— Я думаю, мы сделаем хороший скачок в поиске вашего духа. Это — Ева. Ничего себе, милая комната! О…ээ…привет.

Что касается твоей кормежки. Мне жаль.

Тут не было бы времени для угощения, в котором я заинтересован, ответил он с ментальным образом, угрожающим подогнуть мои ноги.

О, это не честная игра.

— Это мой муж — Кристофф.

— Сиобхан Галлштейн. Это Ева Вурхис, о которой я говорила вам, что она некромант, Пия.

— Привет, — сказала Ева, протягивая руку. Она была такой же высокой как Кристофф, веснушчатой, с короткими песочно-белокурыми волосами и очками с проволочной оправой. Ее взор был прямым и серьезным. Она выглядела абсолютно нормальной, не в малейшей степени так, как будто была чем-то вроде особы, которая поднимает мертвых к жизни. — Сиобхан сказала, вы знаете, где эта сущность?

— Не точно, но я знаю, где была деревня, прежде чем ее смыло в океан.

— Понимаю, — у Евы был легкий голландский акцент, как я предположила из ее имени — и хотя ее манеры не были дружелюбными и открытыми как у Сиобхан, она мне понравилась. Она мгновение поколебалась, прикусив губу, прежде чем продолжила. — Я обычно так не делаю. Может быть я старомодна, но мне нравится чтить обязательства, и я обычно не предаю клиентов таким образом.

— Я, конечно, понимаю, и никогда не попросила бы вас так поступить, кроме этого реально непредвиденного случая.

Она кивнула.

— Сиобхан сказала мне, что рассматриваемый дух принадлежит вам, но его душа была взята Иларги, который нанял меня. Я не сужу тех на кого работаю, но не согласна, что правильно забирать душу другого.

— Я рада, что вы чувствуете тоже, — сказала я, с облегчением. — Естественно, мы заплатим вам обычную ставку за поднятие лича. Ээ…это сколько?

Она назвала цифру, на мгновение заставившую меня покачнуться.

Кристофф скривился и достал чековую книжку.

Спасибо, Бу.

— Превосходно, — сказала Ева, сворачивая чек и убирая его. — Мы идем?

— Конечно, — ответила Сиобхан.

— Я встречу вас внизу, — сказала Ева, достигнув двери.

— Она оставила неправильно припаркованную машину и волнуется, что ее заберет эвакуатор. Вы понятия не имеете, каких вершин достигли в этом роде дел исландцы, — сказала мне Сиобхан.

Кристофф пробормотал что-то о том, что прихватит пальто, когда исчез в нашей комнате.

— Ничего себе, он…Ого-го, мамочка! Великолепный, в полном смысле этого слова, — шепотом сказала Сиобхан, делая несколько шагов в сторону, так чтобы смогла наблюдать за Кристоффом забирающим свое пальто и шляпу. — Я люблю мужчин с ямочкой на подбородке! Это так сексуально! Спорим, вы присасываетесь к ней, ха?

Я в удивлении заморгала на нее.

— Извините, — сказала она с небольшим смешком. — Я не намеревалась шокировать вас или что-то вроде. Просто вы не сказали мне, что замужем за манекенщиком. Боже мой, эти глаза! Мурр!

— Я думаю…Вы не… — Я сделала неопределенный жест в сторону двери, через которую только что ушла Ева.

— О, я. То есть, мне нравится, когда обе стороны моего хлеба намазаны маслом, — сказала она, подмигнув, когда Кристофф вернулся в комнату с моей курткой.

Почему ты так странно смотришь? Спросил Кристофф спустя несколько минут, когда мы вышли из гостиницы. Он придержал меня на секунду, его глаза блестели даже в тени шляпы, когда обыскивали улицу.

Потому что Сиобхан только что спросила меня, присасываюсь ли я к твоему подбородку.

Он стрельнул в меня пораженным взглядом, прежде чем сделать знак, что все в порядке, чтобы отправляться.

Она думает, что ты великолепен.

А-а.

— Какая дорога? — Спросила Ева, когда Кристофф придержал заднюю дверь, чтобы я забралась в машину. Она расстелила карту на руле, пока Сиобхан тыкала в модуль GPS.

— Он сломан, — сказала она, махая в его сторону. — Так что мы собираемся делать это старомодным способом.

— Это неверная карта, — сказала Ева, хмурясь на нее. — Доставала, добудь мне другую.

— Само собой. — Сиобхан повернулась и потянулась назад между Кристоффом и мной, в процессе ненароком сбив прочь его шляпу.

Кристофф нырнул подальше от окна, делая выпад ко мне, чтобы избежать солнечного света, идущего с его стороны.

— Извините. Я…ээ…

Ты в порядке? Не получил ожог?

Я схватила шляпу, которую она протянула мне и отдала Кристоффу, который получив ее, приспособил так, чтобы смочь выпрямится.

С трудом. Со мной все отлично.

Ева с любопытством в глазах наблюдала за нами через зеркало заднего вида.

О, дерьмо. Ты думаешь, они знают? Я повернулась на своем месте, схватила несколько карт в месте хранения позади нас.

— Я добыла карту.

Сиобхан взяла их у меня, взглянув на свою партнершу.

— Ээ…вы Темный? — Спросила она Кристоффа.

— Это что проблема? — Спросил он, с абсолютным безразличием на лице.

Ты действительно хорош в этом. Спорю, что ты срываешь большой куш в покере.

— Нет. Я просто немного удивлена. Ева… — Она махнула рукой в сторону другой женщины. — Ева всегда хотела повстречать одного.

Ева быстро кивнула, ее глаза взволновано засветились.

— Я делаю диссертацию об отношениях между потусторонним миром и смертными для литературной конференции. Мне хотелось бы поговорить о Темных в сравнении с вампирами в массовой культуре.

— Все любят сексуально привлекательных вампиров, — сказала я, улыбаясь.

Ева усмехнулась на мгновение, прежде чем сесть обратно, но она, несомненно, зудела от возбуждения.

— Я только однажды видела Темного прежде, и никогда так близко. О, мой Бог! — Челюсть Сиобхан отпал на мгновение, когда ее взор сдвинулся ко мне. — Вы сказали, что вы ребята женаты. Это означает что вы…

— Возлюбленная? Да. — Я собственнически похлопала Кристоффа по ноге. — И да, меня соблазняет присосаться к его подбородку. Та ямочка тоже заводит меня до одичания.

Кристофф вошел в мученический образ, реально не закатывая глаза, но импульс был явным, почти непреодолимым.

О, прекрати смотреть в такой манере. Тебе нравится это. Какому мужчине не понравилось бы случайное женское восхищение?

Я заинтересован исключительно в восхищении только единственной персоны.

Я медленно забрала свою руку, не уверенная, не обращался ли он к своей подруге, Анжелике или ко мне.

Его пальцы схватили мои и вернули их на его ногу, где он придержал их.

Тепло собралось внизу моего живота.

— Хи, хи, хи, — сказала Сиобхан, возвращаясь назад на свое место, хотя я заметила, что она опустила свой солнцезащитный щиток, так чтобы могла видеть его в зеркале. — Я нисколько не виню вас. Боже мой, Темный и его Возлюбленная. Это так удивительно. Как вы ребята встретились?

Тяжко отредактированная версия сохраняла Сиобхан занятой, пока мы не достигли маленькой деревушки к югу от города, где я останавливалась за два месяца до этого. Только когда мы спустились вниз по скалистому крутому склону к крохотной каменной церквушке, стоявшей наверху утеса, она наконец вернула свое внимание к причине, из-за которой мы были здесь.

— Здесь есть несколько сущностей, — сказала Сиобхан, когда она побродила вверх-вниз по каменистой береговой линии, устремляясь сперва туда, потом сюда, как ржанка, выслеживающая лакомый кусок. — Есть большое количество сгруппированное прямо здесь, — прибавила она, сняв обувь и носки, и закатав вверх по ногам свои штаны, пробираясь в воду.

— Вы видите лошадь? — Спросила я, глазея на воду. Я знала, что она должна была быть очень холодной и лично я не хотела бы плавать. — У Ульфура была лошадь по имени Рагнар, которая погибла с ним. Они были очень близки.

— Лошадь…лошадь…нет, лошади нет. Позвольте мне попробовать дальше. Хорошую штуку я накинула под этот костюм, а?

Она вернулась на берег как раз достаточно надолго, чтобы раздеться до длинного костюма для плавания, Ева сделала то же самое.

— Неподалеку нет духов, а там?

Я глянула на камень, висящий на моем запястье.

— Ни единого, которого бы я видела.

— Черт! Так много для легкого пути. Я полагаю, тут нет иного выхода кроме, как немного поплавать в ледяном питье. Брр. Ну, была, не была!

Им потребовалось два часа и несколько рейсов назад на берег, где они, стоя закутанные в одеяла, жадно пили кофе из большого термоса приготовленного Евой, прежде чем Сиобхан позвала от около тридцати футов от берега, ее рука поднялась высоко в воздух, когда она поплыла назад к берегу.

— Получилось! — Сказала она, слегка затаив дыхание, когда остановилась перед нами. Обе, она и Ева были ярко-красными от холода. Я вручила им полотенца, держа наготове одеяла, когда Сиобхан объясняла сквозь стучащие зубы, как она почто что сдалась, когда определила сущность лошади и последовала за ней к месту последнего упокоения Ульфура. — Мы можем подхватить из-за этого воспаление легких, но ей-Богу, это того стоило. Созерцайте, сущность некоего человека по имени Ульфур Халларссон.

Я взглянула на пустую ладонь, которую она держала для осмотра.

Ты видишь что-нибудь? Спросила я Кристоффа.

Он нахмурился. Нет.

— Гмм. Вы уверены, что это здесь? — Спросила я ее.

— О, да, это здесь. Только веспилло может видеть сущности — иначе, мы были бы без работы. Она прямо тут, вращается вокруг, как кусок голубого сухого льда.

Ева снимала свой влажный костюм под прикрытием одеяла. Она появилась теперь полностью одетая, с головой обернутой полотенцем, потирая руки, чтобы вернуть им тепло.

— Мы хотим сделать это здесь?

— Конечно, — ответила я, поглядывая вокруг. — Здесь нет никого еще, и я знаю, вы ребята не хотите нечего более чем горячую ванну.

Ты видел когда-нибудь прежде, как поднимают лича?

Нет, как поднимают, нет, ответил Кристофф, с заинтересованным взором, наблюдая, как Сиобхан осторожно поставила ее горсть ничего на плоский камень. Я, конечно, видел личей.

На что они похожи? Ульфур будет весь в зеленой слизи, бегущей из его сочащейся плоти и с пустыми глазницами? Нервно спросила я, пытаясь подготовить себя к виду Ульфура, как нежити, тем не менее, материального существа. Или он будет ничем кроме скелета, как в тех ролевых играх?

Лич не выглядит сколько-нибудь отличным от смертных, кроме как наличием черных глаз.

Бездушные мертвые глаза, которые выщелачивают жизнь у людей вокруг них, имеешь в виду?

Сиобхан сменила одежду, пока Ева, скрестив ноги, села на свое одеяло, она закрыла глаза, протянула руки и покачиваясь, тихо запела.

— Это теперь ненадолго. Ева довольно проворная. Она не делает всех причудливых церемоний, если кто-то действительно не хочет их.

Кристофф подарил мне многострадальный взгляд. Я бы порадовался, когда бы ты прошла мимо вопроса доверия ко всему, что читала или видела в кино.

Не будь монструозным со мной, Бу. Несколько дней назад, я даже понятия не имела, что личи существуют, не говоря уже о том какие они.

Ева медленно встала на ноги, ее глаза все еще были закрыты, а руки были протянуты ладонями вниз над камнем. Внезапно она застыла на мгновение; потом ее глаза резко открылись, и она соединила руки вместе с громким хлопком, что прозвучал как выстрел, заставляя меня отступить.

— Святой…Ульфур! — Я прыгнула вперед с радостью при виде знакомого лица, даже если оно было немного дрожащим и тонким, как если бы было спроецировано на дымовую завесу. — Слава Богу! Я думала, что потеряла тебя!

— Пия? — Дымчатая фигура затвердела перед нашими глазами, Ульфур поглядел на мгновение вниз на свои руки.

— Да! Это я! Не могу сказать, как я рада видеть тебя. О, хорошо сделано, леди, хорошо сделано. Ульфур, я ни в малейшей степени не виню тебя, если бы ты был зол на меня, за то, что я позволила тебе быть высосанным Иларги, но уверяю тебя…

— Милый Боженька, что ты наделала? — Спросил Ульфур, его глаза были такими же черными, как предупреждал Кристофф, блестящими и наполненными ужасом.

Прежде чем я смогла сказать что-нибудь, он растворился, просто растворился в ничто.

— Нет! — Завопила я, махая руками вокруг точки, где он был.

— Я думала, что это могло бы случится, — сказала Ева, качая головой. — Не хорошо.

— Не хорошо? Не хорошо? Что случилось? Где Ульфур? Почему он сказал, что он наделал? — Спросила я, паникуя. — Почему он ушел?

— Его душу удерживает Иларги, — ответила Ева, ее тонкое лицо сморщилось. Она мельком взглянула на свою подругу. — Сожалею; я надеялась, у вас будет немного времени с вашим духом, прежде чем его отзовут от вас, но Иларги должно быть ждал.

— Но…но…я не понимаю! — Мне хотелось рвать волосы, почти плача от мысли, что я была так близка к спасению Ульфура.

— Позволь нам обсудить проблему в машине, — сказал Кристофф, поглядывая через мое плечо. — Звук поднятия, вызвал некоторый интерес в деревне.

Я повернулась, увидев линию людей текущих в нашу сторону. Мы, не колеблясь, собрали наши вещи и возвратились к каменистой тропинке, где оставили машину. Я заползла назад рядом с Кристоффом, жалкая и с болью в сердце от мысли о Ульфуре, страдающем еще больше.

— Вы оказались перед необходимостью забрать душу у Иларги, если хотите освободить своего друга, — сказала Сиобхан короткое время спустя, когда мы возвращались в Рейкьявик. — Мне действительно жаль, Пия. Как я говорила вам, обычно личи связаны с человеком, который поднял их, за исключением, как в этом случае, когда его душа удерживалась кем-то еще. Я действительно думала, что Иларги не будет знать, что мы поднимем Ульфура, но очевидно он сохраняет полный надзор за душами, которыми владеет.

Руки Кристоффа были теплыми на моих, обеспечивая мне утешение, просто через касание его пальцев, когда они гладили тыльную сторону моей руки. Не терзай себя, Возлюбленная. Ты знала, что мы должны будем что-то сделать с Иларги, чтобы освободить его.

Да, но я думала, что он доберется, чтобы быть с нами, пока мы сделаем это. Бедный Ульфур. Он выглядел таким испуганным, таким потрясенным. И это все моя ошибка.

Если ты не забрала высосанные души в придачу, это не твоя ошибка.

Ты иногда не думал, что жизнь использует тебя как сортир? Жалко спросила я, слушая только в пол уха, как Сиобхан и Ева чередовались извиняясь.

Не часто, нет.

Счастливчик. По чести говоря, Кристофф! Похоже, мы сделали недостаточно, пытаясь найти Алека, теперь я должна забрать душу у злобного высасывающего души жнеца? Как же я, как предполагается, сделаю это? Едва ли не вопила я в его голове.

Ты сделаешь это так же, как делала все остальное — один шаг за раз, ответил он с приводящим в ярость спокойствием.

К тому времени, когда Сиобхан и Ева высадили нас у гостиницы, я паниковала немного меньше и начала разбирать совет, который они предложили.

— Лучшее, что я могу сделать, дать вам этот телефонный номер, — сказала Ева, когда мы расстались в вестибюле гостиницы. Она втиснула маленький кусочек бумаги в мои руки. — Мне жаль, что я не подумала спросить у Иларги его имя, но все сделки идут через Лигу Акашика. Они посылают мне список людей, которых я должна поднять, и любые относящиеся к делу детали. У них очень высокая конфиденциальность. Единственная причина, по которой я получила телефонный номер Иларги это потому, что там было некоторое сомнение в местоположении вашего друга. Если это поможет, это американский номер.

— Спасибо вам обеим за всю помощь, — сказала я, щуря глаза на телефонный номер. — Удачи с вашей диссертацией.

Они обе помахали, когда я направилась в бар.

— Мне нужно выпить, прежде чем позвонить этой ослиной шляпе и трахнуть его в зад за недавние действия, что он предпринял против бедного Ульфура и всех других.

Кристофф схватил меня за руку, останавливая.

— Тебе нужно отдохнуть. Ты изнурена.

— Сначала выпить, потом трахнуть в зад, потом постель. — Я секунду наблюдала за ним, осознавая растущий в нем голод. — Или скорее, выпить, потом твоя кормежка, с последующим траханием в зад Иларги, и после этого, постель, так чтобы я смогла приставать к тебе, как никогда не приставала прежде.

— Ты нуждаешься в отдыхе, прежде всего прочего. Я могу ощутить, насколько ты устала…

— Вот вы где! Мы вечность ждали вас! Где вы были? — Магда поторопилась выйти из бара, когда я пыталась отодрать пальцы Кристоффа от своей руки. — Снова привет Кристофф. Итак, что происходит? Вы нашли Ульфура? Где твой щенячий мальчик? О! Мы видели вашего брата в аэропорту в Риме, Кристофф, но мы дали ему ускользнуть, не так ли, милый? Милый? Куда теперь ушел Рей?

Магда повернулась на полный круг, прежде чем обнаружила своего бой-френда в приемной, где он распаковывал несколько картонных коробок с пленками и размещал их в своем футляре для камеры.

— Я так рада видеть тебя, — сказала я Магде, награждая ее легким объятием. — Хорошая работа, вырыть яму Андреасу. И да на оба вопроса, хотя часть касающаяся Ульфура вроде как долгая и …ладно…

Комок внезапно забил мое горло, так как слезы грозили появиться при мысли о том, что я подвела Ульфура.

— Мне жаль, — извинилась я, стараясь овладеть собой. — Обычно я не плачу.

Она следила за мной с критически поднятой бровью.

— Ты выглядишь ужасно, Пия. Я имею в виду, это в самом хорошем смысле, конечно, но ты действительно выглядишь, как будто была пропущена через отжималку. Может быть тебе нужен небольшой перерыв.

— Это именно то, что она намерена получить, — сказал Кристофф, обертывая свои руки вокруг меня и подталкивая к лифту.

— О? О! — Усмехнулась Магда. — Ясно. Тогда увидимся завтра?

— Вы увидитесь сегодня вечером, если пойдете с нами, — Сказал Кристофф прямо перед тем, как дверь лифта закрылась. — «Голубая Лагуна». Мы выходим через полчаса.