Блейк

— Хлоя, — прошептал я ей на ухо, — Хлоя, Хлоя, Хлоя.

Мне было скучно. Я был раздражен. Встревожен.

— Хлоя. — Я ткнул ее в щеку.

Никакой реакции.

— Хлоя. — Я ткнул сильнее. — Ты спишь, как чертов труп.

Это заставило ее улыбнуться.

— Ооо, как мило притворяться спящей, пока я схожу здесь с ума от скуки.

Она села.

— Который, блин, час?

Я потянулся.

— Не знаю. Время вставать. Пошли.

Нам не удалось найти Футлокер (Прим. пер.: Footlocker — американская сеть магазинов спортивной одежды), поэтому мы припарковались у небольшого спортивного магазина. Для меня это не имело никакого значения, потому, что я смог обзавестись приличной парой кроссовок и какой-то одеждой. Она ходила по магазину, пока я примерял несколько кроссовок.

— Малыш! — крикнула она, и я не смог удержать улыбку. — Тебе нужен баскетбольный мяч?

— Да, хорошая мысль.

— Их здесь штук восемьдесят. Какой выбрать?

— Спэлдинг, двадцать девять с половиной. (Прим. пер.: Spelding — название фирмы, производящей мячи)

Она рассмеялась.

— Я понятия не имею, что ты только, что сказал.

Замотав головой, я направился в ее сторону.

— В чем разница? — прошептала она.

Я взял Спэлдинг.

— Вот это профессиональный мяч. Другой материал, размер, хватка.

— Оо, — закивала она, но потом пожала плечами. — Я не запомню. — Хлоя повернула голову, осмотрев магазин. — Тебе тоже стоит купить скейтборд, — сказала она. — Мы сможем кататься вместе. Как здорово. — Она захлопала в ладоши. Затем меня осенило — я никогда не видел ее такой прежде. Такой счастливой. Такой свободной.

— Ты имеешь в виду, что я буду кататься, а ты будешь катиться?

— Эй. — Ткнула она меня пальцем в грудь. — Я уже катаюсь лучше. Ты же сам сказал. А теперь я могу практиковаться еще больше, так как у меня есть свой собственный скейтборд. — Ее глаза расширились, когда она увидела что-то за моей спиной. — Выбирай скейт и встречаемся у кассы. Мне нужно кое-что взять.

Я сделал, как она сказала, и стал ждать ее у кассы. Спустя несколько минут она вернулась с большой кепкой с эмблемой Дьюка на голове, а также несколькими толстовками. Она сняла кепку и положила на кассу, протягивая так же все три баскетбольных толстовки. Синюю, черную и белую. Все с эмблемой Дьюка.

— В чем разница? — спросила она продавца.

Я просто стоял и молчал. Знаете… Когда что-то значимое происходит, но ты не осознаешь этого до конца, пока уже все не закончилось.

— Белая для дома. Синяя для улицы. Черная альтернативная, — ответил продавец.

Она перевела взгляд с продавца на меня. Но я не мог говорить. Не мог сформулировать слова. Я мог лишь дышать.

Она пожала плечами.

— Я возьму все.

— Хорошо, — засмеялся продавец.

— Ой. И это. — Она вытащила еще одну кепку из-под руки и надела мне на голову. Потом посмотрела на меня сверху вниз, наклонив голову на бок. — У вас продаются такие надписи, которые приклеиваются на спину?

— Ага, — сказал он, нахмурив свои брови, пока наблюдал за нами. — Какое имя написать?

— Хантер.

А вот и он.

Тот самый значимый момент.

Я обнял ее за плечи, притянул к себе и поцеловал в лоб.

— Номер? — спросил продавец.

— Двадцать три, — быстро ответила она, а потом посмотрела на меня. — Стойте. А твой номер поменяется, когда ты… я имею в виду, если ты…

Я кивнул и открыл рот, чтобы сказать. Но ничего не вышло. Я прочистил горло.

— Восемь. — Мой голос надломился. Казалось, я не разговаривал вечность.

— Мы можем приклеить имя и номер прямо здесь. Подождете?

— Да, пожалуйста, — ответила она, не отрывая от меня взгляда. Она прислонилась ко мне передней частью тела. — Ты в порядке?

Я кивнул один раз.

Потом продавец прочистил горло.

— Вы случайно не Блейк Хантер?

Я натянуто улыбнулся.

— Да, сэр.

— Значит, Дьюк. Я не знал. Об этом уже объявили официально?

— Нет, сэр.

— Тебе пришли и другие предложения, верно?

Хлоя отошла назад. Настолько, что я не мог больше ее касаться.

Я кивнул.

— Несколько.

Она сузила глаза перед тем, как отвести от меня взгляд.

Мы оплатили счет и вышли из магазина. Никто из нас не произнес и слова. Когда мы сели в машину, я дотронулся до ее руки, но она убрала ее. Я не знал, что произошло между магазином и машиной, но ее настроение резко изменилось.

— Хлоя? — осторожно спросил я.

— Блейк.

— Хлоя?

— Блейк.

— Хлоя?

— Просто дай мне минуту, — сказала она, — я пытаюсь думать!

Я вжался в сидение. И начал ждать.

— Блейк? — наконец сказала она.

— Да, Хлоя?

Она посмотрела на меня. Затем посмотрела по сторонам, как будто собиралась рассказать большой секрет. Я выпрямился и развернулся к ней.

— Насколько ты хорош? — прошептала она.

Мои губы изогнулись в улыбке.

— Это не смешно, Блейк. — Я имею в виду, я искала о тебе информацию. Я знала, что ты хорош, но парень в магазине — очевидно, что ты никогда не бывал здесь раньше — он знал, кто ты. И это значит, что ты кто-то, верно?

Я пожал плечами.

— О, боже мой, — пробормотала она на выдохе. — А предложения? Они не только из Дьюка?

Я попытался скрыть улыбку. Она была такой милой.

— Сколько предложений?

Я пожал плечами опять.

— Не хочешь говорить мне?

Я замотал головой. Ощущения были не такими, как раньше, когда мои эмоции поглотили меня, и я не мог сказать и слова. Мне нравилось пудрить ей мозги, и наблюдать за тем, как она нервничает все больше с каждым вопросом.

Она закатила глаза, когда до нее что-то дошло. Я не знаю, что она пыталась понять, но что бы это ни было, это стало для нее ясным. На ее лице появилась широкая улыбка.

— Так ты что-то вроде… звезды!

Эта фраза была настолько сумасшедшей, что я рассмеялся.

— Я не звезда!

— Нет, звезда! — безумно закивала она. — Спортивная звезда! — она зажала рот рукой, когда из нее вырвался визг. — О, боже мой. — Она открыла дверь и вышла наружу. — Я похитила звезду спорта! Я попаду в ад. Или хуже. В тюрьму. — Она ходила туда-сюда. — Я попаду в спортивную тюрьму. Где все спортивные фанаты буду закидывать меня камнями, потому что я похитила чертову-божественную-звезду-спорта.

Я смеялся, как ненормальный.

— Это не смешно! — крикнула она, но я не мог успокоиться.

Когда мы вернулись в отель, я сменил одежду и пошел на пробежку. Я спросил, не хочет ли она пойти со мной. Она рассмеялась прямо мне в лицо и сказала, что лучше она ткнет себе ручкой в глаз, чем отправится на пробежку с божеством спорта.

Я бежал довольно быстро. Мне казалось, я бегал вечность, но, как только я вышел из отеля, мне сразу же захотелось вернуться к Хлое.

— Твоя мама звонила. Я думаю, тебе стоит… — Ее слова оборвались, как только она заметила меня. Пробежав полпути, я снял майку, потому что был уже весь мокрый. Она уже видела меня без верха, но, думаю, не так, как сейчас. Она покраснела и отвернулась, притворившись, что увлечена просмотром телевизора.

Я сел рядом с ней и принялся снимать обувь.

— Ты ответила?

Она прикусила губу и замотала головой.

— Сколько раз она звонила?

Она пожала плечами, отказываясь встречаться со мной глазами.

Я пробежался пальцем по ее голому бедру, стараясь привлечь ее внимание.

— Что делала, пока меня не было?

Она быстро поднялась.

— Ничего. Собиралась сходить за кофе. Хочешь?

Я рассмеялся на выдохе.

— Да, но мне нужно принять быстрый душ.

— Я бы могла… Сходить… Я вернусь… Иди в душ. — Затем она схватила ключи и вышла из номера.

Я не мог убрать чертову улыбку с моего лица.

Должно быть, она отсутствовала не так долго, потому что к тому моменту, как я закончил принимать душ, она уже вернулась. Надо сказать, я принял очень долгий душ. Приятный, долгий, холодный душ.

Я уселся на балконе и набрал мамин номер.

— Блейк? — ответила она. У нее был злой голос.

Хлоя вышла с двумя стаканами кофе. Она поставила их на столик и развернулась, чтобы уйти. Я обнял ее талию своей рукой и посадил к себе на колени. Она не сопротивлялась.

— Привет, мам.

— Ты не вернулся домой прошлой ночью, и твоя машина все еще стоит у боулинг-клуба, а Джош отказывается говорить, что происходит. Где тебя, к черту, носит?

Я нахмурился.

— Только не сердись.

— Никогда не начинай так разговор, особенно со своей матерью!

Я включил громкую связь и положил телефон на столик. Хлоя развернулась ко мне, прикусив губу. Она выглядела напуганной. Я тоже боялся.

— Я как бы… Уехал.

— Уехал! — завизжала она. — Что ты имеешь в виду, уехал?

— Я с Хлоей, — сказал я, как будто это был веский повод, чтобы уехать. — Она уезжала, и я поехал с ней. Я должен был. Прости.

— ХАНТЕР! — громко крикнула она.

Мы оба вздрогнули.

Но потом она начала смеяться. Сначала тихо, но затем смех стал громче, как будто она не могла его контролировать. Я начал волноваться. Может, она сошла с ума. Я бы не удивился — быть запертой в этом гостевом домике весь день, придумывая все эти истории — могло такое случиться с человеком, верно?

— Ма?

Она засмеялась еще сильнее.

Хлоя попыталась встать, но я прижал ее сильнее к себе.

Наконец, мама перестала смеяться и смогла сделать вдох.

— О, Блейк, — сказала она. — Я никогда не была так чертовски горда за всю мою жизнь.

— Что? — Хлоя и я сказала в один голос.

— Это Хлоя? Она там?

— Да, миссис Хантер. Я здесь.

— Хорошо, — сказала она. — Я хотела поговорить с вами обоими.

Глаза Хлои стали больше.

— Хорошо, — сказал я.

— Хорошо, — повторила она. Я представил, как она откидывает плечи назад, пытаясь успокоиться. — Мне нужно прислать вам немного денег. Это займет несколько дней…

— Нет, — прервали мы ее одновременно.

Потом Хлоя заговорила первая.

— Нам не нужны деньги. У меня их достаточно.

— Какая чушь, — наконец сказала мама. — У меня куча денег, и мне не на что их тратить. Я живу в гостевом домике, ради всего святого. Блейк, ты там? Блейк!

— Да, мам, я здесь.

— Я переведу тебе немного денег. Не позволяй Хлое платить за все. Ради бога, будь джентльменом. — Она замолчала, и я знал, что она еще не закончила. Ее голос прозвучал тише, когда она задала вопрос. — Она все еще водит тот… видоизмененный антиквариат?

Я не смог сдержать гогот.

— Ага.

— Ладно, — сказала мама. Вы бы могли услышать, как безумно крутились мысли у нее в голове. — Вам стоит купить новую машину.

— Нет! — крикнула Хлоя. — Вы не можете…

— Хлоя, — сказала мама, — если твоя машина сломается и вы, ребята, застрянете черт знает где, и на вас нападут серийные убийцы-бегуны, — я рассмеялся, — я всегда буду винить себя. Осчастливьте старую женщину.

— Вы не можете купить машину, — заныла Хлоя.

— Почему нет? Считайте, что это подарок Блейку на выпускной. — На том конце провода послышался звук клавиатуры. — Где вы?

— Миртл Бич, ответил я.

— Чудно. Я скоро позвоню, чтобы обсудить детали. — Она снова замолчала. — Блейк.

— Да?

Ее голос прозвучал серьезно.

— Я горжусь тем, что ты последовал зову своего сердца, сделав то, что делает тебя счастливым. Ты заслуживаешь этого.

Хлоя повернулась ко мне лицом, идеально выпятив губки на идеальном лице. Она поцеловала мой нос — веснушки, я полагаю.

— И береги Хлою, — сказала мама. — Она тоже заслуживает этого.

— Буду, — ответил я. — С ней мои дни всегда в красном цвете.

— Она твое неожиданное и невероятное? — хихикнула мама. — Вот дерьмо. Я должна написать об этом в книге.

Послышался звук бесконечных щелчков клавиатуры.

— Ладно, детки. Оставайтесь на связи. Люблю обоих. — А потом она повесила трубку.

— Что это, нафиг, только что было? — засмеялась Хлоя.

Я замотал головой.

— Понятия не имею.

Она взяла свой кофе и передала мне мой, но до того, как я успел сделать глоток, пришло сообщение.

Агентство Миртл Бич Крисл-Джип. Гранд Чероки. Хлое останется выбрать цвет. Счастливого выпускного. Люблю вас. Мама.

Мама не была единственной, кто звонил. Отец тоже, около двадцати раз. Мы остановились у магазина, чтобы купить новую сим-карту для моего телефона. Я отправил маме и Джошу свой новый номер. Я также сказал маме отдать Джошу мою старую машину; его уже была недееспособна.

Хлоя нашла приют для бездомных недалеко отсюда и отдала им свою.

Мама уладила все финансовые дела по телефону, и к тому времени, как мы добрались до салона, Хлое осталось лишь выбрать цвет.

Она выбрала красный.