– Все-таки мы слегка идиоты, – задумчиво сказал Ааронн, созерцая то, что оказалось под крышкой люка.
– Слегка? – засомневалась Иефа.
Казалось, что открывшийся лаз не просто залит темнотой, а замазан, забит ею до верху, до самых-самых краешков. Ни Стив, ни Ааронн, ни Иефа – никто не смог бы различить в этом густом чернильном киселе даже собственных пальцев.
– Нужно спускаться, – зачем-то сказал Зулин. Партия дружно уставилась на мага. – Чего вы так на меня смотрите? Мы для чего люк искали – чтобы спуститься вниз и все выяснить.
– А никто не спорит, – ответила полуэльфка и посмотрела на спутников. Те согласно закивали: не спорим, мол. – Как только ты организуешь нам освещение в виде факелов, свечей, масляных ламп или чего-нибудь другого, мы дружными рядами двинемся в этот хренов подвал.
– Почему сразу я? – возмутился Зулин.
– Потому что ты – командир, с тебя и спрос. Стив магии не разумеет, я кроме болотных огней ничего наколдовать не смогу, а от них – сам знаешь – толку никакого. Ааронн все больше по части природных явлений… Но ведь шаровая молния нам не подойдет, верно?
– Да, но от меня-то вы чего хотите?
– Не знаю… – Иефа пожала плечами. – Можешь огнявкой своей туда запулить.
– Огневиком! – сердито поправил Зулин.
– Огневиком, – согласилась полуэльфка.
– Короче! – не выдержал Стив. – Или колдуй нам какой-никакой свет, или топай строгать факелы! А мы тебя тут подождем.
Зулин оглянулся и нервно осмотрел пространство от люка до пролома в стене.
– Вы что думаете, что я не в состоянии свет наколдовать? Да я вам сейчас вечный факел изображу! Зря я, что ли, пять лет в башне у самого Баламута горбатился?! – маг сердито сплюнул, засучил рукава и зажмурился, с трудом припоминая подходящее заклинание. Слова разбегались, магические формулы путались, Зулин смутно припомнил, что когда-то сильно разругался из-за этого заклинания с Учителем. Старик Мо плевался и шипел, как кипящий чайник, и кричал, что если Зулин хочет стать безмозглым тараном, а не магом, то пусть отправляется в Большой Совет, там его научат разрушать стены и насиловать женщин. А Зулин отвечал, что это не он однобокий, а кое-кто другой, и вообще, почему Мо не учит его боевой магии, а забивает ему голову всякой бытовой туфтой, вроде магически вытканного полотна или создания неприродного освещения, и тогда Мо крикнул, что повторяет формулу последний раз, что Зулин идиот, впрочем, в этом никто и не сомневался, что…
– Зулин…
– А? Что? – планар вздрогнул и открыл глаза. Партия смотрела на него с явным сомнением.
– Ты, часом, не заснул? – хмуро поинтересовался Стив.
– Я вспоминаю! – рявкнул маг. – И убедительно прошу мне не мешать!
Наступила почтительная тишина. Зулин снова закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Так-так, хрен с ним, с заклинанием, вспомнится как-нибудь, но вот формула, формула… Эх, демон Баатора…
Зулин вздохнул, повел руками и произнес заклинание, искренне надеясь, что оно правильное, и уже договаривая последнее слово, вспомнил, что формула направленная, и если не выбрать объект… Зулин в панике распахнул глаза и широким жестом направил заклинание на первое, что попалось ему на глаза. Иефа ойкнула.
– Ну? – угрожающе спросил Стив, которому все это очень не понравилось. – И где факел?
– А я не говорил, что будет обязательно факел, – смутился маг и с надеждой посмотрел на полуэльфку. – Иефа, ты как себя чувствуешь? Нигде не жжет?
– Нет! – яростно прошипела полуэльфка под сдавленное хихиканье дварфа. – Нигде не жжет! А вот руки – чешутся, причем очень сильно, причем чешутся исключительно от нестерпимого желания дать тебе по башке! Чего ты на меня уставился?!
– Видишь ли, Иефочка, – осторожно начал планар.
– Ну, ясный пень, напортачил!
– Да… То есть, нет… То есть… – Зулин поежился, пряча глаза: на Иефу было страшно смотреть, она то краснела, то бледнела и, кажется, была на грани припадка. – Видишь ли, Иефочка, ты только не волнуйся, я не сразу вспомнил, что формула направленная, а когда вспомнил, фокусировать было поздно, и я направил на тебя, и…
– И?… – выдавила полуэльфка, берясь за рукоять меча.
– И ты теперь должна в каком-то месте светиться, только я не знаю точно, в каком…
Стив, больше не в силах сдерживаться, согнулся пополам от хохота и повалился на плиты. Ааронн покраснел и отвернулся, кусая губу. Судя по всему, ему тоже было смешно.
– Я тебя сейчас убью, – спокойно сообщила Зулину полуэльфка и вытащила меч из ножен. Стив всхлипнул, замолчал, но через мгновение снова захохотал. Иефа тяжело вздохнула и страдальчески посмотрела на Зулина – меч светился.
* * *
Ступени были узкими и вероломно закручивались в тугую спираль. На четвертой минуте спуска Иефа окончательно перестала ориентироваться в пространстве и полностью положилась на дварфский опыт, а заодно и на дварфское плечо, в которое вцепилась мертвой хваткой. Стив неодобрительно хмыкнул, но возражать не стал – сил у иефиного мечика хватало ровно настолько, чтобы осветить лица сопартийцев. Все остальное растворялось в непроглядной тьме. Стив напрягал зрение, пытаясь различить хоть что-нибудь, но даже его привычные к подземельям глаза не справлялись в этом душном колодце. Партия спускалась на ощупь, положив руки на плечи друг другу, и казалось, что лестнице не будет конца. Стив считал ступеньки и размышлял о том, что же они будут делать, когда лестница закончится. Учитывая собственный опыт, Стив даже и не надеялся, что с ловушками покончено. Внутренний голос упорно твердил, что ловушки еще будут, и не одна, вот только как их избежать, если не видишь дальше собственного носа, а лица твоих спутников похожи на лица привидений в неверном голубоватом свете бардовской штыркалки? Да уж, вечный факел, что и говорить…
На семьдесят пятой ступеньке Стив почувствовал, как липкая душная вонь забивается в ноздри. За его спиной надсадно закашлялась Иефа, сдавленно задышал ртом Ааронн. "Начинается, – подумал Стив и осторожно пощупал пол впереди себя. – Так и есть, пришли. Ох, яйца Мораддина, это чего ж нам делать-то теперь?"
– Стойте.
– Что случилось? – шепотом спросила полуэльфка. Меч в ее руке задрожал. – Что это за запах?
– Ничего не случилось. Пока. Лестница закончилась.
– Так чего же мы стоим? – воскликнул Зулин, протискиваясь мимо барда. – Нужно идти дальше!
– Прыткий какой, – проворчал Стив и ухватил устремившегося вперед планара за рукав. – Тебе, Зулин, жить надоело?
– Опять двадцать пять! Что на этот раз? Только не рассказывай мне снова про ловушки!
– Зулин, нам нужен нормальный свет, – сказал Ааронн. – В противном случае, мы отсюда живыми не выйдем.
– Спасибо, он уже пробовал! – Иефа сердито помахала перед лицом эльфа своим светящимся клинком. – Хвала богам, что он испохабил только мой меч…
– И правда, мог бы на самое святое посягнуть… – хихикнул Стив.
– Чрезвычайно остроумно, чрезвычайно!
– Ну хватит, в конце концов! – в голосе эльфа прозвучали сердитые нотки. – Или Зулин что-то решает со светом, или мы поворачиваем обратно, или до конца дней своих упражняемся в остроумии у подножия этой замечательной лестницы, пропитываясь трупной вонью. Лично меня больше устраивает первый вариант. Что скажете вы?
– Трупной? Мамочки мои, там что, трупы дальше? Да я с места не сдвинусь без нормального факела! Зулин, ты собираешься колдовать свет или нет?
– Терпеть не могу риторические вопросы, – буркнул маг. – Я попробую. Только не отвлекайте меня, пожалуйста.
– Ааронн, можно я за твою спину спрячусь? – прошептала Иефа.
– Можешь спрятаться за мою, она шире, – любезно предложил Стив и расправил плечи.
– Шире, но короче, я не помещусь, – сердитым голосом ответила полуэльфка.
Огрызнуться Стив не успел. Зулин пробормотал что-то неразборчивое, хлопнул в ладоши, и над его головой повисла яркая белая сфера, на добрых пять шагов залив светом пространство вокруг. Планар обернулся и окинул изумленных сопартийцев победоносным взглядом.
– Вот что бывает, когда никто не мешает мне сосредоточиться, – важно сказал он, снисходительно улыбнувшись. – Иефа, ты, кажется, хотела что-то сказать?
– Я… – выдохнула полуэльфка и указала рукой куда-то за спину мага. – А может, мы все-таки вернемся назад?
Зулин обернулся и с руганью шарахнулся от когда-то рыжей оскаленной морды, слепо глянувшей на него из темноты. Раздувшееся мохнатое тело, как на вертел, было нанизано на острые железные колья, торчащие из пола.
– Неделя или около того, – закрывшись рукавом, невнятно сказал Ааронн. – Надо сказать этому гибберлингу огромное спасибо – на его месте вполне мог оказаться кто-нибудь из нас. Зулин, ты еще сомневаешься на счет ловушек?
– Меня сейчас вырвет, – сообщила Иефа.
– На здоровье, – проворчал Стив. – Запахом больше, запахом меньше…
– Идиот! Выведи нас отсюда! Пожалуйста…
– Без истерик, Иефочка, без истерик, – Зулин уже пришел в себя и недовольно рассматривал труп. Пахло, конечно, неприятно…
– Пошли, – сказал Стив. – В прежнем порядке, шаг в шаг, и по сторонам смотрите. Зулин, ты не мог бы своего светляка чуток вперед передвинуть?
Маг щелкнул пальцем и сказал что-то невнятное, что напомнило Стиву одно очень неприличное дварфское выражение, но он решил не уточнять. Сфера качнулась и проплыла вперед ровно настолько, чтобы партия оказалась на границе света и темноты, и так застыла. Зулин вопросительно глянул на дварфа, получил в ответ мрачный кивок и еще раз щелкнул пальцем. Стив занял предводительское место, и партия медленно двинулась вперед.
От подножия лестницы в темноту уходил широкий каменный коридор. Магический светляк степенно плыл в воздухе, освещая покрытые полустертым орнаментом стены, на которых то и дело попадались держаки для факелов. Пройдя шагов сорок, Стив наткнулся на еще одного гибберлинга, пришпиленного к стене ржавым трезубцем. На вид трупу было не меньше года. Иефа ежилась и старалась дышать ртом, а дварф удивленно вопрошал самого себя, какого ляда здесь вообще делали гибберлинги, и главное, как они сюда попали. Обнаружив через некоторое время третий труп, Стив остановился и грязно выругался. Создавалось дурацкое впечатление, что гибберлинги толпами ходили в башню на экскурсии, причем с интервалом примерно в месяцев десять.
– Я только хочу понять, что эти твари забыли в нашей дварфской башне – это во-первых, а во-вторых, почему чем дальше, тем старее трупы? Должно же быть наоборот!
– Ну, во-первых, что могли забыть гибберлинги в дварфской башне – это, как изящно выражается Иефа, коню понятно… – Ааронн, присев на корточки, с интересом рассматривал распластанное под тяжестью каменной плиты тело. – Я, конечно, очень сомневаюсь, что они нашли здесь что-то для себя интересное, зато весьма любезно расчистили нам путь. А во-вторых… Почему тебя так смущает возраст этих трупов?
– Потому что они должны быть чем дальше, тем свежее! – Стив упрямо дернул плечом. – Как я понимаю, спустился один – сработала ловушка, помер он… Проходит время, появляется второй, проходит дальше первого, потому что та ловушка уже не опасна, попадает во вторую ловушку, сдыхает… Первый к тому времени уже должен сгнить наполовину… Не кривись Иефа, ты когда помрешь, тоже будешь… Ай! Третий проходит мимо первого и второго, попадает под этот камушек… Он должен быть самым свежим!
– Тем не менее, друг мой, все обстоит иначе. А ты не думал, что всему этому есть вполне разумное объяснение?
– Я, может, не самый тут разумный, но никакого объяснения не вижу!
– Они просто пришли с другой стороны – вот и все.
– С какой такой "другой", если тут только один вход-выход!
– Значит, где-то есть второй.
– Даже если есть второй, – вмешался Зулин, которому все это порядком надоело, – я не понимаю, что им здесь, медом намазано?
– А может, это место притягивает к себе? Ну, как магнит, а? – Иефа смутилась под удивленными взглядами спутников. – Я только хочу сказать, что ведь наше присутствие здесь тоже совершенно нелогично. С таким же успехом можно спросить и про нас – что нам тут, медом намазано? Погоди, Зулин, не начинай злиться, я понимаю, зомби, маги, тьма, озеро-убийца, наконец, простое любопытство – да, я все понимаю… Но ведь, сказать по чести, это же банальные отговорки. Мы не должны быть здесь. Просто не должны, и все. А мы есть. Более того, мы упрямо лезем через это маниакальное нагромождение ловушек, рассматриваем трупы различной степени свежести… Как будто нам больше нечем заняться в этой жизни!
– Иефочка, в последнее время ты слишком много паникуешь.
– Зулин, если ты заметил, я говорю совершенно спокойно, и я говорю, что мы тоже влезли сюда не совсем по своей воле.
– Мать вашу! – не выдержал Стив. – Может, обсудим это где-нибудь в другом месте?!
– Но…
– Действительно, Иефа, – поддержал дварфа проводник, – ты выбрала неподходящий момент. Пошли, Стив, веди дальше.
– Маньяки какие-то… Вот выберемся отсюда, тогда и разговоры разговаривать будем, а то, блин, развели тут… Осторожно, еще один… Со стороны бы на себя посмотрели… Философская говорильня над несвежими трупаками… Эстеты, так вас растак… Пригнитесь, умники… Кого угодно до кондрашки доведете… Моя бы воля…
– Стив, помолчи.
Минуты через две после шестого по счету трупа коридор раздался вширь, и Стив вывел партию в небольшую круглую залу, абсолютно пустую на первый взгляд. Зулин пошептал, пощелкал пальцами и отправил своего светляка плавать вдоль стен. Кружа на высоте человеческого роста, сфера выхватывала из темноты серую грубую кладку, привычные уже держаки для факелов, трещины и выбоины, и вдруг осветила огромные двустворчатые двери из кованого железа, закрытые на засов внушительных размеров. Зулин крикнул "стоп", хлопнул в ладоши, и светляк застыл на месте, слегка покачиваясь.
– Ну вот, – прошептал Стив, – куда-то мы, в конце концов, пришли.
– Вот именно, что "куда-то", – так же шепотом ответила полуэльфка.
– Ничего себе дверки! – радостно заметил Зулин. – Их можно открыть, как думаешь, Стив?
– А их нужно открыть, как думаешь, Стив?
– Иефа!
– Тихо! – Ааронн жестом успокоил спутников и стал напряженно прислушиваться к чему-то. Несколько секунд стояла мертвая тишина, а потом до партии донесся еле слышный скрип откуда-то со стороны дверей. Иефа дернулась и вцепилась в свой меч, Стив схватился за топор. Ааронн толкнул планара в бок, указал на сферу, а потом сделал плавный жест рукой, как будто передвигал что-то. Зулин кивнул, пошевелил губами, неслышно произнося заклинания, и точь-в-точь повторил жест эльфа. Сфера качнулась и медленно поплыла вправо и вниз. Стив решительным жестом отодвинул партию на пару шагов назад и встал в боевую стойку. Сфера спустилась почти к самому полу, как вдруг из полумрака хищным броском метнулась закованная в латы рука и попыталась схватить светляка. Зулин вскрикнул, сфера лихорадочно дернулась в сторону и закачалась на одном месте. Скрип повторился уже гораздо громче, и в темноте почудилось неясное шевеление.
Стив выдохнул, приготовившись к атаке, но неизвестный затих, и в наступившей тишине дварф отчетливо услышал, как стучат зубы у барда.
– Зул, слышишь? – прошептал Стив. – Опусти-ка эту хрень пониже, только осторожно. Хочу посмотреть, кто там такой храбрый.
– Сейчас… – маг сдавленно запыхтел, забормотал, и минут через пять под потолком плавал еще один магический светляк, правда, слегка поменьше. – Это на всякий случай, если оно первого поймает… – пояснил Зулин, вытирая пот со лба.
– Стойте на месте, – процедил Стив и поудобнее перехватил топорище. – Зулин, одного держи повыше, другого медленно опускай. И не делайте ничего, пока я не скажу, ясно?
Ааронн согласно хмыкнул, а Иефа перестала стучать зубами и промычала что-то невнятное. Стив покачал головой и двинулся вперед. Первый светляк медленно поплыл вниз.
Стив успел сделать два или три шага, когда справа у двери в свете сферы снова появилась рука, а слева раздался оглушительный скрежет, и что-то непонятное ринулось на дварфа из темноты, надсадно скрипя и громыхая. Стив метнулся в сторону, краем глаза засек голубое свечение сзади, развернулся в прыжке, рассекая топором воздух, и увидел бледную, как смерть, полуэльфку с мечиком наголо, яростно выдирающуюся из цепких рук эльфа.
– Стоять, я сказал! – не своим голосом взревел Стив и приготовился дорого продать свою жизнь, но ничего не произошло. Грохочущее движение в темноте внезапно прекратилось, а рука, пытавшаяся ухватить сферу, застыла, слепо растопырившись в пустоту.
– Да отпустите же меня, наконец! – яростно прошипела полуэльфка и вырвалась из рук Ааронна.
– Ну?! – рявкнул Стив, поводя топором и пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. – Где вы там?! Зулин, свет!
Маг вздрогнул и направил второго светляка вниз и влево, и постепенно из темноты возник некто, с ног до головы закованный в доспехи. Он стоял не двигаясь, с поднятой правой ногой, словно окаменел в процессе ходьбы. Наглухо закрытое забрало тускло поблескивало в неярком свете сферы. Стив недоверчиво наблюдал за странной фигурой, ожидая какого-нибудь подвоха, но рыцарь не шевелился. Справа от дверей все так же бестолково торчала вытянутая в попытке поймать сферу рука. Партия затаила дыхание. Стив растерялся. Второй светляк медленно облетел застывшего в полушаге рыцаря и поднялся повыше. Тихо чертыхнулась полуэльфка; скромно кашлянул, напоминая о себе, Зулин. Пауза затягивалась.
– Эй, ты! – сказал Стив просто для того, чтобы что-то сказать. – Ты, справа! А ну ручонку убери от нашего фонарика, пока тебе ее не оттяпали!
Рука в латной перчатке с грохотом свалилась на каменные плиты, исчезнув из освещенного круга. Полуэльфка придушенно пискнула. Снова наступила тишина. Стив со стуком захлопнул открытый от изумления рот и почувствовал себя в некоторой степени идиотом.
– Интересно, кто это такие… – пробормотал Ааронн, впрочем, не очень настойчиво.
– Эй, ты, слева! – Стив сердито сдвинул брови. – Хорош полудурка строить! Ты кто такой?
Молчаливая фигура в латах осталась неподвижной, словно не слышала ни одного слова.
– Ногу хоть опусти! – заорал дварф, окончательно выйдя из себя. Фигура в латах послушно опустила правую ногу и снова застыла. Стив почувствовал, как брови уползают куда-то в район макушки.
– Ой, Стив, он тебя слушается… – благоговейным шепотом произнесла полуэльфка. – Честное слово, слушается… Скажи ему еще что-нибудь.
– Забрало подыми! – буркнул Стив.
Рыцарь встал по стойке "смирно" и четким движением поднял забрало шлема. Иефа ойкнула и спряталась за эльфом. Насколько позволял рассмотреть тусклый свет сферы, внутри шлем был абсолютно пустой. Партия дружно вытаращилась на странного рыцаря.
– Демон Баатора… – выдохнул Зулин. – Это призрак, что ли? Я не понимаю…
– Ааааа, яйца Мораддина! – взревел Стив и сплюнул с досады. – Кретин, болван, дубина стоеросовая! Шлак склерозный! Дурак я, болван! Это конструкт!
– Кто? – Иефа сообразила, что ничего страшного не происходит, и выбралась из-за надежной эльфской спины. – Как ты его назвал?
– Конструкт, – дварф почесал затылок и еще раз сплюнул. – Мне дед рассказывал, а я забыл.
– То есть, – осторожно поинтересовался Зулин, – то есть, он неживой?
– Ясен пень, неживой! Сказано тебе – конструкт. Механизьм – слово такое знаешь? Ну вот. Не без магии, конечно…
– А почему он тебя слушается? – с опаской поглядывая на "механизьм", спросила полуэльфка.
– Потому что Стив – дварф, – подал голос Ааронн. – Строили дварфы, ловушки устанавливали дварфы, а, следовательно, охранную систему создавали и отлаживали тоже дварфы. Не думаю, что организация этого конструкта настолько сложна, что он способен отличить каждого конкретного дварфа, но вот идентифицировать представителя дварфского народа вообще…
– Ааронн, прекрати! – замахала на проводника руками полуэльфка и смело подошла к конструкту. – Иногда ты говоришь так много умных слов, что даже меня приводишь в состояние… – железный рыцарь, не меняя позы, поднял руку и ухватил полуэльфку за горло, так и не дав закончить фразы. Иефа захрипела, пытаясь вырваться.
– Эй, ты, не трожь! – заорал Стив, бросившись к конструкту, но тот среагировал мгновенно и разжал пальцы. Иефа рухнула на плиты, тяжело дыша и всхлипывая. На шее у нее наливались краской багровые следы железных пальцев.
– Именно поэтому, прежде чем продолжить наше путешествие, Стив должен дать конструкту указания относительно каждого из нас, иначе все это может закончиться очень плачевно… – невозмутимо закончил свой монолог Ааронн. – Умение слушать – одно из самых полезных достоинств, – обратился он к обалдевшей полуэльфке. – Дай я посмотрю твою шею.
– Свою посмотри, умник! – огрызнулась Иефа. – Почему все шишки в этой башне сыплются на меня? Я первая попадаю в ловушку, я первая нахожу дохлого гибберлинга, меня первую душит сумасшедшая консервная банка…
– Это конструкт! – возмутился Стив.
– Ну, так успокой его, черт бы вас всех побрал! А еще меня интересует, кто размахивал руками там, справа. Если там прячется еще один железный псих, я ухожу, а вы тут все хоть головой об стену бейтесь вместе со своими "механизьмами"!
– Судя по всему, там справа действительно есть еще один, как ты выразилась, железный псих. Только мне кажется, что он неисправен, в противном случае они двигались бы синхронно.
Стив недовольно посмотрел на проводника и фыркнул. По его глубокому убеждению, ни один чертов эльф не имел права так спокойно разглагольствовать о конструктах, но возразить было нечего. Направив светляка к правому нижнему углу дверей, партия действительно обнаружила там невразумительную груду заржавелых доспехов, из которой в печальном приветствии вытянулась рука в латной перчатке. Стив обошел три раза вокруг, задумчиво попинал доспехи носком ботинка и строго наказал руке "не баловать", чем вызвал приступ нервного смеха у полуэльфки. Действующий конструкт, получив примерно такое же наставление, громыхая, послушно бродил за дварфом, чем немало раздражал всех остальных.
Беглый осмотр зала и дверей не дал никаких результатов. На кованых створках, вопреки жгучему желанию Зулина, не обнаружилось никаких знаков, рисунков и стихотворных загадок, которые могли бы пролить свет на то, что скрывается за ними. Ааронн небрежно заметил, что если партия куда-то шла, то теперь уж наверняка достигла своей цели, что до заветной тайны рукой подать и что вряд ли строители стали бы так тщательно прятать что-нибудь приятное и безопасное. Иефа уныло бродила по залу, стараясь держаться подальше от конструкта, и прилагала массу усилий, чтобы держать свое мнение при себе. Зулин молчал и думал, что в конечном итоге партии не хватает лидера, и искренне удивлялся сам себе, потому что впервые за весь поход у него возникла мысль о том, что неплохо было бы это лидерство спихнуть на кого-нибудь другого. Стив учил конструкта отдавать честь. Иефа не выдержала первая.
– Должна заметить, – мрачно проговорила она, – что наша компания весьма многолика, если вы понимаете, о чем я.
– Где уж нам, – буркнул Стив.
– Действительно, – Иефа уперла руки в боки и воинственно уставилась на дварфа. – Я говорю о том, что мы, как выяснилось, способны быть кем угодно: детьми, клоунами, сумасшедшими, археологами, языковедами и философами… А теперь вот превратились в баранов и битый час тупо топчемся перед этой дверью. Может, хватит? Меня тут активно обвиняли в трусости и нытье – не спорю, вам со стороны виднее – так вот, я, Иефа, истеричка, трусиха и нытик, настойчиво интересуюсь: когда мы, наконец, откроем эту треклятую дверь?
– Вот прямо сейчас и откроем, – Зулин с неприязнью посмотрел на полуэльфку и вздохнул. – Тебя, Иефочка, действительно трудно понять. Ну что, други мои, в каком порядке действуем? – планар бодро хлопнул в ладоши, нечаянно потушил одного из светляков и расстроился. – По-моему, все просто: подымаем засов, открываем двери, заходим, выясняем, что там внутри, выходим, закрываем двери, кладем засов на место и возвращаемся.
– Гениальный план! – патетически воскликнула полуэльфка.
– Если у тебя есть в запасе другой, получше, предлагай! – мгновенно разозлился Зулин. – Ты же у нас такая изобретательная…
– Проблема в том, друг мой Зулин, – задумчиво проговорил Ааронн, – проблема в том, что если бы туда кого-то не хотели впустить, засов был бы с той стороны. А поскольку он с этой стороны дверей, значит, оттуда кого-то не хотели выпустить. И этот кто-то не обязательно спит мертвым сном и, скорее всего, не прикован стене цепями, так что вряд ли у нас получится просто войти.
– Ну и не надо! – радостно воскликнул дварф, поразив планара до глубины души. – Чего самим-то ходить – мы конструкта запустим. Ежели там никого нет, так и ладно, ежели ловушки, так они сработают, а ежели там кто кусачий, так ему будет на что отвлечься. Полезная штуковина – конструкт! Жаль, второй не работает…
– А вот это действительно похоже на гениальный план, – с уважением произнесла полуэльфка. Стив обомлел и чуть не свалился в обморок.
Конструкта использовали на всю катушку. Развеселившийся дварф размахивал руками и громовым голосом выкрикивал команды, молодцевато поглядывая на барда. Иефа зажимала уши руками и морщилась. Зулин, разобидевшись на весь мир, пытался создать еще парочку светляков, но то ли силы его иссякли, то ли мешал сосредоточиться орущий дварф, – словом, светляки получались чахлые и неумолимо гасли максимум секунд через пять. Ааронн с непроницаемым выражением лица перебирал стрелы в колчане.
Наконец, засов был поднят, и Стив, краснея от натуги, открыл одну створку ровно настолько, чтобы пропустить конструкта внутрь. Скрипя и лязгая, "механизьм" протиснулся в образовавшуюся щель и исчез в темноте. Партия сгрудилась у дверей и затаила дыхание. Металлические шаги конструкта гулко доносились из-за створок, и, судя по тому, как гуляло и перекатывалось эхо, за дверью прятался совсем не маленький зал.
– И долго мы так будем стоять? – шепотом спросила Иефа, устав прислушиваться к марширующему в темноте "механизьму".
– Пока его там кто-нибудь не сожрет, – предположил Зулин.
– Его нельзя сожрать, он железный, – возразила Иефа.
– Ну, значит, пока кто-нибудь не попытается его сожрать, – не растерялся планар.
– Я думаю, там никого нет, – заметил эльф. – Если бы там был кто-то настолько глупый, чтобы пытаться сожрать конструкта, мы бы об этом уже знали.
– И чего? – насупился Стив. – Ты предлагаешь войти?
– Конечно. Ты ведь не указал конструкту, как долго он должен там ходить. Мы не можем стоять здесь до конца времен, боюсь, это несколько не входит в планы нашего дорогого командира. Правда, Зулин?
– Совершенно не входит, – неуверенно согласился планар и задумчиво почесал затылок. – Значит, внутрь? Вы как, други мои?
– Внутрь.
Зулин вздохнул и расправил плечи. Идея забраться в башню вдруг показалась ему ужасно глупой, и он с искренним недоумением посмотрел на Иефу, которая совсем недавно ныла и просилась наружу, а теперь с мрачной решимостью обнажила свой дурацкий мечик и приготовилась лезть в темноту и неизвестность. Зулин покачал головой и в который раз пообещал себе никогда больше не пытаться понять женщин.
* * *
За створками были темнота и эхо. Только пробравшись внутрь, маг сообразил, что не захватил с собой сферу, и теперь лица сопартийцев освещались только голубоватым светом, исходившим от меча полуэльфки. Стив шепотом приказал двигаться вдоль стены, считать шаги и не шуметь, и его голос летучей мышью прошелестел и пропал в пространстве. Где-то в глубине скрипел конструкт, но далеко или близко, трудно было понять. Иефа держала меч над головой, пытаясь хоть немного осветить дорогу, но толку от него было мало. Впрочем, на стене не было ничего примечательного, кроме, пожалуй…
– Стоп, – сказал Стив, и партия послушно остановилась.
– В чем дело? – нервно спросила полуэльфка.
– Ничего не замечаете? Я имею в виду, ничего такого, чего не было раньше?
– Хватит таинственности, дорогой мой, – раздраженно буркнул Зулин, которому совершенно не хотелось замечать ничего такого, чего не было раньше. – Говори толком.
– Здесь держак для факела, – сообщил дварф.
– Здесь везде держаки для факелов, – еще больше разозлился маг.
– Да, но все остальные держаки были пустые, а в этом есть факел, – пояснил Стив.
– Ну и хорошо, – искренне обрадовалась Иефа и с облегчением опустила меч. – Нам же нужен свет, правильно?
– Да, нам нужен свет, – согласился Стив, и факел вспыхнул. Иефа взвизгнула и хорошо отработанным прыжком метнулась в сторону, и тогда огненная змея пробежала вдоль стен, зажигая все новые и новые факелы, один за другим. Это было так, словно кто-то огромный и невидимый в развороте провел мечом по камню, разбрасывая желтые пучки искр, вот только искры не гасли, а оставались на стенах, и пламя плясало беззвучно и отрешенно. Через несколько секунд в зале не осталось ни одного темного уголка. Партия ошалело осматривалась, пытаясь сообразить, откуда ждать нападения. У дальней стены невозмутимо маршировал равнодушный к вопросам света и тьмы конструкт.
– Гребаный эквивалент… – потрясенно выдохнул Зулин и вытаращился на дварфа. – Как ты это сделал?
– Это не я! – помотал головой Стив.
– А еще голову мне морочил – факелы ему сделай, свечи ему наколдуй…
– Говорю же – это не я!
– Как вы думаете, нас сейчас будут убивать? – спросила Иефа.
– Вряд ли, – ответил Ааронн. – Мне кажется, в этом зале задействована та же магия, которая управляет конструктом. Любой дварф здесь – хозяин.
– Понятно, – кивнула полуэльфка и расправила плечи. – Тогда давайте быстренько здесь все осмотрим и наконец-то вернемся на поверхность. Зулин, ты меня слышишь? Ты ведь сюда стремился попасть?
– Да, но…
– Никаких "но"! – мысль о том, что никто пока не собирается их убивать, настроила полуэльфку на деятельный лад. – Неужели мы лезли сюда только для того, чтобы полюбоваться, как Стив зажигает факелы?
– Это не я! – взревел Стив.
– Не важно. Вон там фигня какая-то в центре – иди, посмотри, что это такое. Вон в том конце зала, где конструкт ходит, что-то темное, типа пролома в стене, видите? Зулин, сходи, проверь. А мы с Ааронном осмотрим стены на предмет надписей и прочей магической ерунды. Пять минут на все про все и – на свежий воздух!
– Иефа! – Зулин почувствовал непреодолимое желание стукнуть полуэльфку чем-нибудь тяжелым, но сдержался. – Иефа, ты, кажется, забыла, кто здесь командир.
– Ну, так командуй уже, черт тебя дери! – полуэльфка сложила руки на груди и надулась.
– Значит так! – грозно начал планар. – Стив, ты в постройках лучше всех разбираешься, посмотри, что это за штуковина в центре зала. Мало ли, может, памятник какой или саркофаг… Я проверю дальнюю стену на предмет запасного выхода, а ты, Ааронн, бери эту склочную девчонку и поищи какие-нибудь надписи, знаки и прочую магическую…
– Кто бы мог подумать! – патетически воскликнула полуэльфка и всплеснула руками. – Мне бы такой гениальный план никогда в голову не пришел!
– Неисправима! – Зулин сплюнул в сердцах и, бурча, направился в дальний конец зала, где у темного пятна, похожего на пролом в стене, одиноко бродил конструкт.
Нет, женщина в команде – больше никогда, ни под каким видом! Сколько бы ни кричал старикашка Мо о тонкостях женской натуры, о великих возможностях и горизонтах, открывающихся перед теми, кто умеет эти тонкости распознавать и использовать… Больше никогда, ни за что! Пролом в стене – вы только послушайте! Умная какая – фу ты, ну ты! Да какой, демон Баатора, пролом, когда все это безобразие находится глубоко под землей! Для того чтобы получился пролом, нужно поднажать, как следует. Кто, скажите на милость, может поднажать на стену прямо из толщи земли, а? Гибберлинги, может быть? Смешно!
– Да отстань ты, наконец! – Зулин досадливо отмахнулся от вытянувшегося по стойке смирно конструкта. – И без тебя тошно. Железяка безмозглая. Мне, видишь ли, наша принцесса повелела пролом в стене искать. Тоже мне… Демон Баатора!… Ты это видел? Иди сюда!
Конструкт послушно подошел к планару и застыл. Зулин изумленно и недоверчиво рассматривал осколки каменной кладки и высохшие комья земли у себя под ногами, стараясь не глядеть на стену, в которой нагло и вопреки всем рассуждениям мага зиял внушительных размеров пролом. Зулин подошел к стене, вытащил факел из ближайшего держака и заглянул в отверстие. От стены сквозь землю по диагонали вверх шел круглый неровный лаз, похожий на лисью нору, конечно, если на свете существуют лисы размером с винную бочку. Зулин перегнулся через битый камень и нырнул в земляной ход по пояс, пытаясь выяснить, где он заканчивается, но света от факела явно не хватало. "Час от часу не легче", – подумал маг и с тяжелым вздохом полез в нору, искренне надеясь, что не наткнется в темноте на ее хозяина. Он прополз уже добрых пару метров, когда кто-то крепко ухватил его за лодыжку и потащил обратно. Зулин задергался и забился, пытаясь вырваться, выронил факел, обжегся, весь обсыпался землей и почти ослеп, но освободиться так и не смог. Невнятно бранящегося и отплевывающегося мага извлекли из норы и бережно уложили на каменные плиты. Зулин протер глаза. Перед ним стоял всклокоченный и перепачканный в земле Стив, а за его спиной маячили Ааронн с Иефой, причем настроены они были явно недружелюбно.
– Что за… – начал планар, но Стив не дал ему договорить.
– Совсем рехнулся, да?! – рявкнул он, и эхо в панике заметалось по залу. – Ты головой вообще думаешь иногда?! Какого тролля ты полез туда один?! Ты меня позвать не мог?! Ты хоть знаешь, кто такие ходы копает?!
– Лисы? – робко предположил Зулин, слегка опешив от такого напора.
– Да какие в задницу лисы! – Стив побагровел и громко засопел носом. – Ты когда-нибудь видел лису таких размеров?!
– Но я и совомедведей раньше не видел, – возразил маг и поднялся на ноги. – Так это не лисы?
– Нет, это не лисы! – заорал дварф так, что уши заложило. – Это не лисы! Это камнелом! Я не знаю, откуда он здесь взялся, обычно они живут в горах, где камня побольше, потому что землю они не жрут, но это камнелом, и если бы ты случайно на него наткнулся, от тебя красная кашица осталась бы – и больше ничего!
– Стив, успокойся, слышишь? Успокойся, не кричи, – Иефа тронула дварфа за плечо. – Объясни толком, что за камнеломы.
– Червяки такие, – буркнул Стив и попытался взять себя в руки. – Здоровенные, толстенные, типа дождевых, но в панцире, камень жрут. В основном. Если попадается что-то еще, тоже жрут. Уголь, дерево, стекло, железо… Дварфов. Деда моего двоюродного один такой сожрал. Некого хоронить потом было. А этот долдон лезет, не спросясь! Командная работа, туды его…
– Просто я подумал, что эту нору можно использовать, как запасной выход, – немного обиженно пояснил Зулин. – Я полагаю, никому из нас не хочется возвращаться через это пиршество дварфской фантазии в виде ловушек и воняющих гибберлингов.
– Он подумал! – снова завелся Стив.
– Погоди, погоди, – Иефа развернула дварфа к себе лицом. – Да погоди ты! Погоди… Ты хочешь сказать, что за этой стеной в земле ползает бронированная тварь толщиной с дерево, которой все равно, что жрать? То есть, она в любой момент может появиться из этой дыры?
– Я не знаю, – Стив недовольно дернул плечом. – Нужно осмотреть ход – может, он давно выкопан.
– Кстати о ходах, – подал голос Ааронн. – Тот, по которому лез наш неосмотрительный командир, судя по всему, и правда ведет на поверхность. Но я тут нашел еще один, почти отвесный, и в него довольно просто провалиться. Так что, Зулин, можешь считать, что тебе крупно повезло. И еще по поводу воняющих гибберлингов. Здесь клочки шерсти – пара-тройка на плитах и довольно много в норе. Кажется, мы нашли тот самый "другой вход-выход". И вот еще что: я практически ничего не знаю о камнеломах, поэтому могу ошибаться, но очень похоже, что эту нору выкопали довольно давно. Не год и не два назад.
– То есть, из нее ничего такого не появится? – уточнила Иефа.
– Полагаю, что нет.
– Хоть какая-то радость, – вздохнула полуэльфка.
– Только шум зря подняли, – проворчал Зулин. – Все, все, я молчу. Стив, дружище, не кипятись. С норой определились – и славно, одной проблемой меньше. Расскажи лучше, что это за штука, которую ты осматривал. Саркофаг?
– Да.
– Я так и думал. Что-то интересное?
– Много эльфских рун. Пусть Иефа с Ааронном посмотрят.
– Я думаю, всем посмотреть не мешает, – встряла Иефа. – На стенах мы ничего не нашли, так что пойдем, посмотрим на ваш могильник.
– Саркофаг!
– Один хрен.
– Иефа!!
Сложенный все из того же серого камня, ничем не украшенный, саркофаг казался на первый взгляд совершенно не примечательным, о чем маг не замедлил заявить, и заявить весьма недовольно. Иефа задумчиво обошла саркофаг по периметру, ведя рукой по краю верхней плиты, и присела на корточки перед его лицевой стороной.
– Дайте мне факел, – попросила она. – Ааронн, посмотри. Ничего не напоминает?
– Любопытно… – пробормотал эльф, устраиваясь рядом с Иефой. – Думаешь, просто староэльфский вариант?
– Ага, – полуэльфка погладила пальцами четыре полустертые строчки. – Почти уверена. Поможешь перевести? Я не настолько хорошо знаю…
– Разумеется, о чем разговор. Только вот с ямбами и хореями у меня плохо.
– Зато у меня хорошо. Недурная лингвистическая команда у нас получается…
– Слушайте, вы! – гаркнул Стив, которого страшно нервировал этот невразумительный обмен любезностями. – Говорите толком, что там такое! Хорош всезнаек из себя корчить!
– Да-да, други мои, – неожиданно поддержал его Зулин. – По существу, пожалуйста, по существу!
Иефа с Ааронном дружно посмотрели на дварфа, потом на планара, потом переглянулись, вздохнули в один голос и снова уставились на выбитую на плите надпись.
– Данное сооружение, – скучным голосом начала Иефа, – представляет собой вид погребальных построек, называемых саркофаги, обелиски, склепы, могильники и проч.
– Данный саркофаг, – не менее скучным голосом продолжил Ааронн, – представляет собой традиционный способ захоронения у многих народов. Однако мы имеем право говорить именно об эльфском захоронении, поскольку…
– Я вам сейчас к заднице Мораддиновой бошки посношу! – пообещал Стив.
– Как это ново! – восхитилась полуэльфка.
– Как неожиданно… – подхватил проводник.
– Ну, хватит уже, – жалобно проворчал Стив. – Говорите толком, чего там такое, ну, сил же ж нет никаких терпеть. Получите топорищем по темечкам, потом сами же будете на меня обижаться. Зулин, скажи им…
– Други мои… – сурово начал планар. – Я, как командир данной поисковой партии…
– Други мои, – перебил его Ааронн, – будьте любезны, оставьте нас в покое минут на десять. Мы все переведем и все вам обстоятельно доложим. Кстати, угроза нашим темечкам совершенно не вдохновляет на лингвистические подвиги.
Зулин фыркнул, махнул рукой и отошел в сторону, мысленно пожелав эльфу всяческих пакостей, начиная с чесотки и заканчивая семилетней засухой. Стив, оставшись безо всякой поддержки, тоскливо топтался возле саркофага и внимательно прислушивался. "Императив, здесь же явный императив"… "Останки – не то, лучше прах, тогда сохраняется ямб"… "Да ну, он же восьмистопный!"… "Дочь лесов – так и оставим, смысл тот же, а форма красивее"… "А вот это не глагол, нет, я уверен, существительное"…
– Спелись-таки… – обреченно пробормотал дварф и немедленно впал в черную меланхолию, ибо и ежу было понятно – пигалица втюрилась в остроухого. Дура, во дура-то, а?! Ни на кой ляд она ему не сдалась – полукровка безродная, неужели сама не понимает?! Ну, конечно, он же весь такой из себя важный, воспитанный, слова в простоте не скажет, загадка природы! А она уж и растаяла, вон, ямбами своими проклятыми щеголяет. А голос-то, голос! Горлица, твою мать! Вот тебе и "Стивочка, миленький", накося, выкуси…
Стив бродил туда-сюда и чувствовал, как сердце заполняет горькая детская обида на глупую полуэльфку и заодно на весь окружающий мир. Дернуло же его идти в этот дурацкий поход… Сидел бы себе в Бристоле, пиво пил, ложки оловянные в крендельки сворачивал…
– Ну что ж, мы готовы, – сообщил эльф и поднялся на ноги. – Не могу сказать, что узнали массу нового, но, по крайней мере, это довольно любопытно.
– Мы вас внимательно слушаем, – саркастически усмехнулся подошедший Зулин и принял скептический вид, картинно сложив руки на груди.
– Спасибо, – вежливо ответил Ааронн, и маг немедленно почувствовал себя дураком. – Ничего неожиданного мы вам не сообщим. Это эльфский саркофаг, на нем выбита та же надпись, что и на стене башни, и на той странной вещи, которую мы нашли у гибберлингов. Но если на башне надпись была сделана на трех языках, то на этом саркофаге выбиты только староэльфские руны. Мы немного повозились и сделали приблизительный перевод. Иефа, твоя очередь.
– Ну, это конечно так, халтура… – полуэльфка смущенно кашлянула. – Переводится оно примерно следующим образом:
Пусть прах, который здесь лежит, глухую злобу сторожит.
Минует множество веков – на битву выйдет дочь лесов.
Друзьями станут ей навек сын гор и слабый человек.
Плечом к плечу пойдут на рать, чтоб пленника воды сдержать.
– И что? – недовольно спросил Зулин. – Это все, что вы узнали? Больше никакой информации?
– Извини, дорогуша, – вспылила Иефа, – на этом замечательном саркофаге не выбита хроника событий последних пяти столетий! Но если ты настаиваешь, мы с Ааронном немедленно займемся!…
– Погоди, успокойся, – вмешался эльф. – Зулин, ты напрасно возмущаешься. Во-первых, то, о чем мы знали на уровне предположений и догадок, полностью подтвердилось. Это уже дает нам некоторую определенность, ты не находишь? Во-вторых, мы выяснили, что Иефа была очень точна в своих расшифровках надписи на башне, а значит, в следующий раз мы сможем со спокойной душой довериться ее лингвистическим способностям. А в-третьих, под надписью в плите есть три углубления, выбитые явно не для того, чтобы украсить саркофаг. В связи с этим, я попросил бы тебя обследовать их на предмет всяких магических следов и проявлений – может, тебе удастся выяснить, для чего они. Во всяком случае, все, что мы могли узнать об этой башне, мы узнали.
– Да уж, вы узнали… – скривился Зулин и бесцеремонно отодвинул полуэльфку от саркофага. – Просто хоть руководство по эксплуатации башни пиши…
– Да ты совсем, что ли… – начала, совершенно разъярившись, Иефа, но Ааронн жестом остановил ее. – Пойду, посмотрю, что там за нора. Надо же выяснить, в конце концов, куда она ведет. Стив, поможешь?
Зулин проводил презрительным взглядом встрепенувшегося дварфа и источающую негодование спину полуэльфки и занялся саркофагом. Настроение было паршивое, любые попытки сосредоточиться оканчивались полным провалом, вдобавок, невыносимо чесался затылок, словно под белой шапкой отросших волос угнездилась какая-то особо настырная блоха и кусала, кусала, кусала… Зулин выругался и резко обернулся. За его спиной неподвижно стоял Ааронн и неотрывно смотрел на мага. Зулин вздрогнул и ощутил прилив сильного раздражения.
– Уйди, пожалуйста, ты мне мешаешь! – эльф вопросительно поднял бровь и не двинулся с места, чем окончательно вывел планара из себя. – Тебе что, пространства мало?! Чего ты тут стоишь?!
– Я думаю, – спокойно ответил эльф. – Размышляю.
– Размышляй где-нибудь подальше отсюда. Я не могу сосредоточиться.
– Проблема в том, что мне удобней всего размышлять именно здесь. Мне не хотелось бы уходить. Занимайся своим делом, я не буду тебя отвлекать.
– Ты смотришь мне в затылок! – маг попытался унять раздражение и сам себе поразился – настолько это оказалось трудно. Почти невыполнимо. – Ты постоянно смотришь мне в затылок!
– Разве? – удивился Ааронн, и Зулин так и не понял, искренне или притворно. – Прости, пожалуйста.
Зулин буркнул что-то невразумительное и снова повернулся к саркофагу. Надпись не производила на него никакого впечатления, но вот эти странные, похожие на половинки апельсинов углубления притягивали к себе и одновременно… пугали? Глупости. Бред. Просто устал.
Зулин закрыл глаза и титаническим усилием заставил себя сосредоточиться на саркофаге. Его ладони легли на углубления в плите и замерли, и Зулин стал весь своими ладонями, словно обнял собой серую плиту саркофага, самими мыслями прижался к холодному камню, впитывая и распознавая слабые, очень слабые колебания магии, и тут услышал…
Убей их!!!
…традиционно бесстрастный голос эльфа и почувствовал, как узкая ладонь легла ему на плечо. Зулин спрятал в рукавах балахона дрожащие руки и вымученно улыбнулся Ааронну.
– Это ты называешь "не буду отвлекать"?
– Мне кажется, я отвлек тебя как раз вовремя, – заметил эльф, и Зулину стало не по себе от его пристального изучающего взгляда.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – пробормотал он, пряча глаза. – Ты все испортил. Я только-только начал… Непонятная магия. И… и очень трудно уловить, практически невозможно, а тут еще ты… Я даже пробовать больше не буду, потому что это бессмысленно, и я… Ты, конечно, можешь спорить…
– Нет, – покачал головой проводник. – Не могу. Не могу и не буду. Я с тобой полностью согласен – ничего хорошего эти исследования нам не дадут. Я бы даже сказал, что они опасны, но не могу утверждать наверняка. В отличие от тебя.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – повторил Зулин.
– Вот и славно, – усмехнулся эльф. – Поговорим о другом. Ты, случайно, не обратил внимания на ряд совпадений, связанных с этой башней? Смотри, что получается, следи за последовательностью: сначала Иефа находит в яме этот странный предмет, назовем его "жезл". На его рукояти выгравирована надпись, первая часть которой идентична надписи на башне, причем обе надписи сделаны на трех языках. Далее, в эльфской башне мы находим эту же надпись на саркофаге, но на этот раз она сделана на староэльфском языке. Все это, на мой взгляд, подтверждает слова Иефы о том, что жезл объединяет все три башни.
– Я пока что не вижу ряда совпадений, – проворчал маг.
– Может быть, я слишком сильно выразился. Их как минимум два. О первом я уже сказал, теперь о втором: в этих же ямах я нахожу некий камень, который явно из той же породы, что и камень в жезле, то есть они связаны между собой – в этом нет никаких сомнений. По словам Стива, камень огранен, он часть чего-то, но оправы мы не нашли. Или мы плохо искали, или ее там не было.
– Само собой.
– Само собой. Я все-таки склоняюсь к мысли, что ее там не было, потому что, кажется, знаю, где она.
– Ну, и где же? – Зулин с любопытством уставился на проводника, словно ждал, что тот сейчас достанет пресловутую оправу из кармана.
– У нас есть камень определенной формы, явно связанный с этой башней. У нас есть углубления такой же формы, находящиеся внутри этой самой башни. Не видишь связи?
Зулин оглянулся на саркофаг и вопросительно посмотрел на эльфа. Ааронн задумчиво кивнул.
– Ты хочешь сказать, что…
– Да. Более того, я уверен, что если бы не мое беспардонное – эльф усмехнулся – вмешательство, если бы ты смог сейчас определить, какого типа магия на этих углублениях, то мы имели бы стопроцентное совпадение с магией камня и магией жезла.
– Почему? – удивился планар.
– Что – почему? – в свою очередь удивился Ааронн. – Ты же забрал у нас эти предметы для выявления магических следов, и с тех пор таскаешь их в мешке на поясе. Разве нет?
– Да-да… Конечно… – Зулин почувствовал, как запылали щеки, потом лоб, потом уши, и поспешно отвернулся от проводника, в смятении обнаружив, что от невыносимого жара вспотел даже кончик носа. Демон Баатора! Демон Баатора! Демон Баатора!
Ааронн был прав почти во всем. Камень, жезл… Зулин действительно отобрал их и действительно с тех пор таскал на поясе, но… Но он ни разу – ни разу! – не проверил… нет, даже не попытался изучить их на предмет магических проявлений, потому что… Демон Баатора!…
Потому что забыл.
– Да… Если бы ты меня не прервал… Может быть… – пролепетал маг.
– Как жаль, что мы этого никогда не узнаем! – насмешливо вздохнул эльф, и Зулина обдало еще одной жаркой волной.