МОСКВА

Дворец на Яузе. Около восьми часов утра перед дворцом медленно прохаживались два человека. Один из них был Прохоров, второй – Малхаз. Они разговаривали настолько тихо, что слышать могли только они сами и никто другой.

Наверху, возле стенда с афишами стоял Касым. Он зорко следил за всем, что происходило в непосредственной близости от дворца.

– Так ты решил заняться делами брата? – спрашивал Прохоров Малхаза. В голос его слышалось откровенное сомнение. – Потянешь ли? Дело то непростое.

– Я в курсе всех дел, – отвечал на это Малхаз, – Ираклий от меня ничего не скрывал. В Грузии и Азербайджане, я контролировал поставки. Там осечки не будет.

– А Россия? У нас всё идёт через Ростов. А там сидит Мазур. Он тебя не пропустит.

– Подвинем! – уверенно ответил на это Малхаз.

– Ну вот, когда подвинешь тогда и поговорим о твоей доле. Пока только процент за транзит до Российских границ.

Не прощаясь, Прохоров повернулся и быстро зашагал к припаркованному на тротуаре автомобилю. Как только Прохоров уехал, к Малхазу подошёл Касым. После смерти Ираклия, он стал работать вместе с Малхазом. И последний щедро оплачивал его труды.

– Надо Алика подтягивать, – сказал Касыму – Малхаз. – Если даст добро – мы быстро завалим Мазура.

– Встреча в час, на теплоходе. С Аликом и Хромой будет. У него свои счёты.

Касым почернел говоря эти слова. Он никак не мог забыть, что его провёл какой-то мальчишка и под самым носом убил человека, которого он охранял.

– Поехали! – скомандовал Малхаз.

Ровно в час дня, прогулочный теплоход под названием «Ярославль», медленно отошёл от причала и поплыл по Москве-реке. Палубы теплохода выглядели пустыми. За исключением команды никого не было заметно. Вся основная группа «отдыхающих» собралась в банкетном зале.

Алик «Македонский», который негласно считался одним из крёстных отцов преступного мира, сидел в самом центре стола. Это был мужчина лет пятидесяти с продолговатым лицом и стеклянным взглядом, полный, невысокого роста и очень смуглый. Справа от него сидел Вася Хромой. Он представлял полную противоположность Алику «Македонскому». Светлый, с голубыми глазами и живым взглядом. Кличку свою он получил после того, как выстрелом из карабина ему раздробили коленную чашку на левой ноге. После этого случая он остался хромым на всю свою жизнь.

Малхаз и Касым тоже сидели за столом. Все четверо основательно поели и немного выпили, прежде чем приступить к разговору, который и стал причиной встречи.

– Я обдумал твоё предложение, Малхаз, – лениво начал разговор Алик «Македонский». Торговля фруктами – дело беспонтовое и барыжное. Я не буду людей напрягать в Ростове. Но у меня и вопросов не будет если сами вопрос решите. И закроем тему. Есть дела серьёзнее.

– А что по поводу Стрелы? – спросил у него Малхаз. – Он моего брата убил.

– Твой брат был неправ. На сходке решил не трогать Стрелу. Ты хочешь перебить сходку?

– Нет! – быстро ответил Малхаз. Хотя Алик «Македонский» и говорил спокойно, он не мог не почувствовать угрозу в его словах.

– Тогда к чему базар?

– Стрела и вам мешает!

– Кто нам мешает, мы сами решим Малхаз. Ты меня попросил о встрече. Я согласился. Ты мне задал вопрос – я ответил. Если есть что сказать – говори.

– Мы выйдем! Поговорить надо с Касымом, обдумать твои слова.

Алик «Македонский» поднял руки как бы говоря, что они могут чувствовать себя как дома. После того ка Малхаз с Касымом вышли, Хромой негромко заметил:

– Зря ты отказался. Бабки хорошие предлагали за эти фрукты.

– Слишком хорошие, – Алик «Македонский» криво усмехнулся, – фрукты того не стоят. За эти деньги можно эти фуры на Северный полюс доставить, а не только через Ростовскую область прогнать.

– В чём понт? – удивлённо спросил Хромой.

– Ираклий наркоту гнал. Малхаз по ходу, решил бизнес брата загрести, а заодно и нас подставить.

– Гнида! Вальнём? – Хромой бросил вопросительный взгляд на Алика «Македонского». Тот отрицательно покачал головой.

– Нет! Серьёзные люди этой темой занимаются. Если он пришёл ко мне – значит у него есть добро от них. Им всем Мазур мешает. Если мы в теме – значит проблемы с Мазуром. Если б Малхаз предложил долю с наркоты – другой вопрос.

– А чего не скажешь?

– Сам пусть подумает. Для этого он и вышел. Я ему дал понять, что к чему.

Алик «Македонский» пригубил немного вина и закусил бутербродом с икрой.

– Ладно. А почему Стрелу нельзя вальнуть? – с откровенным недовольством спросил Хромой. – Я бы его уже уделал. А сейчас и делать ничего не придётся. Даём зелёный свет, и Малхаз сам его уберёт.

Алик «Македонский» коротко засмеялся.

– Стрелу никто не тронет. Он за один месяц больше сделает, чем все вы вместе взятые за год. Этот парень как бездонная бочка с золотом. Можешь брать сколько захочешь.

– Он не прогнётся под тебя. Я разговаривал с ним. Этот ни под кем ни прогнётся.

– Все гнутся. Надо только знать, куда нажимать, – философски заметил Алик «Македонский». – Я с ним сам поговорю, когда время придёт. А ты лучше подумай о том, как человечка к нему поближе подкинуть. Надо его на крючок взять. Если дёргаться начнёт, прихлопнем и все дела.

– Слухи идут, он братву набирает!

– Тоньше работать надо, Хромой. Подложи лучше бомбу ему под машину, а рядом оставь человечка, который вовремя его предупредит. Если ему жизнь спасут, он этого не забудет и приблизит к себе нашего паренька.

– Понял всё. Сделаю как надо. У меня есть на примете один… – Хромой не договорил. Вошли Малхаз и Касым. Они заняли прежние места, после чего Малхаз обратился к Алику «Македонскому» с вопросом.

– А если заниматься надо не фруктами, а…наркотой?

– Правильный вопрос! – Алик Македонский одобрительно закивал. – И тема другая. Стоящая.

– Всё что моё – поделим пополам, – предложил Малхаз. – Я контролирую поставки до входа в Россию. Ты – принимаешь товар и гарантируешь доставку до Бреста. Что дальше будет, нас не касается. Там другие люди подключаться.

– Твоё здоровье, Малхаз! – Алик Македонский поднял бокал с вином и залпом осушил его. Остальные трое последовали его примеру.

– Как насчёт Стрелы? – вытирая губы, спросил Малхаз.

– Посмотрим, как тема пойдёт, а там решим. Если надо соберём ещё один сходняк.

– Хорошо. Я подожду!

Малхаз понял, что сейчас он большего не добьётся.