— Готова? — спрашивает Макс, когда мы стоим на тротуаре перед полицейским участком. Я киваю. — У меня есть дневник. Я сделал копии каждой страницы. Ты можешь сделать это, Лили. Я рядом с тобой на всем пути.

Я смотрю на здание и улыбаюсь. Мы заходим внутрь и идем к стойке администратора, за которой работают два человека.

— Чем я могу вам помочь?

— Я здесь, чтобы увидеться с детективами Харрис и Джонс.

Они осматривают меня сверху вниз, затем один поднимает телефонную трубку и просит их обеих спуститься вниз.

Мгновение спустя, в то время, как мой пульс быстро гудит по всему телу, я слышу:

— Лили, — говорит Харрис, приближаясь к нам. — Пойдемте со мной, — она ведет нас в кабинет и закрывает дверь. — Сегодня вы выглядите лучше, чем вчера. А вы? — она переключает внимание на Макса.

— Макс Стерлинг.

Она слегка кивает ему, а затем снова смотрит на меня.

— Вы принесли дневник?

— Я принес. Вот, — Макс протягивает ей мой дневник. — Я также снял копии с каждой страницы, на случай, если что-нибудь случится.

— Ничего не случится. Мы прочтем его и снимем копии того, что нам нужно. Как только закончится суд над Трентом, мы вернем его вам.

— Могу я задать вам вопрос о Тренте? — я смотрю на Харрис и безмолвно умоляю.

— Если я смогу ответить на него, то да. Есть вещи, которые, очевидно, я не могу с вами обсуждать.

— Когда он избил Одри?

— Три дня назад.

— Он в тюрьме?

— Он был освобожден под залог.

Я дрожу при мысли, что он рядом и может прийти за мной.

— Должна ли я запросить постановление о защите от него?

— Было бы неплохо, учитывая, что его отпустили под залог, и что у нас есть кое-что, что доказывает, что он постоянно совершает преступления.

Я смотрю на Макса, и он кивает в знак согласия. Уверена, он хочет, чтобы я получила постановление.

— Хорошо, как я могу его получить?

Она объясняет мне все и говорит, что в нынешних условиях у них должно получиться уговорить судью довольно быстро принять решение. Мы с Максом уходим сразу после заполнения всех документов на судебный запрет, и Макс отвозит меня на работу.

— Ты уверена, что не хочешь провести день дома? Может, позвать массажиста или кого-нибудь, чтобы сделали тебе маникюр и педикюр? — спрашивает он.

— Нет, я буду в порядке. Я должна занять себя чем-нибудь, и мне нужно позвонить Джолин и поговорить с ней. В субботу я должна была сказать ей, что отказываюсь от работы. Я не хочу переезжать, хотя и хочу делать то, что люблю.

— Хорошо, это твой выбор. Я работаю допоздна сегодня. Меня не будет дома примерно до восьми или девяти.

Он подъезжает к парадному входу магазина и наклоняется, чтобы поцеловать меня.

— Увидимся вечером, — говорю я.

Поднявшись наверх, я останавливаюсь возле кабинета Питера. Дейл здесь, они пьют кофе и смеются.

— Лили, заходи, — говорит Питер. Дейл встает со стула, отходит и опирается на небольшое пространство стены между большими окнами с видом на торговый зал.

— Я просто хотела, чтобы вы были в курсе того, что происходит.

— И что же это? — спрашивает Дейл.

Я кратко рассказываю им все, что произошло этим утром, и они оба говорят, как рады, что Трент, наконец, ответит за свои деяния.

— А еще я хотела сказать спасибо вам обоим. Вы не только показали мне доброту, но и были терпеливы во всем. Я действительно ценю это.

— Питер сказал мне, что у тебя было собеседование в издательстве, — говорит Дейл, меняя тему разговора. Очевидно, им обоим так же трудно принимать комплименты, как и мне.

— Да, но я собираюсь отклонить их предложение.

— Что? — они оба почти кричат на меня. — Почему? — снова говорят они в унисон.

— Сначала они хотели, чтобы я переехала в Нью-Йорк и работала в офисе, но я сказала им, что не перееду. Поэтому они предложили мне работать по телефону, электронной почте и летать в Нью-Йорк раз в месяц. Но я не хочу делать и это.

— Деньги предложили хорошие? — спрашивает Дейл — человек цифр.

— На десять процентов больше, чем я зарабатываю здесь, но уловка в том, что я не смогу иметь личных клиентов.

— Десять процентов маловато, — говорит Питер, а Дейл кивает.

— На самом деле, я отказываюсь от этого по нескольким причинам.

— Ты еще не отказалась? — спрашивает Дейл.

— Из-за того, что случилось вчера, у меня не было шанса.

— А ты хочешь принять предложение? — спрашивает Питер, допивая кофе.

— Я хочу это сделать, но, в то же время, мне нравится здесь. И у меня все расписано на ближайшие три месяца, и еще пять человек ждут своей очереди. Поэтому они мне не очень то и нужны, но было бы неплохо делать то, что я люблю.

— Знаешь, Лили, — начинает Питер. — За тобой охотилось одно издательство. Я могу гарантировать, что тебе поступит еще больше предложений, — я смеюсь, вспоминая слова Джолин. — Что смешного? — он недоуменно смотрит на меня.

— Джолин, дама, которая предложила мне работу, просила, чтобы я сообщила ей о полученных предложениях. Она была милой, и, скорее всего, я не получу еще одно предложение, как у нее.

— Начинается, — бормочет Дейл про себя, но, очевидно, достаточно громко, чтобы я услышала.

— В чем дело, Дейл?

— В тебе, Лили. Ты все еще не понимаешь?

— Понимаю что?

— Ты стоишь в миллион раз больше того, что она предложила. Она хотела встретиться с тобой, потому что ты, моя дорогая Лили, стоишь этого. Каждого цента, каждого доллара. И ее предложение не будет последним. Это только вопрос времени, когда кто-то даст тебе то, что ты хочешь, и ты будешь ценным активом для их компании так же, как ты драгоценна для нашей.

— Спасибо, — говорю я, принимая его красивые слова. — Но я отвергну это предложение, потому что, честно говоря, авиаперелеты и я — не лучшие друзья.

Питер и Дейл оба смеются, понимая, что я имею в виду.

— Сегодня нам потребуется помощь в подсчете оставшихся запасов. Ты сможешь задержаться и помочь? — спрашивает Питер.

— Конечно. Как ты думаешь, во сколько примерно я освобожусь? Мне нужно сказать Максу.

— Не позднее восьми или восьми тридцати.

— Отлично. Я сообщу Максу.

Я встаю и иду к своему столу. Первое, что я делаю — звоню Максу и сообщаю ему, что буду работать допоздна, он просит дождаться его на работе, потому что он заберет меня и отведет поужинать. Поскольку больница находится рядом, мне нет смысла ехать домой, поэтому так мы сможем встретиться и поужинать.

Затем я звоню Джолин и отклоняю ее предложение. Она пытается предложить мне еще десять процентов, но я уже приняла решение. Самый большой недостаток для меня — невозможность работы с новыми клиентами, которые потенциально могут попасть в списки бестселлеров.

***

— Я заканчиваю в восемь, поэтому просто дождись меня, хорошо?

— Ладно, мы, в любом случае, заняты инвентаризацией. Когда мы закончим, мне просто нужно будет взять свитер из своей машины.

— Хорошо, увидимся, когда я приеду, — Макс вешает трубку, а я спускаюсь вниз, чтобы начать помогать с переучетом.

Время летит незаметно и прежде, чем я понимаю, Питер сообщает, что Макс ждет меня перед магазином. Он говорит мне отправляться домой и благодарит за помощь.

— Эй, — говорю я Максу, подходя к нему. — Мне нужно взять кардиган из машины. Она припаркована с тыльной стороны.

— Я пойду с тобой.

— Как насчет того, чтобы ты подъехал на машине на задний двор? А я пойду прямо туда, увидимся через несколько минут.

— Ладно.

Вытянув ключи от машины из сумки, я отдаю ее Максу и направляюсь к заднему выходу, в то время как он идет к своей машине. Я иду к своему автомобилю, припаркованному на задней стоянке. В это время ночи здесь очень тихо и изолировано. Когда я добираюсь до машины и снимаю блокировку с брелока, то слышу один демонический голос, который, я знаю, никогда не забуду:

— Лили.

Я поворачиваюсь и получаю удар кулаком в лицо. Напуганная, я падаю назад, на машину.

— Трент, — кричу я.

Он наносит второй удар мне в живот, от него я сгибаюсь пополам. Приседаю от боли, пытаясь кричать, но он выбивает весь воздух из меня. Вместо этого я отчаянно пытаюсь вдохнуть воздух, почувствовать что-то еще, кроме боли в моих легких. Он хватает меня за затылок и бьет головой об дверь.

— Помогите! — кричу я.

— Просто не надо было лезть не в свое дело, сука. Но ты должна была дать им свой сраный, незрелый, тупой маленький дневник.

— Помогите! — кричу я, пытаясь вырваться. Я начинаю размахивать руками, и мне удается ударить Трента по лицу.

— Я должен был сделать миру одолжение и убить тебя, когда у меня была такая возможность. Похоже, мне придется сделать это сейчас.

— Помогите, — кричу я, продолжая отбиваться от Трента.

Внезапно его отрывают от меня, и я вижу, как его бросают на землю, словно мусор.

— Убери от нее свои чертовы руки, — кричит Макс и наносит несколько быстрых ударов в бок Трента.

— Блядь, ты сломал мне ребро, — визжит Трент от боли, держась за бок.

— Ты в порядке? — Макс берет в ладони мое лицо и затем целует меня в лоб. — Полиция уже в пути.

— Макс, — бормочу я, глядя, как Трент корчится от боли на бетонной площадке.

Макс смотрит на него и закрывает мне обзор.

— Не смотри на него, — говорит он, стоя со мной, защищая.

Обнимая Макса, я смотрю на его широкие плечи. Макс едва коснулся Трента. Однако крутой парень Трент извивается так, будто его избили до полусмерти. Почти так же, как он избивал меня, и больше похоже на то, как он избил Одри.

Полиция приезжает через несколько секунд, и Трент кричит о том, как Макс избил его.

Питер выходит узнать, зачем на его заднюю парковку приехала полиция и скорая помощь.

— Что случилось? — спрашивает он, когда один из офицеров полиции разлучает нас с Максом и принимает его заявление.

— Трент напал на меня и сказал, что собирается меня убить.

Хотя я вижу, что Трент лежит на земле, я ничего к нему не чувствую. Он катается, орет и плачет, но я ничего к нему не чувствую. Я не чувствую узлов в животе, которые чувствовала раньше, когда он бил меня. Я даже не чувствую, как пульс бьется в моих венах в ожидании очередного удара. Я полностью охладела к нему. У меня нет никакого желания подходить к нему, чтобы убедиться, в порядке ли он. Он — ничто для меня, именно это я и чувствую в отношении его. Ничего.

— Как голова, Лили? Твой глаз плохо выглядит.

Я уже чувствую, как отекает мой глаз, и знаю, что в течение часа или двух станет хуже.

— Бывало и похуже.

— Больше никаких страданий, — он подходит к офицеру полиции, который арестовывает Трента, и что-то говорит ему. Он пожимает ему руку, а затем возвращается ко мне.

— Что случилось? — спрашиваю я.

— Посмотри туда, — Питер указывает на заднюю часть здания, и я смотрю в нужном направлении. И я вижу их. Ряд камер. — Ты видишь их?

—Да, — говорю я, улыбаясь и качая головой.

Макс заканчивает разговаривать с офицером полиции и подходит ко мне.

— Тебя нужно осмотреть, — говорит он, указывая на мой глаз.

— Не нужно. Все не так уж плохо, — говорю я. — Но Питер только что сообщил мне хорошие новости.

— Какие? — он поворачивается к Питеру и спрашивает. Питер просто указывает на камеры, и у Макса вырывается смешок. — Но тебя все еще нужно осмотреть. Пойдем, я отвезу тебя в больницу.

— А как же полиция?

— Мы можем заехать к ним после того, как тебя осмотрят, и ты дашь свои показания, — Макс ведет меня к своей машине, а Питер уже ведет еще одного офицера обратно, в сторону магазина.

— Я буду рада, когда сегодняшний день закончится, — говорю я, расслабляясь на мягком черном сиденье автомобиля Макса.

— Как и я, — добавляет Макс, пока мы едем в больницу.