– Мне нужно пару минут переговорить с Эшлинг, – сообщила я Габриэлю, когда мы добрались до нашей комнаты чтобы упаковать вещи для поездки в Париж. – О своём, о девичьем, ничего важного.

Он нахмурился, а я двинулась к своей сумке, которую не так давно принёс сюда Иштван. Вытаскивала из неё я всего одну или две вещи, так что уложить их обратно не заняло много времени.

– О девичьем? У тебя какая-то проблема интимного характера? – Он приложил ладонь к моему животу, словно пытался почувствовать эту самую проблему. – Я был слишком груб, когда мы занимались любовью?

– Нет, речь пойдёт совсем не об этом.

– Мэй, я целитель, к тому же ещё и твой виверн, – произнёс он с серьёзным выражением лица. – Ты обязана мне рассказывать, если у тебя вдруг что-то заболит, невзирая на смущение.

– Честно, не…

– Снимай одежду, – потребовал он, указав головой на кровать. – Я осмотрю тебя, хочу убедиться, что ты здорова.

– Agathos daimon! Я просто хочу немного посекретничать с Эшлинг, Габриэль! Мне не требуется гинекологический осмотр! К тому же если я разденусь и лягу на кровать, вскоре ты тоже останешься без одежды. Такими темпами мы никогда не доберёмся до Парижа.

– Когда у тебя в последний раз были месячные? – задал он вопрос, между его сведёнными бровями появилась небольшая складочка. Я шутливо куснула его за кончик носа, на что он никак не отреагировал.

Я подошла к двери, бросив на Габриэля взгляд полный собственного достоинства.

– Мы не будем говорить об этом. И если ты вздумаешь пойти за мной, я… я… э-э, я ещё не решила, что сделаю, но можешь быть уверен, тебе это не понравится. Вещи я, кстати, уже собрала.

Он ничего не сказал, но я затылком чувствовала, что его глаза неотрывно следили за мной, пока я направлялась к комнате Эшлинг.

Притормозив у спальни Сирены, я быстро постучала и открыла дверь. Комната была пуста.

– Ты не видел Сирену? – спросила у Пала, который как раз пробегал мимо меня с двумя большими чемоданами.

– Видел, пару минут назад. Она сказала, что ей надо кое-что сделать и ушла.

– Ушла? Какого черта?.. – Я вытащила мобильник и набрала её номер.

Из своей комнаты вышел Дрейк, неся ещё один чемодан. Сквозь приоткрытую дверь я увидела, как Эшлинг взяла несколько книг намереваясь засунуть их в сумку.

В проёме двери показалась голова Джима.

– Странное время для телефонного разговора.

– Я пытаюсь связаться с Си. – Я подождала некоторое время и повесила трубку, холодная рука нехорошего предчувствия сжала мой желудок. – Голосовая почта. Не отвечает. И, по-моему, я знаю, где она может быть.

– Где кто? – полюбопытствовала Эшлинг, выглянув из комнаты.

– Сирена. Думаю, она отправилась следить за Костей. Безмозглая, глупая… Он же не причинит ей вреда, если обнаружит слежку? – спросила у Дрейка, когда он вновь  поднялся на второй этаж.

Он остановился и призадумался.

– Ему незачем поступать подобным образом. Единственная причина, по которой в прошлый раз он приставил к её горлу нож – так как думал, что она это ты и своей ошибки он больше не повторит.

Я немного успокоилась.

– Даже не знаю, почему я вообще переживаю – она никогда ни за кем не следила. Уверена, Костя сразу заметит, что она идёт за ним по пятам и не станет тратить время на то чтобы оторваться от хвоста. Надеюсь только, ей хватит ума поехать домой, а не пытаться последовать за нами в Париж.

– В городе живёт моя подруга. Если хочешь, я попрошу её проведать Сирену, – предложила Эшлинг, заходя обратно в комнату. – Спасибо, любимый, вроде больше ничего не нужно. Спущусь через минутку.

Дрейк кивнул и направился вниз. Я присоединилась к Эшлинг в её спальне, неловко переминаясь с ноги на ногу, пока она звонила по телефону, а потом оставляла сообщение.

– Похоже, Нора куда-то вышла, я позвоню ей ещё разок чуть позже, ладно?

– Спасибо. Я буду чувствовать себя значительно лучше, зная, что за Си присмотрят. Эм… – Я нервно покусала нижнюю губу. – У тебя найдётся минутка? Я хотела бы переговорить с тобой без посторонних ушей.

Она выглядела слегка удивлённой, но всё же присела на краешек кровати, указав головой в сторону стула.

– Конечно.

Джим неторопливо двинулся вперёд и плюхнулся у ног Эшлинг.

Я посмотрела на демона.

– Э-э…

– Джим, ну-ка кыш отсюда, – бросила Эшлинг, правильно истолковав мои мысли.

– Что? Я же ничего не делаю!

– Ты смущаешь Мэй. Иди лучше глянь, что там делают мальчики.

– Чем бы они там не занимались, здесь во стократ интереснее, – ответил он.

– Ох, пусть остаётся, – произнесла я, натянуто улыбнувшись. – Возможно, и у Джима найдутся какие-нибудь дельные соображения.

– Соображалка у меня работает будь здоров, сестрёнка, – сообщил Джим с необычайно обаятельным оскалом. – В чём проблема? Ты можешь всё рассказать доктору Джиму. Проблемы в личной жизни? Не знаешь, как сладить с Габриэлем?

– Нет, благодарю…

– А. Дело в сексе, да? Огненный животный секс с драконом для тебя перебор?

Я еле удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Спасибо, но моя интимная жизнь никого не кас…

– Какая там стихия серебряных драконов? Земля? – морда Джима приняла вид активной мыслительной деятельности. – Ой-ей, значит, его постоянно будет тянуть заниматься этим на свежем воздухе. Нагишом на лоне природы. Мой тебе совет – солнцезащитный крем и спрей от насекомых. Ну, можешь ещё и лопаточку прихватить или нечто похожее, чтобы было чем выколупывать песок из задницы, если его потянет на пляж.

– Джим! – воскликнула Эшлинг, обхватывая ладонями пасть демона. Она бросила на меня виноватый взгляд. – Мне очень жаль. Он только и умеет, что давать советы сексуального характера.

– Я просто пытался помочь, – послышался приглушенный голос Джима.

– Ну-у, получается у тебя не очень, так что будь добр помолчи до тех пор, пока у тебя не найдётся сказать что-то действительно важное, – указала ему Эшлинг, освобождая пасть. – Давай, Мэй. Рассказывай, о чём ты там хотела поговорить.

– О повелителях демонов, – сказала я тихо, поглядывая на приоткрытую дверь. Видно никого не было, но мне бы не хотелось, чтобы Габриэль случайно нас услышал.

– О, точно. Твой двойник же говорила, что ты связана с одним из них, – припомнила Эшлинг, кивая головой. – У тебя какие-то проблемы с… э-э-э… как его имя?

– Магот.

Она задумалась и спустя минуту покачала головой.

– Не уверена, что когда-либо с ним пересекалась.

– Ты бы определённо запомнила его, если бы вы встречались, – со смешком заверила я. – Он очень привлекательный мужчина.

– Если тебе нравятся знойные похотливые самцы с внешностью актёра немого кино, – с фырканьем добавил Джим, попутно вылизывая лапу.

– Он выглядит как знойный похотливый актёр? – Эшлинг выглядела поражённой.

– Он и был актёром немого кино, но давно и недолго.

Эшлинг назвала имя известного актёра двадцатых годов.

– Это он и есть. Его игра всегда была на любителя. Но речь не о том. Мой вопрос… – Я быстро просканировала коридор. Пусто. – Есть ли способ не подчиниться отданному тобой прямому приказу? Демону, в смысле.

Эшлинг захлопала глазами.

Рот Джима образовал идеальную букву «О».

– Ты собираешься ослушаться приказа? Хочешь стать диббуком?

– Что за диббук? – спросила Эшлинг.

– В фольклоре это блуждающая душа, которая вселяется в тела живых людей, – медленно проговорила я.

– В Абаддоне так именуют вышедших из повиновения демонов. – Глаза Джима смотрели серьёзно. – Диббуки обычно сразу уничтожаются хозяином за неподчинение, хотя я слышал, что двое или трое остались живы – их обрекли на вечные муки. Клянусь пламенем Абаддона, Мэй… среди демонов постоянно хотят разговоры об этом, но я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь из них действительно задумывался совершить подобный шаг.

– Я не демон, – напомнила я, тем не менее, всё равно продолжая кусать нижнюю губу.

– Да, не демон, – рассеяно протянула Эшлинг. – Ослушаться приказа… хм. Это сложно. Может мне будет проще, если ты объяснишь мне конкретную ситуацию.

Мгновение или два я колебалась, сомневаясь, стоит ли доверять Эшлинг что-то настолько потенциально опасное для неё лично. Впрочем, возможностей-то у меня не так уж и много, а она – мой лучший источник информации о повелителях демонов.

– Магот приказал мне раздобыть для него филактерию. Он планирует использовать её для управления драконами.

Эшлинг широко распахнула глаза. Джим низко и протяжно присвистнул.

– Он дал тебе прямой приказ? – спросила она.

Я кивнула, от снедавшей меня муки болезненно сжималось сердце.

– Я не могу сделать это. Просто не могу. Даже если бы я не являлась супругой Габриэля, даже если бы меня не волновала судьба драконов, я бы всё равно не пошла на это. Он получит слишком большую власть в свои руки.

– Но… он должно быть уже не раз заставлял тебя воровать могущественные артефакты, – произнесла она. – Как тебе удавалось обходить его приказы? Или ты не обходила?

Я отрицательно мотнула головой.

– Он никогда не просил украсть что-то настолько значимое. Магот, он… – Я неопределённо взмахнула руками. – По правде говоря, он довольно легкомысленный. Он ведёт одновременно сотни различных проектов, перепрыгивая с одного на другой и не доводя их до конца, чему я, надо сказать, всегда потворствовала.

– И данная особенность характера не давала ему стать опасным для мира смертных, так? – предположила она.

– Именно. Все предметы, что Магот заставлял меня красть за прошедшие восемьдесят лет, были даже близко не столь опасными как филактерия. И хотя я не в восторге от навязанной мне роли воровки, мысль, что вещи, которые я ему отдаю, являются, по сути, практически безделушками, меня чуть-чуть успокаивает, если ты понимаешь, о чём я. Он всегда был слишком рассеянным, слишком несосредоточенным.

– Хочет то, сам не знает что, – согласился со мной Джим, кивая головой.

– Именно. Если честно, я думала у него демонический синдром дефицита внимания. Но это… это что-то другое. Сейчас он как никогда ранее сосредоточен на филактерии, что очень сильно меня беспокоит. Я не могу позволить ему заполучить её. Но в тоже время я не вижу и способа уклониться от прямого приказа.

– Иногда, когда Эш отдаёт мне приказ, его можно толковать по-разному, – заметил Джим. – Что конкретно сказал Магот?

– Он сказал принести ему филактерию. Понять это как-то иначе, насколько я вижу, нельзя.

Эшлинг задумалась.

– Из чего следует, что если в твои руки попадёт филактерия, ты должна будешь отдать её Маготу.

– Да-а, – протянула я, не понимая к чему она клонит.

– Значит, тебе просто нельзя её касаться. Если ты не возьмёшь её в руки, то и передать ему не сможешь, правильно? Проще простого… Будь ты хоть сто раз известной воровкой, когда дело касается кражи сокровищ, зелёным драконам нет равных. А Дрейк в этом лучший из лучших.

– Я думала об этом, – произнесла я, отчаянье наполняло меня, впиваясь маленькими шипами. – Хранилище L’au-delà абсолютно точно защищено сверх меры. Проникнуть туда наверняка будет не под силу даже самому пронырливому дракону…. я же могу войти в места, в которые другим хода нет. Отыскивать филактерию придётся мне. А если я окажусь достаточно близко к ней, и рядом не найдётся никого кто, хотя бы теоретически, способен будет мне противостоять, я сразу же превращусь в диббука за отказ взять филактерию. Я не вижу способа обойти приказ, поэтому я предположила, что у тебя могут иметься какие-нибудь идеи на этот счёт.

– Боюсь, я столь же беспомощна, – с искренним сожалением сказала она. – Джим?

Демон покачал своей мохнатой головой.

– Не-а. В голову приходит только – стать диббуком, и лично я бы этого никому не посоветовал. Магот может и без руля и без ветрил, но он не идиот. Он отыграется на тебе по полной – чтоб другим его слугам неповадно было.

Я проглотила твёрдый комок из смеси страха и вины, что застрял у меня в горле.

– Судя по всему, Габриэлю ты об этом не говорила? – спросила Эшлинг, стрельнув взглядом в сторону двери.

– Нет. Мне и так достаточно сложно удерживать его от «разговора по душам» с Маготом… Я не хочу, чтобы он ещё больше воспылал желанием освободить меня.

– Я поговорю с Норой и об этом тоже, – уверила она, излучая решительность. – Она моя наставница и ей известно обо всём, что умеют делать Стражи. Я прекрасно понимаю, что это тяжело, Мэй, но прекрати переживать. Совместными усилиями мы вполне возможно отыщем способ разорвать твою связь с Маготом.

– Поверь, Эш знает что говорит. Она уже имела дело с Абаддоном и в итоге ей удалось-таки заставить их вытурить её оттуда, – просветил меня Джим.

Эшлинг пыталась принять как можно более скромный вид.

– Это моя работа…

– … она же профессионал, – закончил фразу демон.

***

– Простите! – запыхавшись, выпалила я меньше чем через час, взбегая по трапу небольшого самолёта. – Я считала, что мы воспользуемся порталом, а не полетим на самолёте.

– Дрейк мне запретил, – с улыбкой глянув на упомянутого ею дракона, сказала Эшлинг, застёгивая ремень безопасности на своём объёмном животе. – Он говорит, что они небезопасны для беременных. Хотя и о самолётах он того же мнения, однако мне всегда казалось, что у бессмертия должны быть какие-то плюсы и один из них – совершать перелёты находясь в положении.

– А-а. Ну, я извиняюсь, что мы всех задержали. Моя вина, Габриэль тут не причём. Я хотела связаться с доппельгангером, которая живёт в Париже, чтобы спросить сможет ли она помочь нам с хранилищем L’au-delà, учитывая его сверхнадёжную защиту. Я потратила кучу времени, разыскивая её телефон, но, похоже, она сейчас не дома.

– Офелия? – спросила Эшлинг. Я изумлённо уставилась на неё.

– Да, её так зовут. Вы знакомы?

Её губы приподнялись в улыбке.

– Знакомы. Амели – моя парижская подруга, сказала мне, что она уехала из страны. Понимаешь, э-э, её двойника изгнали в Акашу, и Офелия из-за этого впала в депрессию. Последнее, что я о ней слышала – она занимается благотворительностью в Африке.

Пока Эшлинг рассказывала, пилот подал сигнал с предупреждением пристегнуть ремни. Я откинулась в удобном кожаном кресле и поискала руками ремень, гадая, что же такого совершила двойник Офелии, из-за чего её изгнали в Акашу.

Мой телефон зазвонил, прежде чем я смогла это обмозговать.

– Извините, – пробормотала я, когда пилот – дракон разговаривавший с Дрейком, кинул на меня хмурый взгляд. – Я его выключу. Просто… О, хвала богам. – Я уже собиралась выключить телефон, но тут на экране высветился знакомый номер. – Си? Ты где?

– Мэйлин, хорошо, что ты ещё не уехала… – Вторую часть предложения заглушил рёв грузовика. – … похитил меня, что ни в какие… меня!

– Что? Я тебя не слышу. Где ты? Какое ещё похищение?

Я отстранила ухо от мобильного, когда меня едва не оглушил гудок грузовика. Пилот и Дрейк сверлили меня взглядами.

– Прости, Мэй, но телефон необходимо отключить, – произнёс последний.

– Что случилось? – одновременно с ним спросил Габриэль, догадавшись, что что-то не так.

– Не знаю. Это Си. Похоже она где-то на шоссе и хочет мне что-то сказать… Си?

– …шантажист! Ты слышишь меня? Он… – Двигатели проезжающих машин заглушили её слова. – …ужасный человек! Я пыталась отбиться от него, но… пожалуйста, я очень тебя прошу…

– Где ты? – прокричала я в трубку, надеясь, что она услышит.

– Там Костя? Он снова на неё напал? – спросил Габриэль, наполовину высунувшись из кресла.

Моя надежда не оправдалась. Я слышала, как Си старается перекричать шум, но не могла разобрать ни слова. Потом вдруг связь прервалась и всё затихло.

Все в самолёте уставились на меня. Не обращая внимания на эти взгляды, я повернулась к тому единственному которому, я знала, мне не надо было ничего объяснять.

– Нет, не Костя. Сирене нужна моя помощь кое в чём другом, личного характера.

Его серебристые глаза встретились с моими. Я разрывалась между необходимостью помочь Си и тем, что требовалось как можно скорее забрать филактерию. Однако мольба о помощи Сирены всё ещё звучала в моей голове, и поступить в данной ситуации я могла одним единственным способом.

– Мне жаль, Габриэль, но я не могу поехать в Париж. – Я схватила свой рюкзак.

На его лице возникали, сменяя друг друга, такие эмоции как безысходность, злость и раздражение, но когда он кивнул и поднялся, не осталось ничего кроме беспокойства.

– Понимаю. Прежде всего, необходимо отыскать твоего двойника.

– Езжай в Париж. Я воспользуюсь порталом и догоню вас сразу же, как найду Сирену.

Его взгляд наполнился сожалением, но в следующее мгновение от него не осталось и следа. Габриель повернулся к Дрейку.

– Мы присоединимся к вам так быстро, как только сможем. Думаю, ты сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы филактерия снова не попала в руки Кости.

Губы Дрейка изогнулись в язвительной усмешке.

– Ты доверяешь мне в таком деле? – спросил он.

Пару секунд Габриэль хранил молчание, а потом резко кивнул. Пилот открыл дверь и выпустил лестницу. Я и Габриэль поспешили спуститься, двинувшись к ближайшему к нам ангару.

– Тебе не обязательно идти со мной, – сказала ему, когда самолёт взлетел.

Он ничего не говорил, пока мы не оказались на заднем сиденье такси.

– Где она? – вопросил он, когда мы сели в машину.

– Нам надо в дом Дрейка. Там я видела её в последний раз.

Он сказал адрес водителю, после чего пристроился рядом со мной.

– Габриэль… ты не обязан это делать.

– Твой двойник в опасности. Это превышает по важности филактерию, – оборвал он.

Я смотрела на жёсткие черты его лица, высокие скулы, образующие контуры при взгляде на которые у меня внутри всё радостно сжималось. Изящные каштановые дуги его бровей создавали впечатление, будто эмоции в его глазах светились. Филактерия – это всё для Габриэля. Если ей завладеет Костя, я со сто процентной уверенностью могу сказать, что он использует её против серебряных драконов. Поэтому необходимо, во что бы то ни стало опередить его… и всё же, чтобы помочь мне и Сирене, Габриэль готов забыть о своём долге защищать клан.

Моё сердце отчаянно забилось и позволило свершиться тому, что с самого начала так страстно желало – я влюбилась в Габриэля.

– Это лучшее, что когда-либо делали для меня, – произнесла я, когда, сглотнув вставший в горле комок,  смола, наконец, нормально говорить.

Он ещё раз кивнул, признавая тот факт, что я осознаю, какую жертву ему пришлось принести.

– Если бы я поцеловала тебя в такси, считалось бы это нарушением какого-либо правила драконьего этикета? – поинтересовалась я у него.

И хотя выражение его лица оставалось серьёзным, на щеке начала появляться ямочка.

– Ни в коей мере.

– Отлично. Потому что не думаю, что смогла бы удержаться, – сказала я, улыбаясь в его рот. В миг, когда наши губы соприкоснулись, меня захлестнуло пламя. Помня о том, где мы – и отнюдь не горя желанием объяснять испуганному таксисту, почему заднее сиденье его машины объято огнём – я контролировала драконий огонь, возвращая его обратно Габриэлю.

– Ты такая вкусная, – пробормотал он, его руки сжимали мои бедра, пытаясь перетащить меня к себе на колени. – На вкус ты словно прохладная вода, что сокрыта в глубинах реки. Ты подобна ночному воздуху – нежному, душистому и загадочному. Твой вкус сводит меня с ума. Я хочу быть с тобой, внутри тебя, кричать всем и каждому, что ты моя и в тоже время мне хочется спрятать тебя там, где лишь я один буду тобой владеть. Ты заставляешь меня чувствовать себя непобедимым, пташка.

– Ты и есть непобедимый, – прошептала я, покусывая его восхитительную нижнюю губу. – Ты мой дракон в сверкающих доспехах, который сокрушит для меня мерзкого святого Георгия.

Его ямочки стали глубже, несмотря на разочарованный вздох, который у него вырвался, когда я, осознавав, что в зеркало заднего вида за нами пристально наблюдает водитель, пересела обратно на своё место рядом с Габриэлем.

– Святого Георгия? – спросил он.

– Ну, его зовут Портер и он отнюдь не святой, но могу сказать точно, что он перешёл границу и сделал нечто очень глупое.

– Думаешь, твоего двойника похитил шантажист?

– Считаешь, кто-либо другой способен на такой безумный поступок?

Габриэль покачал головой.

– Нет. Выглядит, как попытка манипулировать тобой, удерживая Сирену в заложниках.

– Точно. Видимо он решил, что мне требуется небольшой толчок, чтобы я выкрала для него филактерию.

– Тебе следовало сразу сказать мне об этом. Я бы с ним разобрался, – заявил Габриэль с покоробившей меня пафосной самоуверенностью.

Взгляд, которым я его одарила, по-хорошему, должен был заставить его вымаливать прощение.

– Ну уж нет! Для меня оскорбительно слышать то, что ты думаешь, будто я настолько хилая, что не смогу самостоятельно справиться с каким-то там шантажистом. Я, знаешь ли, не имела в виду, что убить его должен ты. Я сама обо всём позабочусь.

Габриэль усмехнулся, глядя на гримасу раздражения на моём лице.

– Какая жестокая маленькая птичка.

– Может я и маленькая, но чертовски опасная, –  сказала я, кивая головой в сторону своей щиколотки к которой крепился кинжал.

– Я в этом и не сомневаюсь, также как и не сомневаюсь в том, что пока я рядом, тебе никогда не придётся это доказывать. Что ты планируешь сделать с ловцом Портером?

– Я пока не заглядывала настолько далеко, сначала хочу убедиться, что Сирена в порядке. Полагаю, вскоре нам придётся с ним столкнуться.

– Я позабочусь о нём ради тебя, – спокойно произнёс Габриэль. – Мы спасём твоего двойника, а потом проследим за тем, чтобы этот ловец тебя больше никогда не побеспокоил.

– Насчёт этого… – Я взяла его за руку. – Я не могу передать словами, как много для меня значит, что ты готов отказаться от филактерии, чтобы помочь Сирене, но есть небольшая проблема…

Он провёл большим пальцем по моим губам. Я его укусила.

– Нет никакой проблемы. Я не отказываюсь от филактерии.

– Ты позволил Дрейку отправиться в Париж без тебя. Он доберётся до неё первым – вероятно – а значит, он заберёт филактерию себе. Знаю, Дрейк не будет использовать её против тебя, как это сделал бы его брат, но мне кажется, тебя будет в некоторой степени удручать, что она у Дрейка, а не у тебя.

– Ещё не вечер, – ответил он с улыбкой.

– Какое отношение к этому имеет время суток?

– Хранилище находится в Доме Собраний, том самом в котором тебя содержали. Оно, как тебе должно быть известно, тщательно охраняется, но в течение дня – более усилено, так как в здании работает большое количество служащих.

– А-а. То есть ты не собирался пробираться туда днём?

Он покачал головой.

– Это было бы верхом безрассудства. Мы попробуем проникнуть туда вечером, а значит, у меня имеется пара часов, которые я могу потратить на поиски Сирены.

Толика вины, терзающей меня, немного отступила, но то, что мне пришлось сказать далее, убило возникшее было облегчение:

– Боюсь, всё несколько сложнее.  Габриэль, я… О, мы на месте.

Такси остановилось у дома Дрейка. Я воспользовалась временем, пока Габриэль расплачивался с водителем, чтобы обдумать, что и как буду говорить.

– Габриэль, ты же знаешь, что я доппельгангер, – начала я, когда такси отъехало. Он мягко подтолкнул меня к двери, но я стояла как вкопанная.

– Данный нюанс не остался незамеченным мной, – произнёс он, сверкнув ямочками.

– Я не знаю, как много тебе известно о доппельгангерах, но полагаю, что немного, ведь нас довольно мало. У теневой поступи доппельгангеров есть дополнительная особенность.

– Правда?

– Да. Используя её, мы можем входить в мир теней.

Его брови удивлённо приподнялись.

– «Мир теней»?

– Так его называют доппельгангеры. Это что-то вроде отдельной плоскости пространства, которая существует одновременно с нашей реальностью, словно наложенный сверху слой. Мне трудно объяснить понятнее,  но вещи вокруг выглядят немного… не такими, как обычно.

– А-а, ты имеешь в виду потусторонний мир, – понятливо кивнул Габриэль. – Я думал это королевство эльфов и фейри.

– Их популяция там наиболее многочисленная.  Как доппельгангер, я вхожу в число тех других, которые тоже могут туда попадать, даже невзирая на то, что я связанна с Маготом.

– Понимаю, но как это относится к нашей ситуации?

– Я понятия не имею где сейчас Сирена. Я не разобрала девять десятых из того, что она говорила, а значит, мне необходимо взять её след.

Голова у него варит хорошо, поэтому Габриэль быстро догадался, к чему я веду.

– И сделать это ты можешь, только находясь в потустороннем мире?

– Да. И я не могу взять тебя с собой.

Он вскинул брови.

– Ты сказала, что другие могут входить в потусторонний мир.

– Некоторые, да.  Эльфы действуют как проводники – они могут переправлять в него людей, в отличие от доппельгангеров… – вздохнула я. – По существу мы лишь тени, и благодаря этому можем спокойно ходить между мирами, но брать кого-то с собой – не способны.  Самое большее из того что я могу сделать, это выследить Си и позвать тебя, когда её обнаружу. Не буду отрицать, мне бы хотелось, чтобы ты был  со мной во время разборок с шантажистом, но другого способа я, к сожалению, не знаю.

– Как ты возьмёшь её след? – поинтересовался он.

– Как? Ох…Си элементаль. Она оставляет за собой тусклый след, куда бы ни отправилась. В нашем мире его нельзя заметить, но в потустороннем он остаётся видимым в течение пары часов. Так что я смогу отследить её передвижения отсюда и до места её нынешнего нахождения, если прошло не слишком много времени.

– Интересно. – Он выглядел заинтересованным. – Драконы тоже оставляют следы?

Я улыбнулась.

– Да. Чешуйки драконов сверкают как… в общем, в потустороннем мире они сверкают. Не хочу тебя обижать… – Я провела рукой по его шее и продемонстрировала свою ладонь. На ней виднелись блёклые переливчатые блёстки. – Ты линяешь. И довольно сильно, скажу я тебе.

– Не знаю, то ли мне обидеться, то ли сделать комментарий определённого рода о моих чешуйках по всему твоему обнажённому телу, – протянул он, сверкнув серебристыми глазами. – Иди, пташка.

Я огляделась по сторонам. На улице никого не наблюдалось.

– Я позвоню сразу, как найду её, обещаю.

Он промолчал, просто смотрел, как я скользнула в мир теней и припустила вниз по дороге.