Жасмин достала из сумочки зеркало и оглядела лицо. Щеки раскраснелись от холода, глаза горели, что вполне компенсировало отсутствие макияжа.

— Разве они не отправляют шикарные автомобили за гостями? — Водитель посмотрел на нее с интересом. — Почему вы едете на такси?

— Я приняла решение в последнюю минуту.

Подъехав к центру, машина сбавила скорость, движение стало более плотным. Жасмин ерзала на сиденье, нервничала и думала о том, что скажет Гранту. А что она может сказать? Что была не права, оттолкнув его? И хочет, чтобы он снова ей доверял?

Она вздохнула, — обнажать душу сложнее, чем тело… Вдруг Грант не примет ее объяснения? От одной мысли об этом Жасмин затошнило, она положила руку на живот. Что ж, если так случится, значит, предстоит пережить и это, но попытаться она просто обязана. Нельзя больше позволять страху управлять собой.

Машина встала в пробке на Спенсер-стрит. Впереди за поворотом скрывались шикарные лимузины, которым предстояло высадить игроков у входа с красной дорожкой. Сможет ли она найти в толпе Гранта?

Все лимузины были похожи, или, по крайней мере, казались одинаковыми с такого расстояния. Неужели ей придется стоять и ждать, вглядываясь в каждую подъезжающую машину? И стать мишенью для многочисленных камер.

У Жасмин разболелась голова. Об этом она не подумала, когда надевала платье и вызывала такси. Это будет настоящая катастрофа.

Сейчас поздно что-либо менять — она уже приехала. Грант может быть совсем рядом, за углом. От мысли о том, что она может скоро его увидеть, закружилась голова. Она так долго боялась признаться себе в своих чувствах, что уже забыла, каково это, быть свободной. Может, она опоздала?

Она представила, как упадет в объятия Гранта и признается, что любит его. Господи! Откуда такие мысли?

Три слова вертелись в голове, простые, теплые, успокаивающие. Жасмин ощутила легкость, словно с души упал груз. Теперь она смогла глубоко вдохнуть. Да, она любит Гранта.

Любит его улыбку, лицо, готовность помочь, даже после того, как они расстались. Любит его нежность, умение подарить наслаждение и уверенность в том, что она одна-единственная во всем мире. И еще ей понравилось, как он отреагировал на ее шрам.

Она его любит.

Машина медленно ползла по улице, пробираясь вперед мимо огромных лимузинов. Жасмин посмотрела на часы на телефоне. Скоро первые гости ступят на красную дорожку.

— Пожалуй, я выйду, — сказала она водителю.

— Но это еще не Уайтман-стрит, мисс.

— Неважно.

Бросив двадцатку на сиденье — больше, чем должна была заплатить, Жасмин принялась выбираться из машины. Нет времени ждать сдачу. Драгоценные минуты летят, она может упустить Гранта.

Возможно, навсегда.

Холодный ветер разметал волосы, но она бежала, не обращая внимания на то, что тело медленно покрывается мурашками, а стопе непривычно в туфлях на каблуках.

Свернув за угол на Уайтман-стрит, она увидела вереницу лимузинов. Сердце забилось сильнее, она принялась искать глазами Гранта. В первой машине сидел темноволосый мужчина и его беременная спутница.

Не здесь.

Жасмин направилась к следующему лимузину, затем к следующему. Гранта нигде не было.

У входа выстроились охранники с непроницаемыми лицами и организаторы со списками приглашенных.

— Мадам?

К ней подошла женщина в строгом официальном костюме и вскинула брови. Возможно, она вызывала подозрение, а может, любопытство. Конечно, сейчас, с растрепанными волосами, задыхающаяся от бега на каблуках, она больше похожа на сумасшедшую.

— Могу я вам помочь?

— Я ищу Гранта Фарли, — дрожащим голосом произнесла Жасмин, поправляя платье. Ее трясло не только от холода, но и от нервного возбуждения. — Он играет за Ягуаров и должен быть здесь.

— Вы в списке приглашенных? — Женщина опустила глаза и принялась изучать имена.

— Жасмин?

Она вздрогнула и обернулась.

Из окна одного из лимузинов высовывался Грант.

— Грант!

Она бросилась к черному автомобилю, забыв о женщине с папкой. Грант вышел. В смокинге он двигался так же легко, как в спортивном костюме.

Увидев его, Жасмин потеряла дар речи. Он выглядел просто великолепно. Волосы растрепаны, как всегда, но узел галстука занимал идеально верное место. Глаза его вспыхнули, когда он оглядел ее с ног до головы.

— Я думал, ты не любишь такие сборища.

— Не люблю. — Она сделала шаг к нему и прижала клатч к животу, словно он мог защитить ее от слов Гранта.

— Я думал, ты не хочешь, чтобы на тебя смотрели, как на дорогое украшение.

Он сделал маленький шаг, сокращая расстояние между ними, в глазах что-то сверкнуло, будто ледяная поверхность дрогнула.

— Не хочу.

— А что ты хочешь?

— Танцевать, — откашлявшись, произнесла Жасмин. — Ужинать в уютных ресторанах, заниматься сексом, долго-долго. Хочу тебя.

— Ты ушла даже не попрощавшись со мной. — Он покачал головой и потер висок. — Просто оставила записку.

— Я знаю. — Она закусила губу, стараясь унять дрожь. — Я боялась, что в моей жизни все повторится.

— Ты испугалась.

Он не желал ее понимать. Злился. Хотел защититься.

— Да, испугалась.

Ее карие глаза стали огромными, как блюдца. Без макияжа и прически она выглядела лучше и свежее всех присутствующих женщин. Настоящая весенняя роза среди грубых искусственных подделок.

— Тогда зачем ты приехала?

— Мне надо было тебя увидеть.

Сердце сжалось. Он не может больше ей доверять. Жасмин едва не задохнулась от ощущения близкой катастрофы. Она оттолкнула его, даже не дав шанса исправить положение и все объяснить.

— Я сейчас ничего не могу сделать.

— Прошу тебя, не уходи.

В этот момент к ним подошла его спутница:

— Все в порядке, Грант?

Жасмин с ужасом посмотрела на высокую блондинку и скривилась. Он даже испугался, что она убежит. Сейчас решится, будут они вместе или нет.

— Простите меня. Я Жасмин.

Женщина посмотрела на Гранта, словно спрашивая: «Что здесь происходит?»

— Простите, что помешала вам, но мне надо, чтобы вы знали, я люблю этого мужчину. Я поняла это только сегодня, поэтому и приехала так неожиданно. — Жасмин не могла сдержаться. Глаза ее сияли, щеки горели. — Я люблю его и никому не отдам. Надеюсь, вы не расчитывали на серьезные отношения с ним?

— Жасмин, — с улыбкой произнес Грант. — Познакомься, это моя сестра Аннабель Фарли.

Она открыла рот и захлопала ресницами:

— Так ты им позвонил?

— Да, позвонил. Испугался, что потом станет поздно. Недавно одна девушка дала мне отличный совет, и я решил им воспользоваться, чтобы изменить жизнь.

— Теперь я вижу, как вы похожи. — Жасмин выдохнула и прижала руки к щекам.

— Не буду вам мешать. — Аннабель отошла в сторону к небольшой группе товарищей Гранта.

— Прости меня. — Жасмин покачала головой.

— Значит, ты меня любишь?

Сейчас он все ей выскажет; она глупо поступила, решив прийти сюда и выложив всю правду.

— А что еще ты хочешь, кроме долгого-долгого секса?

— Хочу сделать признание. Я готова на все, чтобы вернуть твое доверие.

— И ты готова появляться на красных дорожках ради меня?

— Готова. А еще позировать фотографам и общаться с журналистами. И болеть за тебя каждую игру до тех пор, пока ты не уйдешь из спорта. И дома буду носить футболку твоего клуба.

— Звучит как клятва.

Он потянулся к ней, намереваясь поцеловать, но сдержался. Может ли он доверять ей, вдруг она завтра изменит свое решение?

— Я обещаю всегда тебе доверять и пойти на встречу с мистером Антонио.

— Ты ему звонила? — От восторга ему хотелось подхватить ее на руки и закружить, но он сдержался, потому что не желал получать удовольствие частями. Лучше вместе. Вдвоем.

— Я люблю тебя, Грант. Я не хотела влюбляться, но так получилось. Меня тянуло к тебе с нашей первой встречи, я с ума сходила от чувств. Другого мне не нужно.

Он весело рассмеялся:

— Ты самая противоречивая и странная из всех женщин, но со мной ты была искренней, не такой, как остальные. Ничего от меня не требовала, не пыталась получить выгоду. Спорила со мной, возражала, мне очень это нравилось.

Они не могли отвести друг от друга глаз, мимо проезжали лимузины, люди с удивлением разглядывали странную пару. Этих двоих ничто не волновало, сейчас они были одни в целом мире.

— А что будет, если однажды утром ты поймешь, что не можешь всего этого выносить? — Он показал рукой на толпу гостей, лимузины, журналистов. — Я уже не смогу позволить тебе уйти. Если согласишься, то уже навсегда.

— Я согласна. — Она приподнялась и чмокнула его в губы.

— Знаешь, тебе чертовски повезло, что за нашим столиком есть одно свободное место. — Грант улыбнулся и мысленно поблагодарил девушку Дэна, отказавшуюся в последнюю минуту от приглашения. — Я тоже люблю тебя, Жасмин Белл, хоть ты и упрямая как осел.

Их губы встретились. Тела пронзило острое желание, смешанное с восторгом, наслаждением и облегчением, что они опять вместе. Исходящая от них энергия заряжала окружающих и, кажется, весь Мельбурн. Над головой вспыхнули яркие огни.

— Грант! Грант! — послышались со всех сторон крики журналистов, спешащих с микрофонами. — Кто эта счастливица?

— Вы хотели спросить, счастливчик? — Он обнял Жасмин и улыбнулся. — Это я. Самый счастливый мужчина на свете.