Соня вынырнула из тьмы, словно из холодной воды. Грудь сдавило от внезапного напряжения, руки судорожно вцепились в Генро. В хаосе, который всего на миг захлестнул ее, он был единственной надежной опорой. Дракон поддерживал ее, не давая упасть. Ноги ослабли и совсем не хотели держать. Крепкие руки обвили ее талию; они до сих пор казались надежными. Соня до крови закусила губу.

– Вот и все, - произнес Генро.

Соня открыла глаза и сразу заморгала: из-за слепящего света трудно было что-то разглядеть. Но то, что она сейчас находится не на одной из улиц Благовещенска - ясно и так. Так что же это за место? Куда привел ее Генро? Какое-то помещение с затхлым воздухом, незнакомым, невкусным.

По лицу мазнули кончики длинных волосы, ноздри защекотало от незнакомого терпкого запаха. Тем временем руки, принадлежащие незнакомцу, подхватили ее и куда-то понесли. Соня попыталась что-то возразить, но длинные пальцы Генро накрыли ее губы, и желание к сопротивлению полностью пропало. Девушка обмякла. Легкие шаги Генро и тепло, разлившееся в груди, говорило о том, что ее Дракон был рядом.

– Кто бы мог подумать, что простой Эликсир Подчинения подействует на Избранную Второго мира, - голос у чужака был чуть хрипловатым, как будто простуженным.

– В конце концов, она всего лишь человек, - отозвался Генро, - поспеши, Канн, Повелитель хочет быстрее встретиться с моей Невестой.

– Не волнуйся, все будет в лучшем виде.

"Плохо дело, - подумала Соня, - похоже, я попалась, как последняя дура".

Соня чувствовала, что ее куда-то несут. Она несколько раз пыталась открыть глаза, но по-прежнему ничего не видела, кроме слепящего света. Девушка очень подозревала, что в этом виновато какое-то хитрое заклятие Гертов. Тело было тяжелым, не было никаких сил пошевелить ни рукой, ни ногой. Все, что сейчас могла Соня - это спокойно лежать и думать.

Итак, появление Генро было ловушкой. Ей нужно было догадаться об этом с самого начала, еще когда он просто появился. Соня недавно крепко насолила Гертам, а Вэй никогда не скрывал, что они с братом не в лучших отношениях. Ей надо было послать второго Дракона подальше и со всех ног бежать обратно в отель. Только было два "но". Первое - Соня не верила, что ее Дракон способен ее предать или причинить вред. Второе - после битв с Гай и Гертами, она решила, что ей никакая опасность не грозит, что она при желании может кого угодно порубить в капусту. Какая наивность и какое непомерное тщеславие! Даже стыдно.

Нужно узнать, где она оказалась и зачем понадобилась "Повелителю". Кажется, так назвал эту таинственную личность Генро. Хотя, вполне возможно, ее просто прикончат, чтобы не путалась под ногами и не вносила смуту в их ряды… Нет! Соня хоть и не понимала логики Гинаи, но отлично знала, что так грубо те действовать не станут. Если бы ее хотели убить, то убили бы уже давно. Но вполне может быть, что здесь она ошибается. Ладно, будем действовать по обстоятельствам. Раз уж попалась, то не время вешать нос и распускать нюни. Выход есть всегда, значит, его нужно только найти.

Что-то хлопнуло, подозрительно напоминающее дверь, и они остановились.

– Открывай глаза, красавица, - услышала Соня, - зрение уже должно восстановиться.

Девушка сделала, что ей говорили. И правда, видела она нормально, глаза больше не слезились, и тело стало послушным. Соня приподняла голову и столкнулась с глубокими красными глазами Герта. Увидь она что-то подобное в первый раз, то наверное бы закричала, но сейчас только мурашки волной пробежали по телу. Этот взгляд напомнил ей о первой встрече с Вэем на стадионе в Москве. Тогда у ее Дракона выражение глаз было таким же. Соня никогда не думала, что когда-нибудь испытает подобные чувства. Только в глазах Вэя был лед, а в смотрящих на нее сейчас, - яростное пламя. Соня закусила губу, борясь с желанием отвернуться. Тонкие губы растянулись в улыбке, показались клыки.

– Ну? - спросил он, - насмотрелась?

Соня покачала головой. Ей хотелось глупо на него таращиться, как когда-то это было с Вэем. Но тогда ей казалось, что она смотрит на бога. Сейчас она смотрела на демона, сильного и безжалостного. Длинные волосы такого же огненного цвета, как и глаза, были заплетены во множество маленьких косичек, которые рассыпались по плечам. У него были тонкие изогнутые брови, прямой нос, розовые губы, растянутые в улыбке и бледная кожа, будто светящаяся изнутри. На правой щеке начиналась причудливая мерцающая татуировка алого цвета, она спускалась по шее и пряталась где-то под одеждой. Нечто похожее было у Вэя, когда…

"Дракон. Он чей-то Дракон", - поняла Соня.

– Кто ты? - спросила она.

Улыбка стала чуть шире.

– Первый Паладин Канн, - ответил он, - я бы с удовольствием познакомился с тобой поближе, красавица, но Повелитель ждет.

Спрашивать, зачем она им понадобилась, сейчас глупо. В конце концов, при встрече с "Повелителем" она все узнает.

– Если будешь послушной девчонкой, - сказал он, - и позволишь привести тебя в порядок, это поможет тебе избежать многих проблем в будущем.

Соня не знала, что ответить. Она не могла отвести глаз от лица Первого Паладина. Его красота ее завораживала. Ей даже и в голову не пришло глазеть по сторонам.

Но когда он ее усадил на диван и сделал несколько шагов в сторону, Соня заметила, что в комнате они не одни. Оказывается, здесь находилось еще три девушки в длинных темно-синих платьях. Они почтительно склонились перед Первым Паладином и смотрели в пол, боясь поднять глаза. И комната, в которой она оказалась, была несколько странной. Странность заключалась в том, что в ней не было ни одного окна или лампы, откуда мог поступать свет. Потолок был белым, без намека на какой-нибудь осветительный прибор. Стены увешаны картинами с различными натюрмортами и пейзажами. Только пейзажи эти, если присмотреться, были не совсем земными. Солнце было не красным, а ярко-голубым, как глаза Вэя, а небо было нежно розовым.

– Где я? - спросила Соня.

В голову закрались нехорошие мысли. Если ее подозрения подтвердятся, то это будет очень плохо. Выбраться из этого места будет не то что трудно, это будет невозможно.

– Дома, Соня, - ответил Канн, - привыкай.

Он развернулся на каблуках. Длинный черный плащ взлетел. Первый Паладин посмотрел на девушек, покорно застывших в ожидании приказаний.

– Постарайтесь, - сказал он, - от нее невыносимо несет ее Драконами. Повелитель не любит, когда смешиваются разные запахи.

– Да, чистокровный господин.

Так кто такой этот Повелитель? Очень интересно.

Хлопнула дверь, и Соня почувствовала облегчение. Хотелось вздохнуть и закрыть лицо руками, но пришлось напомнить себе, что она в комнате не одна, поэтому расслабляться не стоит. Этот Первый Паладин… от него исходила такая аура силы, что Соне было трудно дышать. Инстинкты подсказывали ей, что ожидать от него можно всего, чего угодно.

– Госпожа? - осторожный голос одной из девушек вывел Соню из задумчивости.

Кажется, она устала намного больше, чем предполагала раньше. Ночка у нее была веселая, и вряд ли она на этом закончится. М-да, влипла она, Соня, по самые уши.

– Что?

Соня подняла голову и встретилась с большими бледно-розовыми глазами одной из девушек. Такого же цвета волосы торчали из-под белой косынки, повязанной на голове. Безусловно, перед ней была Гинаи, только цвет волос и глаз наводил на мысль, что она не Чистокровная.

– Госпожа, ванна готова. Мы просим Вас следовать за нами, - девушка низко поклонилась.

Соня решила, что странные у Гертов обычаи. Их слуги только и делают, что кланяются. С непривычки это раздражало, хотя Соне сейчас было не до этого. Она устала.

– Хорошо, - Соня поднялась. В глазах стремительно потемнело, а виски сдавило, ноги неожиданно подкосились. Вот это новости!

– Осторожно, госпожа, - несколько пар рук поддержали ее, - после портала Вы слабы.

– После портала? - приступ отступил, земля больше не порывалась уйти из-под ног.

Но ни одна из девушек ей не ответила. Они дружно отвели взгляд. Соня не очень-то и надеялась, что ей ответят.

Итак, портал. Ее опоили какой-то гадостью, в качестве приманки выступил Генро, а потом куда-то уволокли.

"- Где я? - Дома, Соня, привыкай…"

Неужели?…

Девушка замотала головой. Она не верила. Этого просто не могло быть! Земля под ногами… Соня закусила губу. Земля, она другая… непривычная, чужая и холодная. И это не Этэя. Девушку захлестнула первая волна паники, но она сумела взять себя в руки. Сейчас надо все хорошенько обдумать, и голова должна быть трезвой. Только с предательской дрожью ей так и не удалось справиться.

Ванна была ароматной. Соня послушно опустилась в теплую воду, позволив умелым мягким рукам слуг забрать свою усталость. Прикрыв глаза, девушка лихорадочно соображала.

Если она находится на Гинаи, то ее дела еще хуже, чем она решила с самого начала. Даже если она сбежит отсюда, то как вернется на Землю? Ведь она понятия не имеет, как выглядят эти самые порталы. Плохо, очень плохо.

И… Черт? Она, Соня, сейчас сможет использовать энергию Этэи? Сердца бешено забились в груди, Соня больно закусила губу, пытаясь совладать с собой. Как она раньше об этом не подумала? Как пропустила?

"Этэя?" - осторожно позвала девушка.

Она должна была отозваться. Ведь обещала, что будет с ней всегда…

Но ответом было только молчание и пустота. Прошло несколько бесконечно долгих секунд, прежде чем до нее дошел истинный смысл происходящего. Соня здесь была совершенно одна: без Вэя, без Этэи, без братьев-драконов… Одна, совершенно одна, и никто ей не сможет помочь, некому ее поддержать. Раньше с ней никогда такого не случалось. Сначала был Ванька, потом Вал и Ксандр, дальше - Вэй и Лейн. Теперь же…

Соня подскочила, как ужаленная, вода брызнула в разные стороны. "Бежать!" - истошно вопил внутренний голос, и неважно, что в этом не было смысла. Паника. Она накрыла ее огромной волной. Соня изо всех сил оттолкнула от себя девушек, ни одна из них не сумела устоять на ногах. Соня только краем сознания отметила, что они лежат на полу, а потом рванулась в сторону выхода. Выбежала из ванной комнаты, бросилась к двери, за которой не так давно исчез Первый Паладин, но та оказалась заперта. Соня забарабанила по ней руками, разбивая кулаки в кровь, моля только о том, чтобы ее выпустили. Домой, к Этэе, потому что без нее Избранная - ничто.

Крики вскоре перешли в тихий скулеж. Соня упала на колени перед дверью, шепча имя Этэи, но в ответ получала только гнетущую, непривычную тишину. Кажется, девушки пытались ее успокоить, но Соня вновь и вновь отталкивала их прочь.

Дверь распахнулась и Соня буквально вывалилась за порог. Ее сразу же подхватили чьи-то руки, а знакомый запах защекотал ноздри. Связь между ней и ее Драконами туго натянулась и зазвенела, точно тысячи серебряных колокольчиков. Это и привело ее в чувство, заставило выйти из ступора, в котором она пребывала.

– Вэй?

Она открыла глаза, но вместо серебряных волос, спадающих на плечи блестящим водопадом, она увидела огонь.

– Генро… - прошептала она и расплакалась.

Она уткнулась носом ему в грудь и зарыдала. Ее Дракон, он был рядом. Одно из самых близких ей существ, и далеких одновременно. И он предал ее. Только вот, почему?

– Канн был прав, - вздохнул Генро, укладывая девушку на диван.

Он взял у одной из девушек легкий плед и накрыл им Соню. Сама же Соня не шевелилась, она смотрела в белый потолок.

– Избранная слишком сильно зависит от своего Бога, - произнес он, - разлука для вас обоих - это большой стресс.

Он опустился перед ней на колени, погладил по волосам. Соня тихо плакала. Горячие слезы стекали по лицу и терялись где-то в волосах.

– Тебе нужно встретиться с Повелителем. Он сможет помочь всем нам.

Глубокий вдох.

– Просто верните меня обратно, - произнесла она.

Генро покачал головой. Вообще-то она и не надеялась на положительный ответ. Ее так просто отсюда не отпустят. А значит, придется научиться жить в этой пустоте. Нужно быть сильной, не нужно сдаваться. Она ведь хочет вернуться к Этэе. И к Вэю тоже, и к сестренке, которую только-только обрела и не успела узнать. Нужно держаться и не позволять себе подобных истерик. Ни к чему хорошему это не приведет, только ее ослабит.

– Ты не понимаешь, насколько ты важна для нас.

– Для вас? - спросила Соня, садясь.

Раненые руки болели. Она никогда раньше настолько сильно не теряла контроль. Нервы, оказывается, не к черту.

– Я вижу, ты успокоилась? - улыбнулся Генро.

Соня недовольно поджала губы и промолчала. Если посмотреть, Генро - идеальная приманка. Единственный из всей их шайки, на кого она не смогла бы поднять руку. Самая большая ее слабость, которой воспользовался враг. И что делать? Неужели она уже проиграла?

– Что вы хотите от меня?

– Повелитель тебе все расскажет.

Ладно, с этим мы уже смирились. Она знала, что придется встречаться с этой таинственной личностью. Этого никак не избежать.

– А что хочешь лично ты?

Соня сжимала кулаки. Разбитые руки перепачкали плед. То, что она была совершенно обнаженная перед Генро, ее как-то не сильно волновало. Она его не стеснялась, что странно. Паника прошла, оставив после себя ярость и странную решимость. В конце концов, все говорят, что у нее, Сони, просто потрясающая сила воли, значит пришло время проверить, действительно ли так.

– А? - кажется, Генро выбил из колеи этот вопрос, - с чего ты взяла, что мне нужно что-то от тебя?

– А по-другому быть не может.

Он усмехнулся, показав маленькие клыки. Вэй не любил их демонстрировать.

– Я хочу быть свободным от тебя.

Соня хмыкнула и отвернулась. Надо же, их желания совпадают. Она тоже хочет сбросить эти оковы. Только братья ее убедили, что это почти невозможно. Или все-таки есть способ, о котором она не знает?

– Я бы тебе посоветовал, - произнес он, поднявшись, - как следует привести себя в порядок перед встречей с Повелителем. Он очень не любит, когда смешиваются несколько запахов сразу. Хотя я не против, когда от тебя пахнет моим братом…

С этими словами Генро покинул комнату. Соня была озадачена. Интересно, что это было?

Слезами горю не поможешь. Если есть проблема, то ее надо решить. Было бы оно решение… Но попытаться стоит. Хоть чем-то займет голову, и не будет времени думать о наступившем одиночестве.

"Только не натворите без меня глупостей, ребята…" - с тоской подумала Соня.

* * *

Соня могла поклясться, что видела раньше сводчатый огромный зал с черными резными колоннами. Все здесь казалось смутно знакомым: и запах затхлого воздуха, и статуи причудливых зверей из черного блестящего камня, и столпы света, возле которых кружились пылинки. Она здесь была раньше. Во сне.

Соня повертела головой. Она не могла поверить в реальность происходящего. Ей казалось, что она вот-вот проснется в холодном поту в своей постели. За окнами еще будет темно, и Соня больше не сможет уснуть, и будет лежать и слушать ровное дыхание спящих братьев и сестер. И не будет этого жутко тесного сиреневого платья, не будет маленьких шагов вперед, не будет Канна и Генро по бокам, не будет неподвижной черной фигуры, сидящей в конце этого величественного зала.

Тихий стук ее каблуков. Пол невероятно скользкий, если отвлечься, если расслабиться, то обязательно поскользнешься. Здесь холодно так, что зябнут пальцы. Или быть может она нервничает? У Вэя всегда холодные пальцы, когда он нервничает. Сила разлита вокруг - причудливое переплетение красного и синего, но сила эта чужая, и она ее использовать не сможет, являясь даже наполовину Гинаи. А в груди, где Соня всегда чувствовала присутствие Этэи, теперь только сосущая пустота.

Это не сон.

Во сне не бывает так больно.

– Смелее, красавица, - произнес Первый Паладин, улыбаясь, - тебе понравится наш Повелитель.

– Сомневаюсь, - буркнула Соня из вредности.

Но Канн ничего не ответил, его улыбка стала еще шире. Генро нахмурился, но тоже промолчал.

Шаг вперед. Сердца готовы выпрыгнуть из груди со страха. Она здесь одна, совсем одна - Генро ей не помощник. Нужно держаться, нужно просто дышать. Быть одной невероятно сложно.

"Повелитель" сидел на большом черном троне. На первый взгляд он не был похож ни на одного из Гинаи. У него были блестящие волосы цвета воронова крыла с красивым темно-фиолетовым отливом. Длинная челка падала на глаза, из-под нее сверкали черные непроницаемые глаза. В ушах блестели многочисленные сережки. Его лицо будто светилось изнутри какой-то непостижимой мудростью. Соне это напомнило изображения святых на иконах: мягкие черты лица, мужественные и безмятежные. Но что Соню действительно удивило так это серебристые веснушки, рассыпавшиеся по лицу и слабо мерцающие в полутьме, будто хрустальные слезы. А фигура у него была гораздо массивнее, чем у любого Гай или у Герта, и одет он был во все черное.

"Теперь понятно, откуда у Гинаи пристрастие к этому цвету", - подумала Соня.

По правую руку от прекрасного "Повелителя" стоял Чистокровный Гай. Девушка на миг удивилась, ведь Гай и Герты давно враждуют, и по идее нечего ему здесь делать, но когда увидела знакомую татуировку на его лице, все поняла. Он был Драконом, а значит, неважно шла ли между их видами война, они были единым целым со своей Невестой. Хотя, в последнее время она сама уже не была в этом так уверена.

Точно прочитав ее мысли, Первый Паладин Канн покинул место с боку от Сони, подошел к "Повелителю", низко поклонился, а потом занял место по левую руку от черноволосого.

– Я рад, что ты посетила нашу скромную обитель, Соня, - сказал "Повелитель".

Голос у него был под стать внешности: глубокий, сильный, немного хриплый и мягкий. Правда его мягкость была наигранной и Соня мгновенно уловила это.

– Была бы моя воля, век бы вашу шайку не видела, - ответила Соня.

Если они считают, что она будет в ноги кланяться этому непонятному субъекту и вежливо с ним разговаривать, то глубоко ошибаются. Или что будет умолять о возвращении домой. Соня давно уже лишилась иллюзий. Жалости здесь ждать бессмысленно.

– У тебя невоспитанная Невеста, Генро, - черные глаза посмотрели на ее Дракона.

Игры - это хорошо. Может быть, Соня не так хорошо умела играть с Гинаи, но попытаться стоило. Она ведь ничего не теряла. Совсем.

Девушка бесстрастно посмотрела в глаза "Повелителю".

– Кто ты такой?

Пора заканчивать ходить в неведении. А на вежливость пусть и не рассчитывают.

– Я? - точеная темная бровь дрогнула, - а ты как думаешь?

Он что, ей предлагает в угадалки поиграть? Вполне в духе Гай.

– Не имею ни малейшего понятия.

Не нравился ей этот местный авторитет. Что в нем было такое… непостижимое. Вэй по сравнению с ним был простым и понятным.

На его лице сверкнула улыбка. Соня отметила клыки, которые были раза в два длиннее клыков Гай или Гертов. Монстр какой-то перед ней, честное слово. Он поднялся со своего кресла. Первый Паладин и его брат вздрогнули и сделали шаг в его сторону. Всего один жест с его стороны, и они остановились как вкопанные. Эта немая сцена для Сони прояснила многое. Эти двое, они так заботятся о своем Повелителе… И этот знакомый блеск в глазах… Они были Драконами черноволосого.

"Мерзость какая", - подумалось Соне, когда она вспомнила, как обычно налаживается связь между Сосудом и Драконами. Она, конечно, была исключением, но у нее все не так, как у людей.

– Я, Соня, - он стал медленно приближаться к ней, рост у него был больше двух метров точно. Если он приблизится к ней вплотную, то ей придется высоко задирать голову, чтобы видеть его, - никто иной, как Гиран Гинаи.

Девушка нахмурилась.

– Мне это должно что-то сказать? - она и вправду не понимала, о чем идет речь.

– Хм?… - несколько озадаченно прозвучало со стороны "Повелителя".

– Видишь ли, Соня, - вмешался Генро, - это имя носит наш Бог.

Соня посмотрела сначала на своего Дракона, потом - на черный субъект, который стоял в двух шагах от нее, скрестив руки на груди. Похлопала глазами на обоих, а потом рассмеялась. Хорошая шутка. А Соня думала, что у Гай и Гертов напрочь отсутствует чувство юмора. Оказалось, нет.

– Классно придумано!

Она помнила, какой была Этэя. Вот это настоящая Богиня. А это… Нет, субъект был, конечно, странный, но чтобы Бог! Не дотягивает он что-то до него!

– Хватит! - крикнул Гинаи.

Соня перестала смеяться и с интересом посмотрела на разозлившегося Бога. Он некоторое время сверлил ее глазами. Вид у него был сейчас такой, будто он собирался убить Соню.

– Можешь не верить, меня это не особо заботит. Я вижу, ты не боишься. А зря, потому что в моей власти сделать с тобой все, что угодно.

Соня усмехнулась. Она не видела перед собой Бога. Слишком много эмоций. Хотя, откуда ей знать, какими должны быть Боги? Она не каждый день с ними вот так, лицом к лицу, беседует.

– Так сделай! - произнесла Соня, - я в любом случае не смогу тебе помешать.

Он скрестил руки на груди.

– Ты смелая. Или глупая.

Может быть и так. Только Соня сейчас находилась в состоянии близком к отчаянию. Она ходила по краю пропасти, ослабленная одиночеством и разлукой с Вэем, поэтому могла сорваться в нее в любой момент. Кто же знал, что ей будет настолько тяжело находиться вдали от Этэи? Кто же думал, что она нечеловечески, чуть ли не до воя будет тосковать по Вэю, и даже близкое присутствие Генро не будет помогать? И смерть будет казаться желанным избавлением.

– Я просто устала, - призналась Соня.

К чему врать? К чему пытаться что-то придумывать? Это бессмысленно. Она просто сказала так, как оно и было на самом деле.

– Я могу тебе помочь, - довольно промурлыкал Гиран, - хочешь?

Соня скептически посмотрела на него. Он что и, правда, думает, что она ему поверит? Помочь ей можно только в одном случае - отправить назад.

Ее молчание он истолковал по-своему. Сделал несколько шагов в ее сторону. Все-таки, это существо если и не Бог на самом деле, то очень силен, потому что от его ауры силы Соню затошнило. Девушка бессознательно сделала шаг назад и угодила прямиком в объятия Генро. Его руки обвили ее талию. Они держали нежно и бережно, но девушка знала, что из хватки Гинаи выбраться не так легко, и ему не нужно прилагать много усилий, чтобы на ее коже остались отметины. Итак, путь к отступлению был закрыт. Значит, придется взглянуть опасности в глаза.

Лицо Гирана было достаточно близко, чтобы Соня могла рассмотреть каждую черточку. Лишняя бравада - неуместна. Удалила.

– Ты как сорванный цветок, Соня, - произнес он, ухмыляясь, - сначала ты полна жизни, но постепенно начнешь увядать без своевременной подпитки энергией. Знаешь, что случится с тобой через неделю без твоей драгоценной Богини?

– Не имею ни малейшего понятия, - холодно ответила Соня.

И если честно, знать она не хотела. Ей было все равно. Ничто не выпивает волю к жизни, как разлука с Этэей.

– Что ж, я расскажу тебе. Через неделю ты будешь настолько слаба, что не сможешь встать с постели. Ты перестанешь есть, ты перестанешь пить. Не сильно приятная смерть на самом деле.

Рука на талии Генро слегка шевельнулась. Соня почувствовала что-то вроде мрачного удовлетворения. Все-таки она не безразлична ему! И то, что она может вот так просто умереть, его тоже волнует.

– Ты не боишься, Соня? - спросил он, глядя своими черными глазами в ее глаза.

– Нет, - равнодушно отозвалась девушка.

Она не врала. Соня не боялась смерти, даже такой. Она будет сражаться за свою жизнь до последнего, ведь ее Драконы без нее просто не выживут.

– Неужели? - бровь Бога этого мира насмешливо приподнялась, - а как насчет твоих Драконов? За них ты не боишься?

Руки на талии Сони сжались сильнее. Они уже не были нежными, они уже почти причиняли боль. Генро сзади напрягся.

Черные глаза оторвались от Сони и посмотрели за ее спину.

– В чем дело, Четвертый Паладин?

Девушка вдруг почувствовала, как бешено стучат сердца ее Дракона. Они будто старались выпрыгнуть из груди.

– Все в порядке, - ответил Генро ровным бесстрастным голосом.

Что-то шло не так, Соня это чувствовала. Руки сильнее сжали ее талию, причиняя ей боль. Девушка неожиданно вскрикнула. В этот момент Генро подскочил, как ужаленный. Когда Соня оглянулась, то столкнулась с совершенно безумным взглядом своего Дракона.

– Повелитель… - одними губами произнес он.

Соня заволновалась. С ее Драконом было явно что-то не так. Их связь натянулась и тревожно зазвенела, Генро с той стороны трепыхался, точно птица в силках. Она посмотрела на Гирана. Тот только снисходительно улыбался.

– Зед, - позвал он. Длинноволосый Гай пошевелился, - позаботься о нем. Наш Генро, похоже, переоценил свои силы.

– Есть, Повелитель.

Плавным движением он оказался рядом с Драконом Сони и обнял его за плечи. В этот момент девушка опомнилась и схватила Генро за запястье. Тот вздрогнул и поднял на нее взгляд. То, что увидела в этих глазах Соня, заставило ее остолбенеть. Пальцы невольно разжались и рука безвольно упала.

– Зед, просто уведи меня отсюда, - попросил Генро, - я не могу ее видеть…

Соня смотрела, как они медленно удаляются. Ее Дракон тяжело опирался на прекрасного Гай.

Соню невыразимо поразило то, что она увидела в тот миг в глазах Генро. Там была тоска и жалость. Жалость к самому себе.

– Что ты с ним сделал? - зарычала Соня, оборачиваясь к причине всех своих несчастий.

– Я? - Гиран откровенно забавлялся, - ты уверена? Может быть причина в тебе? Не я ведь по неосторожности установил связь…

– Вэй бы умер тогда, не сделай я этого! - перебила его Соня.

Ее трясло. От ярости, от неудержимого гнева, который поднялся в ней обжигающей волной. Да как смеет этот… этот обвинять ее в чем-то? Она же не отказывалась от своего Дракона! Никогда!

– Ты плохо знаешь Гинаи, Соня. Тем более Паладинов выше Пятого уровня. Использовал бы резерв, ничего бы с ним не случилось! Так нет, решил поиграть в умирающего лебедя: "Приди ко мне, Избранная. Спаси меня!" И ты сразу бросилась к нему, не понимая, что хочешь ему дать. А ведь он знал. Он знал, чем это для него закончится.

– Лжешь! - ярость не утихала.

Она так ярко полыхала в ней, что ей казалось, что она способна вырваться наружу и опалить ее собеседника и мучителя по совместительству.

– Чистая правда, дорогая. Ничего кроме правды, - улыбнулся он, - ни-че-го.

– Тогда, почему он не завершил инициацию?

Гиран изящно пожал плечами.

– Маленькая месть за то, что ты не оправдала его ожиданий. Сделала сильнее - да, но не избавила от проклятья, нависшего над всем их Родом. Он искал лекарство, Соня, от двух своих самых главных недугов. И что ему дала ты? Ничего.

Соня отвернулась и закусила губу. Некоторое время молчала переваривая информацию, а потом спросила:

– Два недуга?

Гиран рассмеялся. Его, по видимому, тоже забавляла наивность Сони. И почему они считают, что она все знает? Как она может что-то знать, если никто ей ничего не говорит? Только многозначительно переглядываются и таинственно улыбаются.

– Какой праведный гнев, дорогая! Давненько я не видел настолько сильных эмпатов. Но тебе лучше успокоиться, не стоит тратить силы понапрасну. Они тебе еще пригодятся.

Мысль более чем здравая. Соня решила последовать совету "Повелителя" и успокоилась. Бог Гинаи удовлетворенно смотрел на нее.

– Умница, а теперь я отвечу на твой вопрос, - Соня едва не скривилась: говорит таким тоном, будто одолжение делает, - первый недуг - это хеон. Весьма неприятная штука, надо сказать. Даже я здесь бессилен. Второй… Хм… как бы это тебе поделикатнее объяснить… Ты знаешь, что такое любовь Гинаи?

Не нравилась ей эта тема. Да и глаза этого "Бога" что-то слишком заблестели.

– В общих чертах.

Собеседник удовлетворенно кивнул, а потом продолжил:

– Верный признак будущего Паладина - его любовь. Но тут есть один интересный нюанс: если у Гинаи сильный избранник, то потом из него выйдет сильный Паладин. - Гиран повернулся и посмотрел на застывшего у трона Канна, незаметный жест, и он уже рядом со своим черноволосым Повелителем. - Посмотри на него, Соня, и скажи, почему он Первый Паладин.

Девушка некоторое время изучающе смотрела на Герта. Ей не составило труда заметить то, о чем попросил ее Гиран.

– Он любит своего Бога, - ответила Соня, - бывают же извращенцы!

Канн нахмурился, а Гиран рассмеялся:

– Ты мне нравишься.

Соня решила не оставаться в долгу.

– Зато ты мне - нет. Но ты продолжай, мне очень интересно.

Глаза Гирана хитро блеснули. Руки обвились вокруг своего Дракона и притянули к себе. Тот доверчиво прижался к нему, и послал улыбку Соне.

– Разумеется, дорогая. Итак, Второй по силе Паладин любит саму Мерью, Третий… неважно, перейдем сразу к Четвертому. Четвертый Паладин Гай и Четвертый Паладин Гертов, состоят в клане Голубого Льда. Это очень древний и очень влиятельный клан… Меня очень позабавила их история. Критический возраст подходил к концу, но ни у одного из братьев не наблюдалось характерных признаков, ведь они все время были вместе. И тогда их решили разлучить. С Гай все было в порядке, но Герт тогда чуть с ума не сошел. И когда третий приступ хеона прошел, Главы Кланов приняли решение свести их вновь. Было ясно, что друг без друга болезнь просто убьет их. Шли годы. Между Гай и Гертами всегда шло соперничество, - Соня нахмурилась от этого слова, Гиран ослепительно улыбнулся, - именно соперничество. Да, они убивали друг друга, но так становились сильнее. Тебе не понять этого.

Да уж, Соня никогда подобного отбора не понимала. Не поделили силу, вот и дерутся. И как можно убивать своих же братьев и сестер, ведь совершенно точно, что между двойняшками с самого рождения существует связь

– Здесь ты прав, - кивнула Соня.

Гиран продолжил.

– Два брата из клана Голубого Льда оставались неразлучны. И когда они стали совсем взрослыми, одним тихим вечером, Гай признался брату в том, что умеет любить, но никак не может определить, кто его избранница. А спустя несколько лет одна из Видящих сообщила Гай, что сидя здесь, он никогда не поймет, кто его возлюбленная. Ему нужно отправиться во Второй мир, чтобы найти ее. И напоследок было добавлено, - мое личная идея, кстати, - она живет среди людей, она не человеческая женщина.

Соня чувствовала, что ее трясет от напряжения. Все кусочки головоломки раскладывались на свои места.

"Расслабься, Соня, меня не интересуют человеческие женщины", - в памяти вдруг всплыли слова Вэя.

Теперь было понятно, в чем дело.

– Очень изобретательно, - выдавила Соня.

– Я знал, что ты оценишь. Слушай дальше. Ты знаешь, что случилось с Гертом, когда он узнал, что его брат отправляется на поиски своей возлюбленной? Он признался, Соня. Сказал то, что так давно в себе хранил, и никогда ни словом, ни взглядом не выдавал себя. А тогда все барьеры рухнули, и он сказал, что любит его, своего родного брата. Гай вначале не поверил. Ему казалось, что это шутка, но тому удалось ему убедить. Не стану вдаваться в подробности, каким образом. Гай испугался и сбежал, не сказав ни слова. С тех пор братья ни разу не виделись. А прошло уже больше десяти лет. Только любовь у Гинаи не проходит так просто, как у вас, у людей.

Соня вздохнула. Интересно, все Боги больные на всю голову или ей просто такие попадаются? Девушка была воспитана людской вере, поэтому образ Бога у нее создался соответствующий. Настоящий Бог не делает ошибок, он не сможет по неосторожности сломать человека, как Этэя. И не станет забавляться со своими детьми, как с игрушками, как Гиран. Он мудр и справедлив и у него нет слабостей. А еще он непостижим для разума. Хорошее ей досталось испытание для собственной веры.

– Очень милая сказка, - прокомментировала Соня, - мне было интересно ее послушать, но я так и не узнала, зачем тебе понадобилась я?

– Тогда я спрошу еще раз: ты знаешь, что станет с тобой без твоей Богини буквально через неделю?

Соня пожала плечами.

– Поживем - увидим.

– Даже так? - брови Гирана насмешливо приподнялись.

– Без нее тебе незачем жить, правда? - спросил Канн, прижимаясь к своему Повелителю, - без нее ты чувствуешь себя пустой и покинутой, и даже то, что рядом один из твоих Драконов не может прогнать тоску. В тебе нет любви, которая может заставить жить любого Гинаи, а твоя сила воли, которой все гордятся, здесь просто не помогает. И сейчас тебе кажется, что больше нечего терять, и лучше умереть, но ты ошибаешься.

Когда Первый Паладин замолчал, его Повелитель довольно улыбался, а сама Соня хмурилась. Все, что было только что сказано, было правдой. Только вот ничего нового ей не сообщили.

– Ты забыла, что ты Невеста, Соня? - вдруг заговорил Гиран, - или что если умрут они, то ты останешься в живых в любом случае, а вот они без тебя - нет. Ты хочешь им смерти?

Соне эта обработка и агитация успела порядком надоесть. Она должна узнать, что хочет от нее "Повелитель".

– Я еще не решила. Что ты предлагаешь?

Давно было пора перейти к делу.

– Я порву вашу связь. Быстро и безболезненно. Я ведь Бог, мне это несложно. Вы станете свободными друг от друга. Ты ведь мечтала об этом.

Было дело, только сейчас Соня не была уверена, что это того стоит, но кивнула, чтобы он продолжал.

– Более того, я спасу твою жизнь. Без подпитки энергией ты долго не протянешь. Можешь сейчас считать это блефом, но уже назавтра ты убедишься в истинности моих слов. Я подключу тебя к своим каналам. Ты, конечно, больше не будешь такой сильной, но могу тебе обещать уровень Седьмого Паладина. А когда все закончится, я даже могу отправить тебя обратно на Землю. По-моему, неплохие условия, как думаешь?

Соне все это было подозрительно. Что-то он сильно расщедрился: и от Драконов освобожу и жизнь спасу, и домой отпущу. Что же он попросит взамен? И что такого может дать ему Соня? Она для него очень важна, поэтому отпускать он ее не собирается. Если даже она откажется, то вполне может быть он предпочтет ее смерть. Минутку, что-то здесь не сходится в его словах. Он говорит, что в другом мире без подпитки энергией Этеэи она, Соня, умрет через считанные дни. Соня совершенно точно знала, что ее Мерью находилась на Земле довольно продолжительное время, родила детей и благополучно вернулась домой, может быть, не целая и невредимая, но живая точно. Так чем она, Соня, отличалась от своей матери? Разве что Избранными разных миров были, вот и все. И по идее долгая разлука с Этэей ей ничем не грозит, кроме бешеной тоски и обострением суицидальных наклонностей. Так что, похоже, вешают ей лапшу на уши.

– И ты думаешь я в это поверю? - спросила Соня и озвучила свои соображения.

Гиран смеялся. Похоже, его забавляла эта ситуация.

– Ты, действительно, не промах. Быстро сообразила. Только вот мать твоя из другого теста сделана. Она не первая Избранная, которую я создавал для защиты, и ее организм доведен до совершенства. А самое главное - она независима. Сделать это было невероятно сложно, твоей Богине до такого мастерства еще несколько миллионов лет расти. Она поленилась, создавая своих Избранных. Просто взяла генетический материал Мерью, разбавила человеческой кровью и решила, что идеальный воин ей обеспечен. Только она не знала некоторых очень важных вещей. Она сделала тебя сильной, но слишком зависимой от нее.

"Да уж, непередаваемые ощущения испытываешь, когда о тебе говорят, как о каком-то подопытном. В тебя не вложили то, в тебя не вложили это. Господи, если ты есть на самом деле, и не похож на этих двоих, то пожалуйста, объясни, за что мне все это?" - взмолилась Соня.

Их разговор становился все интереснее. Сказочка про Генро и Вэя казалась детским лепетом по сравнению с этой темой.

– И ты можешь меня освободить? - уточнила девушка.

Его глаза довольно сверкнули. Он что же решил, что ее убедил?

– Могу.

– Каким образом?

– Соня, не забывай, кроме того, что ты Избранная, в тебе течет кровь чистокровных Гинаи. Я просто присоединю тебя к Мерью, как остальных, и через нее ты будешь получать необходимую тебе энергию. Только вот, боюсь, связи с Этэей оборвутся навсегда. Твоя человеческая сторона заснет навсегда. Ты станешь настоящей Гай.

Только этого ей не хватало для полного счастья. Она станет Гай, ее отлучат от Этэи, научат туманно выражаться и нелогично думать. И она больше не будет ничьей Невестой, она даже Сосудом не будет, скорее всего. Соня устало вздохнула. Этот разговор выматывал гораздо больше, чем тяжелый физический труд.

– Ты так не сказал, что ты хочешь получить взамен всего этого?

Хитрая улыбка не сползала с лица Гирана. Соня устало смотрела на него. Они уже неизвестно сколько времени разговаривают, а самого главного она так и не узнала: за каким чертом ее сюда притащили.

– Есть вещи, Соня, которые я могу получить только от Избранной Второго мира. Мне нужна жизнь, которую ты можешь дать.

Соня некоторое время молчала, переваривая информацию. Голова никак не хотела нормально работать. Она никак не могла понять смысл.

– Ребенка от меня что ли хочешь? - подозрительно спросила Соня, хмурясь.

Канн рассмеялся первым, заливисто и громко. А Соня уже успела позабыть о его присутствии, хотя тот тесно жался к своему Повелителю и не желал от него отходить. За ним последовал и местный Бог. Соня недоуменно хлопала глазами.

– Хорошо сказано! Ни за что бы до такого не додумался! - прокомментировал он.

– Повелитель, - вмешался Канн, - я вам говорил, что ваша тяга туманно выражаться до добра не доведет.

Гиран выпустил из объятий своего Дракона, сделал шаг в сторону Сони. Та, напуганная непонятными намерениями "Повелителя" попятилась, как в прошлый раз. Только на этот раз сзади Генро не оказалось, поэтому отступать можно было долго, пока не утрется в огромные черные двери зала.

– Дай тебе кое-что поясню. Ты знаешь, что Гинаи уничтожили жизнь на своей планете? - Соня кивнула, Вэй ей как-то об этом рассказывал, - так вот в тебе есть сила вернуть этот мир к жизни. Мне нужно всего лишь несколько Семян, чтобы его возродить, которые как раз есть у тебя. И если ты их отдашь добровольно, то это избавит от многих проблем тебя и меня.

Так, что еще нового сегодня она о себе узнает? Она, оказывается, ко всем своим недостаткам носит в себе какие-то непонятные Семена, способные возродить к жизни целую планету. Неслабо. Соня, конечно, знала, что стала жертвой глобальных интриг, но чтобы настолько!

– Видишь, - он развел руками, - все честно. Я не собираюсь сделать ничего злого или предосудительного, я просто снова хочу возродить планету, и вернуть своим детям небо над головой.

Вот теперь он заговорил, как Бог. Вот теперь, глядя в его глаза, Соня это отчетливо видела. Сходство с Этэей было просто поразительное. Она встречалась с ней раз и во сне, но ее неземной и непостижимый свет в глазах было не запомнить невозможно. Она была матерью всего сущего и заботилась о жизни своего мира. Гиран, оказывается, тоже. Только раньше Соня этого не видела. За смешками и высокомерием не замечала, что он и правда, настоящий Бог. И он тоже заботится о своем мире.

Соня устало вздохнула.

– А с этого начать не мог, а?

Куча ненужных слов, множество ненужных жестов и предложений. Золотые горы и все такое. Соня уж решила, что ее хотят завербовать под шумок уничтожить Землю или еще что. А оказалось все просто. Все так банально, просто и чисто. Может быть, у Гирана и есть темные помыслы, но все они меркнут по сравнению с его искренним желанием возродить эту планету. Исправить ошибки своих детей.

– Ты бы не поняла сразу, - возразил он.

Соня фыркнула.

– Психологию людей не пробовал изучать? Теперь понятно, откуда у Гай такая извращенная логика.

– А ты разве человек?

Ну да, какой же она Гомо Сапиенс? Раньше, с печатями, может и смахивала на человека, а теперь… Какая сейчас разница, какого она вида!

Соня некоторое время изучала лицо Гирана, а потом сказала:

– Если я откажусь?

– На Землю ты не вернешься в любом случае. Я попробую вытянуть из тебя Семена другим способом. Это очень сложно, но не невозможно. Своим согласием ты избавишь себя от страданий, а так же можешь избежать множества проблем. Я предлагаю тебе очень много.

Да, положение у нее хуже некуда. Ее поймали, и сделают то, для чего сюда притащили: с согласия или нет. Сбежать отсюда? Если ей осталось жить неделю, то она просто не успеет разобраться с устройством.

Если она согласится, то будет оторвана от Этэи, навсегда. Она не сможет быть больше Сосудом, а значит не сможет сражаться со Зверями. Но ведь до этого Этэя как-то справлялась. Вряд ли весь мир рухнет, если вдруг Соня потеряет свою силу. Этэя сделает вторую попытку, только это уже будет не ее, Сони, дело. Очень заманчиво избавиться от этого груза.

Только, чем больше Соня размышляла, тем сильнее ей казалось, что Гиран недоговаривает что-то очень важное.

– Есть еще что-то, - произнесла девушка, - ты не хочешь говорить. Это касается Этэи?

Бог Гинаи некоторое время раздумывал, а потом покачал головой. Совершенно искренне. Значит, дело в другом.

– Насколько сильно будет грозить опасность Земле, если я приму предложение?

– Дело не в твоем мире, Соня. Дело в тебе самой.

Брови девушки дрогнули. Надо же, есть еще что-то более шокирующее, чем она уже узнала о себе?

– Говори.

– Если после моих слов ты согласишься нам помочь, а потом попросишь умереть, мы выполним твое желание.

Господи, да что там такое? Это ее уже начинает волновать.

– Ты станешь такой, как твоя сестра.

Соня горько усмехнулась.

– Я стану разбитым Сосудом?

Гинаи кивнул.

– Семена - это часть твоей души. Отсеки кусочек, и все остальное умрет. Ты видела свою сестру. Она больше мертва, чем жива. И нет никакой возможности восстановления. Ни я, ни Этэя не сможем вам помочь.

Жизнь, в которой не будет никаких чувств и желаний. Никаких срывов, никаких эмоций, бьющих через край. Не будет щемящей нежности, когда она будет приближаться к Вэю, не будет ничего, только пустота. Наверное, это страшно.

– Я хочу подумать, - наконец произнесла Соня, - до завтра.

Гиран некоторое время раздумывал, а потом кивнул. Она устала. Ее едва ли не трясло. Ее похитили, чтобы выполнить благородную цель. На планету вновь вернется жизнь, и кто-то должен жертвовать собой, чтобы это свершилось. И этим кем-то стала Соня.

"Да, сестричка, нам не повезло с тобой. Все что нам оставили - это выбор, жить или умереть".

– Проводи ее, Канн, - сказал он, - пусть отдохнет и подумает.

Стройный Герт направился к Соне. Девушка развернулась и мелкими шагами пошла к выходу. Пол был до сих пор скользкий, и она боялась упасть. Страшно подумать, что все время разговора она провела на ногах. Или на Гинаи не принято гостей приглашать присесть? Ладно, не об этом сейчас надо думать.

Соня остановилась у самого входа, и не оборачиваясь спросила:

– Дракон ни при каких обстоятельствах не может причинить вред своей Невесте. Он будет оберегать ее до последней капли крови.

– Правильно, Соня, - послышался отдаленный голос Гирана.

– Генро знал, что меня здесь ничего хорошего не ждет. Так почему?

– Все просто. Его желание быть свободным от тебя так велико, что он согласился принимать экспериментальный препарат, который временно избавляет от некоторых проявлений связи. То, что ты наблюдала сегодня здесь, не что иное, как побочный эффект действия препарата.

Соня закусила губу. Еще одна покалеченная жизнью душа. Может быть, не чувствовать - это самый лучший выход. Когда ничего не чувствуешь, то и не страдаешь.

– Прекратите пичкать его всякой гадостью.

– Как хочешь, Соня.

Девушка посмотрела на Канна.

– Отведи меня к нему.

Взгляд в сторону своего Повелителя, а потом кивок.