В смысле?

 - В смысле такие длинные, покороче никак нельзя? Ну, например, моё имя Истариед, но все называют Иста, так проще. – Не могла же я сказать, что мне и недели не хватит, чтоб выучить восемь подобных имён.

 - Я, в сущности, не имею ничего против. И как будет звучать моё имя по-твоему?

 - Скажем, Тамин тебя устроит? А твоего друга Родан?

 - Да, вполне подойдёт. Тогда Алибегорситемас? (Поклонился синий).

 - Агос.

 - Вполне. А это тогда Билор, Фараз, Кавот, Ютал и Криар. (Бордовый, коричневый, фиолетовый, серый, бежевый). А теперь, когда наше знакомство состоялось, я начну. Насколько я понимаю, нет нужды рассказывать тебе о том, что существуют соседние миры и при определённом умении можно пройти из одного мира в другой. Именно это мы и сделали, но не из прихоти, а по необходимости, и вовсе не рассчитывали, что эта земля станет нашим домом и тюрьмой на долгие годы. – Тамин грустно вздохнул и замолчал. – Тебя что-то тревожит? – спросил он через некоторое время.

 - Не совсем. Просто пока я сюда добиралась, пришлось несколько поголодать, а теперь вообще зверски есть хочется. Не обращай внимания, перетерплю.

 - Ну, зачем же мучиться? Ютал, ты не сообразишь чего-нибудь?

 Одетый в серое Ютал достал из кармана горсть малюсеньких крекеров, хитро мне подмигнул, подбросил их высоко вверх, щёлкнул пальцами и на колени каждого из нас упало по паре здоровенных двойных бутербродов с мясом, сыром и свежими овощами. Примерно туда же упала и моя челюсть, чем Ютал был явно доволен.

 - Теперь, думаю можно продолжать. Так вот. В нашем мире примерно два десятка отдельных держав расположенных на больших и малых островах, но наше королевство самое большое и сильное. И единственное, где развитие магических возможностей поставили выше развития техники. Каждый ребёнок у нас может учиться на магистра, если хочет и имеет предрасположенность.

 - И деньги.

 - Нет. Ни деньги, ни происхождение роли не играют. А теперь по сути. Наш король обратился к старшему магистру с просьбой о помощи, так как за десять лет брака ребёнка у них так и не появилось. И как быть с наследником? Сельфанитрадиуп знал ответ, все мы знали. Последние годы все магистры не единожды пытались найти решение, видя беду короля, и у всех ответ получался один, ребёнка придётся усыновить. Но не какого-нибудь. Дело в том, что те, кто имеет, и способности и желание учиться долгие годы, чтоб развить их, встречаются редко. У них особый склад ума, склонный не к власти, а к познанию. Но по всем прогнозам выходило, что  на свет должен появиться совершенно особенный ребёнок, не только с неимоверной магической силой, но и с врожденными знаниями о её использовании. Такой правитель смог бы объединить все государства.

 - А чем вас существующий порядок не устаивал?

 - Нет. Как я уже сказал, только у нас магия взяла верх над механикой. В других странах стали изобретать и использовать технику. Это сильно отразилось на всём нашем мире, и магистры чувствовали это как никто. Наши силы напрямую зависят от природных сил земли. Только король с мудростью и силой магистра и практичностью недомага мог остановить разрушение нашей природы.

 - Небольшое уточнение, недомаги это кто?

 - Все люди обладают магическими силами, в большей или меньшей степени. Иногда их так мало, что они даже незаметны. Но они есть. Поэтому людей со слабовыраженным магическим потенциалом у нас называют недомагами.

 - Всё понятно. Что было дальше я и сама могу догадаться. Ваша идея мира во всём мире кому-то сильно не понравилась, на вас неожиданно напали, и вам пришлось бежать. Так?

 - И да, и нет. На нас действительно напали, но лишь для того, чтоб забрать малыша. Но не смена правителя беспокоила нападавших, всё гораздо хуже. Один из учеников нашёл в библиотеке способ, древний и страшный, которым можно забрать силу другого себе. Возможность вседозволенности затмила его разум. Самое странное, что мы никогда ничего подобного за ним не замечали, хотя он задумал всё давно и подготовился. Оказалось, что он смог собрать целую тайную армию, сотни недомагов и молодых магистров подчинялись ему беспрекословно. Как только мальчик оказался во дворце, началась атака. Единственным решением было спрятать ребёнка на время. Мы согласились сопровождать его. Эти земли были первыми, что показались нам хоть как-то подходящими, да и выбирать особо было некогда. Сельфанитрадиуп, наш старший магистр, должен был открыть проход, как только захватчики будут обезврежены, но что-то произошло.

 - Так почему вы сами его не открыли?

 - Сначала опасались за безопасность юного мага, а теперь не можем. За годы, проведённые здесь, мы сильно ослабли, ведь это не наша земля, нам неоткуда брать силы.

 - А открыть проход в соседний мир не бутерброды наколдовать, – встрял Агос.

 - А как же ваш малолетний вундеркинд? Ведь вы сами говорили, что у него невероятные возможности. Пусть проход откроет он.

 - Это совершенно исключено. Ведь ты ещё не знаешь главного. Около трёх месяцев назад сюда смогли пройти пятнадцать молодых магистров. Они пришли за ребёнком.

 - Подождите, с чего вы решили, что они враги? Да за пятнадцать лет всё могло десять раз измениться! Может их послал ваш этот Сель..и..уп, ну в общем старший?

 - Почему за пятнадцать? В нашем мире прошло месяца два-три, не больше. В разных мирах не только энергия, но и время разное.

 - Вот я смотрю на тебя и тихо удивляюсь, - вмешался Фараз. – Как может умная женщина делать такие нелепые предположения. По-твоему мы сами себя в камеру посадили? А твои подданные, которых ты здесь разыскиваешь, просто пошли прогуляться? А…

 - Уловила твою логику, полностью согласна, потому что этот огненный шар тоже явно не сам сюда прикатился.

       По проходу, по которому мы пришли, катился здоровенный огненный шар, прямо на нас. Конечно, мы сидели так, чтоб следить, нет ли погони и, конечно, мы совершенно об этом забыли. Я кувыркнулась через спину, чтоб уйти с линии огня, а вот мои старички так и остались сидеть, заворожено глядя, как на них постепенно накатывает огненный пипец. Единственное что я успевала сделать, это отбросить их к стене воздушной волной. Мне надо было сдвинуть восемь человек, быстро и сразу, так что волну я послала от души, лишь в последний момент, подумав, что, возможно, вместо того чтоб сгореть, пенсионеры расплющатся. Но они даже не крякнули! Когда огонь взорвался у противоположной стены, они дружно подпрыгнули, крикнули мне «Бежим!» и устремились в почти не заметный ход.

                                                 11

       Мы вышли на склон горы.

 - Бесполезно, они сейчас нас догонят.

 - Ну, это вряд ли, - вредно усмехнулась я. Развернулась и наглухо замуровала выход. – А теперь старики-разбойники, не подскажите ли где здесь ближайший вход?

 - Ты что хочешь вернуться?

 - Фараз, вот я на тебя смотрю и тихо удивляюсь, как может такой умный мужик задавать такие глупые вопросы?

 - Надо же, запомнила! – Криар хохотал. – Получи брат обратку!

 - Объясняю всем кому не ясно. Да, я собираюсь обратно и как можно быстрее. Во-первых, найти нас на поверхности легче, чем внизу. Во-вторых, там мои ребята и надо их вытащить…

 - Если они ещё живы. – Кавот явно не хотел смотреть мне в глаза.

 - Что-что?! Что ты хочешь этим сказать?!!!

 - А то и говорю. Ты видела их силу? Не интересно, откуда такая мощь? Я могу просветить! Единственное где молодой маг на чуждой ему земле может взять такую энергию это КРОВЬ!!! Да, твои единоземцы были захвачены с одной целью, забрать их кровь.

 - Забрать… и что? – Кажется, от подобных заявлений я тупею.

 - Да-да, ты поняла правильно, забрать и выпить. – Кажется, Кавоту было не менее тяжело всё это говорить, чем мне слушать. После последних слов он ещё больше постарел.

 Примерно минуту я молчала, опустив голову. Меня не перебивали.

 - Значится так. Внутрь идти всё равно надо, даже если мои ребята мертвы, там ваш мальчик. И я обещаю помочь вам его спасти и переправить на родину. Но прошу и вас помочь мне. Я знаю о шестерых пропавших, но, скорее всего их гораздо больше. Склонна считать, что существует огромная вероятность того, что кто-то выжил. Кроме того, как говорят на моей родине, я не злопамятная, просто очень злая и имею хорошую память, а значит, собираюсь представить счёт вашей бунтующей молодёжи, за каждую каплю высосанной ими крови. Итак?

 - Мы поможем тебе!

       Внутрь мы попали не только быстро, но и в нужном месте. Оказывается, те камеры, в которых содержали нас, были для особых пленников. Расхожий материал держали под рукой, чтоб каждый раз далеко не бегать. Практичные, засунуть их всех ничам под хвост.

       Первого пленника мы нашли уже через пять минут, после того как оказались внутри. Но тут вышла некоторая неуклюжесть, им оказался огромный рилан. Риланы это что-то вроде наших грифонов, то есть тело льва, крылья орла. Только у риланов ещё и голова волчья, да и крупнее раза в полтора. Умны как восьмидесятилетний профессор университета. Я и среди людей таких редко встречала. Но на всей земле Дарвая вы не найдёте народа более, как бы помягче выразиться, негостеприимный. Да, многие у нас воевали с соседями из-за территорий, но риланы уничтожали(!) даже тех, кто случайно(!) попадал на земли, которые они считали своими. Я лишь однажды разговаривала и риланами, хватило по-горлышко. Всё общение можно свести к тому, что меня «попросили» НИКОГДА больше не приходить на их землю. Тогда я подумала, что в этом нет ничего страшного, что как только им понадобиться моя помощь они придут сами. А вот хрен мне! У них должен был случиться обвал (они живут в горах). Я знала, и они это знали. И что, они пришли, попросили? Нет! Обвал случился, множество и малышей и взрослых было ранено и ни гу-гу. И вот сейчас, когда этот рилан пропал никто и ничего. А к чему я это всё? Как мне его спасать, если он этого не хочет. Он же меня хрусь и нету. Но я всё-таки пошла.

       К счастью соседняя камера пустовала, так что я использовала проверенный способ, разрушила боковую стену, чтоб не поднимать тревогу раньше времени. Рилан лежал, закрыв глаза, я тихо погладила ему нос. Он сразу очнулся. Сначала я думала, что эта минута станет последней в моей жизни, такая ярость полыхала в его глазах. А потом он узнал меня.

 - Зачем ты пришла?

 - Я, знаешь ли, плохо воспитана, поэтому прихожу в гости без приглашения. И вообще мне делать нечего, дай думаю спасу кого-нибудь. Вот ты попался, придётся спасать тебя, ты уж извини. – Рилан засмеялся, тихо, но от души.

 - А выбора нет?

 - Никакого. Это я тебе как правительница заявляю.

 - Ладно, спасай, что с тобой сделаешь.

 - Тогда пошли. Нужно спасти ещё кого-нибудь, а то одного спасать для меня как-то не солидно.

 - Договорились.

 Когда мы выбрались из камеры, магистры смотрели на меня так, словно у меня рога, хвост и ангельские крылья одновременно. Но на знакомства и другие разговоры времени не было совершенно.

 - Значит так, ребята, я дико извиняюсь, но общаться будем потом.

 - Ты правда плохо воспитана.

 - Я предупредила, я не соврала, а это уже немало!

 - Согласны! – сказали все. И я поняла, что общий язык найден.

       А вот дальше так легко не проскочило. Начнём с того, что следующие шесть камер, в которых обнаружились пленники, шли подряд, причём в таком месте, где я не могла рушить стены, рухнул бы весь потолок. Открывай я камеры одну за другой, успеют набежать тюремщики. Внимательнейшим образом прочувствовав заклятье запирающее камеры, я пришла к неутешительному выводу, одновременно смогу открыть не больше двух.

 - Парни, нужна ваша помощь. Сможете открыть вот эти четыре дверки одновременно со мной. Вот эти две я беру на себя.

 - Хоть и трудно, но думается да, сможем.

 - Тогда не будем тянуть кота за… неважно. Поехали!

 Нет, этим старикам определённо нужно памятник поставить. Я в их годы самостоятельно, скорее всего, смогу только утку у медсестры попросить, да и то если не впаду в полный маразм. А эти вон бегают даже, Фараз вообще смотрит на меня как кот на сметану, облизывается, ходит кругами и улыбается, извращенец. Но, в общем, молодцы.

       Когда заклятье сняли, камни рухнули и подняли дикий грохот. Надо было срочно уходить отсюда. Мы, не сговариваясь, бросились помогать освобождённым выбраться, ходить могли далеко не все. В том числе и Ксон, самый молодой мой дружинник-кентавр. Лондарниэль тоже был здесь. К счастью живой.

 - Лон, ты можешь идти? Надо осмотреть остальные камеры, не оставили ли кого, и бежать.

 - Нет, дальше я тебя не пущу!

 - Что значит не пущу?! – Что-то в его голосе мне очень не понравилось. Я вырвалась из слабого захвата его рук. Если б он был в полной силе, мне это не удалось, а так…

       Сколько я пробежала не знаю везде пустые камеры. А потом начался кошмар. Одна, вторая, третья, четвертая и тела, тела, тела. Мёртвые тела моих людей и зверей. Кое-где распотрошённые. Молодая эльфийка с вырезанным сердцем, кентавр, больше похожий на египетскую мумию, кису, с которого даже срезали куски мяса. Нет, я не плакала и не билась в истерике, я стояла и смотрела.

 И запоминала. Подошёл Лон и тихонько взял меня за руку, чтоб увести. Потом рилан крыльями закрыл от меня этот пир смерти. Дальше по коридору стояли магистры, они не подошли ближе, чтоб не нарушить мою скорбь, но они её видели, понимали и разделяли. Да, надо идти, нужно думать о живых. Сзади что-то тихо вздохнуло и я так резко вырвалась, что от крыльев рилана полетели перья. Камера напротив. Труп волчицы в круге света, падающего из дыры в стене. Тело совершенно обескровлено и лежит давно, это видно. А рядом семь трупиков поменьше, они просто не выжили без материнского молока и тепла. За что отдали свою жизнь эти семь, даже не увидевших свет, малышей? Ради какой великой цели? Да разве нужна ТАКАЯ цель? Снова тихий вздох. Нет!!! Не семь мёртвых щенков! Не семь, а только шесть! Один, белый как снег, был ещё жив. Но я никак не могла услышать его дыхание, слишком тихий звук. Так может это вздохнул сам Дарвай, восхищаясь этим слабым малышом с таким сильным желанием жить? Я кинулась и подхватила щенка на руки. Он не скулил, а только тихо стал посапывать, почувствовав незнакомое тепло.

 - Не бойся маленький, теперь с тобой всё будет хорошо, а поедим мы с тобой немного попозже. – Я засунула пушистый комочек за пазуху. – Уходите, живо! Билор, где ваш мальчик?

 - Всё в порядке, он в другой части пещер. – Он понял меня сразу.

 - Тогда бегите туда, я догоню вас.

 - Иста, а ты?!!! – Похоже Лон принял меня за самоубийцу, так он заголосил.

 - Идём, она просто хочет их похоронить.

       Я позволила себе ещё полминуты на прощание. Представители всех народов Дарвая останутся здесь в одной могиле, вот такое объединение племён. Уверена, что каждый отныне, прежде чем поднять оружие или коготь и клык на своего соседа подумает о том, что его брат лежит здесь рядом с братом врага. А забыть не получится. Как соринка в глазу будет сидеть воспоминание, и гнать невольную скупую слезу.

       Свод рухнул, как только я разрушила несколько простенков между камерами. Тёплый комочек завозился за пазухой. Придётся потерпеть, малыш. Своих я догнала через десять минут.

                                                 12

       - И что это значит? – Мы стояли в тупике, проплутав по подземным коридорам около часа. – Только не говорите мне, что вы заблудились.

 - Нет, конечно. – Тамин был спокоен, как всегда. – За этой стеной в специально защищённой пещере и находится наш малыш.

 - Так открывайте, чего стоите.

 - Мы не можем. Охранное заклятье штука крепкая, тут нужна сила.

 - А как же вы раньше открывали?

 - Так мы ни разу и не открывали.

 - Подожди, Тамин, как это не открывали? За пятнадцать лет ни разу? А что же он там ест, пьёт, ну и всё остальное?

 - Ему это не надо. Он спит.

 - Пятнадцать лет?

 - Уж тебе ли удивляться, у вас вон принцессы столетиями дрыхнут и ничего. – И Ютал хитро на меня прищурился, но приложил палец к губам. То ли намекая на сохранение тайны, то ли с просьбой отсрочить объяснения. Одно ясно точно, в моём мире он был. Это что же получается, а?

       Разрушать заклятие, наложенное восемью магистрами, оказалось самым сложным из всего, что до сих пор мне приходилось делать. Пятнадцать лет назад магистры определённо были в хорошей форме. Пришлось действовать по принципу веника, то есть ломать не всё заклятие целиком (это было невозможно), а разобрав на составляющие части. Возилась я больше часа, но справилась. И ни кому из нас даже в голову не пришло, что по идее нас давно должны были догнать.

       На самом деле нас давно догнали. Но разумно решили подождать, пока мы откроем им тайник, так как самим ни найти, ни открыть его до сих пор не удалось. Атаковали нас, как только я открыла проход. У меня даже не было времени взглянуть куда, пришлось прикрывать остальных. Десяток молодых магистров метали в меня всякую дрянь со скоростью  машинки для метания теннисных мячей. Сначала я просто отбивалась, и хотела уже хорошенько им ответить, но кто-то шепнул, прямо в ухо, что все уже внутри. Не мудрствуя лукаво, я обрушила часть потолка, и между мной и прыткой молодёжью оказался завал на трое суток ударных магиработ. Теперь можно было спокойно удалиться и посмотреть на будущего короля, а кстати:

 - Слушай, Агос (оказывается, это он сообщил мне, что остальные в безопасности), а как называется ваша родина?

 - Если сейчас это так важно, то планета Шадан, королевство Шаданимар.

 - Попробую догадаться, Шаданимар, означает центр Шадана?

 - Ты очень догадлива.

 - Да, я такая. Ладно, давай посмотрим на будущего короля.

       Пещера была внушительная. В ней свободно мог уместиться приличный стадион. Было даже небольшое озеро. Мне жутко хотелось прилечь и хоть немного отдохнуть, но пока это не представлялось возможным.

 - Лон, помоги нашим устроиться. Билор, Кавот, Фараз, попробуйте подлечить раненых, и не мешает их покормить, если есть чем. Тамин, Родан, где ваш принц крови, надо его будить. Будем надеяться, что мальчик уже что-то понимает в магии и поможет и вам вернуться, и нам разобраться с вашими трудновоспитуемыми подростками. Почему я ни разу не придала значения тому, как ехидно похихикивает Ютал, когда я говорю мальчик, малыш или ребёнок. Повнимательнее надо быть, повнимательней.  

      Мы стояли у дальней стены, возле кровати будущего короля, которая, если честно, была больше похожа на корыто.

 - Это кто? Это ваш мальчик? Вернее, ВОТ ЭТО мальчик? Ему же лет двадцать. – Передо мной лежал юноша. Очень милое лицо обрамляли золотые кудри, рост под два метра. Почему-то я была уверена, что глаза у него серые.

 - Но ведь прошло время. Чему тут удивляться?

 - А сразу предупредить нельзя было? Ладно. И как его будить?

 - Мы не знаем. Заклятье сна накладывал Сельфанитрадиуп, лично.

 - Весело. Значит, помощи ждать неоткуда. Надо пораскинуть мозгами, что мы можем предпринять в такой патовой ситуации.

       Я привалилась к стене и вытянула ноги. Всё тело ныло. Ничего страшного, обычная отдача после частого использования сил. А если учесть какой вообще получился сегодняшний день, то удивительным можно считать что я до сих пор не развалилась на части. Измученные, избитые дарвайцы быстро засыпали, а мне не спалось совсем. Тамин принёс мне уже знакомый бутерброд и сел рядом.

 - Не спится?

 - Слишком много вопросов.

 - Например?

 - Например, как крали моих подданных? Почему я узнала об этом так поздно? Как открыть проход в ваш мир, чтоб вы могли уйти и разбудить вашего, гм, мальчика.

 - С первыми двумя я, пожалуй, смогу тебе помочь. Их крали с помощью луча путешествий. Есть у нас такой магический прибор. Что-то вроде тарелки. Человек становиться на неё, произносит слово и называет место, куда хочет попасть. Через несколько секунд он там. Видимо им удалось как-то переделать луч и теперь он не отправляет, а забирает пассажиров по каким-то определённым признакам. Кстати сбили тебя, скорее всего, тоже им. Как ты только жива осталась? Сначала, видимо они крали всех подряд, а потом переключились исключительно на разумных существ. Видимо их кровь более сильная. Вот тогда это и стало заметно.

 - Спасибо за объяснения. Ну а как разбудить спящего принца, не подскажешь?

 - А вот это нет. Да ты вроде в подсказках и не нуждаешься. Ютал говорил, что в твоём мире это обычное дело. Значит, ты должна знать, как будить.

 - Много твой Ютал понимает! У нас очарованные принцы, спящие красавицы, магия там всякая, это сказки! Люди ни с чем таким по-настоящему никогда не сталкивались!

 - А вот тут ты не права! – Ага, Ютал подкрался незаметно. – Ты видимо невнимательно слушала, когда Тамин говорил тебе, что все люди обладают магией. Он ведь не сказал что нашего мира.

 - Ты имеешь ввиду, что он имел ввиду…тьфу-ты…он говорил о людях вообще?

 - Именно. Скорее всего, и в вашем мире раньше магия стояла довольно высоко. Потом началось тоже, что и у нас, начали использовать технику. Зачем десять лет учиться летать, когда можно за месяц построить самолёт. А когда магия отошла на второй план, о ней стали рассказывать бабушки внукам. Магия исчезла, а истории превратились в сказки. Так что давай, буди принца.

 - Вы предлагаете мне его поцеловать?

 - А что? По-моему он очень даже симпатичный, хотя конечно вкусы у всех разные, кому-то больше эльфы нравятся.

 - Ты на что это намекаешь? Хотя, если честно, у нас были некоторые отношения. Но ничего серьёзного! Понял?!

 - Понял, чего тут непонятного. Ну, пошли будить нашего «мальчика»?

                                                 13

       - Он тебя не укусит.

 - Ютал, отвали. Можно подумать, что я каждый день с принцами целуюсь.

 - Но целовалась ведь. Лон же вроде принц.

 - Я сказала, отвали. И отвернитесь оба.

 - Надо же какие мы стеснительные. Что тут такого, что и посмотреть нельзя.

 - Слушай, ты, престарелый извращенец, или ты сейчас отвернёшься, или будешь сам его целовать.

 - А без оскорблений можно? Всю дорогу то стариком, то пенсионером, то вот престарелым называешь. Ты думаешь, что если мы молчим, то так и надо?

 - А как тебя прикажешь, молодым человеком называть, что ли?

 Ютал, смотрел на меня странно. Тамин вдруг начал зажимать себе рот, давясь хохотом, но, боясь всех разбудить. Через секунду то же стало твориться и с Юталом. Они корчились, давились, слёзы текли из глаз, но остановиться не могли.

 - Эй, вы чего? – Но ответить мне было некому. Вертикальный брейк продолжался, собираясь перейти в горизонтальный. Первый взял себя в руки Тамин.

 - Ты не наблюдательна. Разве мы двигаемся как старые люди?

 - Нет. И я это заметила, но на вид вам лет по сто пятьдесят. А разве нет?

 - На вид да. В сущности, гораздо больше. А если учесть что магисила позволяет нам жить как минимум в десять раз дольше обычного человека, то мы все ещё довольно молоды. Например, Юталу всего двести семьдесят.

 - Это по-нашему получается где-то двадцать семь? Но на вид…

 - Причём здесь вид? – Ютал обиженно нахмурился. – На Шадане я бы выглядел не хуже него, – он ткнул пальцем в спящего юношу. – А может и лучше! Вот вернусь домой, сама увидишь!

 - Между прочим, ты сказала «по-нашему», а это не верно. Ты ведь тоже обладаешь силой, значит, и стареть будешь так, как мы. – Добавил Тамин.

 - Слушай, давай уже буди, потом будем выяснять проблемы старения у магически грамотных слоёв населения. – Не выдержал Ютал.

       Губы у юноши оказались мягкими и тёплыми. Ничего странного в этом, разумеется, не было, он ведь живой, но мне почему-то представлялось, что они непременно будут холодными. Тамин и Ютал стояли рядом и деликатно смотрели в стену. Я поняла, что побудка удалась, когда почувствовала ответный поцелуй. Отскочив как ошпаренная, я сделала вид, что ничего не произошло. Кого я пыталась провести? Даже мне было видно, какая я красная. Если бы магистры обратили своё внимание на меня, то я просто сгорела со стыда, но им было не до этого. Они во все глаза смотрели на пробуждённого, который, несколько неуклюже, выбрался из своей люльки. Юноша обвел взглядом нас троих, остановился на мне, сделал шаг вперёд и опустился на колено. Первая мысль у меня мелькнула, что ему стало плохо. В моём мире становиться перед женщиной на колени и целовать ей руку уже давно не принято, это считается архаизмом. Равноправие, феминизм и шовинизм это сколько угодно. А вот встать на колени перед женщиной, просто потому, что она женщина, этого вы не дождётесь. В общем, я просто обалдела.

 - Э…а…как тебя зовут? – В тот момент я даже не задумалась, на сколько глупый вопрос я задала. Откуда он мог знать, как его зовут, если он всю жизнь пролежал здесь под заклятьем. И в каком свете я выставила себя? Хороша девушка, которая целуется с парнем, даже не зная его имени? И вот тут меня ожидал второй сюрприз.

 - Я Садиррегодаван, сын Миропритраграна, внук Фримуксадлираза…

 - Он внук Фараза. – Заговорил, наконец, Тамин. – Если бы не это, мы бы вряд ли смогли его вычислить.

 - Назови мне своё имя, моя королева, чтоб я знал, кому отныне принадлежат мои мечты и моя жизнь.

 Я никогда не слышала ничего подобного, разве что в кино. Но там это не звучало так откровенно и не предназначалось мне. Можете представить, что я чувствовала? Поверьте, не можете. Даже приблизительно. Тамин и Ютал поняли мой ступор по-своему.

 - Не удивляйся, у него наследственная память, поэтому он и говорить умеет, и знает свой род, и ведёт себя как мужчина.

 Да, если бы хоть один мужчина вёл себя подобным образом в моём мире, то ему, или поставили бы памятник все женщины планеты, или упекли бы в психушку.

 - А откуда он знает, что я королева?

 - Ты не поняла. Он имел ввиду, что ты ЕГО королева. В том смысле, что ты можешь быть хоть прачкой или уборщицей в дешёвом трактире, но для него ты королева. А теперь давай я тебя всё-таки представлю.

 - Познакомься, Садан, твоя спасительница, Истариед, Правительница Дарвая. 

                                                 14

       Я отошла и присела в стороне, чтоб хоть немного отдохнуть. Садан остался разговаривать с магистрами. Но они тоже были изрядно измотаны, поэтому уже через полчаса оба спали. А мне вот никак не спалось, за стеной чувствовалась вибрация магии, там явно не собирались отдыхать и усердно пробирались к нам.

       Садан обошёл всех спящих, присмотрелся к осунувшимся лицам, к израненным телам и присел рядом со мной.

 - Кто сотворил это зверство с твоими подданными, госпожа?

 - Давай без этого «госпожа», зови меня Иста. А сделали это твои соотечественники, им нужны были силы, чтоб добраться до тебя. Это те, кто выжил. И вдвое больше останутся здесь навсегда.

 - Но это немыслимо, на моей земле нет войн!

 - Теперь есть. Слышишь, за стеной возня? Это как раз кое-кто из них пытается до нас добраться. Сволочи, а я думала, что прилично завалила проход. Мочить таких надо в сортире! О, а это идея! – Я достала из-за пазухи спящего щенка и передала юноше. – Ну-ка подержи.

 - Подожди, что ты собираешься делать?

 - Я собираюсь устроить нашим «друзьям» принудительный банный день!

 - Если я правильно понял, ты хочешь затопить остров. Это потребует огромных сил, я, конечно, не сомневаюсь, что они у тебя есть, но, наверное, будет лучше, ты не подумай…

 - А если по существу?

 - Позволь мне помочь, поддержать тебя.

 - Согласна.

 Садан отнёс щенка под бок к спящему рилану. Потом встал у меня за спиной, положил руки поверх моих, а подбородок на макушку и замер. От него шло мягкое тепло. И то, как он почти обнимал меня, было очень приятно. Ой-ё-ё! О чём это я думаю, ему сколько? Пятнадцать? Шестнадцать? Да в моём мире мне бы за него дали больше, чем за угон самолёта! Так, надо дело делать, а не о принцах думать, я всё-таки Правительница, а не погулять вышла.

 - Садан, ты случайно не знаешь, сколько магистр может продержаться без воздуха?

 - Нет, в моей памяти таких знаний почему-то нет.

 - Значит, будем держать воду в тоннелях, пока хватит сил, а там как получится. – За стеной раздался взрыв. – Пора. Начали!   

       В себя я пришла на полу, головой на коленях Тамина. Шея ныла, тело казалось ватным и плохо слушалось. Я попыталась подняться, на меня зашикали и громче всех Фараз.

 - А ну не дёргайся! Это надо было додуматься, затевать такую авантюру, никого не предупредив. Хорошо еще, что Агос проснулся первым, всё сразу понял и не позволил никому вас отвлекать. А если бы кто-то из дарвайцев? Прерванная магия так  шарахнула бы, костей бы никто не собрал!

 - Получилось?

 - Не знаю. Садан никого не чувствует, но возможны варианты. Они могли поставить защиту, отойти подальше, чтоб их не было слышно, вообще вернуться на Шадан за подкреплением.

 - Сколько мы их продержали?

 - Около трёх часов.

 - А сколько прошло после этого?

 - Минут двадцать.

 - Значит так. – Я всё же поднялась. – Нужно срочно уходить, пока есть возможность. Если они всё-таки живы, то здесь они нас достанут, рано или поздно. Пока соберёмся, вода как раз уйдёт. Поднимайте людей. Надо будет ещё проверить тоннели. Магистры, этим придётся заняться вам, вы здесь знаете каждый камень.  

       Путь наружу занял почти три часа. Все магистры, кроме Кавота, который сопровождал нас, отправились проверять тоннели. Садан мысленно держал с ними связь, чтоб, в случае чего, мы могли придти на помощь. Сначала нам пришлось зайти в пещеры, где раньше жили наши новые друзья, а последнее время враги. Нужно было во что-то приодеть гнома (из четырёх похищенных выжил только один), принца Лона и двух молодых эльфиек (трое из восьми). До сих пор они красовались лишь в набедренных повязках (Криар пожертвовал свою водолазку). И стоило поискать моё оружие, в борьбе с магами оно вряд ли пригодиться, но в обычной схватке не раз спасало жизнь. Кроме того, я подозревала, что гномы второй раз клинок для меня ковать не станут, несмотря на все мои заслуги. Да и раненные, хоть их и подлечили, но они были ещё очень слабы.

       Магистров мы дождались на берегу, обыск ничего не дал, никаких следов молодых кровопийц.

 - Нам совершенно необходимо знать, где эти вампиры-недоучки. Нельзя позволить им застать нас врасплох, или ударить в спину. Попробую найти их сверху.

 - Что ты собираешься делать? – Лондарниэль схватил меня за руку.

 - Собираюсь немного полетать.

 - А если тебя снова собьют? У нас же нет гарантии, что враги из тоннелей ушли, вдруг они их просто не заметили?

 - Лон, что с тобой? Во-первых, я доверяю ребятам (назвать магистров стариками уже не поворачивался язык), когда они говорят что в тоннелях никого нет. А во-вторых…

 - А во-вторых, мы полетим вдвоём и будем друг друга страховать. – Садан встал рядом со мной. – Сбить лучом две цели сразу невозможно в прицепе, так что не переживай.

 Мы поднялись в воздух.

 - Я не знала, что ты умеешь летать.

 - Я и сам не знал.

 - Не поняла.

 - Пока ты не сказала, что полетишь, я даже не думал об этом. Но как только услышал, что такое возможно, сразу пришло чувство, что я это тоже могу. Не знаю, как это объяснить.

 - Можешь не стараться. У меня было так же, я не знала ни одного языка на Дарвае, но как только слышала его, сразу начинала и понимать, и говорить сама. – Мы методично прочёсывали остров метр за метром.

 - Скажи, а что дают в твоём мире за угон самолёта? У нас за кражу строго наказывают.

 - Ты это о чём?

 - Ну, там, в пещере, когда мы собирались затопить тоннели, ты подумала «дадут больше, чем за угон самолёта». Так вот я и спрашиваю, что дают?

 - Срок дают. Тюремного заключения. Как и за… эй, ты что, читаешь мысли?

 - Только при таком тесном контакте, который был у нас. – Садан явно подсмеивался, в глазах прыгали бесенята.

 - Ах, ты ёшкин кот! – От негодования, охватившего меня, в руке сам собой появился огненный шарик, которым я прицельно запустила в своего обидчика. Конечно, он его с лёгкостью поймал.

 - Отличный выстрел. – Юноша вдруг посерьёзнел. – Не сердись. И прости, если обидел. Просто тогда мы были одним целым, так что по-другому и быть не могло. И для меня очень важно, что ты думала обо мне как о мужчине, а не как о случайно встреченном попутчике, с которым расстанешься, и больше не вспомнишь, потому что я…

 - Смотри, вот они! - На самом дальнем конце острова стояла группа людей. – Что они делают?

 - Открывают проход. Видимо именно там точка контакта между нашими мирами. – Мы зависли в воздухе и следили до тех пор, пока последний не исчез в дрожащем мареве.

 - Возвращаемся.

                                                 15

       - Вам надо срочно уходить, пока они там не опомнились и не устроили вам «тёплую встречу».

 - А как же вы, мы не можем оставить вас вот так.

 - Единственное что сейчас приходит в голову, так это возможность воспользоваться вашим лучом.

 - К сожалению это исключено. Агос уже смотрел его. Он сделан как ловушка. Поймать и доставить на место он может, но отправить нет.

 - Всё равно уходите. Мы что-нибудь придумаем. И, пожалуйста, не дайте этим гадам снова здесь появиться.

 - Я обещаю. – Вперёд вышел Садан. – И ещё, - он обернулся с немой просьбой и нас оставили наедине, - я не успел тебе сказать, там, в небе…

 - Не надо. Я тоже иногда умею читать мысли. Но мы принадлежим разным мирам. Так что давай не будем говорить друг другу о том, чему не суждено случиться.

       Провожать гостей пошла я одна. Магистры ушли вперёд, мы с Саданом молча брели следом. Конечно, нам было, что сказать друг другу, но в данном случае молчание было красноречивее слов. Когда мы добрались до места, он вновь опустился передо мной на колено.

 - Я, Садиррегодаван, призывая в свидетели небо, землю, воду, огонь и людей клянусь силой данной мне при рождении, что буду защищать эту землю и всех существ, обитающих на ней, как свою собственную.

 - Ого, - не сдержался Ютал. На него цыкнули со всех сторон.

 - И ещё. Я уверен, мы обязательно увидимся. Слово короля.

 - Ты так уверен, что станешь им?

 - Да. И абсолютно точно знаю, кто будет моей королевой. – Садан легко коснулся губами моей руки. – А теперь извини, но мне надо помочь открыть проход.

 Рядом со мной остался только один из магистров. Молчание было невыносимым.

 - Знаешь, Тамин, я видела, как эти моральные уроды открывали проход. Никаких спецэффектов, молний, там, грохота, просто воздух слегка дрожал, как над костром.

 - Да. В мире, если задуматься, вообще всё просто. Это люди любят всё усложнять. Если намёк получился слишком прозрачным, то я уточню. Я сейчас говорю про тебя и Садана. Ты всё усложняешь. Мне триста двадцать семь лет, я знаю что говорю.

 - Ничего я не усложняю, он же ещё ребёнок.

 - Ну, я бы так не сказал, двадцать два, это уже вполне зрелый молодой человек.

 - Как двадцать два?! Вы же говорили, что прожили здесь пятнадцать лет!

 - Ты за кого нас принимаешь? По-твоему мы оторвали бы малыша от материнской груди?

 - Значит, двадцать два. Нет, всё равно, мы из разных миров.

 - И что? Да с вашими способностями можно жить в десяти мирах сразу.

 - Иста, иди сюда, мы хотим тебе кое-что показать, - позвал меня Фараз. – Мы думаем, что тебе надо знать, как открывается проход. Твоих сил вполне хватит, чтоб открыть его самостоятельно, если понадобиться.

 - А это что? – Я сразу заметила у каждого в руках небольшую красную таблетку.

 - Это концентрированная сила. Так сказать, неприкосновенный запас на крайний случай.

 И вот тут меня ждало самое большое потрясение. Магистры проглотили свои пилюли и… Оп-ля. Передо мной уже стояло восемь очень красивых, молодых, сильных юношей, каждый из которых спокойно мог выиграть конкурс на звание «Самый Красивый Мужчина на Земле». Хорошо хоть одежда у них разного цвета, иначе я никак бы не отгадала, кто из них кто.

 - Надеюсь, теперь ты перестанешь называть нас стариками? – Ютал откровенно веселился, видя мой шок.

 - Хватит веселиться. Иста, смотри внимательно и запоминай. – Агос был сосредоточен, как хирург перед операцией.

       Один за другим они исчезали в дрожащем мареве прохода. Каждый подходил и прощался со мной. Когда именно уходил Садан, я не заметила, заставила себя не заметить. В глазах стояли слёзы, скрывать их у меня  уже не было сил. Последним подошёл Ютал.

 - Знаешь, а  с короткими именами действительно проще. А то пока выговоришь….