Следующим вечером Лорелея сидела в таверне и дышала табачным дымом и запахом немытых тел. Вот уже два часа она уклонялась от волосатых рук и грубых предложений, слушала разговоры моряков и вылавливала все, что могло касаться Черного Джека.

Если подумать, положение жуткое: один из этих людей может быть тем пиратом, о котором говорят, что он убил людей больше, чем оспа, свирепствовавшая в Чарлстоне год назад.

А что, может быть, он вот тот коротышка лет пятидесяти у барной стойки, который то и дело поглядывает на нее, или молодой человек, что в одиночестве сидит возле камина с кружкой эля в руках. А может, тот одиночка в углу, который взглядывает на дверь каждый раз, когда она открывается...

Как может выглядеть такой человек? Высокий он или низкий? Чернявый или блондин? Конечно, его лицо должно выражать жестокость. Как же иначе?

Лорелея подошла к столу, где сидели ее последние четыре клиента, и поставила перед ними кружки.

– Это все? – спросила она, подражая грубоватому тону служанки. – Или принести поесть?

Один из мужчин уставился на ее зад.

– Я бы взял блюдо из этого окорока!

С новообретенной ловкостью Лорелея уклонилась от шлепка.

– Только попробуй, дружочек, – сказала она с теплой ноткой в голосе. – Получишь несварение желудка, не говоря уж про ожог, который окажется у тебя на щеке, если вздумаешь шутить со мной.

Остальные трое засмеялись.

– Берегись, Дэнни, она может это сделать! – сказал компаньон лет шестидесяти.

Лорелея установила поднос на плече.

– А если не я, то мой любовник, вон он идет, он снесет вам головы.

Все дружно повернулись к Карлу, владельцу таверны. Он поднял на плечо большую бочку рома и переставил ее на голову. Карл был всего на сантиметр выше Лорелеи, но крепкий как дуб; всем, кто посещал «Голову кабана», был знаком скверный характер Карла Харингера.

– Ты и этот урод-педераст? – Младший из сидевших за столом фыркнул. – Никогда не поверю.

Лорелея сунула поднос под мышку и прокричала, чтобы Карл услышал ее за шумом разговоров:

– Эй, Карл, кто твоя любимая?

Медвежье лицо Карла будто хрустнуло, изображая подобие улыбки.

– Только ты, милая Лори, только ты.

Она с напряженной улыбкой повернулась к четверке за столом. Лица у них были бледные.

– Кто-нибудь еще желает меня отведать? – спросила она моряка.

Тот уткнулся в кружку. Довольная Лорелея пошла в обход своих столов.

Приближаясь к задней стене таверны, она перехватила возмущенный взгляд Джастина. Военную форму он сменил на просторную куртку и штаны из оленьей кожи, но держался величаво, это выдавало в нем младшего сына лорда Уолингфорда. К тому же он держался прямо, будто шомпол проглотил, в отличие от остальных посетителей таверны, сгорбившихся над своими кружками.

Он не брился в это утро, сказав, что тогда будет выглядеть грубым, как те моряки, что захаживают в таверну. Ей казалось, что это глупо. Еще глупее была поза: он держал руку на колене, но то и дело вспоминал свою роль и ставил локти на стол.

Джастин прищурился, глядя на Лорелею; она видела, что он готов ее задушить. Она всегда была кокеткой, он это знал, и это его раздражало с первого дня, когда он ее заметил.

По правде говоря, ей страшно нравилось его мучить. Она любила нарушать границы дозволенного, просто чтобы посмотреть, что из этого получится.

Джастин заявлял, что во всем виноват ее отец: он был слишком снисходителен к своему единственному чаду, слишком либерален в вопросах обучения, слишком терпим к ее проказам.

– Что-то ты побледнел, дружок, – нахально сказала она. – Принести еще кружечку?

Он с ужасом отказался.

– Что-нибудь слышно про Черного Джека?

Она помотала головой и сделала вид, что протирает стол.

– Здесь есть парочка пиратов, но ни один из них не Черный Джек.

Он посмотрел на двоих людей, сидевших вместе с ним за столом. Те имели строжайший приказ увести Лорелею в безопасное место, как только появится Черный Джек.

– Будь осторожна, – предупредил он.

– Что? – сказала она, засунув полотенце за пояс. – Когда здесь ты, твои люди да еще Карл, кто посмеет меня тронуть?

Он схватил ее за руку и прожег взглядом.

– Лорелея, это тебе не детская игра. Черный Джек убьет тебя без разговоров.

Она сморщилась, выдергивая руку.

– Пусть сначала догонит. Посмотрим, как ему это удастся.

Джастин раздраженно вздохнул и выпустил ее руку.

Ожидание продолжалось уже часа два, когда входная дверь открылась и втолкнула внутрь удивительно свежий, чистый воздух. Лорелея только начала поворачиваться ко входу, как сильные руки схватили ее за талию и потащили в темный угол.

– Ну-ну, а что у нас здесь?

Она чуть не задохнулась от смрадного дыхания.

– Пусти, – потребовала она таким властным тоном, перед которым не раз пасовали взрослые мужчины.

Человек был ей не виден; он схватил ее грязной рукой за грудь.

– Эй, будь умницей, я тебе хорошо заплачу.

Лорелея в ужасе оглянулась на Джастина. Он встал, она видела, что он хочет ей помочь, но один из товарищей схватил его за руку и отрицательно покачал головой. Джастин медленно сел на место. Да как он посмел!

Она негодовала – такое смирение перед нижестоящим привело ее в ярость. О, когда она выберется из этой переделки, он пожалеет, еще как пожалеет! А она выберется, она не какая-нибудь служаночка, которую можно изнасиловать в задней комнате таверны.

Отчаяние пересилило страх, и она изо всех сил ударила каблуком по ноге напавшего человека. Он выругался и выпустил ее.

Лорелея кинулась к двери, которая опять открылась, но человек снова ее схватил и повернул лицом к себе. Тут она впервые увидела его черные глаза-бусинки и клок грязных светлых волос. Уродливое лицо было искажено злостью и вожделением, он толкнул ее к стене и стал ощупывать тело грязными ручищами.

– Я сказала, пусти! – Она билась, стараясь вырваться из его хватки, хотела заслониться подносом, как щитом, но он его выхватил и бросил на пол.

– Женщина сказала свое требование. Ты должен подчиниться.

Негромкий, но глубокий голос громом прокатился по комнате – тяжелый, густой, властный. В этом голосе чудилось что-то знакомое. Она оглянулась и...

Сердце остановилось. Первым делом она увидела серые, цвета стали, лаза, в глубине которых клубился гнев. Глаза, принадлежащие графу Арнольфу Гапсбургу.

Вместо придворного платья на нем были белая сорочка с открытым воротом и расстегнутый темно-зеленый вышитый жилет. Длинные светлые волосы рассыпались по спине, на боку висела сабля в ножнах.

Он подошел и положил руку на плечо того, кто приставал кЛорелее:

– Ты что, не слышал меня?

– Это касается только меня и девушки.

– Девушка тебя не хочет, и надо отдать должное ее хорошему вкусу. – Один уголок рта насмешливо приподнялся. – Если ее не выпустишь, это будет касаться тебя и меня. – Он нетерпеливо ждал, и в глазах его не было сочувствия.

Негодяй, обливаясь потом, убрал руки и одернул куртку.

– Прошу прощения, мисс, – сказал он, наконец. – Я не хотел причинять вам зла. – И с этими словами он выскочил за дверь.

Лорелея с облегчением посмотрела на красавца, которым восторгалась вчера. Как и Джастин, он был небрит, но это не выглядело глупым, наоборот, щетина придавала скульптурным чертам лица еще большую мужественность.

– Куда подевался ваш акцент? – спросила она.

Некоторое время граф разглядывал ее с кривой полуулыбкой, потом воспользовался приемом, известным мужчинам со времен Адама и Евы:

– Прошу прощения, о чем вы говорите?

– О Вас. Почему Вы здесь, почему так одеты и так разговариваете?

Он нахмурился, как будто перед ним была ненормальная.

– Сожалею, но вы меня с кем-то путаете.

Лорелея знала эту игру. Так сделал Джастин, когда она застала его в объятиях одной красотки. Этот негодяй тоже сказал, что ей померещилось. Она-то хорошо все видела – как ее жених щупал ту девицу со спины! Есть старая хитрая поговорка: «Дай женщине почувствовать себя тупицей, и она отстанет». Мужчина ею пользуется, когда ему надо что-то скрыть.

И в этот момент она поняла, что именно он скрывает.

«Господи, он – Черный Джек!» Она это знала. Где-то в глубине души она инстинктивно понимала, что только такой умный человек мог успешно избегать всех попыток его поймать.

«И вчера я с ним танцевала!» Глубоко вздохнув для храбрости, она поняла, что единственный способ остаться в живых – это поддержать его ложь. Пусть думает, что убедил ее.

– О, вы правы, – сказала она, изображая раскаяние. – Должно быть, я ошиблась. Спасибо, что помогли.

Джек отступил, и она ринулась мимо него, как будто за ней гнался сам сатана. Он по глазам понял, что она его раскусила.

Черт бы побрал умную девицу. Проследив за ней, он увидел, как она наклонилась к своему плосколицему англичанину. Джек размышлял. Он пришел на встречу с Морганом и шпионом «Патриотов», они хотели обсудить доставку оружия через британскую блокаду. Только те двое знали, что сегодня в таверне будет Черный Джек.

Так кто же предатель?

Насчет себя он знал: он ни единой душе не обмолвился о том, что пойдет сюда. И Морган. Хотя за все эти годы Джека много раз предавали, он знал, что Морган никогда не поступит бесчестно.

А вот шпион может.

А это означает, что Морган сидит в ловушке и не догадывается. Джек вздохнул. Опять придется вытаскивать Моргана из огня. Черт побери этого «патриота». Все беды от дураков.

Он направился к Моргану сообщить ему эту замечательную новость. Морган сидел за столом рядом со шпионом, справа от бара. Он кивнул Джеку:

– А, вот и ты.

Не обращая внимания на приветствие, Джек ударил шпиона кулаком в челюсть. Тот медленно сполз на пол. Морган с любопытством поднял бровь:

– Что он натворил? Надел пиджак не того цвета? Или на этот раз ты счел оскорбительной его профессию?

Джек уперся кулаками в стол, наклонился к Моргану и сощурился.

– Я полагаю, это он сообщил куда следует, что мы сегодня будем здесь. Ну, как, я ударил кого надо?

Морган вытаращил глаза. Довольный искренним потрясением друга, Джек хмуро улыбнулся:

– Мы угодили в ловушку.

Лорелея с триумфом посмотрела на Джастина:

– Смотри. Это Черный Джек. Он только что ударил человека.

– Если хочешь знать, Лори, этот человек соблазнил его жену.

Лорелея выпрямилась и враждебно посмотрела на Джастина:

– Говорю тебе, это он. Разве ты его не узнал? Вчера он разыгрывал из себя графа Гапсбурга, конечно, собирал информацию о...

– Лори, пожалуйста, – с подчеркнутым терпением сказал Джастин. – Этот человек совсем не похож на графа, он просто бедный матрос, который зашел выпить. Граф был на добрую голову выше и имел манеры аристократа. К тому же подумай головой, зачем бы Черный Джек стал защищать трактирную шлюху?

– Прошу прощения, я не шлюха, – припечатала она.

– Ты знаешь, что я хотел сказать.

Она воздела руки к небу. Как можно быть таким тупым?!

– Тебе нужны доказательства? Сейчас ты их получишь. – Она сделала три шага в сторону Джека и крикнула: – Эй, Черный Джек!

Человек, на которого она смотрела, не шевельнулся.

– Видишь, он и глазом не моргнул! – обрадовался Джастин. – Это не он.

Лорелея прикусила губу. Он не шевельнулся, зато все в таверне посмотрели на него. Она получила свое доказательство. Она вернулась к Джастину:

– Пойди, арестуй его. Если я ошиблась, ты его отпустишь.

– Если ты ошиблась, я стану посмешищем.

– Что нам делать? – спросил Морган у Джека, безуспешно стараясь выглядеть бесстрастным.

Джек привык иметь дело с такими ситуациями, и его не смутило очередное предательство.

– Я хочу, чтобы ты вышел отсюда так, как будто ничего не случилось. Никто, кроме этой кучи дерьма, про тебя не знает, так что ты в безопасности. – Он посмотрел на шпиона, распростертого на полу. – По крайней мере, пока он не очнется.

– А ты?

– За меня не беспокойся.

– Джек...

– Может, я родился в сточной канаве, но я не собираюсь в ней умирать. А теперь иди, выбирайся в безопасное место. Морган неохотно встал и сделал, как ему велел Джек. Только после того, как за Морганом закрылась дверь, Джек рискнул посмотреть на Лорелею. Она спорила с Джастином.

Наверняка этот идиот привел ее сюда, чтобы подслушать что-то про Черного Джека, а когда она его отыскала, идиот отказывается верить.

И что она в нем нашла? Женщины! Он никогда их не понимал.

Джек знал, что нужно уйти до того, как Джастин поймет, кто он, но он слишком наслаждался этим представлением, чтобы уходить. К тому же нет такого капкана, из которого он бы не выбрался. Ни мужчина, ни женщина его не удержат. Вообще-то голая женщина на кровати могла бы его несколько подзадержать, если бы она ему нравилась.

А Лорелея Дюпре ему очень нравилась.

Он одобрительно скользнул взглядом по ее спине. Юбка на несколько дюймов не доходила до пола, были видны изящные лодыжки. Она оживленно махала рукой в его сторону, но когда встретилась с ним взглядом, замолчала.

Джек застыл как громом пораженный. Они смотрели друг на друга, и время остановилось, жужжание разговоров стихло, остался только стук сердца.

Господи Иисусе, во взгляде этой женщины было что-то магнетическое. Неведомое, чуждое притяжение, с каким ему не приходилось сталкиваться. Единственное, чего он хотел, – это подойти, подхватить ее на руки, унести куда-нибудь на кровать и всю ночь заниматься с ней любовью.

И тут он принял решение.

Он собирался оставить Лорелею в стороне, но раз Уолингфорд вздумал ее подключить, так тому и быть. Он не из тех, кто смотрит в зубы дареному коню. Судьба во второй раз посылает ее ему в руки, и он далек от мысли гадать, что ему уготовано на этот раз.

Джастин поднялся. Его лицо пылало гневом, он твердо шел по направлению к Джеку.

Джеку стоило больших сил оторвать взгляд от Лорелеи, чтобы посмотреть на раздраженного Джастина.

– Простите, сэр, – сказал Джастин, бросив быстрый надменный взгляд на Лорелею. – Не хотелось бы вас тревожить, но будьте добры, скажите, вы Черный Джек?

– А, лейтенант, – засмеялся Джек. – Вы получили то, что искали. Вопрос в том, сможете ли удержать?

Джастин вытаращил глаза и схватился за шпагу.

– Это он, ребята! Хватайте его! – закричал он.

Рассмеявшись в ответ, Джек отпихнул Джастина, потому что те двое, что сидели рядом с Джастином, повели Лорелею к двери. Джек выхватил саблю и кинулся за ними. В голове была одна мысль – Лорелея Дюпре.

Два офицера в штатском выскочили из толпы и преградили ему дорогу. Он снова рассмеялся. Неужели они думают, что смогут его остановить? Он побеждал целые флотилии, посланные ему вдогонку.

Черного Джека так просто не возьмешь! В несколько приемов он их разоружил и продолжал преследовать цель. Джек выскочил за дверь и увидел, как Лорелею подсаживают в повозку. Один из солдат повернулся к нему и выхватил шпагу.

«Прекрасно! – с усмешкой подумал Джек. – Этот человек в самом деле думает, что сможет ее защитить?» Разве что-то может удержать Черного Джека и не позволить ему взять то, что он хочет? Никто не встанет у него на пути.

Никогда.

Они скрестили оружие, и тут раздался выстрел. Острая боль пронзила правое плечо Джека. Оглянувшись, он увидел Джастина с дымящимся кремневым ружьем в руках.

Сжав зубы от злости, Джек отшвырнул врагов и запрыгнул на задок повозки, чтобы осмотреть рану. Из нее текла кровь, но кость, кажется, не задета. Больно, но не смертельно.

Зато этого достаточно, чтобы разозлить его. Никто не смеет пускать кровь Черному Джеку! Горя мщением, он прошагал к передней части повозки, сбросил на землю солдата, сидевшего рядом с Лорелеей, и сел на его место. Не давая ей опомниться, Джек схватил вожжи и хлестнул ими по спинам лошадей.

Повозка дернулась и покатилась. Лорелея оглянулась на Джастина, от шока лицо ее окаменело. Она слышала, как Джастин прокричал:

– Лорелея!

Побледневшая Лорелея повернулась к Джеку:

– Что вы делаете?!

– Как видите, прекрасная леди, Черный Джек вас похищает.