Эскадрильи драконов сплетали и расплетали в небесах узоры, взлетали и пикировали крыло за крылом, сохраняя минимальную безопасную дистанцию, и тому, кто наблюдал за их тренировкой — полет сомкнутым строем, — казалось, что драконы летят непрерывной чередой.

Небеса над Форт-холдом, старейшим человеческим поселением на Северном континенте, сияли чистой синевой дня ранней осени — эту особенную чистоту и глубину цвета сразу бы узнали предки здешних поселенцев, жившие в Новой Англии Североамериканского континента. Солнце блестело на гладких боках здоровых драконов, а золотые королевы, летавшие пониже, чуть ли не задевая за верхушки гор над Фортом, казались еще более золотыми. На это стоило посмотреть, и все, кто любовался этим зрелищем, всегда ощущали прилив гордости. Если не считать одного-двух человек.

— Ну, закончили, наконец, — сказал Чокин, лорд-холдер Битры, первый, кто отвел взгляд, хотя парад еще не окончился.

Повертев шеей, он потер ее там, где вышитый ворот его лучшей куртки натирал ему загривок. Правду говоря, за время маневров у него не раз захватывало дух, только он помалкивал. Драконьи всадники слишком много о себе понимают, так что нечего потакать их себялюбию и раздутому сознанию собственной важности. Они постоянно являлись в его холд со списками того, что еще не сделано и что обязательно должно быть сделано до Прохождения. Чокин фыркнул. И что народ чушь порет? Да, бураны в прошлом году были необычно сильными, но это не такая уж неожиданность, и с чего бы считать их предвестниками Падения Нитей? Бураны зимой всегда бывают.

Ну, хоть тягомотина с вулканами закончилась. Все вулканы так или иначе время от времени просыпаются, это же естественно, если он верно помнит, чему его учили. Конечно, пара-тройка активна именно сейчас, но это вовсе не означает приближения небесного соседа! И он не намерен требовать от стражников, чтобы те сидели и пялились на восток в ожидании проклятой планеты. Особенно когда во всех других холдах народ и без того настороже. Ну, допустим, она пройдет близ Перна… Вовсе не обязательно, эта близость будет опасной, что бы там ни писали древние о циклических нападениях Нитей.

Драконы — всего лишь результат одного из странных экспериментов поселенцев, которые создали летающие существа взамен аппаратов, которые были у них раньше. Он видел скутеры на выставке в литейном цеху Телгара — летать на них было куда сподручнее, чем на драконе, где приходится терпеть черноту и холод телепортации. Он вздрогнул. Ему не нравился абсолютный холод Промежутка, пусть это и избавляло от утомительных поездок по суше. Совершенно очевидно, что где-то в записях, копируемых по требованиям Колледжа, содержатся сведения о веществах, которыми можно заменить то, что служило древним топливом для их повозок. Почему бы какому-нибудь сообразительному молодцу не разобраться в них прежде, чем скутеры окончательно рассыплются в прах? Почему бы мозговитым ребятам не изобрести новый тип летательного аппарата? Аппарата, который не будет требовать благодарности за выполнение своего долга!

Он глянул вниз, на широкую дорогу, где по случаю Встречи были расставлены столы и навесы. Его стол был пуст — даже партнеры по игре пошли посмотреть на зрелище. Ничего, он потом с ними еще поговорит. Они должны были завлекать завсегдатаев азартными играми даже во время представления, устроенного драконьими всадниками. Ведь драконов все видели уже сотни раз. Однако скачки прошли хорошо, и, поскольку букмекеры были его людьми, он все же получил кое-какой навар с процентов по ставкам.

Возвращаясь к своему креслу, он увидел, что на всех столах уже расставлены ведерки со льдом для охлаждения вина. В предвкушении он потер унизанные перстнями руки, и черные истанские алмазы сверкнули на солнце. На эту Встречу он явился только из-за вина — хотя почти ожидал, что Хегмон каким-нибудь образом да увильнет. Шипучее вино, что-то вроде легендарного шампанского старой Земли, было готово к первой дегустации. И, конечно, угощение тоже будет на славу, даже если вино и не оправдает надежд и ожиданий. Поулин, лорд Форт-холда, переманил к себе одного из лучших шеф-поваров континента, так что вечерняя трапеза наверняка доставит удовольствие битранскому лорду. Если, конечно, еда не скиснет у него в желудке, когда ему придется потом сидеть на обязательном заседании. Чокин предлагал своих людей для обслуживания, но Крисли с пренебрежением отклонил предложение Битры, и этот отказ Чокин уж не забудет.

Лорд-холдер Битры перебрал в уме все возможные предлоги для отъезда сразу после ужина — какой из них сочтут достаточно уважительным? С учетом приближения этого самого мифического Прохождения следует держать ухо востро и не заводить ненужных союзов. Если бы уехать до ужина… но тогда ему не удастся попробовать это похожее на шампанское вино, а он непременно собирался его вкусить. Он даже не поленился отправиться на виноградник Хегмона в Бенден, собираясь купить несколько бочек. Но Хегмон отказался встретиться с ним. О, да, его старший сын рассыпался в извинениях — что-то насчет крайней необходимости присутствия Хегмона при каком-то разбирательстве в пещерах, — но в конце концов все свелось к тому, что Чокину не позволили даже вписать свое имя в список постоянных заказчиков. Поскольку львиную долю этого искристого вина явно получит Бенден-Вейр, придется по-прежнему поддерживать хорошие отношения с вождями Вейра, тогда его пригласят на Рождение, которое состоится в ближайшие несколько недель, а уж там он сумеет выпить столько их вина, сколько сможет. Не мытьем, так катаньем!

Он остановился и покрутил бутылку в ее ледяном гнездышке. Почти идеальное охлаждение. Наверняка всадники доставили Поулину лед с Плоскогорья. Когда ему, владетельному лорду Битры, нужен лед, ни одного всадника не найдешь! М-да. Но, конечно, определенные роды всегда пользовались особым почтением. Ранг не так высоко ценится, как надо бы, вот это уж точно!

Он украдкой изучал наклейки на бутылках, когда толпа вдруг в ужасе ахнула, а потом тут же разразилась радостными криками. Подняв взгляд, он понял, что пропустил опасный маневр… А, да, они снова выполняют перехват в падении. Он увидел, как бронзовый дракон вынырнул из-под синего, сделавшего вид, что у него повреждено крыло. Теперь оба всадника сидели на шее бронзового. Прямо как предводитель Телгар-Вейра, который тоже был таким же сорвиголовой.

Радостные крики и аплодисменты перекрыл грохот барабанов, донесшийся с помоста для оркестрантов, построенного на широком дворе, простиравшемся от ступеней холда до двух расположенных под прямым углом пристроек. И Учительский Колледж, и лечебница снова расширялись — судя по окружавшим их лесам. Чокин фыркнул: оба здания сильно выдавались вперед, так что, если Падение все-таки начнется, они будут совершенно открыты для Нитей. Нет, все же надо быть последовательными. Конечно, вгрызаться в скалу куда труднее, чем строить на поверхности, но слишком уж многие говорят одно, а делают другое.

Чокин ядовито усмехнулся, поинтересовавшись про себя: а спрашивал ли архитектор одобрения у предводителей Вейров? Нити! Он опять хмыкнул и с досадой подумал, что Поулин, который так фамильярно болтает с лордом и леди Бендена, провожая их и свою жену к главному столу, не слишком торопится. Лично Чокин умирал от желания попробовать шипучее белое вино.

Барабаня по столу пальцами, он ждал возвращения хозяина и того мгновения, когда соблазнительные бутыли будут откупорены.

К'вин, всадник бронзового Чарант'а, наклонился к самому уху молодого синего всадника, сидевшего рядом с ним.

— В другой раз жди моего сигнала! — сказал он.

П'теро лишь ухмыльнулся, лукаво стрельнув своими ярко-голубыми веселыми глазами.

— Я знал, что ты меня перехватишь, — крикнул он в ответ. — Слишком многие смотрят на нас снизу, чтобы ты позволил мне выпасть из седла и раскрыл секрет Вейра! — П'теро ободряюще помахал Ормонт'у, который сейчас, явно встревоженный, летел рядом с Чарант'ом. Хотя снизу этого не видели, ремни безопасности до сих пор соединяли всадника и синего дракона. П'теро наконец отстегнул карабин.

— Тебе повезло, что я смотрел вверх, — резко ответил К'вин, и лихой синий всадник покраснел до ушей. — Посмотри, как ты напугал Ормонт'а! — Он показал на синего, на чьих боках пятнами просвечивали следы недавних шрамов.

П'теро что-то прокричал ему в ответ, но К'вин не расслышал и снова наклонился поближе к синему всаднику.

— Да не было никакой опасности, — повторил П'теро. — Я пользовался совершенно новым типом страховочных веревок, и он сам видел, как я их плел!

— Ха!

Все всадники знали, что драконы не умеют связывать причину и следствие. Так что Ормонт' вряд ли понимал, как связаны между собой новые веревки и безопасность его всадника.

— О, спасибо, — добавил П'теро, когда К'вин прикрепил одну из своих страховочных веревок к его поясу. Они больше не собирались выполнять никаких маневров, только приземление, но К'вин не хотел рисковать.

Хотя К'вин и ценил отвагу, но беспечность была ему не по нраву, особенно если она угрожала безопасности дракона в преддверии Падения. Благодаря аккуратности и осторожности их Вейр не потерял до сих пор ни одного всадника, и он намеревался так и продолжать. Прыгать с дракона в воздух до условленного сигнала было совершенно неоправданным риском. К счастью, К'вин успел заметить прыжок П'теро. У него чуть сердце не оборвалось. Знай он, что П'теро использовал для страховки особенно крепкую и длинную стропу, легче бы не стало. Конечно, даже если бы они с Чарант'ом не так тщательно рассчитали перехват, стропы спасли бы всадника синего дракона от смертельного падения, но сегодняшний маневр был скорее опрометчивым, чем хорошо выполненным. И не будь Чарант' так искусен на крыле, П'теро в награду за свою дурь не избежал бы перелома лодыжки или жутких синяков. Какими бы мягкими ни были стропы, все равно рывок получался сильный.

Однако П'теро не выказывал признаков раскаяния. К'вин надеялся только, что опасный трюк произвел-таки впечатление, на которое рассчитывал влюбленный П'теро. Его дружок, несомненно, стоит сейчас внизу, умирая от страха, и вечером П'теро соберет желанный урожай. К'вин мечтал о том, чтобы на Запечатлении зеленых драконов почаще получали бы девушки. Девушки были упорнее и надежнее. Но, как правило, родители стремились получить побольше земель, строя дочерние холды для вступивших в брак детей, а драконьим всадникам, мужчинам или женщинам, земли не полагалось. Так что все меньше девушек осмеливались ступить на площадку Рождений.

Драконы, принимавшие участие в общем параде, сейчас высаживали своих всадников на дорогу за двором. Затем снова взлетали в поисках местечка, где можно насладиться последним теплом осеннего солнца. Многие направились к соседним скалам, поскольку высоты по обе стороны Форта были заняты солнечными панелями. Драконы никогда не станут ходить по бесценным установкам, и без того уже поврежденным. К тому же солнечную установку Форта монтировали первой, а прошлой зимой две панели были утрачены из-за чудовищных буранов. Форт, будучи самым старым и крупным из северных поселений, нуждался в том, чтобы все его машины работали на полную мощность для обогрева коридоров, для обеспечения циркуляции воздуха и снабжения энергией еще оставшегося на ходу оборудования. К счастью, во время первой волны строительства новых Вейров и холлов были созданы огромные запасы панелей. Их хватит на много поколений.

Предводители Вейров садились за столы на верхнем уровне вместе с лордами холдов и главными мастерами, а всадники садились где хотели за столы, расставленные на огромном пространстве внешнего уступа. К'вин с одобрением заметил, что нигде не было видно ни единой травинки. С'нан, предводитель Форт-Вейра, всегда был въедлив, и правильно.

Музыканты заиграли веселую мелодию, и на деревянном полу, настеленном поверх брусчатки, закружились пары. За танцевальной площадкой теснились навесы, шатры и столы, где продавали и обменивали товары. Весь день шла оживленная торговля, особенно ходко шел товар, который понадобится в течение долгой зимы, когда состоится лишь несколько малых Встреч. И мастера будут довольны, и драконам меньше придется везти назад.

Чарант' кружил над пристройками, сооруженными для того, чтобы дать побольше жизненного пространства перинитскому центру целительских исследований и обучения учителей. Общежития также расширили для добровольцев, которые усердно пытались сохранить старинные записи, поврежденные прошлой весной, когда сквозь стены старого хранилища в пещерах под Фортом просочилась вода. Всадники предложили свою помощь — в свободное от тренировок время. Для копирования годились все, у кого был разборчивый почерк, и лорд Поулин проделал отличную работу, устроив копиистов со всеми удобствами. Остальные холды предоставили для этого строительства материалы и рабочую силу.

Внешние здания Колледжа выстроили так, чтобы не бояться Падения. У них были высокие островерхие крыши из телгарской слюды с желобами, по которым случайные Нити должны соскальзывать в подземные цистерны (где и утонут). Вообще-то мастера, включая тех, кто собирался жить в этих зданиях, предпочли бы расширить систему пещер, но за последнее время случилось два серьезных обвала, и горные инженеры запретили расширение пещер, чтобы вся скальная система не рухнула. Даже короткокрылые нелетающие мутанты — боявшиеся света стражи порога — не желали заходить глубоко под землю, чуя опасность, которой не видели их хозяева. Так что пришлось строить снаружи. Крепкие стены толщиной более двух с половиной метров утончались к крыше до двух метров. Железные рудники Телгара, работавшие на полную мощность, позволили создать необходимые опорные балки для поддержки такого веса, так что тут проблем не предвиделось.

Строительство нового жилья следовало закончить в течение месяца. Даже сейчас на лесах трудились рабочие, хотя они и сделали перерыв, чтобы полюбоваться зрелищем. Они успеют выполнить дневную норму до ужина и вечернего представления.

Чарант' изящно приземлился, рядом с ним опустился Ормонт', и П'теро стал прятать страховочные стропы, пока их никто не заметил. К нему подбежал М'ленг, всадник зеленой Сит'ы, и устроил скандал. «У меня чуть сердце не разорвалось!» — кричал он. Разнос получился куда жестче, чем устроил бы предводитель Вейра.

К'вин хмыкнул, глядя, с каким виноватым видом бедняга П'теро слушает нагоняй, затем свернул стропы и привязал их к кольцу.

— Погуляй на солнышке, дружок, — сказал он, хлопнув Чарант'а по широкому плечу.

«Обязательно. Меранат'а уже там», — самоуверенным тоном ответил бронзовый дракон, мощно прыгнул вперед и осыпал своего всадника песком.

Привязанность Чарант'а к его подруге Меранат'е восхищала всадника. На то были и особые причины. Никто не ожидал, что К'вин возглавит Телгар-Вейр после того, как девять месяцев назад погиб Б'нер. Всадники даже не подозревали, что у их сурового предводителя, который только-только разменял шестой десяток, было больное сердце. Но врачи сказали, что именно сердце его и погубило. А когда Меранат'а снова стала готова к спариванию, госпожа Вейра Зулайя объявила открытый полет, предоставив драконам решать, кто станет следующим предводителем. Она сказала, что теперь у нее нет личных предпочтений. Она была искренне привязана к Б'неру и, наверное, до сих пор тосковала по нему.

В соискателях, конечно же, недостатка не было.

К'вин тогда послал Чарант'а в полет только потому, что командиры крыльев Телгар-Вейра должны были участвовать в состязании, как и все бронзовые всадники других Вейров. Ему на самом деле не хотелось предводительствовать Вейром во время Прохождения. Он считал себя слишком молодым для этого. От Б'нера он знал, что и обычные обязанности, которые следует выполнять во время Интервала, достаточно тяжелы, но сознавать, что многие из твоих друзей-всадников будут ранены или погибнут, что жизни стольких людей будут зависеть от твоей компетентности и выносливости, — это было слишком для него. Иногда по ночам его мучили кошмары, а ведь Падение еще и не началось. Порой кошмар настигал его в постели Зулайи; госпожа понимала и утешала его.

— Б'нер тоже тревожился, Кев, — говорила она, называя его старым именем и гладя мокрые от пота кудри, пока он дрожал от ужаса. — У него тоже бывали кошмары, Это тяготы твоего звания. Обычно утром после страшного сна Б'нер садился за заметки Шона. Думаю, он пытался запомнить их наизусть. Я знаю, что и ты так делаешь. Когда настанет решительный момент, ты справишься, Кев. Я знаю.

Зулайя умела говорить очень убедительно, но ведь она была на целых десять лет старше — и куда опытнее как предводительница Вейра. Иногда ее интуиция казалась просто сверхъестественной: она могла точно предсказать численность драконьей кладки и распределение по цветам, пол рожденных в Вейре младенцев, даже погоду! Но ведь она родилась и выросла в Форт-Вейре и была прямым потомком одной из первых всадниц, Алианны Зулуэты, так что она просто знала. Как ни странно, золотые королевы почти всегда выбирали для Запечатления девушек, привезенных издалека, хотя порой, против обычая, выбирали женщину, рожденную в Вейре.

Как бы то ни было, К'вин, как и его предшественник, постоянно просматривал записи об отдельных волнах Прохождения, изучал, в чем их различия, старался понять, как определить по кромке Падения его дальнейший ход. Зачастую записи представляли собой сухую констатацию фактов, но даже этот скупой язык не мог скрыть великой отваги, которая требовалась всадникам, особенно самым первым, чтобы понять, как справиться с Нитями, будь то легко или трудно.

Тот факт, что он был дальним потомком Зорки Коннел, первой госпожи Вейра, — а Зулайя не раз об этом поминала, — был второстепенным и весьма слабым утешением для Вейра.

— Возможно, именно поэтому Меранат'а позволила Чаоант'у догнать себя, — говорила Зулайя с каменным лицом, хотя глаза ее смеялись.

— Ты… в смысле… ты думала обо мне… то есть… — пытался найти нужные слова К'вин две недели спустя после Полета.

Он был просто ошеломлен тем, какой она была с ним в ту ночь. Но потом она во всем вела себя очень просто и далеко не каждую ночь звала его к себе, невзирая на то что их драконы никогда не разлучались.

— Да кто же думает во время брачного Полета? Но мне кажется, я довольна тем, что Чарант' оказался настолько умен. Если в передаче по наследству что-то есть, то дальний внучатый племянник первой госпожи форт-Вейра, да еще из семьи, которая дала стольких успешных кандидатов для Запечатления, очень даже подходит Телгару в качестве предводителя Вейра.

— Но я не моя великая двоюродная прапрабабка, Зулайя…

Она хихикнула:

— И к счастью! Иначе ты не стал бы предводителем Вейра. Но кровь сама говорит за себя!

Зулайя была ошарашивающе прямолинейна, однако ни разу не намекнула на то, что ее тянет к нему как женщину тянет к мужчине, а не как предводительницу Вейра — к всаднику партнера ее королевы. Она была доброй и старалась быть полезной. Когда они обсуждали тренировки, она всегда давала дельные советы, но такие… бесстрастные, безличные… К'вин подозревал, что она все еще тоскует по Б'неру.

Сам он смутно радовался тому, что его двоюродная прапрабабушка пережила Прохождение. Он тоже постарается. Он был уверен в том, что его братья и сестры а также четверо кузенов, которые тоже были всадниками, переживут эту напасть. Хотя никто из них не был предводителем Вейра…. Пока. И все же они все были из Руатанского рода, который дал Вейрам Зорку, М'халла, М'Дани, Зорану, Майриан, и его Вейр надеялся на него, а значит, во время Прохождения ему придется быть достойным во всех отношениях.

И сейчас, на последней, наверное, большой Встрече под пока еще чистым небом Перна, Встрече, равной которой не будет в последующие пятьдесят лет, он стоял и смотрел, как идет к нему его женщина, покинувшая группку телгарских холдеров, с которыми прежде беседовала.

Зулайя была высокой для женщины и очень длинноногой, что весьма важно для всадника — ведь приходится сидеть верхом на шее дракона. Он был на целую голову выше, что, как она говорила, ей в нем нравилось. Б'нер был вровень с ней.

К'вину нравилась ее внешность — иссиня-черные кудрявые волосы до пояса, которые рассыпались по плечам, как только она снимала летный шлем. Волосы обрамляли широкое лицо с высокими скулами, скрадывая смуглость ее гладкой кожи, а большие сияющие глаза, почти черные, на их фоне казались светлее. Крупный чувственный рот и крепкий подбородок придавали ее лицу выражение силы и решительности, так что любой в ее присутствии признавал ее власть. Она шагала к нему широко и размашисто, не как женщина холдеров, что семенит мелкими шажками, и подбитые сталью каблуки ее сапог цокали по камням. Она успела натянуть поверх верхового костюма длинную юбку с разрезами, которая позволяла видеть ее красивые ноги, обтянутые кожаными брюками и обутые в высокие сапоги. Она отогнула вниз отвороты сапог, их рыжий мех тоже служил штрихом в ее красивом наряде, поскольку расстегнутый ворот и обшлага были оторочены таким же мехом. Как обычно, она носила подвеску из сапфиров, доставшуюся ей по наследству от старшей женщины ее рода.

—Ну, как? Удалось П'теро. завоевать сердце М'ленга своей выходкой? — спросила она с легкой насмешкой в голосе. — Они ушли вместе… — Она посмотрела в ту сторону, где двое всадников шли к временным шатрам, воздвигнутым между шеренгами навесов.

— Вечером поговори с обоими. Они тебя боятся, — усмехнулся К'вин.

— Ну за такую тупую выходку я обоим от души всыплю чтобы посильнее тряслись, — коротко бросила она на ходу. — В самом деле, тебе просто необходимо научиться злобно ухмыляться! — Она подняла взгляд на К'вина и покачала головой, печально вздохнув. Некогда она поддразнивала его, мол, он слишком хорош собой, чтобы хоть кого-то напугать, — с его-то огненно-рыжими волосами, голубыми глазами и веснушками. — Нет, у тебя лицо для этого не годится. Вообще-то Меранат'а собирается взгреть Сит'у за то, что она позволила синему подвергнуть себя опасности.

— Да, она им устроит, — кивнул К'вин, поскольку Меранат'а могла куда сильнее устрашить любого дракона, чем человек, пусть даже собственный всадник. — Чертов дурак.

— Однако, — прокашлялась Зулайя, — телгарцы говорят, что это было «просто великолепно»! — патетически воскликнула она. — Это потому, что они просто никогда не видели настоящего пикирования. — На сей раз она поморщилась.

—Ну, телгарцы хотя бы поверили, — сказал К'вин.

— А кто не поверил бы? — спросила Зулайя, глянув на него снизу вверх.

— Чокин, к примеру.

— Да ну его! — Ей было совершенно наплевать на лорда Битры, и скрывать этого она не собиралась.

— Если есть один, будут и другие, какие бы лестные слова они ни говорили.

— Что? До Прохождения всего несколько месяцев осталось, а они еще и трепаться вздумали? — воскликнула Зулайя. — Зачем, скажи на милость, вообще нужны драконы, если не защищать континент с воздуха? А, да, мы осуществляем перевозки, но этого недостаточно, чтобы оправдать наше существование.

— Полегче, госпожа, — сказал К'вин. — Ты проповедуешь обращенному.

Она раздраженно хмыкнула, и они направились к ступеням верхнего двора. Идя под руку, они представляли собой зрелище идеальной четы вождей Вейра. К'вин едва подавил вздох: это всего лишь игра на публику.

— И Чокин уже набрался этого шипучего хегмонова вина, — раздраженно бросила Зулайя.

— Как ты думаешь, для чего еще он приехал? — спросил К'вин, умело отводя ее в сторону от облизывающего губы битранца. Тот с задумчивой завистью смотрел в свой стакан. — Хотя сегодня его игрокам выпала возможность подзаработать.

— Я уверена в одном: в списке Хегмона его нет, — сказала она, когда они подошли к своему столу, за которым телгарцы — так получилось — сидели рядом с лордами холлов и предводителями Вейров Плоскогорья и Тиллека. Последними за стол сели глава рыболовецкого флота Тиллека и его молодая жена. Теперь все места были заняты.

— Вы устроили замечательное представление, — сказал веселый капитан Кизан. — Правда, Черри, малышка?

— О, да! — воскликнула она, захлопав в ладоши. Жест получился свободный, но компания, которая ее окружала на Встрече, явно смущала молодую женщину, и все вокруг старались ей помочь. Кизан рассказывал, что она родом из маленького рыбацкого холда и, будучи весьма способным мореходом, с большим миром почти незнакома — Я часто видела драконов в небесах, но никогда так близко. Они так прекрасны.

— А вам еще не приходилось летать? — тепло спросила Зулайя.

— О, небо, нет! — сказала Черри, скромно потупив взгляд.

— Может, вскоре придется, — сказал ее муж. — Мы приехали на Встречу холдов посуху, но, думаю, стоит нам самим посмотреть, насколько оправданны наши надежды…

— Отлично, капитан, — сказал Гдон, предводитель Вейра Плоскогорье. — Вы ведь никогда не просили у нас и половины того, что могли бы.

Мари, его госпожа Вейра, кивнула и ободряюще улыбнулась почти насмерть перепуганной Черри.

— Ну? — поддел Кизан свою супругу. — Осмелится ли женщина, которая спокойно ходит по морю в девятибалльный шторм, летать на драконе?

Черри пыталась ответить, но не находила слов.

— Не дразнитесь, — сказала Мари. — Летать на драконе — не на палубе стоять, это совершенно разные вещи, но я встречала мало людей, которые отказались бы полетать.

— О, да я и не отказываюсь, — торопливо ответила Черри.

«Прямо как ребенок, которому вот-вот откажут в обещанном развлечении», — подумал К'вин, скрывая улыбку.

— Оставьте ее в покое, — сказала леди Телгара, сурово сдвинув брови. — Я помню свой первый полет…

— Да неужто? — сказал ее муж, лорд Ташви, нахально глядя на нее. — А вот куда ты запасные одеяла девала, вспомнить не можешь!

— Ты опять? — взвилась Сальда, но всем за столом включая юную Черри, было ясно, что телгарцы просто развлекаются.

— Вы еще не откупорили свое вино? — нетерпеливо спросил кто-то.

Обернувшись, они увидели винодела Хегмона, приземистого седого человека с румяным лицом и красным носом (который он шутливо называл побочным эффектом вредного производства).

— Окажите нам честь, — сказал Ташви, указывая на охлажденные бутыли.

Хегмон кивнул в знак согласия, и в его опытных руках пробка с громким хлопком будто сама выскочила из бутылки. Вино, шипя, полезло из бутылки, но он умело подставил бокал под горлышко, прежде чем хотя бы капля успела пролиться мимо.

— Похоже, в самое время, — сказал он, наполняя подставленные бокалы.

— Выглядит, скажу вам, просто чудесно, — сказала Сальда, поднимая свой бокал, чтобы полюбоваться пузырьками.

Тэа, леди холда Плоскогорье, тоже полюбовалась пузырьками, затем поднесла бокал к носу и вдохнула.

— О! — воскликнула она, закрывшись, чтобы сдержать чих. — Они щиплются!

— Попробуйте вино, — настаивал Хегмон.

— М-м-м-м, — протянул Ташви, и Кизан согласно закивал.

— К тому же сухое, — сказал капитан жене. — Попробуй Черри. Это тебе не тиллекское пойло. У того резкий запах и вкус. А это пьется легко.

— Ох-х-х, — с удовольствием вздохнула Черри. — О, какая прелесть!

Хегмон улыбнулся ее искренности, с удовольствием отвечая на одобрительные поклоны сидевших за столом.

— Мне тоже очень нравится, — сказала Зулайя, медленно отпив и проглотив чуть-чуть вина. — Очень хорошо.

— Хегмон, может, еще нальете? — возник откуда-то Чокин, подставляя свой бокал под горлышко бутылки в руках винодела.

Хегмон отвел руку и холодно посмотрел на лорда.

— На вашем столе есть еще бутылки, Чокин.

— Верно, но я из разных хочу попробовать. Хегмон напрягся, и Сальда вмешалась в разговор.

— Да бросьте, Чокин. Как будто Хегмон будет кому-то наливать из-под полы! — сказала она, отмахиваясь.

Чокин помедлил, не зная, хмуриться ли ему или улыбаться, затем с непроницаемым видом поклонился и с пустым бокалом пошел прочь от стола. Но к своему столу он не вернулся, а пошел к другому, где как раз разливали вино.

— Я мог бы… — начал было винодел.

— Да вы просто не продавайте ему вина, Хегмон.

— Он уже пристает, чтобы я дал ему ростки лоз, чтобы он мог вырастить собственный виноград, — сказал Разозленный такой надоедливостью Хегмон. — Не думаю чтобы с этим у него пошло лучше, чем со всеми его остальными прожектами.

—Да плюньте на него, — сказала Зулайя и прищелкнула пальцами. — Вон, М'шалл с Иреной так и делают Ну он и лизоблюд!

— К несчастью, — скривился Ташви, — он как-то умудряется находить единомышленников…

— На заседании мы его прижмем, — сказал К'вин.

— Надеюсь, — отозвался Ташви, — хотя такого типа нелегко переубедить, если уж он упрется. И у него есть сторонники.

—Ну, не в самых важных делах, — сказала Зулайя.

— Надеюсь. Но здесь есть чем закусить это прелестное вино, так что давайте приступим, прежде чем у нас в голове все поплывет, а то к вечеру мы вообще соображать перестанем.

Зулайя показала на ведерко со льдом, в котором охлаждались бутылки.

— Сомневаюсь, что здесь выйдет больше, чем по два бокала на человека. Так что вряд ли мы опьянеем, хотя вино просто превосходное. — Она пригубила напиток с видом опытного ценителя. — Хегмон щедр, но не чересчур. И обед уже несут…

Она выпрямилась, как раз когда мужчины и женщины в одежде цветов Форта начали разносить по столам тарелки с горячим и бутыли красного вина.

— Рановато ты заговорила о трезвости, Зули, — ухмыльнулся К'вин, кладя ей на тарелку несколько кусков исходящего дымком мяса прежде, чем передать блюдо дальше.

Они покончили с едой и вином незадолго до того, как Поулин встал и пригласил собравшихся следовать за ним в холд, дабы открыть Встречу. Повсюду плясали, и музыка звучала весело и в то же время торжественно.

К'вин надеялся, что, когда заседание закончится музыка еще будет играть. Несмотря на свой высокий рост, Зулайя была очень ловкой и легкой на подъем, так что танцевать с ней было истинным удовольствием, а поскольку он и сам был высок, она тоже предпочитала танцевать с ним. К тому же игра профессионального оркестра была куда зажигательней, чем исполнение страстных любителей из Вейра. Да и музыка была иной.

— Ах, — одобрительно сказала Зулайя, когда они друг за другом вошли в большой зал холда, — они подновили фрески! Здорово поработали!

— Хм-м, — согласно протянул К'вин, вертя головой. Тут он заметил, что загораживает Чокину вход в зал. — О, извините.

Чокин фыркнул в ответ и злобно зыркнул на Зулайю, а проходя мимо них, подобрал свою одежду так, чтобы не коснуться их.

— Прежде подумай, — сказал К'вин Зулайе, готовой отпустить язвительное замечание в адрес Чокина.

— Хотела бы я быть в Битре, когда Падение накроет его холд, — сказала она.

— Разве ему не повезло, что его обязаны защищать не мы, а Бенден? — криво усмехнулся К'вин.

— О, да, — ответила Зулайя и позволила проводить себя к обычному месту представителей Телгар-Вейра за общим столом на таких собраниях. — Интересно, в здешнем холде кто-нибудь спал за последние недели? — сказала она, поглаживая скатерть цветов Телгара, покрывавшую их часть стола. — Такой приятный вид, — пробормотала она, пододвигая стул, на спинке которого тоже красовался черный телгарский дракон на белом поле.

Сам стол был составным — из небольших секторов, соединённых вместе скобами. Получился круг из множества секторов: предводители Телгар-Вейра и лорды этого холда сидели между представителями Плоскогорья и Тиллека, самых северных поселений. Напротив них сидели представители Исты, холда и Вейра, а также Керуна, чьи цвета были солнечно-золотыми. Место Бендена было рядом с Битрой, а по другую сторону от него располагался Нерат. Главный инженер, старший врач и глава Колледжа, первый из мастеров, также участвовали в собрании. Представители Форта, старшего холда, по традиции сидели во главе стола, по соседству с Руат-холдом и Южным Боллом; на сей раз Форт считался председательствующим.

— Итак, если после замечательного Хегмонова вина у всех головы в порядке, приступим к делу, чтобы успеть еще и потанцевать, — начал Поулин, с улыбкой обводя взглядом собравшихся за столом.

Чокин громко постучал по столу и крикнул во весь голос:

— Тихо, тихо!

К'вин еле сдержал рык. Этот человек был полупьян, если уже не пьян вдрызг, лицо его побагровело.

— Я уверен, что все мы сознаем огромную угрозу Прохождения… Чокин рыгнул.

— Послушайте, лорд Чокин, — нахмурился Поулин, — если вы чересчур нагрузились вином, то, может, вам выйти?

— Нет, он именно этого и добивается, — быстро сказал М'шалл, предводитель Бенден-Вейра. — Тогда он сможет потом заявить, что все решения принимались У него за спиной.

— Если он не заткнется, то мы сунем его головой в воду и будем окунать, пока не протрезвеет и не начнет вести себя пристойно, — вмешалась Ирена, его жена. — Он не захочет, чтобы его парадная одежда промокла.

Судя по выражению ее лица, ей не раз приходилось проделывать нечто подобное.

— Чокин! — со сталью в голосе произнес Поулин.

— Да все в порядке, — пробурчал битранец, поудобнее устраиваясь в кресле и облокачиваясь на стол. — Если вы будете продолжать в том же духе…

— Только потому, что вы продолжаете в том же духе — перебила его Ирена.

Поулин бросил на нее суровый взгляд, и она затихла, хотя долго еще не сводила с Чокина взгляда сузившихся глаз.

— Были проделаны три независимых расчета, которые недвусмысленно указывают на то, что Алая Звезда приближается… если говорить о пространстве.

— Есть вероятность столкновения? — спросил Джемсон из Плоскогорья.

— Вряд ли, Джемсон, — сказал Поулин. — Не будем выносить этот вопрос на обсуждение.

— Почему вдруг? — просиял Чокин.

— Потому что… вероятность, вернее невероятность, этого события обсуждали уже до тошноты, — ответил Поулин. — Информация, собранная нашими предками, не дает ни малейшего намека на возможность столкновения двух планет. Судя по всему, они считали это событие невероятным.

— Да, но значит ли это, что его вообще не может быть? — Чокину возможность поспорить явно доставляла удовольствие.

— Абсолютно невозможно, — одновременно произнесли Поулин и Клиссер, который был не просто главой Колледжа, но и старшим из обученных астрономов. Поулин знаком предложил ему продолжить.

— Капитаны Керун и Тиллек… — Клиссер почтительно помолчал, — оба прокомментировали отчет ИГИПСа, в который были включены данные записей с «Йокогамы». я постоянно дорабатывал соответствующие уравнения, и из них следует, что блуждающая планета пройдет мимо Перна по эллиптической орбите которая не пересекается с орбитой нашей планеты так чтобы привести к столкновению. Это вытекает из законов небесной механики и гравитационного притяжения Ракбата. Я бы привез схемы соответствующих орбит если бы меня предупредили заранее. — Клиссер раздраженно посмотрел на Чокина.

— Хватает и того, что она приносит Нити. А вы еще хотите, чтобы она вас в лепешку раскатала? — спросил Кальви, главный инженер-механик. — Я тоже проверял расчеты и согласен с Клиссером и всеми, кто занимался этими уравнениями. И если вы так тревожитесь, почему бы вам не проверить их самолично?

Чокин пропустил колкость мимо ушей, поскольку ни в каких науках он особенно не отличался. Его вполне устроило, как все отреагировали на его замечание. Плевать, что они там говорят, доказательств-то все равно нету.

— Итак, расчеты показывают, что это Прохождение начнется ранней весной. Отдельные волны могут выжить — в зависимости от внешних условий, особенно температуры воздуха во время Падения.

Поулин вынул из-под стола планшет со схемой, на которой были педантично очерчены районы, на которые придется Падение. С'нан прокашлялся, заерзал, словно хотел намекнуть Поулину, что не следует узурпировать прерогативы Форт-Вейра.

— Две первых волны придутся на район патрулирования Форт-Вейра, две последующих — на Плоскогорье, а еще две — на Бенден. Это произойдет в течение первых двух недель с перерывом дня в три. Второе Падение на территории Форта и первое на Плоскогорье придутся на один и тот же день — это разные волны одного и того же Падения. Также по записям мы знаем, что живые Нити выпадут на Южном континенте примерно за неделю до того, как начнется Падение на Северном. С'нан, — повернулся Поулин к предводителю Вейра, — мы можем выслушать вашу программу действий?

С'нан встал и достал свою неизменную папку (легенды гласили, что некогда она принадлежала самому Коннелу). Несколько мгновений он смотрел в бумаги. Предводитель самого первого на Перне Вейра был похож на своего предка, хотя его поседевшие ныне волосы были скорее песочного, чем красно-рыжего цвета. Про себя К'вин считал, что Шон Коннел не был таким солдафоном, как его потомок, даже если именно он и создал законы, по которым жили Вейры. В большинстве они были вполне здравыми, несмотря на то что С'нан умудрился довести их исполнение до абсурда.

— Первое Падение, — начал С'нан, и в голосе его слышалась гордость, — начнется над морем к востоку от Форт-холда и потом распространится на устье реки, пройдет по диагонали полосой через полуостров и уйдет в море на запад. Две последующих волны, которые пройдут тремя днями позднее, заденут южный выступ Южного Болла. — Он взял указку и с подчеркнуто надменным видом коснулся схемы Поулина. — Эта волна может зайти на юг достаточно далеко, но в любом случае над сушей она будет идти очень недолгое время, затем заденет западный край Плоскогорья и снова уйдет в море. Третья волна начнется на южном побережье полуострова Тиллек, на востоке от холда, и уйдет в море, снова почти не задев суши.

— Значит, Нити сами дают нам возможность научиться с ними бороться? — спросил Б'нуррин из Айгена.

— Твое легкомыслие неуместно, — ответил С'нан, но многие собравшиеся заулыбались, услышав его замечание неугомонному молодому предводителю Вейра. С'нан кашлянул и продолжил речь: — Следующие две волны будут особенно опасны для необстрелянных — он метнул суровый взгляд на Б'нуррина, указывая путь которым пройдут Нити. — Первая начнется над морем на востоке, пройдет через Бенден-Вейр и Битру и закончится у самого Айген-Вейра. С ней будут бороться совместно Вейры Айген и Бенден. Вторая начнется на северной оконечности полуострова Нерат, пересечет его, пройдет по восточному побережью Керуна, заденет восточный конец Айгена и кончится в море у самого побережья Айгена. Это тоже совместная работа: Бенден-Вейр будет в небе над Нератом, Айген — над северной частью Керуна и Иста — над южной…

— Да знаем мы, какие волны придутся на нашу долю, С'нан, — сказал М'шалл.

— Да-да, конечно, — снова кашлянул С'нан. — Однако, — он перевел взгляд на лордов-холдеров, сидевших за столом, — на последнем сборе Вейров было решено, что, поскольку это первое Падение на нашей памяти, каждый Вейр пошлет сдвоенное крыло на ликвидацию начальной волны. Каждому Вейру нужен первый опыт.

— И все равно я думаю, что мы могли бы получить этот самый опыт, начав с первых Падений на юге, — начал Б'нуррин. — Если дракон там промахнется, так по крайней мере Нить никому на голову не упадет и ничьей фермы не разрушит.

— Б'нуррин! — прикрикнул М'шалл, опередив ошарашенного С'нана.

К'вин считал, что Б'нуррин подал хорошую идею, и хотел бы поддержать его, но старшие предводители Вейров подавляли их своим авторитетом. К'вин подозревал, что если он направит несколько крыльев на юг во время первого Падения, то обнаружит там и «тренирующегося» Б'нуррина.

— Но мне эта идея все равно кажется здравой, — сказал пожав плечами, истанец.

С'нан продолжал так, словно ничего не произошло:

— По обычаю, заведенному еще с первого Падения, лорды-холеры выставляют определенное количество наземных команд и направляют их туда, куда укажут предводители Вейров. Здесь главный ответственный М'шалл. — Он слегка поклонился в сторону бенденского бронзового всадника. — Мастер Кальви, — вежливо поклонился он главному инженеру, — заверил меня, что его цех изготовил достаточно цилиндров с ашенотри, чтобы снабдить все наземные команды, но ашенотри нужно также изготавливать прямо на месте. Как и во время первого Прохождения, готовит сырье и выполняет эту работу инженерный корпус, и это является частью их общественного долга. К концу года вы получите все выделенные для вас контейнеры. — С'нан, как всегда, был невероятно корректен и не употреблял новомодного словечка «оборот», которое новое поколение использовало вместо слова «год».

Кальви встал.

— Я составил расписание для крупнейших холдов, выделив каждому по три дня на обучение обслуживанию и ремонту огнеметов и на практические занятия, которые, как мне кажется, — усмехнулся Кальви, — покажутся несложными и интересными.

Он собрался было уйти, но С'нан поднял руку и велел Кальви сесть. Хмыкнув, Кальви занял свое место.

Теперь предводитель Форт-Вейра обратился к Кори:

— Я уверен, что и вы планируете провести трехдневный семинар, чтобы проинструктировать персонал больших и малых холдов насчет пожарной безопасности и Нитей… и первой помощи при поражении.

Кори не стала подниматься, просто кивнула.

— Лорды должны прикомандировать к каждому наземному отряду медиков или иметь в каждой команде человека, обученного оказывать первую помощь и снабженного аптечкой, в которую входят холодилка, сок кошачьей травы и другие необходимые медикаменты. Теперь, — Поулин перевернул верхний лист, — я провел предварительную инспекцию всех Вейров и нашел, что они в хорошей форме, в них достаточно всадников-курсантов, чтобы снабжать боевые крылья фосфином во время Падения. Я обсудил все аспекты полетной тактики и управление Вейрами с соответствующими предводителями Вейров…

К'вин заерзал в кресле, вспоминая утомительную инспекцию, которую проводили вместе С'нан и Сараи, — они даже на завод по переработке отходов заглянули! Тут он заметил, что Г'дон, старейший из предводителей Вейров, также морщится. Значит, эта парочка из Форта никого не пропустила в своем назойливом стремлении к совершенству. Ну что же, ведь близится Прохождение, так что предводители Вейров вполне справедливо хотят, чтобы все, касающееся полетов и драконов, было на высшем уровне. В области размножения драконов они не нашли в Телгар-Вейре ни единой промашки — там были самые большие кладки за последние три года, да и сами драконы были на пике готовности к наступающей борьбе. К'вин надеялся, что первый выводок Чарант'а будет больше любого из выводков Б'нерова Мигинт'а. Может, тогда Зулайя станет относиться к нему потеплее. Две более молодые королевы принесли в последний раз хорошее потомство, в котором было много синих и зеленых драконов. Вскоре Телгар-Вейр будет полон! Излишки можно будет передать в другие Вейры, но с этим лучше подождать до ежегодного подведения итогов.

И в заключение позвольте мне сказать, что мы готовы настолько, насколько вообще можем быть готовы.

— И куда более готовы, чем Первые всадники, — как обычно сухо, заметил Г'дон.

— Это верно, — сказала Ирена из Бендена.

К'вин ограничился улыбкой. Однако в животе шевельнулся непрошеный холодок страха. Он встряхнулся Он был из рода Первых всадников, который дал Вейрам много сыновей и дочерей.

«И ты летаешь на мне, — решительно вмешался Чарант'. — В воздухе я буду великолепен. Нити, увидев мое пламя, разлетятся прочь». Это вовсе не было похвальбой, поскольку Чарант' в списках Вейра стоял на первом месте во всех тренировках по выдыханию пламени. «Мы встретим Нити вместе, а не поодиночке. Я буду с тобой, и мы победим».

«Спасибо, Чарри».

«На здоровье, Кев».

— У тебя такой взгляд, К'вин… — прошептала ему на ухо Зулайя. — Ну, что думает обо всем этом Чарант'?

— Ему не терпится в полет, — прошептал в ответ К'вин и усмехнулся.

Чарант' справедливо напомнил ему, что полетит он не один. Они будут вместе, как было всегда с того самого мгновения, когда бронзовый дракончик выбрался из скорлупы и потопал прямо к четырнадцатилетнему Кевину из семьи Ханраханов, стоявшему на горячем песке площадки Рождений. И Кевин понял, что именно этого мгновения он ждал всю жизнь — Запечатления. Он видел как запечатлили драконов его старший брат и вторая старшая сестра. Трое его кузенов уже были всадниками. С того самого мгновения, как его Нашли, он со всей пылкостью юности верил, что сумеет удачно запечатлить. Правда, его второе «я» упорно твердило: ты так и останешься стоять на горячем песке, и лучше тебе не переживать такое унижение.

— В заключение, — сказал С'нан, — позвольте мне заверить собрание в том, что Вейры готовы.

С этими словами С'нан сел под одобрительные аплодисменты.

— Надеюсь, холды тоже готовы? — Вопрос прозвучал не только в голосе — он поднял густые брови, вопросительно глядя на лорда Форт-холда.

Поулин снова встал, порылся в поисках нужного листа и прокашлялся.

— Я получил отчеты о полной готовности из всех холлов, кроме двух крупных. — При этих словах он посмотрел на Франко, лорда-холдера Нерата, затем на Чокина. — Я знаю, что вы получили бланки для заполнения…

Высокий, худой, бронзовокожий нератец поднял руку.

— Я же говорил вам, Поулин, что у нас проблемы с растительностью. Мы до сих пор никак не можем взять ее под контроль… — Он поморщился. — Это не так просто при такой славной погоде и ограничениях на химические замедлители роста. Но, смею вас заверить, мы справимся. Кроме того, у нас есть аварийные навесы для оранжерей и достаточно запасов жизнеспособных семян, чтобы в случае чего высадить новые ростки. Мы также продолжаем исследования в области выращивания карликовых растений для подземных посадок. Все малые холды прекрасно понимают проблему и выполняют указания. Все посещают курсы наземных команд.

Поулин кивнул.

— Агротехники как раз работают над проблемой создания гербицида для вашего тропического сорняка, Фран.

— Надеюсь. Эта дрянь растет сама по себе прямо на голом песке.

Поулин повернулся к Чокину, который со скучающим видом полировал свои перстни.

— Я еще ничего не получил от вас, лорд Чокин из Битры.

— О, еще уйма времени…

— Отчет требовался к сегодняшнему дню, — не отставал Поулин.

Чокин пожал плечами:

— Если вам нравится играть в эти игры — на здоровье, но я не верю в то, что весной начнут падать Нити, так чего ради я буду загружать своих людей всякой дребеденью… — Он не сумел закончить из-за взрыва возмущения за столом.

— Послушайте, Чокин…

— Да подождите минутку…

— Да что же вы порете… — Бастом вскочил с выражением гадливости на лице.

Чокин толстым пальцем с золотым перстнем ткнул в лорда Тиллекского.

— Холды независимы, разве не так? Разве Хартия не гарантирует нам этого? — резко спросил он, обращаясь, однако, к Поулину.

— В обычные времена — да, — ответил Поулин, знаком призывая всех успокоиться. Ему пришлось возвысить голос, чтобы его услышали среди гневных замечаний и возражений. — Однако…

— Придут эти самые ваши Нити. Так вы говорите. о Доказательств-то нет! — самодовольно усмехнулся Чокин.

Доказательства? Каких еще доказательств вам надо? — спросил Поулин. — Эта планета уже ощущает возмущения от приближения блуждающей планеты…

Чокин скроил гримасу:

— Зимние бураны, взрывающиеся вулканы…

— Но вы не можете вот так запросто отмахнуться от того факта, что приближение Алой Звезды заметно даже невооруженным глазом.

— Ха! Это ничего не значит.

— Значит, — Поулину с трудом погасил возмущенные возгласы, — вы ни во что не ставите советы наших предков? Те многочисленные свидетельства, которые они нам оставили?

— Они оставили только истерические…

— Да никогда они не были трусами и истериками! — взревел Ташви. — Они сумели справиться с бедой и оставить нам указания, которым надо следовать, когда вернется Алая Звезда. И как рассчитывать Прохождение.

— Тихо, тихо! — воскликнул Поулин, подняв обе руки, чтобы восстановить порядок. — Не забывайте — я здесь председатель! — Он гневно смотрел на Ташви, пока лорд Телгарский не сел на место, а остальные не успокоились. — Какие вам нужны доказательства, Чокин? — очень рассудительным тоном спросил он.

— Да Нити ему нужны, — пробормотал кто-то и замолчал прежде, чем председатель успел его засечь.

— Итак, Чокин? — сказал Поулин.

— Дайте мне какое-нибудь доказательство того, что Нити вообще будут падать. Тот самый отчет ИГИПСа, о котором мы все слышали…

— Посадочная площадка погребена под тоннами вулканического пепла, — сказал Поулин и тут увидел, что С'нан просит дать ему слово.

— Для исследования установок Посадочной площадки и получения информации от ИГИПСа было отправлено девять экспедиций, — своим обычным разменным тоном начал С'нан. Он достал пачку пластиковых листов, так называемых прозрачек, и показал их всем. — Вот сводный отчет.

— И? — вопросил Чокин, явно наслаждаясь суматохой, которую он вызвал.

— Мы не смогли найти административное здание, в котором располагался ИГИПС.

— Почему же? — не отставал Чокин. — Я же помню — я видел карты Посадочной площадки, как она выглядела еще до Первого Падения.

— Тогда вы представляете объем задач, — ответил С'нан. — Тем более что все плато засыпано толстым слоем вулканического пепла, не осталось ни единого ориентира, по которому мы могли бы определить расположение административного корпуса. А поскольку все здания строились по одному образцу, трудно было определить, где мы находимся, когда мы раскопали одно из них, прорыв двадцатифутовый слой пепла и обломков. Потому мы и не смогли определить расположение административного здания.

— А вы еще разок попытайтесь, — ответил Чокин, повернувшись спиной к С'нану.

— Стало быть, вы не предприняли ничего для подготовки вашего холда к Прохождению? — спокойно и рассудительно спросил Поулин.

Чокин пожал плечами.

— Я не вижу необходимости тратить время и усилия.

— И деньги… — пробормотал тот же неизвестный хулиган.

— Вот именно. Марки сами по себе не родятся, так что тратить их просто так я не желаю…

— Просто так? — вскочил Ташви. — У вас мятеж н носу!

— Сомневаюсь, — ответил Чокин, криво усмехаясь

— Просто потому, что вы не сочли нужным предупредить своих холдеров? — рявкнул Ташви.

— Лорд Телгарский, — зло сказал Поулин, — я здесь председатель! — Он снова повернулся к Чокину. — Если все остальные, пусть и ошибочно, все же верят этим предостережениям, которые к тому же подтверждаются неопровержимыми астрономическими свидетельствами приближающегося Прохождения, почему же вы им не верите?

Чокин снисходительно осклабился.

— В существование рожденных в космосе организмов, которые падают на большую планету и жрут все на своем пути? Так почему же Перн не был окончательно уничтожен во время прежних Прохождений? Почему они случаются каждые двести лет? Почему случилось так, что исследовательская экспедиция, которая изучила планету перед тем, как дать колонистам разрешение высадиться, не нашла ни единого следа этих самых Нитей? Ах, нет, — сказал Чокин, прищелкнув унизанными перстнями пальцами, — это же смешно!

— Мои расчеты подтверждаются… — начал было Клиссер, чувствуя себя оклеветанным.

— Следы Падения были, — сказал Ташви, снова вскакивая с места. — Я сам читал отчет. Они видели сотни кругов, где растительность только-только начала пробиваться…

— Неубедительно, — снова прищелкнул пальцами Чокин. — Это могло быть вызвано каким-нибудь грибком.

— Хорошо, но когда это неубедительное доказательво упадет вам на башку, не зовите нас на помощь, — сказал Бастом.

— И не являйтесь ко мне в холд с воплями о помощи, — добавил Бриджли, которого поведение Чокина довело до белого каления.

— Будьте уверены — к вам не побегу, — сказал Чокин и, насмешливо поклонившись Поулину, без разговоров покинул зал.

— И что нам с ним делать? — спросил Бриджли. — Я больше чем уверен, что он примчится клянчить помощи у меня и Франко.

— В Хартии есть один пункт… — начал было Поулин.

Джемсон из Плоскогорья, широко раскрыв глаза, с недоверием уставился на Поулина.

— Только если он верит в Хартию, — сказал Бастом.

— О, в Хартию-то Чокин верит, — саркастически усмехнулся Поулин. — Это же патент на право именоваться лордом-холдером, пожалованный первоначальным крупнейшим северным держателям земель, право управлять холдом. Он уже воспользовался Хартией для обоснования своей независимой позиции. Интересно только — знает ли он о наказании за то, что холд не подготовлен к Падению? Ведь это подрывает доверие…

— Да кто доверяет Чокину? — сказал Г'дон.

— …доверие, которое холдеры возлагают на своего лорда в обмен на свой труд.

— Ха! — воскликнул Бриджли. — Не думаю, чтобы можно было доверять и большинству его холдеров. В целом это народ никчемный. Большинство из них вышиб-ли пинком из других холдов за дурное управление или простую лень.

— Да и в самой Битре управление хуже некуда, — сказал М'шалл. — Обычно нам приходится возвращать добрую половину их десятины. Зерно гнилое, лес недосушен, кожи плохо выделаны и часто воняют. Мы каждый квартал ругаемся с ним, чтобы выбить из него пристойное снабжение.

— Да? — сделал краткую пометку Поулин. — Я и не знал, что он недопоставляет вам должное.

М'шалл пожал плечами.

— А зачем вам знать? Это наша проблема. Мы пинаем его и будем пинать, сами знаете. Мы же не можем оставить его в покое, он-то совершенно не думает о приближающейся опасности. И не все холдеры в Битре никчемные люди, Бриджли.

Бриджли пожал плечами.

— В каждой стае найдется белая ворона. Но меня совершенно не радует перспектива столкнуться с этой проблемой весной, когда начнется Прохождение. Бенден расположен слишком близко к Битре, так что я не могу об этом не думать.

— А какое наказание полагается Чокину за его действия? Или, точнее, бездействие? — спросил Франко.

— Низложение, — сухо ответил Поулин.

— Низложение! — ошеломленно протянул Джемсон. — Я и не знал…

— Статья четырнадцатая, Джемсон, — ответил Поулин. — Халатность лорда-холдера. Можете доставить мне распечатку, Клиссер? Похоже, нам всем следует освежить память.

— Конечно. — Глава Колледжа сделал пометку в своем блокноте. — Завтра будет у вас.

— Стало быть, ваша система все еще работает? — спросил Ташви.

— Мой предшественник сделал много копий наиболее важных документов, — ответил Клиссер со спокойной улыбкой. — У меня есть список, и если вам что-то нужно… рукописная, конечно, но вполне читабельная.

Поулин кашлянул, призывая всех к порядку.

— Итак, милорды холдеры, будем ли мы что-то предпринимать против Чокина?

— Вы слышали его. У нас есть выбор? — сказал М'шалл, обводя взглядом стол.

— Подождите минутку, — нахмурился Джемсон. — Я хотел бы получить неопровержимые доказательства его недееспособности как лорда-холдера, а также его отказа сотрудничать в преддверии беды. Мне кажется, что низложение — крайняя мера.

— Да, и Чокин сделает все, чтобы отвертеться, — цинично заметил Бастом.

— Но ведь есть судебная процедура на этот случай? — тревожно озираясь по сторонам, спросил Джемсон. — Вы же не можете действовать, не дав ему шанса ответить на обвинения?

— Когда речь идет о низложении, то, я уверен, достаточно будет и единогласного решения всех главных холлов и предводителей о лишении Чокина титула и положения, — сказал Поулин.

— Вы уверены? — спросил Джемсон.

— Если он не уверен, так уверен я! — ответил Бриджли, крепко ударив кулаком по столу. Его супруга, леди Джейн, решительно кивнула. — Я прежде не хотел ставить этот вопрос перед собранием…

— С ним и в лучшие времена было трудно спорить, — сказала Ирена, поджав губы.

Бриджли резко склонил голову и продолжал:

— Он подошел слишком близко к тому, чтобы преступить те немногие законы, что есть у нас на Перне. Он уже почти нарушил их. Темные сделки, соглашения на кабальных условиях, неоправданно суровое обращение со своими холдерами…

— Некоторые беженцы из Битры рассказывают та кое, что волосы дыбом встают, — сказала леди Джейн супруга лорда-холдера Бендена, нервно ломая пальцы. — Я привезла записи рассказов очевидцев…

— Да? — сказал Поулин. — Я очень хотел бы с ними ознакомиться. Независимость — это и привилегия и ответственность, но не разрешение на авторитаризм и тиранию. И, конечно же, независимость никому не дает права лишать своих подданных необходимого. Например, защиты от Нитей.

— Я не знаю, заслужил ли он этим низложение, — сказал Джемсон, еще более упершись. — То есть я считаю, что такое радикальное средство может оказать деморализующий эффект на холды.

— Возможно… — сказал Поулин.

— Неподготовленность к Падению Нитей деморализует Битру куда сильнее! — сказал Ташви. Поулин призвал всех к вниманию.

— М'шалл, прошу рассказать о тех случаях, когда холд Битра не выполнял обязательства по поставкам своему Вейру. Джейн, я хотел бы посмотреть на свидетельства очевидцев.

— У меня тоже кое-что есть, — добавила Ирена. Поулин покивал и обвел собравшихся долгим взглядом.

— Поскольку его отказ выполнять свой первостепенный долг в преддверии Прохождения может подвергнуть опасности не только его холд, но и соседей, я считаю, что эту проблему мы должны решить как можно скорее и приговорить его… — Джемсон, сжав кулаки, запротестовал было, но Поулин поднял руку жестом умиротворения. — То есть мы рассмотрим дело и вынесем боснованный приговор. Даже сейчас Чокин вел себя так, будто перебрал Хегмонова молодого вина.

— Ха! — тут же цинично отозвалась Ирена, и ее возглас эхом подхватили остальные.

— Мы не должны позволять личным чувствам влиять на нас в этом вопросе, — твердо заявил Поулин.

— Подождите, пока прочтете мой доклад, — с мрачной усмешкой сказала Ирена.

— И мой, — добавил Бриджли.

— Но кто займет его место? — ворчливо спросил обеспокоенный Джемсон.

— Не хотелось бы мне делать это накануне Прохождения, — признался Бастом.

Поулин скривился:

— Но это надо сделать.

— Если позволите… — поднял руку Клиссер, — я хотел бы сказать, что Хартия велит нам искать подходящую замену в его роду…

— Так у него еще и родственники есть? — спросил Бриджли, изображая удивление и ужас.

— Думаю, да, — сказал Франко. — Кроме его детей. Дядя…

— Если он из того же теста, что и Чокин, то хрен редьки не слаще, — сказал Ташви.

— Говорят, новая метла чисто метет, — заметила Ирена. — Я слышала, что Чокин исключил своего дядю из списка наследников, дав ему отдельный холд…

— Что он быстренько убрал его с дороги, так это точно, — сказал Бриджли. — Загнал в какое-то дикое горное место у черта на рогах.

— Да вся Битра у черта на рогах, — заметил с усмешки Азури из Болла.

— Замены можно избежать, — снова заговорил Поулин, — если нам удастся убедить Чокина, что не можем мы все вместе ошибаться насчет Нитей.

На сей раз недоверчиво фыркнула Зулайя:

— Он признает свою ошибку не раньше, чем Нити его жрать начнут… Кстати, это самое эффективное решение проблемы. Битра ведь на пути первой волны.

— Каким бы нерадивым ни был Чокин, — сказал Джемсон, — все же лучше, чтобы Битра была под его началом, чем без начальства вообще. Управлять холлом за день не научишься, сами понимаете.

Поулин долгим взглядом смерил лорда Плоскогорья.

— Это верно, но ведь он даже не сказал своим людям о приходе Нитей… — И он развел руками, выражая тревогу и разочарование по поводу такого упущения. — Халатность в чистом виде. Его первый долг — быть лидером в час беды. Для этого он и нужен. А мы как сообщество должны быть уверены, что каждый из нас выполнит свой долг, неотделимый от нашего положения и титула.

Зулайя пожала плечами.

—Ну, благодаря так называемому выполнению своего долга он как раз и угодит под первую волну.

— Да, так, — сказал Поулин, шурша бумагами. — Я просмотрю донесения о его должностных преступлениях и недочетах в управлении Битра-холдом. Мы сделаем это как подобает, соберем свидетельства и составим полный отчет по данному делу. А пока давайте закончим то, ради чего мы сегодня собрались. Кальви, вы хотели обсудить вопрос закладки новых шахт?

Поджарый горбоносый инженер тут же вскочил на ноги.

— Да, хотел, конечно! Нам предстоит пятьдесят лет Прохождения, так что понадобится больше руды, причем такой, которая залегает ближе к поверхности, чем в Телгарском месторождении.

— Хотя его еше тысячу лет можно разрабатывать, — сказал Бриджли Бенденский.

Да-да конечно, в основных шахтах руды еще много она не так доступна, как горные месторождения, вторые можно разрабатывать более эффективно. — Он развернул матовый пластиковый лист с картой Большого Восточного Плоскогорья, где около границ Руата был очерчен район месторождений. — Вот! Богатейшая руда которая прямо сама идет в руки! Нам нужна как раз такая, если придется заменять огнеметное оборудование. А ведь придется, — с тоской сказал он. — У меня хватает обученного и готового переехать сюда персонала поскольку мне хотелось бы начать разработку до Прохождения. И мне нужно лишь ваше согласие.

— Вы хотите основать здесь холд? Или просто шахту? — спросил Поулин.

Кальви почесал нос и усмехнулся.

— Ну, после смены отсюда возвращаться далековато, тем более что драконы будут заняты истреблением Нитей. — Он развернул другую схему. — Одна из причин, почему я выбрал именно это место, — здесь существует развитая система пещер, пригодных для жилья, а также залежи угля, необходимые для плавки. А готовые слитки можно будет отправлять по реке.

Остальные начали перешептываться, обсуждая проект.

— Хорошо, что Чокин ушел, — заметил Бриджли. — У него есть шахты в долине Стенг, и он пытается возродить их работу.

— Они в аварийном состоянии, — презрительно хмыкнул Кальви. — Я сам их осматривал. Нам придется уйму времени убить на то, чтобы укрепить стенки и заменить оборудование. Да и руда второсортная. Времени на восстановление шахт не хватит… а уж тем более на споры с Чокином по поводу контракта. Вы знаете, каков он бывает, он же неделями может торговаться по мелочам, прежде чем примет решение. — Длинное лицо его искривила презрительная гримаса. — Если вы — он обернулся к остальным, — дадите мне позволение смогу огласить его на Встрече нынешним вечером и посмотреть, кого заинтересует это предложение в смысле поставок и оборудования, и работников.

— Я поддерживаю, — великодушно сказал Ташви поднимая руку.

— Отлично. Предложение выдвинуто и поддержано. Так, все согласны дать позволение на основание холда для разработки месторождения? — Поднялся лес рук, и Поулин дотошно всех пересчитал.

— Чокин скажет, что все было подстроено, — ядовито заметил Бастом, — и что мы нарочно выставили его с заседания перед обсуждением этого вопроса.

— И что? — спросил Поулин. — Никто не просил его удалиться, а список вопросов повестки дня у него такой же, как и у всех. — Он пристукнул кулаком по столу. — Предложение прошло. Скажите своим инженерам, что они могут начинать осуществление проекта. Вейры Плоскогорье, — он повернулся к Г'дону, — и Телгар, — поклонился К'вину, — вы можете помочь с транспортом?

Оба предводителя Вейров согласно кивнули. Если закладывается новый холд, то как можно большему количеству всадников из их Вейров следует ознакомиться с его местоположением.

— Ну, для защиты от Нитей не понадобится слишком много всадников, — улыбнулся всадникам Кальви. — Все шахты будут либо под землей, либо в пещерах. А для производства пищи нам поначалу хватит и гидрпонных плантаций.

— Еще какие-нибудь вопросы есть? — сказал Поулин.

Клиссер поднял руку, получил позволение и встал, оглядывая собрание.

«Ну вот, сейчас лекцию читать начнет», — подумал К'вин.

— Поведение лорда Чокина, возможно, не столь уж исключительно, — начал он, заставив всех разом прислушаться. — По крайней мере в будущем такое повторится не раз. События Первого Падения слишком далеки от нас. У нас есть настоящие видеозаписи того времени, так что мы можем свериться с ними и сравнить как идет блуждающая планета. Мы знаем, что она блуждающая потому, что у нас есть блестящий, исчерпывающий отчет капитанов Керуна и Тиллека, в котором говорится, что изначально планета вряд ли принадлежит к системе нашего Солнца. Сама орбита планеты подтверждает эту теорию, поскольку она лежит не в той плоскости, что и все остальные спутники Ракбата. Я по крайней мере шестерых студентов каждого класса с особенным тщанием обучал началам астрономии и работе с секстантом и постарался, чтобы у них была соответствующая математическая подготовка для расчета склонений и подъемов небесных тел и точного определения часового круга любой звезды. У нас пока сохранились три действующих телескопа для наблюдения за небом, но когда-то был еще один. — Он помолчал. — Мы, как я должен честно признаться, теряем все больше и больше технологий, оставленных нам нашими предками. И не из-за небрежного обращения. — Он взмахнул рукой, пресекая возражения. — Из-за износа, из-за невозможности, как бы мы ни пытались, достигнуть технического уровня наших предков.

Кальви поморщился и согласился.

— Итак, я предлагаю, чтобы мы, использовав каким-то образом то, что у нас еще осталось из наследия предков, сумели создать долговременные и четкие указан для наших потомков. Я знаю, что некоторые из нас... Клиссер помолчал, многозначительно глядя на дверь которую совсем недавно вышел Чокин, — уверены что наши предки ошибались, считая, что Нити обязательно начнут падать, когда Алая Звезда пройдет близ Перна Но нельзя игнорировать возмущения, которые уже сейчас сотрясают поверхность нашей планеты: перепады погоды, вулканическая активность, остальные космические свидетельства. Если в грядущие столетия снова случится так, что кто-нибудь опять начнет сомневаться в реальности Нитей, не желая менять налаженное хозяйство или отказываться от спокойной жизни, то все, чего нам удалось достигнуть, все, что мы построили своими руками, — он драматически воздел руки, — все, что сейчас нас окружает, — он показал в сторону, откуда неслась далекая музыка, — погибнет!

Раздались протестующие крики.

— Ах, — он снова поднял руку, — но ведь так может случиться. Лорд Чокин — яркий пример тому. Мы и так уже утратили слишком много технических знаний. Искусные, бесценные люди, мужчины и женщины, которых мы не имеем права терять, ибо с ними уходят их знания и умения, умирают от болезней и старости. Мы должны обезопасить себя от Нитей! Оставить что-то долговечное, что напомнит нашим потомкам о необходимости быть наготове, то, что поможет им выжить.

— Есть ли шансы найти то самое административное здание? — спросил Поулин С'нана.

— Слишком мало осталось времени до Прохождения, — ответил М'шалл. — Время будет слишком напряженным, так что вряд ли мы сможем спокойно заниматься раскопками. Однако я всей душой согласен с Клиссером. Нам нужны гарантии. Нужно что-то такое, что не позволит впредь таким, как Чокин, усомниться в том что Нити — вовсе не миф, придуманный нашими предками.

— Но ведь у нас есть видеозаписи… — сказала Лора из Иста-Вейра.

— И сколько же пленки у вас осталось? — подчеркнуто вежливо спросил Поулин. — Я, например, знаю, что запасы Форта подходят к концу. А что случилось с нашим Хранилищем, вы знаете.

— Да, но у нас есть бумага… — Она оглянулась на лордов-холдеров Телгара — Ташви и Сальду.

— Но как мы можем узнать, сколько лесов переживут Прохождение? — спросил Ташви, с сомнением разводя руками. — Мои лесопилки работают безостановочно, мы перерабатываем на пульпу столько дерева, сколько можем.

— Мы сделаем, что сможем, чтобы сохранить леса, — сказал К'вин, хотя в душе и сомневался, поскольку если хоть одна Нить зароется в землю, это в считаные минуты уничтожит лес на огромной площади.

— Конечно, — мягко ответила Сальда, — а мы запасем сколько можем бумаги на будущее. Кстати, старые тряпки тоже годятся на переработку. — Тут она помрачнела. — Но я не знаю, кто из нас выживет или не выживет. Отчет Тарви Андийара, сделанный им, когда он заложил холд, указывает, что склоны были почти совсем голыми. За десять лет до конца Прохождения он прорастил деревья во всех уголках холда, чтобы высадить их снаружи. Нам повезло, что через три десятилетия конца Прохождения сохранилась и естественная смена биоценозов.

— Значит, вот вам еще сведения, которые мы должны сохранить для потомков, — сказал Клиссер.

— Полное практическое руководство к действию сказала Мари из Вейра Плоскогорье.

— Прошу прощения?

— Куда важнее знать то, что надо сделать после Прохождения, чем во время него, — сказала она так, словно все это было очевидным.

— Сначала надо пережить эти пятьдесят лет… — начала было Сальда.

— Вернемся к делу, — встал Поулин. — Председатель согласен с тем, что мы должны создать постоянное неразрушимое, ясное, простое руководство к действию на случай возвращения блуждающей планеты. У кого какие идеи?

— Можем выгравировать инструкции на металлических пластинах и поместить их в каждом холде, Вейре и цеху, где они будут на виду, так, что их просто невозможно будет не заметить, — сказал Кальви. — И занесем туда показания секстанта, указывающие на Прохождение.

— Но это все годится до тех пор, пока существуют секстанты и есть хоть кто-то, кто умеет ими пользоваться как следует, — отозвался лорд Бастом. — Но что случится, когда последний из них сломается?

— Их сделать нетрудно, — сказал Кальви.

— А что, если не останется ни одного человека, который будет знать, как с ним обращаться? — встряла Сальда

— Капитаны моего флота каждый день пользуются секстантами, — ответил Бастом. — Эти инструменты на море просто бесценны.

— Математика входит в основной курс для всех студентов, — добавил Клиссер, — ее не одни рыбаки изучают.

— Но надо знать методику получения ответов, — сказала Кори, главный медик. Она заговорила впервые с начала заседания. — И надо знать, когда ею пользоваться. — Ее наука стремилась удержаться на высоком уровне, хотя все больше и больше оборудования выходило из строя, и неординарные процедуры становились доступны лишь экспертам.

— Должен быть путь передать жизненно необходимую информацию грядущим поколениям, — сказал Поулин, сначала глянув на Клиссера, а потом окинув взглядом лица сидящих за столом. — Давайте хорошенько подумаем. Вытравить сведения в металле — это одно, затем раздать пластины по холдам и Вейрам, чтобы они там постоянно хранились. Тогда ничего не будет забыто.

— Что-то вроде Розеттского камня… — скорее подытожил, чем спросил Клиссер.

— А что это? — спросил Бриджли.

Клиссер имел привычку озадачивать собеседников, ссылаясь в разговоре на какие-нибудь древности, о которых знал он один. И если кто-то проявлял хоть малейшее любопытство, он разражался продолжительной лекцией.

— В конце восемнадцатого века на Земле был найден камень с надписью на трех древних языках, который дал ключ к расшифровке этих языков. Но наш язык, конечно, сохранится.

— Опять вернулись к гравировке, — усмехнулась Кори.

— Если это единственный путь… — начал было Клиссер, затем нахмурился. — Нет, должен быть более надежный метод. Я рассмотрю все возможности.

— Хорошо, Клиссер, но не забывайте еще и о проекте, — сказал Поулин. — Пусть лучше у нас выйдет из строя уйма сирен, колоколов и свистков, чем не будет вообще никакой системы предупреждения.

Клиссер медленно расплылся в улыбке.

— Колокола и гудки — это просто. А вот сирена — это займет время.

— Тогда все. — Поулин окинул взглядом стол Зажигательная музыка была слышна отсюда слишком хорошо, и молодые холдеры и представители Вейров уже сгорали от нетерпения. — Больше вопросов нет? — Он не стал ждать ответа и поднял молоточек, чтобы закончить собрание. — Итак, все. Ну, идите развлекаться.

Скорость, с которой опустел зал, показывала, что именно этого все и хотели.