Взрыв дрезины лишь частично завалил проход.   Но и этого было достаточно, чтобы все успели покинуть станцию и ворота снова встали на место, надежно и окончательно отсекая нас от крыс. Однако ни радости, ни хотя бы намека на облегчение не ощущал никто.  Ведь столько хороших парней, сам с ними когда-то выпивал, балагурил, полегло.  А в обломках тоннеля, пожертвовав собой ради спасения других, погиб сталкер Медведь, командир отряда.

     Да и до того самого спасения путь лежал через весьма опасные территории. По дороге к люку нас могло поджидать нечто такое, по сравнению, с чем крысы считались лишь детской забавой. И хотя сталкеры заверили, что еще десять дней назад проходили там весьма свободно, даже они понимали, что и пара дней для мира извне слишком большой строк. Ситуация здесь менялась столь молниеносно, а все новые и новые виды мутантов так уверенно заполоняли все вокруг, что полностью гарантировать безопасность не брался никто.

   Это как прогноз погоды. Не успели вы в интернете прочитать, что будет солнечно и с радостью, натянув майку и шорты, выскочить на улицу, как откуда не возьмись, все небо вдруг затягивается тучами и вот уже, промокнув до нитки и кляня все метеоцентры разом взятые, вы поспешно возвращаетесь назад. К теплу и уюту, к горячему чаю и все тому же, ха-ха, интернету.      

   Вот поэтому все жители продолжали настороженно жаться у ворот, а вперед выдвинулась разведгруппа боевого реагирования, состоявшая из сталкеров и меня. И не подумайте, что я пошел из-за переизбытка храбрости или еще чего-то подобного.   Просто только мне было известно, куда собственно надо идти. О который по счету люк в полу споткнуться.

    Одно дело, когда эскалатор вас наверх вывозит, и совсем другое – когда вы сами, своим ходом поднимаетесь. Особенно на станциях, подобных Савеловской. Глубокого заложения. А еще, когда приходиться все время сигать над провалами и перелезать через завалы. Сами понимаете, что, взобравшись наверх, мне захотелось облокотиться о турникет и отдышаться. И снова, ловя ртом толику воздуха,  я вспоминал о сигаретах, мягко говоря, не с самой лучшей стороны.

    - Разуй глаза! – один из сталкеров, с сумасшедшим взглядом и огненно рыжими волосами, грубо отдернул меня, не дав проделать задуманное. У меня тут же зачесались руки врезать сему нахалу промеж глаз, но мой взгляд упал на то место, куда должна была встать моя правая нога, и я резко передумал. Еще пара сантиметров и я оборвал бы тетиву растяжки.

- Спасибо – процедил рыжему, все же подумав, что остановить меня он мог и повежливее. Вот ведь человеческая натура, я имею в виду себя, все ей неймется.

     Моментально позабыв об отдыхе и переступив лесу я двинул следом за сталкерами, которые, кстати, и не думали останавливаться. Впереди шел самый здоровый, в чем-то напоминающий погибшего Медведя, мужик с пулеметом в руках. Местные умельцы каким-то нехитрым способом присобачили довольно таки тяжелое оружие к ношению наперевес.

    В самом переходе, некогда наполненном шумом и гамом, царила тьма и запустение. Ряды магазинчиков, коих здесь было полным-полно, теперь напоминали развалины. Витрины разбиты в дребезги, а почти весь товар уже давно перекочевал на станцию. Кое-где валялись обглоданные добела человеческие, и не только, скелеты, и это придавало еще большего трагизма  царившему здесь ужасу. И мне почему-то вспомнился Пушкин.

- Я памятник себе воздвиг нерукотворный – пронеслись в голове строки. – Мы все постарались.  Пускай даже косвенно, но отгрохали такой монументище – я снова повел взглядом вокруг. – Вот только народная тропа мхом поросла.  Еще немного и вообще желающих сунуться на поверхность не останется. Здесь теперь новая жизнь, с новыми хозяевами, и своим уставом.

      Среди себе подобных этот магазинчик ничем таким и не выделялся. Такой же неброский, три на три метра, с витриной во всю стену. В той жизни здесь торговали растениями. Красивенькими такими, в разноцветных горшочках. Дорогими и не очень. Большими и маленькими. Но это нечто, что здесь выросло сейчас, было совсем иным, и куда габаритнее по размерам. А еще оно очень проголодалось.  

     Мы как раз миновали то, что осталось от павильона с разной бытовой дребеденью, и я увидел, что до моего люка рукой подать. Даже шаг ускорил, обгоняя своих спутников. Поэтому и позволил себе расслабиться раньше времени. Оттого и пропустил момент, когда справа в мою сторону метнулось что-то буро зеленое, и мгновенно обвилось вокруг меня, совершенно обездвижив и перекрыв доступ воздуха в легкие. А затем подняло, будто пушинку и потащило в сторону витрины.

- Мама моя родная!!! – а там, среди буйной, дикой растительности, явственно выделялась огромная пасть чудовища. Цветок гигантского растения, раскрыв свой зев, или что там у него было, и, захватив добычу, то есть меня, с помощью рук-лиан, теперь стремился доставить по назначению.

     - Бух-бух-бух – уже почти теряя от боли сознание, я услышал спасительный гул пулемета, а потом почувствовал, что меня отпускают, и я лечу вниз. Дальше болезненное приземление и меня подхватывают уже человеческие руки, оттаскивая подальше от мутанта.

- Тебе, что жить надоело! Куда прешь поперед батька в пекло! – меня оттащил все тот же рыжий парень. Но на этот раз его ругань воспринималась мною правильно.  То есть с благодарностью, без малейшего желания его стукнуть. Я лишь виновато улыбнулся, ничего не произнеся в ответ.

     Мы вынуждены были отступить, потому что растеньице своими щупальцами вырвалось далеко за пределы магазина, начисто перегородив проход. Пулемет и наши автоматы, конечно же, рассекали эти лианы, но на их месте моментально появлялись новые. Гадина, ко всему прочему, еще и обладала свойством, подобно ящерице, отращивать  свои конечности обратно.  И мы только понапрасну потратили патроны.

    - Придется идти в обход – обреченно выдал всеобщую мысль, молчавший до сих пор, последний из нашей группы.  Попросите описать его, и я лишь недоуменно сдвину плечами. Абсолютно невыразительные, не за что зацепиться, черты лица, мышиный цвет волос, среднего роста, среднего телосложения. Про таких еще говорят –  как все. – А там вокзал – что-то он разговорился. – Со всеми вытекающими отсюда последствиями – многозначительно поднял указательный палец вверх. Но сколько я не всматривался, никаких последствий на его пальце не увидел. Поэтому вынужден был переспросить, о чем собственно речь.

- Кубло там – с горечью  в голосе ответил парень с пулеметом, честное слово не помню, как его звали. – Мутанты себе мотель устроили.

- Ночи ждать надо – встрял в разговор Рыжий.   Кличка у него такая. – Когда эти твари на охоту пойдут, тут их всего ничего останется. Авось прорвемся.

- И сколько нам людей без противогазов еще здесь мариновать? – я взглянул на часы. – Вообще-то уже ночь -  стрелки показывали половину одиннадцатого.

- Через час можно выдвигаться – резюмировал Рыжий. – Аккурат пока все наверх поднимутся, пока то да се - время и подойдет.  

          И действительно время летело незаметно. Особенно, пока мы детей через проломы перетаскивали. А одна баба умудрилась с собой здоровенный тюк с пожитками прихватить. А с ним попробуй перепрыгни. Мы за тюк, говорим, чтобы оставила, а она кричит и ни в какую. Уцепилась в него, мертвой хваткой и вопит, что мы ироды окаянные, и что она лучше здесь останется, нежели бросит нажитое. Еле уболтали. И то это была заслуга начальника, который, сразу видно, не за зря свою пайку получал. Он махнул нам, чтобы мы отошли, и что-то там заходился ей объяснять. Пять минут такой вот разъяснительной работы и, о чудо, баба, перекрестившись, оставила куль внизу, а сама решительно засеменила наверх.  

        Часы показывали пять минут первого ночи, а это значило, что время самое оно. На этот раз я в первые ряды не лез, без меня разберутся, тем более, что дорогу сталкеры уже знают. А еще Дашка, выслушав о недавнем приключении, решила не отпускать меня от себя ни на шаг. А чего хочет женщина, то угодно Богу. Вот и держался я почти по самой середке нашего отряда. Вернее меня крепко держали за руку.  

      Должен отметить, что по рассказам сталкеров твари, которые поселились на вокзале, были особенные. Их вид обладал разумом. Не, ну не таким, как наш, разумеется. Их умственное развитие было пока что где-то на уровне шимпанзе. Почему пока что? Да потому, что эволюция не стоит на месте. На то она и эволюция. И, кто его знает, может именно это и есть наше будущее, наши преемники - «тудыть их растудыть».

       Правильно говорят, если что должно с тобой случится, произойдет обязательно. Прячься, не прячься – результат  предопределен. То же самое было и в моем случае. Мне мама всегда говаривала, что там где я жди неприятностей.  Потому как все, кто шел до меня, миновали эти проклятые двери, которые вели в какое-то там подсобное помещение, без всяких усилий. А вот когда с ними поравнялись мы с Дашей .....