"Поместье‑1"

Доехали, слава аллаху, нормально. И то сказать, не писал бы я сейчас эти мемуары, наскочи на нас какие‑нибудь татарские недобитки. Леса конечно, вокруг, но уж телегу я потерял бы наверняка ‑ да и жизнь тоже. Процентов девяносто даю ‑ выскочи на нас сейчас десятка полтора даже новиков...

Усадьба, честно говоря, не впечатляла. Дом с тыном и "службами и складами", да деревенька при нем. Даже, скорее усадьба при деревне, чтобы в лихое время схорониться, с крестьянской точки зрения. Крепостца невелика, стены ‑ тын, правда, высокий, роста в два моих новых, и с помостами. Внутри, как я уже говорил, боярское хозяйство и, как ни странно для меня, общинные припасы. Ладно, странно или нет, а мир похоже, живет с боярином в добром согласии. Иначе хрен бы кто согласился "страховой запас" держать в этой самой крепостце.

Въехали... боярина, понятно, встречает семейство ‑ маманя, да две сестры ‑ одна совсем мелкая, другая лет двенадцати. Семён Андреевичу, кстати, дополнительная морока ‑ надо и приданое собрать, и замуж выдать ‑ хорошо выдать, а не за какого там хрена с бугра. Я пока осматриваюсь. Вот ярыга подбежал, вот раненых в дом понесли, а вот и моя очередь настала. ‑ Тимоха, кузнеца я привел, обиходь его пока, да его добычу отдельно сложи. Отлепляюсь от телеги, подхожу ‑ но кланяться не спешу. У советских собственная гордость, вот.

‑ Здрав буди, Тимофей‑не‑знаю‑как‑по‑батюшке. Зовусь Олегом, думаю вот кузню здеся поставить.

‑ И тебе здоровьичка, Олег. Давай‑ка с телегой твоей разберемся. ‑ У меня еще четыре коня, тоже пристроить бы, пока в Тулу не поеду.

‑ Ты, Олег, допрежь Тулы‑то с боярином поговори ‑ холопов у него посекли, да и коней. А то я сам не вижу, что на пяток лошадей поменьше стало. ‑ Что в сохранность отложить надо?

‑ Да сам не знаю. Случилось вот четверых угомонить, пока они добычей баловались. Просто в лом пересказывать, чай не в милиции под протокол, обойдется пока. ‑ Поглядеть бы надо.

Что тут сказать, не богата была добыча у гопников. Тряпки, горшки, топор, пара ножей, лопата, орало, едва‑едва дорожных припасов ‑ мне дня на два‑три. Кто‑то, похоже, крепко допёк молодую семью, вот и сорвались с места, похватав самое ценное. Переселенцы уж наверняка какой скот с собой вели бы. С самих агрессоров побольше, хотя тоже не много. Четыре комплекта "конь‑сабля‑одёжка". Два седла. Три лука ‑ один раздолбай саадак отцепил, становясь то ли на дежурство, то ли в очередь. Одёжка частично порублена ‑ да она и новая красотой не блистала. Один из четырех наборов немного получше ‑ булат на сабле нормального узора, а не крупняк, да в перемётных сумах не пусто, хоть и не густо. Кроме войлока да запасов разных, нашлась пара ножей и, как ни странно, с полста двуперых русских наконечников для стрел. Почему русских ‑ да свежие они совсем, едва из кузни. И ‑ приз уровня, батарлыги. Кто не знает ‑ это гибрид мексиканских "чаппарахос", доспеха, и мотоциклетных щитков для ног, от ветра и кактусов. Здесь применяются обычно первой линией конницы для атаки пешего строя. В мешке нашлись ‑ похоже, награбленное. С того же трупа я снял единственные доспехи, стоящие этого названия ‑ что‑то вроде кожаной рубахи с нашитыми внахлест пластинами, и наручи. Вроде, такой доспех ‑ куяком называется.

‑ Что, Олег, велика ль добыча? Надо же, отошел боярин ‑ домой‑то он совсем смурной ехал. Видно, радость от встречи с родней подействовала. Да и деревню не спалили ‑ уже хорошо.

‑ Сабли я бы взял, да и коней. И тебе проще, и мне не в городе покупать. Ишь как, хитер товарищ боярин. С саблями‑то и правда быстрее, и не факт что их в Туле нормально продать можно ‑ своего железа хватает, а товар, как говорят в Одессе, не фонтан. С конями сложнее. Сабли‑то победитель соберет, а кони часто в бою гибнут ‑ что от "бесчестного" удара, что просто от стрел. Так что даже и неказистых трофейных коней можно бы в Туле сбыть ‑ не только "наш" боярин потери нес, рынок должен приподняться. Не наверняка, но вполне возможно.

‑ Одного коня я себе оставить хотел, да саблю. Не приведи господь, наскочат. С остатним ‑ давай, боярин, глядеть. ‑ На кой те сабля, или ты в походы ходить собрался? Так давай тогда ко мне в боевые. ‑ Не знаю, боярин, какие цены в Туле сейчас. В боевые, уж прости, не пойду, не моё это. А кузню быстро поставить, да работать начать ‑ так все приспособы кузнечные надо купить. Да в работу взять кого, одному в кузне не работа, а плач. Может, сначала я землю гляну, о плате сговоримся, да я потребное куплю ‑ а там, вот те крест, не буду цену ломить. Уж всяко меньше тульской цены будет.

‑ Хитришь, Олег. ‑ Да что тут хитрить‑то. Хоть землю глянуть ‑ ну как руды нет. На покупной‑то руде кузннца деревенская просто не протянет. ‑ Есть здесь руда. И кузнец был, да татары угнали, еще я на место не въехал. И пожгли, и пограбили. Пепелище там. И глаза выдают ‑ не хотел он этого говорить, к слову пришлось. Места здесь неспокойные ‑ южная окраина Московского княжества, крымчаки налетают регулярно. Засечной черты еще нет.

‑ Вот что, мне в Тулу ехать надо дня через три. Ты осмотрись пока, у меня поживи, а там со мной и съездишь.

Ну, осмотрелся. Перетер со старостой, какие земли общинные, какие нет, да вызнал, как они с помещиком сговорились. Потрепались малость о видах на урожай ‑ неплохих, кстати, на этот год, тьфу‑тьфу. Староста, называемый не иначе как "дед Павел", оказался мужиком не то, что бы пройдошливым, но ушлым. Конкретно намекнул, что "мир" ‑ деревенское сообщество ‑ кузнецу конечно, рад будет, но не себе в убыток. То есть мол, с ценами особо разгоняться не стоит, ради железного товара можно и потратить время, съездить к другому кузнецу, а то и в саму Тулу. В ответ, получил столь же тонкий намек, что железные изделия имеют обыкновение портиться при пользовании ‑ то есть в самое горячее время, когда день год кормит. А к миру я мол, со всей душой ‑ если он ко мне по‑людски. В общем, после предварительного обнюхивания расстались без неприязни.

Еще два дня я потратил на осмотр окрестностей. Отыскал старую разработку руды, приглядел место под дом и кузницу. Поторговался с Семеном Андреевичем об оплате. Сторговались на трех рублях в год, начиная с третьего. Сомнений у меня уже не было ‑ железо добуду, лес здесь и вовсе вокруг, да и медитации, похоже, помогали ‑ приступы выродились из "раскола мира" в просто сильную головную боль, что‑то начало вспоминаться из прошлой жизни, что‑то ‑ из жизни Олега. Озаботился я этой практикой еще по пути в поместье ‑ помогало предотвратить потерю сознания, если начать на раннем его этапе.

Из‑за медитации я сюда и попал, считаю. Тогда мы обмыли благополучное окончание одного действительно тяжелого монтажа ‑ не одни сервисники ездили, а и аз грешный вспомнил времена становления отдела ‑ те веселые времена, когда нас было всего двое на всё ‑ и продать, и поставить, и людей научить. С месяц потратили ‑ и не на баб и треп. Ладно, закончили, отчитались, акты‑протоколы подписали, и решили потратить время с пользой, благо магазин рядом. Когда остались самые стойкие, то пошли воспоминания о временах "почти былинных" ‑ кто из какого ге и какую конфетку сделал, какие при этом были симпатюшечки в местном техбюро, ОТК... Словом, вернулся в номер ‑ и ударило мне в голову поработать с дыханием и самоконтролем. Наверное, мне даже повезло ‑ могло и к инкам закинуть, не говоря уж про египтян.

Тула не впечатляла. Если Москву справедливо называли большой деревней даже и на излете советской власти ‑ то нынешняя Тула по привычным мне меркам и вовсе ‑ средненькая. Уж поменьше тех же Кинель‑Черкасс двадцать первого века точно. Вроде бы, здесь дворов двести‑триста. Но, мала Тула или велика, здесь есть кузницы и рынок. Остановились у какого‑то друга боярина Семена, тоже из небогатых и недавно ставших благородными, вернее ‑ помещиками.

Пока добирались, я в основном размышлял о средней скорбности делах, и прикидывал не то чтобы планы, но направление движения. Вернее, веер направлений. Очень не хотелось становиться простым деревенским кузнецом. Как‑то странно иметь высшее техническое образование, пусть и перестроечно‑постсоветского периода, и ничего не сделать ни для себя, ни для страны. Или наоборот ‑ для страны и себя? В любом случае получается нечто похожее на продажу права первородства Исавом за похлебку. С другой стороны, я в основном специализировался по обработке резанием, которая здесь в зачаточном состоянии. Сталь, к примеру, почти на вес золота ‑ если сталь, а не железо. То есть, организовать производство, тупо копируя методы двадцатого века просто нельзя. Здесь и железо‑то еще не массовый товар. Олег конечно, профессию осваивал и с основными приемами похоже, знаком. Но тут предел ‑ знаменитый кузнец‑оружейник. Как ни изгаляйся, а выработка невелика. Даже если когда‑либо и достигнешь мастерства и известности, товар будет штучный. Крестьянам к примеру, не поможет особо. Сосредоточился пока на "народном" товаре. Это серийное производство. Соответственно, нужно без потери качества снизить цену. Еще нужно железо, лучше сталь, и много. Ладно, допустим, кузницу можно поставить, опираясь на кой‑какой опыт Олега. Обычную местную кузницу, без особых изысков. Дальше нужно научиться получать приемлемого качества и стоимости сталь, и попробовать малую механизацию для типовых операций. Сталь здесь получают цементацией, потом долго проковывают для удаления примесей. Железо тоже проковывают. Всё это ‑ до начала производства не то что дамаска, или даже простенького ножа ‑ без этого нормальный гвоздь не сделаешь. Соответственно, надо попробовать прокатку, хотя бы небольшого количества железа на одной регулируемой паре валков. А до того из слитка надо получить что‑то похожее на брусок, ‑ то есть, опять ковать. Тогда, возможно, хотя бы мягкое железо получится катать. Из него можно многое сделать, и цена работы будет поменьше. Стоп. Железа будет нужно много, значит ‑ или несколько горнов, или шахтная печь. У шахтной печи больше выход железа на тот же вес руды ‑ но выше и процент чугуна в этом выходе. К тому же, чугуна часто загрязненного шлаком. Сделать из него можно немного, значит надо перерабатывать на сталь или хотя бы железо. На железо проще ‑ это "пережигание" в горне. Со сталью сложнее ‑ лить её научились далеко не сразу. Англичане хотели даже запретить экспорт литой стали, из‑за нестабильного качества. Запрет не прошел, но причину возьмем на заметку. А пока надо поставить обычную кузницу.