— Это безнадежно, — призналась Алекс. Она попросила Джонса обучить ее игре в пятимерные шахматы, думая, что это поможет отвлечься от тревожных дум о Джейсоне и Драксе. Однако затея не удалась. Это занятие не только не избавило ее от беспокойства, но и огорчило — меньше чем за час Джонс выиграл у нее одиннадцать раз. — Похоже, что нет у меня пятимерного мышления.

— Ерунда! — ворчливо возразил Джонс. — Правила игры просты до предела. Вам просто не удается сосредоточиться.

— Вы правы, конечно, не удается, — со вздохом призналась девушка. — Как я могу сосредоточиться на этой дурацкой игре, если Джейсон с Драксом бродят неизвестно где? Как, по-вашему, я могу чувствовать себя, не зная, где они и что с ними происходит?

— Пятимерные шахматы — отнюдь не дурацкая игра, — упрямо возразил Джонс. — По моему мнению, это самая интеллектуальная игра и самый приятный способ скоротать время из всех существующих. Что же касается Джейсона и Дракса, то, если вам интересно их местонахождение, нужно лишь спросить у меня. Я могу установить связь с их коммуникаторами.

— Почему же вы мне об этом не сказали?

— Я думал, что вам это неинтересно. Вы же заявили, что вам все равно, что с ними произойдет.

— Я же не всерьез, дурак ты! Где они? Что с ними?

— Они находятся на расстоянии менее мили от нас, — ответил Джонс. — Угодили в плен к какому-то дегенеративному племени, которое привязало их электрическими проводами к крутящимся креслам. Их собираются принести в жертву одному из эзотерических религиозных культов, рекламируемых в одной из дневных телепередач.

— Принести в жертву? — воскликнула Алекс, швырнув на пол голографические шахматные фигурки. — Так почему тогда мы сидим здесь и спокойно играем в шахматы? Нужно же что-то делать!

— Поверьте мне, я пытался придумать план действий. Но наш выбор крайне ограничен. Я ведь, в конце концов, всего лишь космический корабль. Мои системы вооружения предназначены для открытого космоса. Я просто не способен действовать в ситуациях, подобных сложившейся.

— Но хотя бы что-то вы можете сделать?

— Уверен, что смогу. Мы, арктуриане, отличаемся необыкновенной сообразительностью и изобретательностью. Мне просто сейчас требуется немного поразмышлять над случившимся, только и всего.

— Вы неисправимы! — сердито заявила Алекс. — Можно хотя бы поговорить с ними?

— Вполне. Они крепко связаны, но, пока у Джейсона коммуникатор остается на руке, это возможно. Джейсон, вы меня слышите?

— Это вы, Джонс? — раздался голос Джейсона. — Я не могу сейчас с вами долго разговаривать. Нас с Драксом хотят принести в жертву, и мы пытаемся что-нибудь придумать, чтобы избежать этой участи.

— Вы там живы? — крикнула Алекс. — Они с вами ничего не сделали? Вы целы?

— Пока целы. Дракс, вы что-нибудь придумали? Удастся нам спастись или нет?

— Я пока думаю, — последовал ответ Дракса. — Сохраняйте спокойствие, друг мой! Мне доводилось выбираться из таких ситуаций, что нынешнее наше положение может показаться по сравнению с ними приятной прогулкой в летнем саду.

— Это вы во всем виноваты, Джонс, — сердито заявила Алекс. — Если бы вы отправили нам предупреждение из будущего, как вы это сделали, когда Дракс захотел пошантажировать нас, Джейсон с Драксом ни за что не допустили бы, чтобы их взяли в плен какие-то ненормальные!

— Вы плохо себе представляете то, о чем говорите! — надменно возразил Джонс. — Я не могу отправлять сообщения самому себе в прошлое. Если бы таковое благополучно дошло до адресата, я, по определению, прочитал бы его к тому времени, когда сам только собирался бы отправить его. И наоборот, если бы я попытался отправить такое сообщение, которое я не получил, то оно, возможно, и не дошло бы до меня в прошлом.

— Готова поспорить, что это какой-то парадокс, — сказала Алекс. — Как только Джейсон и Дракс окажутся вне опасности, я не пожалею времени в нем разобраться. А сейчас нам нужно срочно что-то предпринимать.

Возникла пауза, во время которой все натужно пытались придумать какой-нибудь выход. Алекс нервно покусывала губы.

— А что, если отправить послание в прошлое кому-нибудь еще? — наконец предложил Джейсон. — Какому-нибудь третьему лицу? Может быть, тем самым мы не допустим этого парадокса.

— Кому же мы его отправим?

— Любому, кто спасет нас. Возможно, нам удастся воспользоваться деньгами, которые нам дали арктуриане, чтобы нанять наемников.

— Никто в здравом уме не осмелится выступить против «Корпорации», сколько бы денег мы ни предложили, — произнес Джонс. — Это равносильно тому, чтобы подписать себе смертный приговор.

— Помнится, вы нам ничего подобного не говорили, когда уговаривали ввязаться в эту авантюру, — возмутился Джейсон. — Мы по наивности даже не подозревали обо всех подстерегающих нас опасностях. Теперь ваша очередь принимать меры.

— Я знаю, кто мог бы спасти вас, если вы собираетесь отправить послание в прошлое, — раздался голос Ноля из клетки, подвешенной высоко над полом.

— И кто же это такой? — спросила Алекс.

— Я скажу вам, если вы в обмен на это выпустите меня на свободу, — заявил Ноль. — Вы просто не представляете себе, как ужасно находиться в клетке и быть лишенным контактов с окружающим миром, занимая свой разум исключительно смехотворным фиглярством людей.

— Это исключено, — отрезал Джонс. — Если мы вас выпустим, вы ввергнете нас в опасность.

— У нас нет времени для дискуссий, — высказала свое мнение Алекс. — Скажите нам, кто этот потенциальный спаситель. Если он поможет спасти Джейсона и Дракса, я выпущу вас, Ноль.

— Тот, о ком я думаю, — ответил Ноль, — это Себастьян Дренч, признанный лидер нигилистской философии. Если кто и способен спасти ваших товарищей, то только он.

— Себастьян Дренч? — недоверчиво переспросила Алекс. — Каким же образом он сможет спасти их? Заговорит захватчиков до смерти?

— Он не просто философ, — ответил Ноль. — Он еще и самый хитроумный во всей Галактике спорщик, способный в споре одолеть любого. За долгие годы я собрал огромную коллекцию из более чем пятнадцати тысяч газетных вырезок, повествующих о его сверхъестественной способности подрывать мировоззрение тех, с кем он встречается, при помощи всего лишь нескольких удачно подобранных слов. Например, судьи Малого Гарглона как-то вызвали его в суд за то, что он не оплатил парковку. Себастьян открыто признал, что припарковался совершенно незаконно, однако так красноречиво объяснил, что оспариваемые законы настолько мелочны и злонамеренны, что судьи не только отпустили его на свободу, но и вынесли решение, что служащий, выписавший Себастьяну штраф, — опасный для окружающих безумец, которого следует изолировать от общества во избежание возможных неприятностей, а сами судьи подали в отставку, посвятив остаток своей жизни абсолютно тщетной кампании по отмене всех существующих дорожно-транспортных законов. Так что поверьте мне — для Себастьяна Дренча будет сущим пустяком убедить этих фанатиков, что принесение Джейсона и Дракса в жертву никоим образом не поможет им решить свои проблемы.

— А что станет с Джейсоном и Драксом? — спросила Алекс. — Этот ваш Дренч не подорвет заодно с этим и их мировоззрение? Кроме того, с какой это стати он возьмется их спасать? Если судить по вашим словам, он верит в тщетность всего сущего. Так что он явно не из числа тех, кто готов взяться за опасное, рискованное дело!

— Это — единственный недостаток моего блестящего и практически безотказного плана, — согласился Ноль. — Но если мы объясним ему, что «Универсальная торговая корпорация» замышляет уничтожение вселенной и замену ее искусственно созданным субститутом, то одного этого может оказаться достаточно, чтобы возбудить его любопытство. Ведь, в конце концов, не совсем ясно, каким образом проект «Корпорации» может сказаться на его собственном нигилистическом учении. Должен ли он считаться смелым и достойным всяческих похвал ответом на бессмысленность существования или же фундаментально неверной попыткой найти технологическое решение экзистенциальной проблемы? Дренч вряд ли отставит без внимания столь грандиозный вопрос.

— Никогда в жизни не слыхала столь глупых идей, — заявила Алекс. — Даже если нам и удастся найти Себастьяна и даже если он согласится прилететь на Милитарн, то он, как мне кажется, скорее встанет на сторону «Корпорации», чем поможет нам вступить с ней в единоборство!

— Но откуда вы можете знать, как он поступит? — возразил Ноль. — Кроме того, разве у вас есть другие предложения?

— Вся эта проблема носит чисто академический характер, — вмешался в разговор Джонс. — Отправить послание в прошлое — дело достаточно сложное. Я, например, не могу для этого просто взять и поднять телефонную трубку. Нам придется в самом что ни на есть физическом смысле отправиться в путешествие в прошлое, а мне для этого потребуется еще несколько дней, поскольку необходимо завершить мой ремонт. Если мы через пару минут не сделаем ничего, то Джейсона и Дракса превратят в жертвенных агнцев. Когда их лишат жизни, то никакие путешествия во времени не спасут их от смерти!

— Но вам нет необходимости отправляться на поиски Себастьяна прямо сейчас, сию же минуту! — возбужденно произнес Ноль. — Вам нужно лишь принять решение о том, что вы это сделаете когда-нибудь в будущем. Как Джен Стельч со своей машиной времени.

— Возможно, вы правы, Ноль, — начал Джонс. — По крайней мере теоретически. Но лично мне все это представляется безнадежным делом. Однако я надеюсь, что мы все-таки придумаем что-нибудь получше.

— Сколько у нас остается времени? — спросила Алекс.

— Немного, — ответил Джейсон. — Кажется, к нам уже приближается их жрец!

И действительно, один из обитателей Клатада отдалился от немногочисленной группки своих соотечественников, стоявших у костра, и приближался к пленникам, сжимая в клешне зловещего вида осколок стекла.

— Вызываем Дренча! — вскрикнула Алекс. — Похоже, у нас нет другого выхода!

— Хорошо, — ответил Джонс. — Я окончательно нацеливаю все свои системы на возвращение в прошлое для поиска Себастьяна Дренча, прославленного гуру нигилизма и проповедника модного ныне отчаяния. Я делаю это… сейчас.

— Похоже, что ничего не произошло, — послышался голос Джейсона, в котором слышалась нескрываемая паника.

— Вы совершаете огромную ошибку, — обратился Дракс к жрецу, который в тот момент пробовал остроту стекла о какой-то обломок дерева. — Вы имеете дело не с кем-нибудь, а со знаменитой личностью! Я — Дракс Уорфорд, легендарный возмутитель спокойствия, виртуоз хаоса и разрушитель миров. Если вы рассердите меня, то навлечете на себя крупные неприятности!

— Замолчи! — прикрикнул на него жрец, подходя поближе. Вскоре его сморщенное кожистое лицо нависло над Драксом на расстоянии нескольких дюймов. — У меня хватает своих проблем, и я не хочу выслушивать твои жалобы, — добавил он, прошептав эти слова так тихо, что его мог расслышать только Дракс. — Я предложил жертвоприношение только для того, чтобы внести хотя бы какое-то разнообразие в наши еженедельные ритуалы. До сих пор мы только сжигали на алтаре всякую мелочь — немного пищи или благовоний. А теперь нам подвернулись вы. Вы себе представляете, как безумно трудно будет вспороть вам животы и выпустить наружу кишки, используя лишь осколок стекла?

— Мне не хотелось бы создавать вам трудности, — отозвался Дракс. — Не стесняйтесь нас отпустить, если так вам проще.

— Ничего, все пройдет отлично, — ответил жрец, указывая в сторону толпы своих соплеменников. Все тридцать с лишним клатадцев теперь собрались вокруг него в ожидании начала церемонии. — Для них это самое увлекательное событие за последние несколько лет. Но не они перемажутся кровавой жижей, с трудом выдирая ваши еще бьющиеся сердца из обломков ребер. Сколько же на свете любителей ездить в рай на чужом горбу!

С этими словами инопланетянин-жрец отступил в сторону и повернулся лицом к шевелящейся, нетерпеливо ждущей начала толпе:

— Да свершится жертвоприношение! — крикнул он, размахивая своим импровизированным кинжалом настолько яростно, насколько ему позволяло его анатомическое строение.

— Стойте! — неожиданно прозвенел чей-то голос. Возле круга света от костра возникла человеческая фигура. Незнакомец был очень высок — почти восьми футов роста — и болезненно худ. У него были выпученные глаза и кожа бледно-зеленоватого оттенка. — Мое имя — Себастьян Дренч, и я прибыл к вам с вестью.

— Как ты осмелился прервать наш ритуал? — злобно прошипел жрец. — Ты дорого заплатишь за это кощунство. Ты сам будешь умолять меня о смерти, но наступит она не скоро!

— Причина, по которой я сюда послан, — продолжал Себастьян, совершенно не обращая внимания на жреца, — в том, что боги очень разгневаны на вас. Вы позволили увлечь себя речами мнимого пророка из дневной телепрограммы и культом каких-то забавных овощей! Вы должны отречься от этих кощунственных заблуждений и начать новую жизнь. Честную, богобоязненную жизнь, основанную на молитвах, упорном труде и суровом подавлении сексуальности во всех ее проявлениях. Вы поняли меня?

— Он понимает, какую игру затевает? — крикнул Дракс Джейсону, пытаясь перекричать хор оскорблений, которыми были встречены слова Дренча. — Надеюсь, он придумал что-то еще, помимо этих увещеваний, потому что если его убьют, нам от этого будет мало пользы.

— Постойте, кажется, что-то происходит, — с сомнением в голосе ответил Джейсон. Клатадцы постепенно прекратили крики и замолчали, вопрошающе глядя на Себастьяна. Даже жрец уронил осколок стекла и пребывал в явной растерянности.

— Вы меня поняли? — спросил Себастьян, на этот раз более громко.

— Говори нам еще, Себастьян Дренч! — крикнул кто-то из толпы. Затем его слова подхватили и остальные: — Говори нам еще! Говори нам еще!

— Отлично, — удовлетворенно произнес гуру нигилизма, и толпа замолчала. — Вот первое, что вы должны сделать: искупить свое безобразное обращение с этими двумя путешественниками. Развяжите их и окажите им любую помощь в дальнейшем их путешествии. Вы меня поняли?

— Мы поняли! — раздался в ответ целый хор голосов, из которых исчезла всякая неуверенность, оставив место лишь послушанию новоявленному пророку. — Развязать незнакомцев! Развязать незнакомцев!