Кинами привольно храпел на своём специально оборудованном ложе из кресел.

В три часа дня пришёл сигнальный экземпляр вечернего выпуска. Газету хотели положить у изголовья Кинами, но от шелеста страниц он проснулся. Подобно тому, как прежде воин просыпался под звон мечей, нынешний журналист просыпается от шуршания газеты.

Кинами зевнул и развернул выпуск. Прежде всего он проверил, не напечатали ли важных статей другие репортёры. Только после этого он, уже как читатель, принимался неторопливо знакомиться с материалом.

И на этот раз Кинами кинул беглый взгляд на полосу.

«Несчастный случай с фотографом в Японских Альпах» ,

— гласил заголовок.

Кинами протёр глаза и впился в текст.

«Фотограф Тасиро Рискэ, тридцати двух лет, живущий в Токио, пятнадцатого апреля отправился в префектуру Нагано на съёмки. Шестнадцатого утром у перевала Оохира близ Кисо он упал с десятиметровой кручи. Его обнаружили жители близлежащего посёлка. Он отделался ранами на шее. По заявлению господина Тасиро, его сбросили с обрыва на строительной площадке «Компании по освоению ресурсов…». Полиция Иида ведёт расследование».

Имя Тасиро Рискэ и название «Компания по освоению…».

Вскочив со своего ложа, Кинами окликнул молодого журналиста:

— Ты знаешь Тасиро Рискэ?

— Это фотограф? Знаю, но встречаться не довелось. А что с ним случилось?

Он ещё не читал вечерний выпуск.

— Да так, ничего. А ты случайно не знаешь, кто бы мог быть его близким другом?

— Это Хисано. Хисано Сёити. Такой же недавно выдвинувшийся фотограф. Они из одной группы.

Кинами уставился в одну точку на потолке. Вдруг он вскочил как ошпаренный.

— Послушай, у нас есть телефонный справочник? — возбуждённо спросил он.

Получив его, Кинами нашёл нужный номер и позвонил.

— Это дом господина Хисано? — спросил он тихо, чтобы не услышали в других редакциях. — Говорит Кинами из газеты Р. Мне нужно навести кое-какие справки. Если муж дома, не могли бы вы позвать его к телефону?

— К сожалению, муж со вчерашнего вечера в командировке.

— Когда же он вернётся?

— Он поехал по работе в префектуру Яманаси. Собирался дней на пять-шесть. А у вас какое-то дело?

— Да, — Кинами колебался, — простите, я говорю с женой господина Хисано?

— Вы правы.

— Тогда позвольте вас спросить. Среди друзей вашего мужа есть господин по имени Тасиро?

— Да. Я его хорошо знаю. Это приятель мужа.

— Вы знаете, что он сейчас в Синано?

— Да, знаю. Муж, прежде чем отправиться в Яманаси, тоже поехал с Тасиро-сан.

— Как? Они отправились вместе?

— Да. Сказал, что они оба будут там что-то фотографировать. Они отправились дня три назад. Что касается мужа, то он из-за работы должен был уехать, а Тасиро-сан ещё остался.

— Ах вот как… — Кинами размышлял. — А что, они отправились туда только ради съёмок?

— Что вы имеете в виду? — недоуменно спросила она.

— Ну, не собирались ли они делать что-нибудь ещё кроме фотографирования?

— Хм. — Жена, видимо, была в нерешительности. — Я хорошенько не знаю, но, видимо, у мужа была какая-то цель.

— А вы не знаете, что это за цель? — Голос Кинами стал напористым.

— Нет, я хорошенько не знаю. — Она колебалась.

Кинами почувствовал, что она что-то знает. Почти шёпотом он спросил:

— Конечно, это не телефонный разговор, но не связана ли эта поездка с преступлением?

— Да, он что-то упоминал об этом.

Всё-таки по телефону как следует не поговоришь.

— Это имеет отношение к крупному происшествию, о котором сейчас шумят газеты?

— Ну как вам сказать…

Кинами был твёрдо уверен, что это связано с исчезновением Ямакава Рёхэй. Перед его мысленным взором маячил пансионат «Компании по освоению…». В газетной статье было сказано, что Тасиро сброшен с обрыва на строительной площадке той же «Компании по освоению…». Кинами почувствовал, что название компании фигурирует здесь не случайно.

Телефонный разговор не удовлетворил его — надо было встретиться лично.

— Извините за беспокойство, — продолжил он беседу. — Вы не позволите заехать к вам хотя бы ненадолго?

— Да, как вам будет угодно.

— Ну что ж, тогда отложим разговор.

Кинами бросил трубку и достал сигарету.

— Ямада-кун, — позвал он одного из молодых журналистов. — Я выйду на часок. Если что произойдёт, свяжитесь со мной по этому телефону. — И он передал бумажку с номером Хисано.

Дорога на машине до Сэтагая заняла тридцать минут. По пути Кинами купил маленькие подарки. Когда он позвонил, жена Хисано сразу же вышла к нему.

— Меня зовут Кинами. Я недавно разговаривал с вами по телефону.

Лицо у неё было немножко обеспокоенное.

— А-а, пожалуйста.

Кинами прошёл в гостиную. Комната была увешана произведениями хозяина дома.

Кинами достал из кармана сложенный номер газеты.

— Я не говорил вам об этом по телефону, но Тасиро-кун, приятель вашего мужа, попал в беду в горах Синано. Вы знаете об этом?

— Что? Правда ли это? — испуганно спросила она.

— Вот, посмотрите. — Кинами дал ей газету. То, что касалось Тасиро, было подчёркнуто красными чернилами.

Жена Хисано читала затаив дыхание.

— Ох! — Она ошеломлённо посмотрела на Кинами.

— Я позвонил вам, потому что прочитал эту статью. И когда я, услышал, что ваш муж отправился вместе с Тасиро, то решил прийти, чтобы узнать об этом поподробнее.

— Муж действительно отправился вместе с Тасиро-сан именно в то место, которое указано в статье. — Женщина наконец немного пришла в себя. — Муж сказал, что уедет из Синано пораньше. Я и предположить не могла, что, оставшись один, Тасиро попадёт в такую беду.

— Вот об этом я и хочу вас расспросить. Скажите, а какая у них была цель помимо фотографирования? Может, я спрашиваю лишнее, но кое-что вызывает у меня беспокойство. Не могли бы вы рассказать, что вам известно?

— Да, речь идёт вот о чём. — Жена Хисано немного потупилась. — Муж проявляет интерес к одному происшествию и настойчиво занимается розысками.

Глаза Кинами заблестели.

— А что это за происшествие?

Женщина колебалась. Она не решалась рассказывать об этом Кинами, которого видела в первый раз.

— Как вы знаете, я сотрудник отдела социальной жизни редакции газеты Р. Но, чтобы не причинять вам осложнений, я ничего не буду писать об этом. Так что я прошу вас непременно рассказать мне всё, что вы знаете.

Кинами говорил с жаром, и жена Хисано наконец решилась и рассказала ему о розысках мужа, связанных с убийством хозяйки бара, а затем водителя такси, который видел её в машине на пустыре.

Кинами торопливо сел в поджидавшую его машину.

— Теперь в полицейское управление? — обернулся к нему водитель.

— Нет, поехали в редакцию.

Место было узкое, машина развернуться не могла, и они поехали прямо. Кончился ряд домов, и слева открылся широкий луг.

— Смотри-ка, здесь ещё остались хорошие места, — пробормотал Кинами, глядя в окно.

Не оборачиваясь, водитель ответил:

— Это расточительство — не застроить такое место.

Машина заехала на луг и развернулась.

— Останови-ка, — приказал Кинами.

— Что такое? — Водитель нажал на тормоз.

— Смотри-ка, видишь там — раскидистая дзельква? Кинами уставился на дерево, растущее у дороги.

Он вспомнил рассказ жены Хисано. Очевидно, именно в тени этого дерева видел водитель такси хозяйку бара, сидевшую в машине.

— Ну хорошо, поехали, — приказал Кинами.

— Кинами-сан, не хотите ли вы купить участок и построить дом? Здесь на холме тихо и спокойно.

— Не шути. Где мне взять деньги? Я весь в долгах.

Тем временем, покружив по торговому кварталу, машина подъехала к редакции. Кинами сразу же направился в отдел социальной жизни.

— Ну, что ещё? — завидя его, воскликнул начальник отдела Тории.

— Надо посоветоваться.

Кинами был опытный журналист. Опытный, но не преуспевающий. И всё это из-за его выходок. Он без обиняков высказывался даже о сильных мира сего. Некоторые любили его за это, но были и враги. В то время как его сверстники уже дослужились до начальнических постов, Кинами всё ещё был на вторых ролях. Нынешний начальник отдела тоже был из его однокашников.

— У меня к тебе интересный разговор.

— Вот как? — Начальник предложил Кинами сигарету.

— Не позволишь ли ты мне немного утереть нос полицейскому управлению?

— Что? — Зная характер Кинами, начальник криво усмехнулся. — Это ещё зачем?

— Освободи меня ненадолго от дел. Хочу покопаться в истории с похищением Якамава Рёхэй.

— Заводной ты парень! — засмеялся Тории. — Надо ли поручать это дело такому заводному, как ты?

— Я хочу попытаться, — настаивал Кинами.

— Ну и насколько освободить тебя от дел? Тебя будет не хватать в полицейском управлении.

— Ну уж не скажи, — ответил Кинами. — А вообще-то я потрепыхаюсь немножко — и назад.

— Договорились. Поскольку это всё-таки дело Якамава, мне легко будет уговорить начальство. Что ж, погуляй месяца два.

— Идёт. А теперь срочно позаботься о моём преемнике. — Кинами подошёл к телефону. — Немедленно соедините меня с корпунктом в Иида.

— Зачем тебе Иида? — удивился Тории.

— Да так, есть одно соображение. — Кинами не хотелось пускаться в объяснения.

Начальник, зная замашки Кинами, не стал больше расспрашивать. Он принялся обсуждать со своим заместителем кандидатуру на замещение должности представителя при полицейском управлении. Кинами делал вид, что это его не касается.

Зазвонил телефон. Кинами моментально снял трубку.

— Алло, алло. Это корпункт в Иида? Как зовут вашего заведующего?

На том конце провода назвали фамилию.

— Да, да. Я бы хотел поговорить с Куросаки-кун. Это звонят из отдела социальной жизни главной редакции:

Куросаки подошёл к телефону.

— Говорит Кинами из отдела социальной жизни. Мы получили известие, что у вас там ранен фотограф по имени Тасиро Рискэ. Как сейчас обстоят дела? В самом деле? Ну и как он? Сильно ранен? Значит, ходить он может? — удостоверился Кинами и спросил, как называется больница, в которой лежит Тасиро.

Положив телефонную трубку, Кинами какое-то время размышлял. Затем он подошёл к Тории и тихо сказал:

— Слушай, дай ордер на двести тысяч иен.

— Зачем тебе эти деньги?

— На поездку, — стал сочинять Кинами. — Решил немного прокатиться, а без двухсот тысяч иен далеко не уедешь.

Даже начальник отдела не мог получить такую сумму, не объясняя, на что она пойдёт.

— Ну расскажи хотя бы в общих чертах.

— Сегодня не могу сказать. Во-первых, я ещё ничего не задумал. Если ты не можешь дать под видом оплаты сбора материала для сюжета, оформи как аванс. — Кинами засмеялся, обнажив гнилые зубы.

— Но, старик, — начальник робко посмотрел на Кинами, — ведь это связано с делом Ямакава Рёхэй?

— На сегодняшний день — да. Но что получится в результате — не знаю. Так что я не хотел бы упоминать это в качестве предлога.

Делать было нечего. Начальник написал ордер и приложил личную печатку.

— Спасибо. — Кинами взял ордер и фланирующей походкой вышел из кабинета.

Ранним утренним поездом Кинами выехал с вокзала Синдзюку. После ежедневного торчания в мрачном клубе журналистов при полицейском управлении короткое путешествие — это глоток свежего воздуха.

Поезд проехал Кофу и приближался к границам Синано. За окном разворачивались отлогие склоны Яцугатакэ, возвышающейся в синем небе. Будучи студентом, Кинами восходил на эту вершину и почти с небес увидел страну своих предков. Поезд стал пробиваться через горы и остановился в Тацуно.

Кинами ступил на перрон в каком-то беззаботном настроении. Он даже насвистывал что-то. Короче, ничего общего с тем Кинами, который валялся на ложе из кресел в похожей на нору комнате при клубе журналистов.

Подошла электричка на Иида.

Справа за окном виднелись отроги Центральных Японских Альп, покрытые буйной зеленью. Солнце стояло в зените. Сойдя на станции Иида, Кинами почувствовал себя усталым. Сказались неслыханно ранний для него подъём и шестичасовая поездка.

Выйдя со станции, Кинами направился в больницу. Дорога не заняла и двадцати минут. Кинами остановился у проходной, назвал имя Тасиро, и одна из медсестёр проводила его к фотографу.

Больница была маленькая. Войдя в комнату, Кинами увидел, что Тасиро сидит на стуле и читает газету. Увидев Кинами, Тасиро от удивления встал. Разумеется, он не ждал такого гостя.

Кинами усмехнулся:

— Ну как ты себя чувствуешь?

— А как ты здесь оказался?

— В газете прочитал. Угораздило же тебя!..

— Да, — ответил Тасиро неуверенно.

«Зачем приехал Кинами? Вряд ли только для того, чтобы навестить меня».

— В газетах сказано, что тебя кто-то сбросил с обрыва?

— Да, это так.

— Там пишут, что это случилось на строительной площадке «Компании по освоению…». Это правда?

— Правда.

Услышав этот ответ, Кинами перешёл на официальный тон:

— Тасиро-сан, вы что-нибудь знаете?

Тасиро испугался:

— О чём?

— Ну, зачем вы приехали в Синано?

— Я приехал в Синано только за тем, чтобы пофотографировать вместе с приятелем, его зовут Хисано.

— Только за этим? — Кинами слегка улыбнулся. — А может, чтобы найти строительную площадку «Компании по освоению…»?

— Это ещё зачем? — удивился Тасиро. То, что говорил Кинами, было неожиданным для него.

— Не стоит скрывать. Я тоже хочу немножко покопаться в этом деле. Поэтому я и приехал сюда. Лучше бы ты откровенно мне всё рассказал.

Тасиро не мог взять в толк, о чём это говорит Кинами. Вряд ли он примчался в связи с убийством хозяйки. Это происшествие не было столь уж важным событием. Не стал бы он приезжать из Токио по пустякам.

Кинами курил и наблюдал за выражением лица Тасиро. Он видел, что Тасиро не откровенен с ним.

— Ты приехал сюда в связи с тем крупным происшествием, о котором сейчас столько шумят?

Тасиро не считал убийство хозяйки «Эльмы» столь крупным событием. Не так уж много о нём шумели.

— Тасиро-кун, — продолжал Кинами, — не стоит скрывать. Разве не ты попал в беду на строительной площадке «Компании по освоению…»?

Тасиро не мог понять, какая связь между «Компанией по освоению…» и тем, что говорит Кинами. Вероятно, приезд Кинами как-то связан с этой фирмой.

— Что касается «Компании по освоению…», то её название я впервые услышал, когда приехал сюда. А что вы думаете об этом, Кинами-сан?

— Ты и вправду впервые услышал название фирмы, лишь приехав сюда? — Кинами понял, что ошибался насчёт Тасиро.

— Да. Я прогуливался с Хисано в горах и случайно увидел табличку на строительной площадке. Название фирмы мне совершенно ничего не говорило.

— Ты знаешь, кто и почему сбросил тебя?

— Понятия не имею. Я только знаю, что меня вдруг со страшной силой столкнули с ночной дороги, а о том, что это произошло на строительной площадке «Компании по освоению…», мне сказали потом, в больнице. А что, Кинами-сан полагает, что между «Компанией по освоению…» и случившимся со мной есть какая-то связь? Ведь я понимаю, что раз вы сюда специально приехали, значит, это имеет отношение к какому-то крупному событию. В чём же, собственно, дело?

Теперь Тасиро насел на Кинами. Выслушав вопрос Тасиро и убедившись, что тот действительно ничего не знает, Кинами немного успокоился.

— Скажи, Рйскэ, ты ведь знаешь о происшествии с Ямакава Рёхэй?

— Знаю, читал в газетах, — равнодушно ответил Тасиро.

— Ужасное происшествие, — вздохнул Кинами. — Полиция склоняется к тому, что он погиб. Мы, газетчики, тоже считаем, что Ямакава обречён, но нить пока не нащупали.

По лицу Тасиро было ясно, что он не понимает, зачем Кинами ему это рассказывает.

— Тасиро-кун, ты как-то ездил в полицейское управление Кунитати?

— Ездил. Я ведь отдал тебе фотографии, которые там сделал.

— Да, я взял их потому, что на них был сотрудник полиции Кусакабэ. Эти фотографии сослужили мне большую службу.

— Ну и хорошо.

— Послушай-ка, Тасиро-кун, а какое это имеет к тебе отношение?

Кинами настойчиво доискивался, что известно Тасиро, а что нет. Тасиро же считал, что Кинами приехал потому, что ему удалось заполучить новые сведения. Так что они оба продолжали разговор, прощупывая друг друга.

— Однако, Тасиро-кун, я думаю, что наши поиски каким-то образом взаимосвязаны. — Сохраняя лишь внешнее спокойствие, Кинами попыхивал сигаретой. — Линия, которую прослеживаешь ты, и линия, которую прослеживаю я, сходятся в какой-то одной точке. И я приехал сюда, чтобы эту точку обнаружить. Почему же ты не расскажешь мне всё?

Мало-помалу Тасиро стали ясны намерения Кинами. Он ведёт розыск в связи с исчезновением Ямакава Рёхэй. Тасиро распутывает дело хозяйки бара «Эльма». Оба эти дела, как говорит Кинами, где-то пересекаются. Скорее всего, исчезновение Ямакава и убийство Хидэко — одно дело. Возможно, и странные происшествия на озёрах тоже с этим связаны.

Тасиро рассказал Кинами почти всё. Умолчал он только о загадочной женщине, всё время встречающейся на его пути. Тасиро опасался, что газетчик развенчает романтический образ, созданный в его воображении. А ему очень не хотелось этого: всё-таки она ещё занимала место в сердце молодого человека.

Кинами был настолько захвачен рассказом, что даже не заметил, что у него потухла сигарета. Достав блокнот, он время от времени делал пометки. Особенно заинтересовала его история с багажом. Он тщательно записал всё о размерах багажа, его весе и упаковке.

— Было написано, что это сырьё для изготовления мыла? Что бы это значило? — пробормотал Кинами, обращаясь то ли к Тасиро, то ли к самому себе. — Вероятно, это какой-то камуфляж. Если бы это было сырьё, оно бы не весило столько.

Тасиро рассказал, что его приятель химик Сугихара обнаружил, что это парафин.

— Вот как! Парафин ведь ещё легче мыла. Значит, можно предположить, что внутри этого парафина было что-то очень тяжёлое. Да, это действительно интересное дело. — Кинами даже присвистнул.

Случается, что человек, рассказывая о каких-то своих мыслях и соображениях, вдруг выясняет что-то и для себя самого. Именно так произошло с Тасиро. Он чуть не ахнул от того, что ему открылось, но Кинами он об этом не рассказал.

— В общем, я всё понял. Спасибо, — удовлетворённо сказал Кинами. — И наконец, последнее. Как ты думаешь, тебя умышленно столкнули?

— Точно не знаю. Но вряд ли это случайное происшествие.

Кинами энергично поднялся:

— Большое тебе за всё спасибо. Ты, наверное, уже выписываешься? Когда?

— Думаю завтра отсюда выйти, ведь серьёзных ранений нет, — ответил Тасиро с улыбкой.

— Ну и отлично, увидимся в Токио. Береги себя.

Тасиро проводил Кинами до вестибюля. Неожиданно из проходной послышался пронзительный голос медсестры:

— Тасиро-сан, вам звонят…

— Спасибо. А кто это? — спросил Тасиро, подбегая к телефону.

— Сказали, что какой-то Хисано-сан…

Тасиро схватил трубку:

— Алло, алло…

Ответа не было.

— Алло, алло. Может, связь прервалась? Это точно был Хисано из Токио?

— Да, он так сказал. А телефонистка сказала, что звонок из Токио. Ошибки быть не может.

Тасиро был недоволен. Наверняка Хисано позвонил, потому что узнал о ранении Тасиро. Но странно, что звонок был из Токио.

По словам жены Хисано, из Иида он должен был сразу отправиться в префектуру Яманаси и не возвращаться в Токио ещё четыре-пять дней. Почему же он звонил из Токио?

К вечеру Кинами вернулся в Токио. Выйдя со станции Синдзюку, он сразу же зашёл в телефонную будку.

— Алло, это дом Ёсии-сэнсэй? Говорит Кинами из газеты Р. Сэнсэй дома?

Женский голос попросил немного подождать.

— А-а, Кинами-кун, — раздалось в трубке.

— Это вы, сэнсэй? Извините, что пропал надолго.

— Да о чём вы! Ну, что там у вас?

Доктор Ёсии был профессором судебной медицины. Время от времени он делал вскрытия погибших, которых доставляли в полицейское управление. Поэтому Кинами хорошо знал его. Когда случалось какое-то происшествие и возникали проблемы с экспертизой трупа, Кинами отправлялся к доктору за консультацией. И сейчас доктор спросил: «Ну, что там у вас?» — зная, что по пустякам в девять часов вечера Кинами не будет его беспокоить.

— Хочу, чтобы вы мне кое-что объяснили. Я хотел бы сейчас навестить вас. Но боюсь, уже поздно?

— Это не имеет значения. Наверное, трудное дело?

— Да, пожалуй. Расскажу, когда приеду.

Дом доктора Ёсии находился в Симо-Отиаи, в глубине тихого квартала частных особняков. Хотя его и величали профессором, доходы Ёсии были скромными. И дом потому был простой, как у обыкновенного служащего.

Дверь открыла жена доктора.

— Извините, что врываюсь к вам среди ночи, — смущённо сказал Кинами.

— Да ну что вы! Проходите, пожалуйста.

— Спасибо. — Кинами прошёл в гостиную, где ему уже случалось раза два бывать.

— А, это вы! — Доктор сразу же вышел к нему. — Давненько не виделись.

Доктору Ёсии было года сорок три. Он был тучным, и поэтому кимоно шло ему. Вальяжно рассевшись перед Кинами, он обратил внимание на маленький чемоданчик журналиста:

— Послушай, ты, кажется, вернулся из путешествия?

— Да, ездил ненадолго в Синано.

— В Синано? Твой приход, конечно, связан с этой поездкой?

Кинами не ответил на вопрос доктора, а, напротив, сам задал ему вопрос:

— Скажите, сэнсэй, среди случаев, с которыми вам пришлось иметь дело в последнее время, попадались ли такие, когда от трупа избавлялись каким-то необычным способом?

— Так-так. — Доктор Ёсии размышлял некоторое время. — В общем, главная проблема убийцы — что делать с трупом, чтобы его не обнаружили. Ты спрашиваешь, какие есть необычные способы избавления от трупа?

— Да, я об этом, — кивнул Кинами. — Например, можно закопать труп в землю или упаковать в корзину и отправить по железной дороге. Могут быть самые разные варианты. А как можно подготовить труп к этому?

— Нет… подходящих примеров не припомню. Мне в основном попадаются банальные случаи.

— Но, может, вы что-то слышали?

— Да, доводилось читать в какой-то книжке, как труп замуровывали в стену или в бетон.

Кинами достал записную книжку и принялся задавать Ёсии вопросы. Иногда, прежде чем ответить, доктору приходилось идти в кабинет, доставать толстый том и что-то в нём разыскивать.

Их беседа продолжалась около часа, и Кинами многое для себя выяснил.

— Ну хорошо, если это пригодится тебе.

— Что вы, это очень полезная информация.

— Но я думаю, что это вряд ли могло произойти. Так что изучи всё хорошенько, — с сомнением добавил доктор.

Вернувшись домой, Кинами сразу же засел за письменный стол. Он размышлял и время от времени что-то записывал, и, как обычно, когда он был возбуждён, пепельница в мгновение ока была забита окурками.

На следующее утро он поднялся около полудня. Выспаться ему не удалось. Глаза были красные. Закурив в постели, он начал просматривать записи, сделанные накануне вечером. Там было полно цифр, наспех набросанные подсчёты. Кинами снова проверил их и подчеркнул самые важные места красным карандашом.

— Я, может быть, дня четыре или пять не вернусь домой, — сказал он жене.

— Что, опять какое-то крупное происшествие? — не особенно удивившись, спросила она.

Когда случается крупное происшествие, газетчик, бывает, неделю, а то и десять дней не возвращается домой. Жена Кинами не раз сталкивалась с этим. Так что эти четыре-пять дней не произвели на неё впечатления.

— Нет, происшествия не произошло. Просто мне надо ненадолго уехать по заданию редакции.

— Далеко?

— В Синано. Да, деньги на расходы у тебя есть?

Жена удивилась, что Кинами проявил несвойственное ему беспокойство. Она не удивилась бы, если бы он уехал даже на десять дней. Но вот его озабоченность денежными делами была ей в диковинку.

— Ну что такого? Я получил небольшой аванс в связи с поездкой. Надо бы оставить тебе.

— Это было бы кстати, — улыбнулась жена.

Кинами молча достал из внутреннего кармана пакет и отсчитал четыре купюры по пять тысяч иен.

— Как раз у меня перед получкой кончились. Вот хорошо.

— Радоваться нечему. В конце концов, это тоже из зарплаты.

Эти деньги не были авансом из зарплаты. И если бы он истратил их на путешествие, жалованье не пострадало Вы. Но если ни с того ни с сего оставить их жене, она ещё подумает, что и впредь можно рассчитывать на шальные деньги.

Позавтракав, Кинами стал готовиться к поездке.

— Послушай, помоги мне собраться.

— Да, да. — Жена встала.

Она взяла чемоданчик, с которым только вчера вернулся Кинами, и положила в него всё самое необходимое. Она всё сделала для того, чтобы, по природе лентяй и неряха, Кинами ни в чём не испытывал неудобства. Жена уже привыкла заниматься этим всякий раз, когда он отправлялся в командировку. Поскольку у Кинами всё валилось из рук, укладывать чемодан всецело поручалось жене.

— Готово. — Жена подала чемоданчик.

— Так.

— Ты уже выходишь?

— Тороплюсь на поезд.

Через сорок минут он входил в редакцию. Начальник отдела Тории ещё не появлялся. До его прихода оставалось около часа. Раньше положенного пришли только четверо или пятеро сотрудников. Подойдя к самому старшему из них, Кинами непринуждённо уселся на стол.

— Когда придёт начальник, передай ему, что я уехал в префектуру Нагано на озеро Кидзаки.

У сотрудника округлились глаза.

— Я хотел сам ему сказать, но ты передай от меня. Я отправлюсь на озеро Кидзаки, найму там рабочих и буду вести розыски. Потребуются затраты. Потом подведём итог, но если денег не будет хватать, я затребую их телеграфом. Ты понял? — Кинами повысил голос.

— Понял. Вот только, Кинами-сан, что вы будете разыскивать на озере Кидзаки?

— Скоро поймёшь, — усмехнулся Кинами.

— Как же вы поедете в такое место — ведь там ничего нет! — Сотрудник основывался на собственном опыте. Действительно, там ничего не было благоустроено.

— Нет — так будет, — загадочно ответил Кинами и, помахивая чемоданчиком, медленно вышел из редакции.

Вечером того же дня Кинами был на станции Синано-Оомати. В первую очередь он направился в отдел труда муниципалитета.

— Я бы хотел заняться кое-какими поисками на озере Кидзаки, — сказал Кинами, доставая свою визитную карточку.

— Что же вы хотите искать? — удивлённо посмотрел на него чиновник.

— Багаж, — спокойно ответил Кинами.

— Багаж? — У чиновника округлились глаза. — Какой же это багаж?

— Четырёхугольный деревянный ящик. В Токио бесследно пропал багаж. В общепринятом смысле там нет ничего ценного. Но его надо отыскать, потому что он очень нужен одному человеку. По-видимому, багаж сбросили в озеро Кидзаки.

— А зачем его туда сбросили?

— Этого я не знаю. — Кинами перешёл к существу дела: — Мне потребуется помощь четырёх-пяти человек. Поскольку багаж сбросили с берега и место нам известно, мы обследуем дно только возле этого места.

Если бы такая просьба исходила от частного лица, чиновник, скорее всего, ответил бы отказом. Но визитная карточка сотрудника газеты убедила его.

— Ну что ж, лучше всего обратиться к местным крестьянам. Сейчас в сельскохозяйственных работах перерыв, и они гуляют. Назначьте им подневную плату, и они мигом соберутся.

— А кого я должен попросить об этом?

— Я вас представлю. Подождите, пожалуйста.

Любезный чиновник написал коротенькую записку на бланке муниципалитета, вложил её в конверт и передал Кинами.

Кинами вышел из автобуса неподалёку от посёлка на берегу озера Кидзаки.

Голубая поверхность озера слепила глаза. Посёлок будто спал в лучах яркого солнца. Очерчивая линию небосвода, на горизонте тянулась гряда Северных Японских Альп. Отсюда виднелись вершины Хоко и Касимасо.

Кинами пошёл по адресу, указанному на конверте. Это оказалась большая крестьянская усадьба. К нему вышел крестьянин лет пятидесяти. Кроме коротких штанов, на нём ничего не было надето.

— Извините, Като Дзиро-сан — это здесь будет?

— А-а, Като — это я.

— Вот как? Я из токийской газеты. Дело в том, что нам надо кое-что найти в озере Кидзаки. Я очень рассчитываю на ваше содействие. Хочу, чтобы вы порекомендовали мне людей, которые могут помочь мне.

Сказав это, Кинами вручил рекомендательное письмо. Като Дзиро прочёл послание на бланке муниципалитета и почтительно вложил его обратно в конверт.

— В общем, я понял. А что, собственно, вы будете искать в этом озере?

— Потерянную вещь.

Когда Кинами так ответил, Като Дзиро растерялся:

— Потерянную вещь? Какую же?

— Большой багаж, — сказал Кинами. — Это деревянный ящик. Он был сброшен с берега. Место, где это произошло, я приблизительно знаю. Я думаю, если кто-нибудь нырнёт туда, то всё сразу и обнаружится.

— А что в этом ящике?

— Мыло.

— Значит, мыло упаковали в деревянный ящик и выбросили в озеро?

— Я вижу, вы удивлены. Дело в том, что эти типы работают на мыловаренном заводе. Они поссорились с управляющим и, желая отомстить ему, украли ящик с мылом, перевезли его сюда и сбросили в озеро. Это слишком расточительно. Вот мы и хотим вытащить его.

Похоже, Като Дзиро был местным заправилой. Он тут же собрал пять-шесть парней. Оказалось, что все они прекрасные ныряльщики и чувствуют себя в озере, как каппа.

Узнав, что на дне озера лежит деревянный ящик и его надо найти, они оживились так, будто речь шла о поисках сокровищ. Правда, когда они услышали, что в ящике мыло, то немного разочаровались. Ребята вооружились «медвежьими лапами» и баграми и отправились на противоположный берег озера, туда, где Тасиро слышал всплеск.

Определив место поисков, четыре человека бросились в озеро, так что брызги полетели.

Кинами стоял на берегу и ждал результата. Ребята ныряли в течение часа. Кинами казалось, что ещё немного и кто-нибудь из них крикнет: «Вот он!» — и вытащит на берег деревянный ящик. Но этого не случилось.

Като Дзиро, стоявший рядом с Кинами, посмотрел на часы и тоже призадумался.

— Господин! — Он окликнул Кинами. — А может, ящик в другом месте? Ищем-ищем, а найти не можем. Видимо, его здесь нет.

Кинами тоже потерял былую уверенность.

— Не поискать ли нам в более широком радиусе?

Работа продолжалась ещё какое-то время. Ребята сменили место поисков, но багажа нигде не было.

Тем временем местные жители собрались поглазеть: что случилось? Почему в такое неурочное время так много людей ищут что-то на дне озера?

Когда они узнали, что ищут деревянный ящик с мылом, то очень удивились. И правда, выгодно ли оплачивать высокую подневную ставку работникам для того, чтобы вытащить деревянный ящик всего-навсего с мылом? Ведь нанять людей и платить им ради того, чтобы найти мыло, — это же сплошной убыток.

Уже стало заходить солнце. Близилась ночь.

— Господин, вы, видимо, что-то напутали, — сказал Като Дзиро.

Но Кинами и сам потерял надежду. Может быть, Тасиро ошибся и здесь вообще не было никакого ящика? Или поиски велись плохо? Но нет, эти ребята ныряли столько, что, если бы вещь там была, они бы её непременно обнаружили. Кинами решил смириться с неудачей. Теперь на очереди было озеро Аоки.

— Като-сан, — позвал Кинами, — завтра я хочу приступить к работе на озере Аоки. Спасибо вам за труд, но не могли бы вы уделить мне и завтрашний день?

Като Дзиро был любезен, но выражение его лица стало страдальческим.

— Вот как? Лодка понадобится. Пойду скажу ребятам. Однако, что же, они везде разбросали мыло, что ли?

Озеро Кидзаки и озеро Аоки примыкают одно к другому, их разделяет расстояние не более чем два ри.

На следующий день Кинами вместе с Като Дзиро и ныряльщиками отправился на озеро Аоки.

— Хоть бы сегодня найти, — сказал Като Дзиро.

Тасиро сказал, что ящик был сброшен у северной оконечности озера. Именно там. он слышал всплеск и видел расходящиеся круги на воде. Кинами определил место.

— Като-сан, не начать ли нам отсюда?

Сияло ослепительное апрельское солнце, но вода в этом озере никогда, даже летом, не прогревалась. Однако у парней было отменное здоровье. Они были полны решимости найти ящик сегодня.

Как и у озера Кидзаки, местные жители собрались посмотреть, что случилось.

Прошло около часа. Всё ещё ничего не было обнаружено. Кинами во что бы то ни стало хотелось найти сегодня ящик. Ведь, узнав его содержимое, можно было, как он предполагал, обнаружить нечто очень важное.

Зрителей всё прибавлялось. Неожиданно к ним подошёл ещё один человек. Он выглядел так же, как местные жители. Кинами не знал его. Это был Крепыш.

Он стал наблюдать за ныряльщиками, а затем спросил у стоящего среди зрителей старика:

— Что они ищут?

— Как будто деревянный ящик, а внутри — мыло.

— Смотри-ка! Деревянный ящик… — Крепыш кинул торжествующий взгляд в сторону озера.

Поиски на озере Аоки заняли весь день. Результат был тот же, что и на озере Кидзаки, найти ничего не удалось. Като Дзиро с крайне разочарованным видом обратился к Кинами:

— Господин, раз мы ничего не нашли, может, тут и не было ничего?

Кинами приуныл и сокрушённо смотрел на озеро. Но какая-то смутная надежда у него всё же оставалась. Ведь Тасиро в своих рассказах дал ему один намёк относительно содержимого ящиков. По натуре Кинами, скорее, был оптимистом, и в душе он уже был готов к новым поискам. Но попросить Като Дзиро продолжить поиски на следующий день ему уже было неудобно.

— Спасибо за хлопоты. — Кинами от всего сердца поблагодарил Като: ведь и он, и его подручные поработали на совесть.

Подсчитав обещанную оплату и отдав деньги, Кинами пошёл в сторону станции. От природы беспечный, на этот раз он был немного подавлен. Однако, пока он шёл до станции, в душе снова взыграло желание бороться.

За бредущим Кинами наблюдал Крепыш. Хорошенько изучив облик журналиста, он достал записную книжку: и занёс туда его приметы.